Стоило Линь Чжифаню уйти, как Синнань сразу направился туда, откуда шли сигналы бедствия.
Шестнадцатый этаж.
«Не ходи на шестнадцатый этаж».
Слова Линь Чжифаня эхом звучали в ушах.
Несколько входов на этаж были перекрыты.
Попасть внутрь не получалось.
Синнань нахмурился. Он не мог спокойно стоять и слушать настолько мучительные сигналы своих сородичей.
Он хотел войти.
Синнань спустился к стойке информации и спросил:
— Что нужно, чтобы попасть на шестнадцатый этаж?
— Подписать отказ от претензий и подтвердить состояние не менее десяти миллиардов.
Пальцы Синнаня резко сжались.
Десять миллиардов.
Что же там вообще происходит?
Он сердито развернулся — и вдруг увидел фигуру, от которой застыл на месте.
Русал.
Такой же, как он.
Русал, сумевший отрастить человеческие ноги.
Мужчина сидел в углу и пил. Оранжевый свет освещал половину лица, длинные пальцы неторопливо вращали бокал янтарного виски.
Такую дорогую, холодную элегантность невозможно приобрести, не прожив среди людей долгие годы.
Лицо у него было очень холодным. Вся внешность словно предупреждала: «Не подходи, если жить надоело».
Синнань быстро направился к нему.
Они были одного вида и мгновенно поняли, кто перед ними.
Мужчина скользнул по Синнаню взглядом.
— Проваливай.
Синнань не ушёл.
Какая злая рыба.
— Ты слышишь, как они просят о помощи?
Мужчина насмешливо усмехнулся.
— И что? Собрался изображать спасителя? Святого из себя строишь?
— Ты ведь сам собираешься туда, верно? — уверенно спросил Синнань.
Перед мужчиной лежал красный пропуск на шестнадцатый этаж.
Один билет позволял провести с собой ещё одного человека.
— Хочешь пойти со мной? — Мужчина подпёр подбородок рукой. — Русал, у которого вот-вот начнётся брачный период. И что ты там сделаешь?
Синнань прямо посмотрел на него и отчётливо произнёс:
— Я из залива Чёрного Императора.
Полуприкрытые веки мужчины медленно поднялись.
В следующий раз в его голосе уже не было ни презрения, ни допроса.
Он назвал своё имя:
— Бай Юйси.
Бай Юйси протянул ладонь.
Это был древний жест, принятый только среди русалов. Он не имел ничего общего с человеческим рукопожатием: обозначал статус, но одновременно и признание. Почтение без унижения.
Синнань коснулся кончиками пальцев его ладони и едва провёл по ней.
В руке Бай Юйси разошлась рябь магнитного поля — спокойная, ровная.
— Синнань.
Он сел напротив.
Бай Юйси посмотрел на море.
— С таким брачным периодом ты не протянешь до глубоких вод.
Обычный русал ещё мог уйти в море с мелководья.
Русал из залива Чёрного Императора — нет.
— Перетерплю, — твёрдо сказал Синнань.
— Перетерпишь? — Пальцы Бай Юйси замерли. — Что за идиотская фантазия?
Он снова лениво покрутил бокал.
— Мне даже интересно, кто он. В Бохае я знаю почти всех, у кого есть хоть какое-то имя.
— Самый обычный человек. — Волосы Синнаня трепал ветер.
Командующий.
Сказать другому русалу, что твой предназначенный судьбой партнёр — человек и старший командующий, наверняка очень смешно.
Бай Юйси приподнял бровь.
— Пахнет почти как Пэй Вэньян.
Синнань: «!!!!»
— Нет, — мгновенно отрицал он и тут же перевёл тему. — А кто твой муж?
— Я, мать твою, первый номер.
— Извини.
— Ты вообще разговаривать не умеешь?
— Правда, извини.
— Бесполезный высокоуровневый русал. Даже человеку позволил себя прижать. Позоришь всех нас.
— Какой сильный ветер, — невозмутимо сказал Синнань.
Бай Юйси рассмеялся.
Когда Синнань повернулся к нему, тот уже выбросил коммуникатор в море.
— Пошли.
На шестнадцатом этаже они прошли несколько постов контроля и вошли в закрытый, полностью звукоизолированный зал.
У входа лежали маски. Многие гости скрывали лица, но ни Синнань, ни Бай Юйси масок не взяли.
И едва они переступили порог, Синнань застыл от увиденного.
Зал был настолько огромным, что противоположный конец почти терялся из виду. За каждым гостем стоял вооружённый охранник в чёрном. Взгляды острые, у всех оружие — сама обстановка предупреждала, насколько опасным было это место.
Интерьер напоминал европейский дворец. Цветы, зелень, роскошные украшения.
А посреди танцпола находилась не сцена, а гигантский стеклянный резервуар шириной в десятки метров.
Внутри под музыку двигались десятки русалов.
Они улыбались.
Нет.
Они не улыбались.
Они молили о помощи.
Красные веки будто кричали. Каждый взмах хвоста был попыткой вырваться из оков, каждое движение — немым воплем из глубины воды.
За красивой декорацией повсюду стояли чучела русалов, останки зверей, витрины с ещё бьющимися русальими сердцами, предметы роскоши из хвостов.
За стеклом русалы выглядели как цветы на продажу — настолько красивыми, что человек мог забыть об опасности.
На светящихся стеклянных колоннах лежали сияющие сферы. Ряды уходили вдаль, превращая помещение в огромный морской музей. Даже получаса не хватило бы, чтобы осмотреть всё.
В тысячах витрин лежали морские жемчужины — чуть больше человеческого кулака, самых разных цветов. Внутри каждой словно плескалась настоящая морская вода.
Люди останавливались и любовались ими.
Возможно, они не знали, откуда берутся эти жемчужины.
Русалу вскрывали живот.
Срабатывал инстинкт самосохранения, и остаток ментальной силы собирался в одной точке.
Если распороть тело — можно извлечь морскую жемчужину.
Последняя надежда, купленная жизнью русала, выставлялась на пьедестал для человеческого восхищения и продажи.
А Синнань слышал лишь бесконечный плач.
Стартовая цена одной морской жемчужины — триста миллионов.
Последняя капля эссенции крови внутри действительно могла спасти жизнь.
Именно поэтому богачи, у которых уже было всё, никогда не переставали за ними охотиться.
Синнань сжал кулак.
Бай Юйси покосился на него.
— Жди здесь.
Синнань едва заметно задержал дыхание. Он боялся, что Бай Юйси сейчас что-нибудь устроит. В их положении открыто действовать было явно невыгодно.
Синнань хотел пойти за ним, но стоило отвернуться на мгновение — Бай Юйси уже исчез среди людей.
В этот момент женщина, всё это время стоявшая рядом, слегка похлопала Синнаня по плечу.
— Я заметила, что вы давно смотрите на эти жемчужины. Вы в них разбираетесь?
Она улыбалась мягко.
— У разных цветов разное действие?
— Можете рассказать? Я хочу спасти своего ребёнка.
Синнань замер.
Женщина была одета роскошно, но выглядела по-настоящему заботливой матерью.
Он посмотрел на витрину перед собой.
Четыре цвета.
Синнань горько улыбнулся.
— Голубые получают из тел самок. Они означают стремление выжить.
— Фиолетовые получают от самцов. Они олицетворяют силу.
— Белые могут спасти человека, но человеческое тело не выдерживает их полностью.
Женщина удивлённо указала на прозрачную красную жемчужину.
— А красная?
Кулак Синнаня сжался ещё сильнее.
Он посмотрел на сферу размером с кулак и хрипло произнёс:
— Она была беременна.
Синнань коснулся стекла витрины. Голос стал совсем глухим.
— В красной морской жемчужине с большой вероятностью находится ребёнок русалки. Не всегда… но почти всегда.
Женщина ахнула.
— Боже… А если вернуть её в море, ребёнок ещё сможет жить?
Синнань ничего не ответил.
Просто ушёл.
Из-за плохого самочувствия шаги были неровными. Обернувшись, он случайно врезался в человека.
Это был приставленный к нему охранник.
Высокий мужчина в специальной маске, закрывающей лицо. Под тактическими перчатками без пальцев виднелись сильные руки. Он держал оружие. Волосы слегка падали на глаза, взгляд был холодным и острым — по внешности невозможно было понять, кто это.
Но Синнань мог.
В полумраке их глаза встретились.
Среди тысяч людей, среди роскоши, алкоголя и разложения всё остальное будто исчезло.
Перед ним стоял Пэй Вэньян.
http://bllate.org/book/19940/1984287
Готово:
