Бег без передышки в течение двух часов — это уже немалое испытание. Небо чуть посветлело, и некогда стройный отряд начал растягиваться. Хотя курсанты тяжело дышали и выглядели совершенно измотанными, они всё же продолжали держаться.
Энергия игровой консоли, видимо, подходила к концу, и Фань Е наконец-то соизволил поднять голову. Бросив беглый взгляд на курсантов на беговой дорожке, он знаком подозвал стоявшего рядом инструктора. Тот сразу всё понял и с каменным лицом достал из кармана черный кубик, протянув его Фань Е. Фань Е взял его, выдвинул металлический штекер и воткнул в консоль.
— Бессовестный! — Ми Фэй, увидев эту сцену, взорвался и, дико размахивая руками, уже собирался броситься на смотровую трибуну, но Лун Юй крепко удержал его за шиворот.
Взгляд Синь Му устремился на Чжо Цибао, но тот с позеленевшим лицом и гневом на лице начал объяснять даже раньше, чем Синь Му успел заговорить:
— Это же источник питания!
Что ж, Синь Му мог догадаться и без объяснений Чжо Цибао — судя по всему, эта штука была чем-то вроде прежних зарядных устройств. Уголки губ Синь Му чуть дрогнули, и ему стало смешно. «И надо же было додуматься до такого, интересно, кто его научил пакостить с таким размахом».
Бесстыдство Фань Е разожгло в сердцах курсантов яростное пламя. Они в упор смотрели на него такими взглядами, будто были готовы разорвать голыми руками.
Неизвестно, была ли это провокация, но некоторые курсанты прямо во время бега пустили в ход способности, искоса поглядывая на Фань Е, словно выжидая вспышки конфликта. Однако Фань Е от начала и до конца не отрывал глаз от игровой консоли, поэтому курсанты осмелели, и разнообразные способности, пущенные в ход ранним утром на беговой дорожке, стали живописным зрелищем.
Чжо Цибао тоже хотел было использовать способность, но Синь Му с размаху пнул его под зад. Чжо Цибао поднялся с земли с обиженным лицом:
— Ты почему опять меня пинаешь?
Идиот! — Синь Му бросил на Чжо Цибао косой взгляд и не удостоил ответа.
Лун Юй, ведя за руку Ми Фэя, молча покачал головой:
— Всё так просто не закончится, ждите.
Чжо Цибао посмотрел на Синь Му, но тот смотрел на Фань Е, так что Чжо Цибао пришлось оставить попытки применить способность и с унылым видом побежать следом за Синь Му.
Ми Фэй проследил за взглядом Синь Му, бросил взгляд на Фань Е и с недоумением спросил:
— На что ты смотришь?
— На игровую консоль, — Синь Му немного подумал, потирая подбородок. — Я тоже хочу поиграть, ты не знаешь, где ее можно купить?
Фань Е, который всё это время следил за происходящим благодаря информации от миниатюрного жучка, переданной через наблюдающего робота, от неожиданности дернул рукой, и игровая цель на экране взорвалась.
Чжо Цибао гордо хлопнул себя по груди, проявляя крайнюю верность:
— В эту игру уже даже дети не играют, как-нибудь зайдешь ко мне домой, я дам тебе свою игровую капсулу.
— Не нужно, у меня есть, — последовал бестактный отказ.
Прошло уже пять часов. Скорость истощения способностей была ничуть не меньше, чем у физических сил, и мучения после истощения дара заключались не только в телесной, но и в душевной боли.
Лица бегущих курсантов к этому моменту были мертвенно-бледными, они едва передвигали ноги по дорожке, волоча тела за собой, а некоторые уже упали и не могли пошевелиться. Чжо Цибао, благодаря подсказке Синь Му, всё это время приберегал пару процентов способностей, и хотя он тоже вымотался как собака, по сравнению с остальными дела у него обстояли намного лучше.
Синь Му неспешно бежал ровным темпом, и его непринужденная поза вызывала у окружавших сплошную зависть и злость. Выносливость Ми Фэя превзошла ожидания Синь Му: с момента их знакомства Ми Фэй казался хрупким и слабым, вечно прячущимся за спиной Лун Юя. Однако после пяти часов непрерывного бега он лишь немного сбил дыхание и по скорости всё это время не отставал от Синь Му.
Уверенность Синь Му в собственной выносливости объяснялась тем, что его тело уже претерпело мутацию, но Ми Фэй был обычным человеком — и тем не менее он умудрялся не отставать, что не могло не вызвать у Синь Му некоторого удивления.
Заметив изучающий взгляд Синь Му, Ми Фэй широко улыбнулся:
— У меня с самого детства выносливость лучше, чем у других.
Синь Му кивнул, и Ми Фэй поравнялся с ним:
— До тебя мне еще очень далеко. Моя способность не боевая, на поле боя это большая слабость, поэтому мне нужно усердно тренировать боевые искусства.
— Способности имеют свойство истощаться, — Синь Му полностью согласился со словами Ми Фэя.
Ми Фэй с надеждой посмотрел на него:
— Синь Му, ты же был наемником, твои боевые навыки наверняка великолепны. Если у тебя будет время, не мог бы ты обучить меня паре смертельных приемов?
— Хорошо, — равнодушно кивнул Синь Му.
— Синь Му, ты просто прекрасный человек! — Ми Фэй был так рад, что чуть не подпрыгнул, и принялся раздавать Синь Му карточки хорошего человека бесплатно.
Синь Му взглянул на Ми Фэя с некоторым недоумением. Если хорошенько отточить любой прием, он станет смертельным, ведь сам он изучал исключительно убийственные техники — стоило ли из-за этого так радоваться?
Большая часть курсантов уже попадала, а оставшиеся тоже едва держались на ногах. Видя, что дело шло к концу, Фань Е отложил игровую консоль, встал и потянулся.
Ледяной взгляд скользнул по жалкому виду курсантов, но Фань Е остался непреклонным. Ни насмешек, ни сочувствия — казалось, в его глазах это были вовсе не люди, а изготавливаемое на конвейере оружие.
Подняв руку и глядя на время, Фань Е бросил:
— На обед дается один час. Если опоздаете — пеняйте на себя.
— Наши силы и так на пределе, на одно только восстановление уйдет больше часа, это невозможно! — отчаянно закричал один из курсантов.
Фань Е холодно бросил на него косой взгляд и, развернувшись, зашагал прочь:
— Это ваши проблемы. Если не выдерживаете, можете сдаваться прямо сейчас.
Фань Е удалился с безупречным видом, а курсанты люто ненавидели его, но подойти не смели. Во-первых, устрашала слава Девятой армии. Во-вторых, раз уж они попали в академию, никто не хотел быть отчисленным.
— Больше не могу, не могу! — Чжо Цибао плашмя лежал на земле, тяжело дыша. — Я больше не могу, я так устал, пусть меня хоть убьют, не встану!
Синь Му подошел и пнул его ногой:
— Чего притворяешься? А ну вставай!
— Ой! Синь Му, больно! — на глазах Чжо Цибао выступили слезы.
Лун Юй, опираясь на руки, приподнялся:
— Идем скорее, нам всем нужны восстановительные растворы.
— Есть, есть... — Чжо Цибао был готов расплакаться. — Только не пить питательную смесь! Почему в этом году тренировать нас прислала Девятая армия, какая же неудача!
Синь Му приподнял бровь, в его голове уже созрел план, а при воспоминании об одном человеке в глубине глаз мелькнула легкая улыбка.
Курсанты кое-как поднимались, поддерживая друг друга, и медленно побрели с тренировочной площадки. Фань Е стоял у окна на прежнем месте, глядя на опустевшую площадку, и с усмешкой произнес:
— Новобранцы в этом году подобрались неплохие.
— Ха, да и ты в роли злодея выглядишь отлично, — шедший с ним инструктор швырнул Фань Е бутылку с напитком и поддразнил его.
Фань Е нахмурился:
— Пощадите меня. Я даже не знаю, как подступиться к этим соплякам, они же не чета нам — того и гляди переломаешь им кости по неосторожности.
Остальные инструкторы рассмеялись:
— Зато притворялся ты знатно, особенно когда играл в игру. Пять часов пялиться в детскую консоль — снимаю шляпу, выдержки тебе не занимать.
Фань Е бросил взгляд на лежащую на столе консоль, словно о чем-то вспомнив, убрал ее в пространственное хранилище и больше ничего не сказал.
Черная тренировочная форма Синь Му и его спутников привлекала немало косых взглядов по дороге. Когда они добрались до обеденной зоны, возможно, как раз из-за пика обеденного времени, в ресторане почти не осталось свободных мест. Появление четверки вызвало новую волну пересудов и шепотков среди посетителей.
Чжо Цибао привык вести себя нагло и вовсе не собирался обращаться внимание на чужие мысли. Схватив Ми Фэя за руку, он помчался к зоне раздачи:
— Что хотите поесть? Я угощаю!
— Времени мало, давай питательную смесь, — Лун Юй взглянул на часы и предложил оптимальный вариант.
У Чжо Цибао тут же вытянулось лицо, губы презрительно задрожали:
— Я не хочу пить питательную смесь.
— Четыре порции питательной смеси, — Синь Му проигнорировал обиженный вид Чжо Цибао и прямо отдал приказ.
В глубине души Чжо Цибао люто ненавидел питательную смесь, но он также понимал, что отведенный час никак не позволит им смаковать вкусную еду. Про себя он яростно скрипел зубами — вот закончится эта усиленная муштровка, он обязательно оторвется по полной и устроит себе роскошный пир.
Чжо Цибао уже собирался направиться за питательной смесью, как вдруг неподалеку раздался громкий шум и перепалка. Четверка повернула головы на звук и увидела пропавшего ранее Бай Аньнина.
Бай Аньнин, опустив голову, молча стоял перед тремя агрессивными парнями, а на полу валялся опрокинутый поднос с едой. В ответ на молчание Бай Аньнина те трое принялись вести себя еще более нагло, сыпали заносчивыми речами, а в их глазах читалось откровенное презрение к нему.
— Сожри это! — один из парней наступил ногой на еду, валявшуюся на полу, со злорадной ухмылкой на лице. — Раз уж сам опрокинул, теперь жри давай.
Бай Аньнин обеими руками вцепился в полы своей одежды и не произносил ни звука, густая челка скрывала глаза, не позволяя разглядеть его выражение лица.
— Не будешь? — хмыкнул парень. — Тогда вставай на колени, извиняйся и выплачивай компенсацию за еду.
Пальцы Бай Аньнина сжали ткань еще сильнее, он до крови закусил посиневшие губы, а лицо его было бледнее полотна.
Парень скрестил руки на груди, отступил на два шага назад и кивнул подельникам:
— Раздвиньте ему пасть и впихните внутрь.
Оба парня посмотрели на Бай Аньнина со злобными улыбками на лицах. Стоило им только протянуть руки, чтобы схватить его, как вдруг откуда-то прилетел поднос с обжигающе горячей едой и со всего маху врезался прямо им в руки. Парни взвыли от боли, оглашая воздух отборной руганью и воплями.
Синь Му вышел вперед, с бесстрастным выражением лица окинул троицу взглядом, одной рукой выдернул всё еще прибывавшего в шоке Бай Аньнина и развернулся, чтобы уйти.
— Мелкая тварь! А ну стоять! — взревел один из парней, схватил стоявшую рядом посуду и швырнул ее в голову Синь Му.
В полуметре от Синь Му тарелка внезапно зависла в воздухе — Чжо Цибао взмахнул рукой, и по земле рассыпалась морозная испарения, воздвигнув ледяную стену-щит и преградив путь бросившимся в погоню парням. Лун Юй щелкнул пальцами, и фиолетовые разряды молний пронеслись по ледяному щиту, распространяясь вдоль источников влаги и заставляя окружающих поспешно отступить. В конце концов, никому не улыбалось перспектива обуглиться до состояния уголька.
Их слаженные действия заняли лишь долю секунды, всё выглядело так, будто они прокручивали этот сценарий тысячи раз.
Ми Фэй с улыбкой ослабил контроль над временем для тарелки, поймал ее и протянул Синь Му. Синь Му принял ее и запустил обратно в ту троицу. Те поспешили увернуться, но не ожидали, что в полете тарелка разлетится на осколки, которые со свистом ветра рассеялись в воздухе, оставив на телах парней глубокие порезы.
— Проклятые твари! Кучка обнаглевших новобранцев, мы вообще-то старшекурсники, вы слишком зарываетесь!
«Слишком зарываемся?» — Ми Фэй усмехнулся. Эти отбросы еще смеют говорить о том, что кто-то зарывается?
Чжо Цибао холодно хмыкнул и с высоты своего превосходства посмотрел на троицу:
— А если и зарываемся, то что? Старшекурсники? Мы бьем именно старшекурсников!
— Вы!
— Хватило же у вас ума издеваться над ним, а то, что вас еще не прибили — уже великое благодеяние с вашей стороны, мусор! — Синь Му отвесил Бай Аньнину легкий подзатыльник, но брошенные им слова разили прямо в сердце.
— Не слишком ли вы задираете нос? Вы хоть знаете, кто мы?!
Чжо Цибао повеселел, глядя на троицу как на скот:
— А ну назовитесь, кто вы такие? Из семьи Юань? Из Вэнь? Или, может, из Сяо? Только не говорите, что нет — даже если да, я бы с удовольствием посмотрел, смогут ли они прихлопнуть этого юного господина!
Видя, как те троица покраснела от злобы и натуги, Чжо Цибао изобразил классическое поведение избалованного аристократа:
— Не думайте, что нацепили шкуру старшекурсников академии и теперь стали великими людьми. По всему Блатину я что-то не припомню смельчаков, готовых открыто заявить, что они меня проучат.
— Ха! — парень рассмеялся от ярости. — Всего лишь новобранцы, еще не прошедшие отбор, а столько гонору! Разозлите меня — и я сделаю так, что вы вылетите из академии!
— Старшекурсники? — Синь Му приподнял бровь, и его тон прозвучал несколько лениво. — Было бы даже лучше без этих пустых званий. Смотрите мне, попадётесь в мои руки — убью ведь.
Синь Му вроде бы улыбался, но со стороны это выглядело жутко и зловеще.
— Убью ведь~~ — Ми Фэй передразнил Синь Му, прикрыв лицо руками с самым милым видом.
Парни скрипели зубами от бессильной злобы, глядя на эту компанию, но в академии действовал строгий запрет на личные драки и разборки, иначе они бы уже давно бросились избивать наглецов.
В момент, когда обе стороны зашли в тупик, чей-то голос внезапно разрушил напряжение:
— Не успели новобранцы поступить, а уже устроили балаган.
Юань Цзинцзэ собирался навестить Синь Му, но издалека услышав перепалку в ресторане и расспросив проходивших мимо старшекурсников, узнал, что новички избили старосту... то есть старшекурсников. Юань Цзинцзэ нашел это забавным: устраивать новобранцам показательную порку на протяжении многих лет было чуть ли негласным правилом Первой академии, но чтобы новобранцы сами колотили старожилов — кроме своего брата Синь Му, он и представить не мог кого-то столь отмороженного.
Юань Цзинцзэ, Му Ту, Ча Хэ, Бай Цяньинь и Чжун Ли — все пятеро появились в стандартной белой форме официальных студентов академии, их аура мгновенно подавила всё вокруг, превратив их в яркое пятно, к которому было приковано всеобщее внимание.
Появление Юань Цзинцзэ мгновенно заставило умолкнуть шумный ресторан. Взгляд Юань Цзинцзэ скользнул по залу и безошибочно зафиксировался на нескольких фигурах в черной форме новобранцев в самой толпе.
Трое парней, только что стоявших на ножах с Синь Му, при виде Юань Цзинцзэ тут же ожили, их лица снова приняли надменное выражение, и они поспешили навстречу Юань Цзинцзэ, жалуясь на судьбу:
— Юань-шао, эти новобранцы совершенно от рук отбились! Мало того, что отказываются подчиняться дисциплине, так еще и распустили руки, ранив людей.
Юань Цзинцзэ мельком взглянул на кровавые царапины на телах парней, слегка нахмурился, а затем перевел взгляд на черные силуэты, почему-то находя один из них смутно знакомым.
— Идиоты! Несколько новобранцев сумели загнать вас в такое жалкое состояние, — холодно фыркнул Лань Хэ.
Парни чувствовали себя униженными, но возразить не смели, оставалось лишь зажимать раны и мысленно проклинать всю компанию Синь Му.
Синь Му одной рукой прижал голову Бай Аньнина, развернулся и вышел из толпы, с безмятежным выражением лица глядя на Юань Цзинцзэ. Ледяная маска на лице Юань Цзинцзэ мгновенно треснула по швам, а едкие слова Лань Хэ застряли у того в горле — глядя на Синь Му, они выглядели так, будто увидели призрака.
Взгляд Синь Му последовательно прошелся по каждому из прибывших, а уголки его губ тронула легкая улыбка:
— Ваши знакомые?
Юань Цзинцзэ обожал возиться с Синь Му, но в то же время панически боялся вызвать его гнев, особенно когда тот принимался так загадочно улыбаться — сколько бы раз он это ни видел, от одного взгляда по спине всегда бежали мурашки.
Стоило Синь Му заговорить, как Юань Цзинцзэ и остальные синхронно сделали пару шагов назад, выстраивая безопасную дистанцию между собой и теми тремя парнями.
Окружающие в ресторане переводили взгляды то на Синь Му, то на Юань Цзинцзэ с откровенным недоумением на лицах. Что здесь вообще творится? Кажется, сценарий перепутали, ребята?
— Сходи купить питательную смесь и восстанавливающий раствор, — Синь Му бросил взгляд на Чжо Цибао, и тот пулей помчался к окошку выдачи, накупив достаточное количество баночек и тюбиков. На этот раз никто даже не смел заикаться о том, кто тут лезет без очереди.
Синь Му подошел ближе к Юань Цзинцзэ и с равнодушным видом посмотрел на них:
— Дисциплина? Тьфу! Какое извращение этого прекрасного слова.
Юань Цзинцзэ стоял с окаменевшим лицом, не смея пискнуть. Му Ту нервно потер черную метку в уголках глаз, а Ча Хэ, Бай Цяньинь и Чжун Ли отвели глаза, не решаясь даже взглянуть на Синь Му. При воспоминании о «воспитании с любовью» от Синь Му у всех троих затылки покрывались мурашками, а спины леденели.
— Синь Му, питательная смесь и восстановительный раствор куплены, — прибежал обратно Чжо Цибао и раздал припасы остальным.
Синь Му залпом осушил свою порцию и со смыслом бросил напоследок:
— Воспитание, значит...
Провожая взглядом спину Синь Му, Юань Цзинцзэ невольно потянулся рукой к ребрам, которые ему сломали пару дней назад — им казалось, что они всё еще тупо ноют.
— Юань-шао... — видя, что Синь Му удаляется, один из парней попытался возмутиться.
Лань Хэ бросил на него свирепый взгляд и саданул ногой под дых:
— Идиот! Вы хоть понимаете, на какого психопата посмели пасть разинуть, сборище тупиц!
По возвращении на тренировочную площадку северного сектора С Ми Фэй сгоранил от любопытства и всю дорогу допытывался у Синь Му:
— Синь Му, ты знаком с теми старшекурсниками? Они, кажется, до смерти тебя боялись.
Синь Му, думая о том, как там поживает его питомец, рассеянно кивнул, полностью игнорируя вопросы Ми Фэя:
— Люди, проходящие воспитание.
— Бай Аньнин, ты где живешь? Мы тебя всё это время почему-то не видели, — поинтересовался Чжо Цибао у шедшего следом за Синь Му парня.
Бай Аньнин опустил голову и уставился на собственные носки:
— Комната номер девять, пятый блок.
— Далековато нас раскидали, — цокнул языком Чжо Цибао. — Бай Аньнин, за что те уроды только что к тебе приставали?
— Я случайно опрокинул их тарелки с едой.
— Они сделали это нарочно, чтобы придраться, — холодно произнес Лун Юй. — Чем больше ты перед ними стелешься, тем сильнее они борзеют.
— Пустяки! — Чжо Цибао по-войсковому закинул руку на плечо Бай Аньнина и героически хлопнул себя по груди. — Раз уж мы прошли через такие испытания вместе, отныне братья тебя в обиду не дадут!
Компания вернулась на тренировочную площадку как раз к назначенному времени. Проходящие подготовку курсанты сидели кто где, сбившись в кучки и тихонько проклиная инструкторов последними словами.
Фань Е поднялся на смотровую трибуну, его острый взгляд прошелся по рядам курсантов, после чего он опустил глаза на часы. Стоило инструктору рядом с ним взмахнуть рукой, как стоявшие по периметру роботы мгновенно пришли в движение, разбившись на пары и перекрыв все четыре направления, отрезая опоздавших курсантов от тренировочной зоны.
— Все, кто не находится внутри тренировочной зоны, подлежат немедленному отчислению, — ледяной приказ прозвучал как приговор, повергнув в шок не только оказавшихся за периметром, но и заставив натянуться струной нервы тех, кто успел войти.
— За что?! — безумно завопили оставшиеся за ограждением курсанты. — За что нас отчисляют?! Что мы сделали не так?!
— На сборы давалось пять минут, на обед — один час. Нарушители подлежат отчислению, — подал голос один из ближайших инструкторов, а в его суровом взгляде читалось открытое презрение к глупости курсантов.
Не давая им шанса на оправдания, инструкторы отдали роботам приказ силой увести людей с площадки. Атмосфера на плацу мгновенно сгустилась, тяжелым грузом давя на каждого оставшегося.
Фань Е ледяным тоном произнес:
— Ни одно мое слово не предназначено для шуток. Черви, всё еще грезящие былой славой Первой академии, смотрите мне — не попадайтесь под руку, если не хотите, чтобы я нашел повод вышвырнуть вас отсюда.
Высказавшись коротко и ясно, Фань Е повернулся, вернулся к своему утреннему креслу и извлек на свет ту самую игровую консоль, из-за которой так страдал Синь Му. У всех курсантов ёкнуло в груди, и вполне предсказуемо прозвучал приказ Фань Е:
— Бегом, продолжаем!
Жестокое отчисление отбило у курсантов всякую охоту спорить, им оставалось лишь молча подчиниться и, волоча тяжелеющие ноги, вновь побрести по кругу.
В этот момент они наконец пробудились от прекрасного сна об элитной Первой академии и поняли: вступительные испытания — это вовсе не конец кошмара, настоящая бойня только начинается.
Десять часов непрерывного бега продлились до наступления темноты. Девять десятых курсантов после этого отправились прямиком в восстановительные капсулы. Чжо Цибао так устал, что у него не осталось сил даже жевать еду — он залил в себя питательную смесь с восстановителем и укатился в комнату прямо в постель.
Синь Му лежал на подоконнике, бессмысленно глядя на звездное небо. Заметив движение, он бросил взгляд вниз: внизу, у дерева за пределами тренировочной площадки, стоял Фань Е и смотрел прямо на него. Поймав взгляд Синь Му, Фань Е сделал жест, призывая того поскорее ложиться спать. Посмотрев на него еще пару секунд, Синь Му отвернулся от окна.
— Синь Му, ты куда? — сквозь сон пробормотал Чжо Цибао, почувствовав движение.
— В туалет, спи давай. — Синь Му сбросил ногой упавшее на пол одеяло и закинул его обратно на лицо Чжо Цибао. Тот завернулся в него коконом и мгновенно захрапел дальше.
Покинув комнату, Синь Му спустился на первый этаж общежития. Фань Е поджидал его за углом и поманил пальцем. Синь Му последовал за ним, и они друг за другом направились в комнату инструктора.
— Ого! А вот и госпожа пожаловала! — некий мужчина в майке и с мокрыми волосами вышел из ванной и с улыбкой поприветствовал гостя.
— Не мели чушь! Оденься нормально, — Фань Е швырнул в него куртку, пододвинул к Синь Му стул и налил воды. — Сюй Ци, специалист спецназа.
Мужчина натянул куртку и развалился на диване, а Фань Е сел напротив Синь Му:
— Чего не спишь так поздно? Завтра ведь снова тренировки.
— Не хочется, — Синь Му уткнулся подбородком в стол и принялся крутить в пальцах стакан. Фань Е покачал головой:
— Впереди еще несколько тяжелых дней, без нормального сна нельзя.
— Я же не ребенок. — Сон для него служил лишь способом восполнить энергию, потраченную ядром, а поскольку в последние дни растраты были минимальными, спать или нет — особой разницы не было.
— Госпожа пришла?! Где она?!
http://bllate.org/book/20030/1977445
Готово:
