Выслушав Ши Юньчуаня, Сатору Годзё пришел в ярость:
— Да ты же ни черта не помнишь!
Ничегошеньки не помнить, но при этом требовать с него деньги за байку о том, как он якобы прихлопнул проклятого духа особого ранга? Да откуда в этом наглеце столько наглости?!
Ши Юньчуань посмотрел на закипающего подростка и с невозмутимым видом пожал плечами:
— Ну да, я тебя разыграл. Зато ты повеселился! А радость, между прочим, бесценна. С тебя же я взял всего десять тысяч иен. Сущие копейки за такое удовольствие, не находишь?
Юньчуань лукаво захлопал серо-фиолетовыми ресницами.
Игровая система в его голове тактично промолчала, лишь мысленно посоветовав игроку впредь выбирать Путь в соответствии со своими реальными поступками.
— Вот же наглый врун, — процедил Сатору, сжимая кулаки.
Ши Юньчуань расплылся в улыбке:
— Да какое же это вранье? Я просто люблю травить байки.
Хорошая сказка — залог сытой жизни. Главное — заговорить зубы так, чтобы наивный простак сам полез в карман за кошельком.
Повернувшись к сидевшему рядом Сугуру Гето, Юньчуань дружелюбно поинтересовался:
— Одноклассник-Щелочеглазка, может, хоть ты поведаешь мне о моем тогдашнем триумфе? Опиши во всех красках, насколько я был великолепен.
Улыбка на лице Гето стала еще шире, а пальцы непроизвольно сжались в кулак. Конечно, защита слабых была его незыблемым кредо, но некоторых паршивцев просто жизненно необходимо учить уму-разуму.
Переглянувшись, неразлучные друзья без слов поняли друг друга и одновременно протянули к Ши Юньчуаню свои «дьявольские» клешни.
Ши Юньчуань опешил.
— Помогите! Насилуют! Средь бела дня!
Сатору молниеносно зажал наглецу рот ладонью, а Сугуру тем временем ловко завязал его длинные волосы бантиком и, перехватив широкие рукава ханьфу, туго связал парню руки за спиной.
После этого двое шутников принялись кружить бедолагу по комнате, пока у того окончательно не пошла голова кругом.
— Сейчас стошнит… — простонал Юньчуань, вконец измученный, и пластом рухнул на диван.
Пока он приводил дыхание в порядок, подростки принялись вполголоса обсуждать его проклятую технику.
Сатору обычно мало интересовался происходящим вокруг, да и на недавнее задание Кэнто Нанами и Ю Хаибары ему было плевать. А вот Сугуру, напротив, внимательно выслушал сбивчивый рассказ Хаибары.
— Хаибара божился, что видел, как из бумажного зонта в его руках посыпались золотые листья гинкго, — негромко заговорил Гето. — Они сплелись в сверкающие цепи и намертво сковали проклятого духа. А стоило ему щелкнуть пальцами, как поднялся целый вихрь из этих листьев и буквально изорвал монстра в клочья.
— Значит, проклятое оружие — это зонт? — Годзё покосился на диван, где все еще пытался прийти в себя Ши Юньчуань. — Откуда у обычного гражданского, который только вчера узнал о магии, взялся такой редкий артефакт?
Определенно, этот парень был ходячей загадкой.
— Слышь, чудо природы, а зонт-то твой где? — окликнул лежащего Сатору.
Ши Юньчуань кое-как распутал рукава и медленно, словно фокусник, извлек из бездонных глубин своего одеяния изящный фиолетово-черный бумажный зонт.
— Вы про эту штуку?
Годзё тут же бесцеремонно схватил его за руку, задрал широкий рукав и заглянул внутрь. Ничего. Обычная ткань. Сатору недоуменно уставился на парня:
— И как ты это провернул? Откуда ты его вытащил?
— Это магия, — с каменным выражением лица изрек Юньчуань. — Я наложил на него заклятие невидимого расширения!
Сатору завис.
Сугуру лишь устало вздохнул.
Разумеется, никаким волшебством тут и не пахло. Просто сработали игровые настройки: оружие персонажа материализовалось в руке по первому требованию. Ну а фокус с рукавом Юньчуань разыграл исключительно ради драматического эффекта.
— Вижу, вы мне не верите, — сокрушенно вздохнул он, напустив на себя таинственный вид. — А ведь это была древняя техника «Рукавного измерения» — великое искусство китайских бессмертных! На самом деле я — могущественный старейшина из мира совершенствующихся. Меня предали завистники, из-за чего я пал в этот бренный мир, а мои духовные силы оказались запечатаны. Чтобы снять печать, мне позарез нужен миллион иен. Стоит мне вернуть былую мощь и вознестись обратно, я щедро вас вознагражу и назначу верховными старейшинами моей секты!
— Ты серьезно думаешь, что мы на это купимся? — процедил Сатору, раздраженно глядя на Юньчуаня, который нацепил его любимые темные очки и теперь с умным видом косил под незрячего.
Сидевший поодаль Сугуру вежливо улыбнулся:
— Позволишь взглянуть на твой зонт?
Юньчуань тут же судорожно прижал артефакт к груди:
— Посмотреть-то можно, но за отдельную плату.
Гето так и застыл с натянутой улыбкой.
— Ты что, настолько на мели? — подал голос юный наследник великого Клана Годзё.
— Абсолютно, — чистосердечно признался Юньчуань. — Я всего лишь хотел мирно выпить кофе, а в итоге ввязался в эту заваруху. Все мало-мальски ценные вещи пропали, теперь мне даже на миску риса не наскрести.
И виной всему была дурацкая игровая система, которая исправно начисляла ему только межзвездные кредиты для прокачки, но наотрез отказывалась выдавать местную валюту. В итоге великий заклинатель остался без единого гроша в кармане.
Юньчуань уставился на Годзё самым преданным, кристально чистым взглядом:
— Босс, может, возьмешь меня на содержание? Я неприхотлив: когда приносят еду — ем, наевшись — сам убираю посуду. Дышу без посторонней помощи, умею пользоваться смартфоном и даже знаю таблицу умножения! Обещаю не подбирать гадости с земли, а если пойдет дождь — сразу побегу под крышу. Ну как?
Если бы Сатору попытался описать свои чувства в этот момент, у него нашлась бы только одна фраза: «Более бесстыжей твари я в жизни не встречал!»
Сугуру не выдержал и покатился со смеху. Он мягко потянул назад Сатору, который от возмущения надулся как иглобрюх, и усадил его обратно на стул.
Юньчуань тем временем убаюкивал свой зонт и бормотал под нос:
— Интересно, а Управление делами магов выплачивает компенсацию за моральный ущерб? Эти стариканы прикончили меня столько раз... Если они зажмут выплаты, я им устрою сладкую жизнь.
— Ты же вроде собирался им мстить? — фыркнул Сатору, с остервенением запихивая в рот ложку десерта. — На кой-черт тебе сдались их подачки?
— Одно другому не мешает, — резонно возразил Юньчуань. — Деньги лишними не бывают. Я вполне могу сначала обобрать их до нитки, а уже потом пустить на фарш.
С этими словами он перевел взгляд на Сугуру как на более благоразумного из этой парочки:
— Послушай, а ты не поможешь мне составить заявление на компенсацию морального вреда?
Гето посмотрел в его глаза и заговорщицки кивнул:
— Договорились.
— Сугуру! — тут же взвился Сатору. — Какого черта ты потакаешь этому проходимцу?! Даже не думай ему помогать!
Юньчуань демонстративно постучал пальцем по дужке солнцезащитных очков, красующихся на его переносице:
— Надо же... А ведь кое-кто сам первый бросился помогать «проходимцу».
Эти слова сработали как красная тряпка для быка. Беловолосый шаман моментально вскипел:
— Да я просто отдал тебе то, что мне на фиг не сдалось! Тоже мне, благодетеля нашел!
Покуда Сугуру привычно утихомиривал бушующего друга, поглаживая его по плечу, он параллельно вел переговоры:
— Сделка за сделку. Взамен ты дашь нам подробно изучить твой зонт.
— Без проблем.
Юньчуань с готовностью протянул им оружие.
Если верить игровому лору, этот зонт был выкован искусными мастерами Сяньчжоу Чжумин из искр угасших стрел Владыки Небесной Дуги. Он обладал врожденным свойством испепелять скверну и изгонять демонов. Впрочем, в его игре само оружие не играло ключевой роли — куда важнее были Световые конусы, именно они давали колоссальный прирост к боевой мощи.
— Ни намека на проклятую энергию, — протянул Сатору, вертя зонт и так и сяк.
Сугуру согласно кивнул. На ткани действительно не осталось ни малейшего следа или остаточного шлейфа проклятых сил. Если бы не восторженный рассказ Хаибары, сложно было бы поверить, что эта изящная вещица способна крошить чудовищ.
— Хм, а у этой штуки есть забавный побочный эффект... Всякий визуальный мусор перестал лезть мне в голову, — пробормотал Годзё и с негромким щелчком раскрыл купол.
Стоило плотной ткани расправиться над его головой, как Шестые Глаза Сатору мгновенно отключились — поток информации иссяк, словно зонт создал вокруг него изолированный кокон.
Пока ошеломленный подросток пытался осознать случившееся, до него донесся ленивый голос Юньчуаня:
— Дома зонты не открывают — расти не будешь.
— Чо за бред, у меня метр восемьдесят восемь! — возмутился Сатору, но на всякий случай торопливо захлопнул купол.
Все-таки мужчины — существа ранимые, когда дело касается их роста.
— И все же, этот зонт... — Сугуру бережно вернул вещь владельцу, явно желая расспросить о ее истинной природе.
— Подробный рассказ из первых уст — за отдельную плату, — беспардонно отрезал Юньчуань.
— Да ты издеваешься! Опять платить за твои басни?! — взвыл Сатору.
Юньчуань небрежно крутанул зонт в руках и смерил беловолосого насмешливым взглядом:
— Не «нам», дорогуша, а лично тебе. Раскошеливаться придется только тебе одному.
Гето понимающе прищурился и расплылся в довольной улыбке. Защита Сатору окончательно пала.
— Стяжатель хренов... — буркнул Годзё, но его рука уже послушно потянулась к бумажнику.
Как только хрустящие купюры перекочевали к новому владельцу, Юньчуань мгновенно подобрел и заговорил с поистине царственным изяществом:
— Не стану скрывать, это мое врожденное духовное оружие. Там, в кофейне, мне явилось древнее божество. Оно наложило на меня проклятие... или, если угодно, благословение, нарекло своим земным наместником, а когда я очнулся — этот зонт уже лежал рядом со мной.
Настоящий «баловень судьбы» Сатору Годзё лишь презрительно фыркнул:
— И кто только верит в эту чушь про богов?
— А почему бы и нет? — загадочно улыбнулся Юньчуань. — Наверняка ведь существует какой-нибудь бог, который делает все исключительно смеху ради.
В конце концов, если иметь безграничную дерзость и зайти достаточно далеко по избранному Пути, то любой смертный может возвыситься до Эона.
— Да ну, боги не стали бы так маяться дурью, — проворчал Сатору, развалившись на стуле.
— Ладно, Сатору, мы и так задержались, — Сугуру поднялся, прерывая их пустой спор. — Пора возвращаться, иначе учитель Яга нам всю плешь проест.
Гето по-прежнему не доверял их новому знакомцу. Парень врал так легко и изящно, что отделить крупицы истины от полета его фантазии казалось решительно невозможным.
— Постойте, — Юньчуань состроил самую невинную гримасу, переводя взгляд с одного подростка на другого. — А у вас в мире магов есть мастера проклятой речи? Мне очень нужно встретиться с кем-то из них. Прямо-таки горит.
Интуиция подсказывала ему: одних только темных очков, чтобы скрыть лисью сущность, будет мало. А вот если наложить сверху парочку мощных словесных запретов — вот тогда его легенда станет воистину безупречной.
— Проклятая речь? — Сатору задумчиво постучал пальцем по подбородку. — Погоди-ка... А, точно! Есть такие!
Он резко вскочил с места, так и лучась азартом:
— Погнали! Жутко интересно, что этот сказочник задумал сотворить с магом проклятой речи.
Спустя полчаса их компания уже стояла на пороге поместья клана Инумаки.
— Приветствуем главу клана Годзё, — старейшина дома Инумаки согнулся в глубоком поклоне. Новость о том, что сам Сатору Годзё изволил явиться ради встречи с юным наследником техники проклятой речи, повергла хозяев в трепетный восторг. Мальчика привели без малейшего промедления.
Вскоре в залу вошла статная женщина в строгом кимоно, ведущая за руку очаровательного белобрысого карапуза, на щечках которого красовались характерные темные отметины.
— Это мой сын, Тогэ Инумаки, — с вежливой улыбкой представил ребенка старейшина. — Из-за специфики нашей семейной техники он, увы, не может поприветствовать почтенных гостей лично. Просим нас простить.
Ши Юньчуань присел на корточки, заглядывая в сонные глазенки малыша, и тяжело вздохнул.
«Скажите, а в вашей Японии законы о защите прав детей вообще работают?»
Признаться честно, у него так и чесались руки привлечь этого кроху к нелегальному детскому труду.
В ту же секунду Сатору бесцеремонно навалился локтем ему на плечо и заговорщицки шепнул на ухо:
— Спешу тебя расстроить: в Японии отлично работают не только законы об охране детства, но и Уголовный кодекс. Так что даже не думай.
http://bllate.org/book/20460/2106316
Готово:
