Готовый перевод The Master Brother is a Charmer / Старший брат секты — всеобщий любимец: Глава 18

— Шэнь Цин, что в этом странного? — удивился Шэнь Цин.

— Думаю, ты должен иметь достаточное представление о собственной внешности.

Шэнь Цин напустил на себя озабоченный вид: — А что не так с моей внешностью?

— ... — беспомощно произнес Сюэ Сюаньци: — Она выдающаяся.

Шэнь Цин знал, что хорош собой, но не до такой же степени, чтобы все вокруг им восхищались. К тому же в секте никто особо не обращал на это внимания, хотя немало адептов и впрямь то и дело пялились на него, зависая от глупости...

— Кхм, Сюаньци слишком преувеличивает, по-моему, я выгляжу вполне обычно. Если уж говорить о выдающейся внешности, то мой наставник, Шицзунь, а также младшие и старшие сородичи — вот кто поистине хорош собой! — Шэнь Цин заверил его, что говорит сущую правду!

Однако на самом деле и Шэнь Исянь, и Цзы Сяо, и Гу Юнь, да и вообще все обитатели секты Бескрайних Горизонтов считали Шэнь Цина первой красавицей — то есть, первейшим красавцем мира бессмертных.

Вот только сам он не обладал ни капелькой самосознания и искренне полагал, что его наставник и младшие братья в N раз красивее и привлекательнее его самого.

Сюэ Сюаньци пропустил мимо ушей эту странную паузу, но его интерес действительно мгновенно разгорелся: — Не подскажешь, к какой секте принадлежит Шэнь Цин? Могу ли я однажды нанести тебе визит?

— ...Наверное, да. — Шэнь Цин и сам толком не знал.

Не говоря уже о том, что их секта Бескрайних Горизонтов располагалась на вершине пика, еще бабушка надвое сказала, выдержит ли тхилое тело Сюаньци такой подъем. Холод там стоял жутчайший — когда он сам только попал туда в этом прекрасном теле, то чуть не околел собачьим холодом.

К тому же он понятия не имел, пускают ли в их секту посторонних.

— Наверное?

— А, понимаешь, у нас там в последнее время кое-что произошло, период выдался непростой, гостей принимать неудобно. К тому же мы ведем в некотором роде уединенный образ жизни. Если захочешь приехать, когда все уладится, я спрошу у старших братьев!

Шэнь Цин постеснялся отказать — в конце концов, этот человек немало ему помог, и было бы слишком бессовестно даже не назвать ему свое имя, раз уж он так интересуется.

Сюэ Сюаньци с пониманием кивнул: — Вот оно что. Неудивительно, что, впервые увидев тебя, я подумал, будто ты не от мира сего, ха-ха.

Кхм-кхм, он явно переборщил с показухой.

— Сюаньци льстит мне. Так что насчет денег, которые ты швырнул направо и налево — я поступил в чем-то неправильно?

— Дело не в том, что неправильно. Просто ты расспросил трактирщика о плате за комнату, а потом дал мне столько денег — должно быть, из чувства благодарности? Впрочем, дело не в этом, а в том, как ты поступил только что.

Шэнь Цин все еще не понимал, что было не так на этот раз.

Он уже собирался переспросить, как вдруг посчитался стук в дверь: — Господин.

Сюэ Сюаньци повернул голову к выходу и спросил: — Что такое?

— Господин, Сяо Лю-цзы при смерти.

— Что? — услышав это, Сюэ Сюаньци резко поднялся на ноги, тяжело закашлялся, и его качнуло.

Заметив это, Шэнь Цин тут же встал и поддержал его.

Взаимовыручка — великое дело.

Тело Сюэ Сюаньци было крайне слабым, ему нельзя было сильно волноваться, стоило лишь чуть-чуть переволноваться, как тут же начинался удушающий кашель.

Шэнь Цин мягко похлопал его по спине.

Сюэ Сюаньци слегка кивнул ему в знак того, что все в порядке, толкнул дверь и увидел, что за ней стоит тот самый мужчина с мечом.

Мужчина чуть подался корпусом вперед, указывая ему дорогу.

Шэнь Цин подумал, что раз уж это личные дела чужого дома, ему не стоит лезть, и сказал: — Сюаньци, может, мне лучше уйти?

Мужчина, услышав, как этот некий Шэнь обращается к его господину, окинул их оценивающим взглядом.

— Хорошо, тогда поговорим позже.

— В любом случае, береги здоровье. — Видя, что лицо Сюэ Сюаньци и впрямь выглядит не лучшим образом, Шэнь Цин не смел дольше задерживать его и, бросив напутствие, сразу же ушел.

Сюэ Сюаньци нахмурился и велел: — Веди меня.

— Слушаюсь.

Сяо Лю-цзы был тем самым мальчишкой-слугой, что ехал с ним в одной повозке. Хоть он и числился слугой, но провел рядом с ним немало времени. Пока Сюэ Сюаньци болел, паренек неотступно ухаживал за ним, работал усердно и споро, а главное — превосходно умел развеселить господина.

Как жаль...

Увидев бледного, страдающего ребенка, лежащего на кровати, Сюэ Сюаньци ссутулился так, что брови почти сошлись на переносице. Ледяным голосом он спросил стоявшего рядом лекаря: — В чем причина?

Лекарь согнулся в три погибели, не смея поднять глаз на его лицо, и долго заикался, не в силах вымолвить ни слова.

Нрав Сюэ Сюаньци всегда отличался мягкостью, он никогда в жизни не гневался, но сейчас на кону стояла человеческая жизнь, а лекарь все мялся и не мог дать ответа, что изрядно вывело его из себя. Однако, спохватившись, он перевел взгляд на лицо стоявшего рядом мужчины.

Выражение лица мужчины тоже было довольно мрачным.

— В чем дело? — глаза Сюэ Сюаньци сузились.

Мужчина бросил взгляд на лекаря, подошел к двери и окну, оглядывая все вокруг, словно выискивая какие-то улики.

Сюэ Сюаньци прекрасно понимал смысл этих действий и снова посмотрел на больного ребенка на кровати...

Вернувшись в комнату, Шэнь Цин увидел на столе еду и почувствовал пробудившийся аппетит. Он взял палочки, подцепил кусочек мяса, закинул в рот — и тут же выплюнул.

— Тьфу, тьфу, тьфу, почему оно такое соленое?!

К тому же еда успела остыть.Глядя на аппетитные блюда на столе, Шэнь Цин почувствовал легкое сожаление.

Хотя он вовсе не был голоден, расточительнчествовать с едой — позор!

К тому же еда оказалась ужасно соленой. Интересно, то, что ел Сюэ Сюаньци, случайно не было таким же соленым?

Но судя по нему, он чувствовал себя нормально.

В голове внезапно промелькнуло бледное лицо собеседника, который в прошлый раз достал из своего мешка хранения маленький фарфоровый флакон, отчего его глаза тогда загорелись.

Точно! Он ведь может попросить у старшего брата Гу Юня или дяди-наставника Му каких-нибудь пилюль.

Хотя бы в знак благодарности за помощь, которую Сюэ Сюаньци оказал ему.

Мм, но для начала нужно было узнать, чем тот болен, чтобы подобрать лекарство.

Не зная, сколько еще продлится их разговор, Шэнь Цин проглотил завалявшуюся при нем пилюлю Очищения от демонов, вышел наружу, попросил у слуги таз с водой, промыл раны, а затем принялся за медитацию. Услышав шум снаружи, он открыл глаза.

Толкнув дверь, он действительно увидел, как те выходят наружу.

Услышав шорох, Сюэ Сюаньци повернул голову, взглянул на него и явно замер — судя по всему, появление Шэнь Цина оказалось для него совершенно неожиданным.

Заметив, что лицо Сюэ Сюаньци выглядит еще более бледным и изможденным, чем прежде, Шэнь Цин озабоченно спросил:

— Ты в порядке?

— ……Мм?

— Ну, ты выглядишь очень плохо, — Шэнь Цин указал на собственное лицо. — К тому же ты только что так сильно кашлял.

Услышав в его словах искреннюю заботу, Сюэ Сюаньци немного пришел в себя, в душе потеплело, и уголки его губ едва заметно дрогнули в подобии улыбки:

— Не составишь мне компанию ненадолго?

Старый недуг дает о себе знать.

Шэнь Цин понимал, что сейчас тот отчаянно нуждается в утешении, но ведь они с ним были практически незнакомцами — о чем им вообще говорить?

Однако, столкнувшись с полными надежды и печали глазами собеседника, Шэнь Цин словно поддался какому-то наваждению и кивнул.

Сердце Сюэ Сюаньци дрогнуло, после чего он пригласил его в комнату.

Хоть Шэнь Цин и согласился, но, оказавшись внутри, понятия не имел, о чем заговорить.

Сказать: соболезную вашей утрате?

Но ведь он понятия не имел, жив этот Сяо Люцзы или уже мертв.

С тех пор как Шэнь Цин вошел, Сюэ Сюаньци заметил, что тот немного нервничает:

— Прости, я, пожалуй, излишне навязчив.

— А, нет, что ты, — Шэнь Цин сухо кашлянул. Раз уж он дал согласие, то теперь придется расхлебывать до конца — даже если разговор не клеится, нужно продолжать болтать. — Как твои спутники?

— …… — Сюэ Сюаньци на секунду замолчал, а затем тяжело вздохнул: — Дела обстоят не лучшим образом.

— Не расскажешь, что случилось? — спросил Шэнь Цин.

Сюэ Сюаньци поджал губы, казалось, он в нерешительности колебался.

Увидев это, Шэнь Цин тут же добавил:

— Впрочем, если об этом неудобно говорить, ничего страшного.

— Я ведь сам позвал тебя, чего же тут неудобного? — Сюэ Сюаньци горько улыбнулся. — Боюсь, ему осталось совсем немного. И как назло, совсем еще ребенок.

Шэнь Цин изумился: когда он только пришел, то действительно заметил среди них ребенка с очень болезненным видом.

Неужели этот Сяо Люцзы и есть тот самый мальчик?

— Так сказал лекарь? — Шэнь Цин слегка нахмурился.

Сюэ Сюаньци кивнул и с мрачным выражением лица произнес:

— Всё это произошло из-за меня, поэтому……

Атмосфера в комнате стала настолько тяжелой, что Шэнь Цин поспешил утешить его:

— Хоть я и не знаю точной причины, но говорят ведь: жизнь и смерть предопределены свыше, и подобное нам не под силу изменить. Не вини себя так сильно.

— ……Возможно.

Взглянув на то, как ослаб Сюэ Сюаньци, Шэнь Цин всерьез забеспокоился, что тот может потерять сознание в любую секунду……

— Ты случайно не заболел?

— Мм?

— Твое лицо кажется еще бледнее, чем раньше…… — Шэнь Цин всерьез испугался, что тот сейчас рухнет в обморок.

— Пустяки, кхе, просто дело в том, что, кхе-кхе, это старая хворь.

Эта фраза далась ему с трудом — он закашлялся аж три раза, и речь звучала прерывисто.

— Пожалуй, я позову лекаря! — выпалил Шэнь Цин и уже собрался сорваться с места, как вдруг собеседник ухватил его за край одежды.

Губы Сюэ Сюаньци побелели до синевы, и это зрелище всерьез напугало Шэнь Цина.

Сюэ Сюаньци говорил слабым, едва слышным голосом:

— Не надо, не зови лекаря.

Хотя Шэнь Цин не понимал, почему тот так противится приходу лекаря, он оказался в полном тупике: сам он ничего не смыслил в медицине и понятия не имел, что за болезнь у Сюэ Сюаньци и как ему помочь.

— Но, но ты же……

— Нет, кхе-кхе, в изголовье, кхе-кхе, в сумке есть лекарство.

Привалившись половиной тела к столу и выпустив край чужой одежды, Сюэ Сюаньци с трудом указал рукой на кровать.

Встревоженный Шэнь Цин бросился к постели искать лекарство. Пошарив внутри, он обнаружил два фарфоровых флакона и какую-то тяжелую бирку, но сейчас его меньше всего волновали посторонние вещи. Схватив оба флакона, он подбежал обратно к Сюаньци и спросил:

— Сюаньци, смотри, какой из них?

— Кхе-кхе-кхе, левый, левый, — прерывисто дыша, ответил Сюэ Сюаньци.

— Сколько принимать?

— Две, две пилюли.Шэнь Цин услышал это и не смел выказывать ни малейшего пренебрежения, сразу же вытряхнул пилюлю и протянул её собеседнику:

— Погоди, я принесу тебе воды!

Кто бы мог подумать, что Сюэ Сюаньци тут же закинет лекарство в рот и проглотит.

Шэнь Цин на мгновение растерялся и в испуге протянул руку, чтобы мягко погладить его по спине.

Слуховая передача на расстоянии

Хотя лекарство было принято, по лицу и состоянию Сюэ Сюаньци всё еще нельзя было сказать, что ему стало лучше.

Его взгляд казался несколько затуманенным, и Шэнь Цин, глядя на него, по-настоящему испугался, что тот не выдержит и рухнет лицом прямо на стол или на пол, поэтому он попросту взял его на руки.

Внезапное ощущение невесомости заставило сердце Сюэ Сюаньци дрогнуть. Он прищурился, глядя на внезапно приблизилось лицо и вдыхая лёгкий аромат, чувствуя, что голова идёт кругом ещё сильнее: неужели этот человек поднял его на руки?

— Я отнесу тебя на кровать, а потом позову лекаря!

Сюэ Сюаньци смотрел, как пухлые губы то раскрываются, то смыкаются, произнося слова. Он закрыл глаза, кадык слегка качнулся вверх-вниз, но отвечать он не стал.

Шэнь Цин бережно уложил его на кровать, стянул с него сапоги, чтобы тот мог лечь поудобнее:

— Погодите здесь, я сейчас же вернусь!

Сказав это, он уже собирался повернуться и позвать людей, как вдруг кто-то ухватил его за полу одежды.

Обернувшись, он встретился взглядом с теми самыми затуманенными, но по-прежнему иссиня-чёрными блестящими глазами. Видя, что тот хочет что-то сказать, но не решается, Шэнь Цин спросил:

— Что такое?

— Я... кхе, со мной всё в порядке, полежу немного, и пройдёт. — Сюэ Сюаньци выдавил из себя слабую улыбку. — Только не говори им.

На лице Шэнь Цина отразилось недоумение: зачем ему умышленно скрывать это?

Но расспрашивать было неудобно, к тому же раз тот болен настолько, что снова и снова просит никому не рассказывать, то он...

— Но...

— Кхе, прошу тебя, кхе!

Собеседник попытался приподняться, и Шэнь Цин, видя это, уже не смел спорить с ним дальше. В испуге он пообещал:

— Хорошо, я никому не скажу, так что ложись и отдыхай как следует.

Услышав это, Сюэ Сюаньци с трудом издал короткий смешок:

— Кхе-кхе, благодарю за хлопоты, братец Шэнь...

— Не обращай внимания, ложись, я побуду рядом, — сказал Шэнь Цин, накрывая его одеялом. — Мы же друзья, к чему такие церемонии.

Глаза Сюэ Сюаньци слегка изогнулись, и он чуть кивнул, тихо произнеся:

— Хорошо.

— Спи.

Шэнь Цин придвинул стул и уселся рядом с ним, явно намереваясь просидеть так всю ночь.

Сюэ Сюаньци скосил глаза, увидел, что тот сел, после чего закрыл глаза и постепенно погрузился в сон.

Услышав тихое дыхание, Шэнь Цин взглянул на лицо человека на кровати — оно уже начало постепенно приобретать здоровый румянец. Похоже, состояние действительно стабилизировалось, и он мысленно выдохнул с облегчением.

Он повернул голову к окну: за стеклом висела полная луна, ночь обещала быть долгой.

Всё же Шэнь Цин не был до конца спокоен. Опасаясь, что после его ухода может случиться какое-нибудь резкое ухудшение, он решил остаться и безо всяких колебаний погрузился в медитацию, чтобы успокоить разум и заняться внутренней практикой. Но стоило ему только присесть, как спустя совсем немного времени послышался слабый стук.

Он открыл глаза и посмотрел в сторону источника звука — стучали в окно.

Встав на ноги, Шэнь Цин направился к окну. Он распахнул створки, и в него времéнулся белый бумажный журавлик, тут же замерший на месте. Шэнь Цин озадаченно подумал: что это еще за напасть?

— Хм, кхе-кхе...

Снаружи повеяло холодным ветром. Услышав кашель, донесшийся со стороны кровати, Шэнь Цин торопливо закрыл окно, а затем обернулся и посмотрел на человека на ложе — тот даже не думал просыпаться.

Слегка выдохнув, он снова сел и, взяв бумажного журавлика, осмотрел его: ничего необычного. Из любопытства он развернул фигурку и тотчас услышал знакомый голос юного ученика:

— Старший брат, почему вы обманули Хэ-хэ и сбежали один! Вы знаете, что будет, если об этом узнает Наставник? А старший брат Гу тоже хорош — надо же было подкинуть вам такую дурацкую идею! Если бы Хэ-хэ не стал расспрашивать, он бы так и продолжал всё скрывать! Этот бумажный журавлик — мой талисман передачи звука, он отыщет вас по вашему запаху. Старший брат, получив послание, никуда не уходите, Хэ-хэ почувствует вас и сразу же придет за вами!

Хочет, чтобы ты остался?

М? Хэ-хэ только что сказал, что собирается прийти за ним?

Лицо Шэнь Цина покрылось темными тучами: с чего это его вдруг приняли за годовалого ребенка?

Хоть он и отправился в дальний путь впервые в жизни, он же не совсем из дома не выходил, к чему поднимать такую панику?!

Впрочем, сейчас был не тот момент, чтобы ломать голову над этим. Шэнь Цин вдруг вспомнил, что в комнате спит еще один живой человек, и раз уж Хэ-хэ орал так громко, неужели тот ничего не услышал?!

Шэнь Цин в панике посмотрел на человека на кровати, но обнаружил, что тот не шевелится и спит всё так же крепко, отчего он невольно испытал облегчение.

Однако, раз голос Хэ-хэ был таким громким, а Сюэ Сюаньци всё равно спал как убитый, похоже, в дороге тот смертельно устал...

— Ну что, почувствовал?

На пике Мяофэн Бессмертной Секты Цзиван Гу Юнь смотрел на сердитого юношу и с опаской спрашивал:

— Хэ-хэ открыл глаза, поднялся с земли, фыркнул на него и пошел прочь.

Гу Юнь было собрался броситься за ним, но, подумав секунду, всё же оставил эту затею.

Пожалуй, лучше не пытаться его останавливать — если тот потом нажалуется, хлопот не оберешься.

Этой ночью Сюэ Сюаньци спал не слишком спокойно. Среди ночи он почувствовал, как холодный сквозняк заставил его продрогнуть и проснуться. Открыв глаза, он увидел, что Шэнь Цин стоит у окна спиной к нему и непонятно чем занят, а в следующий миг в руке у того появился бумажный журавлик, на котором, судя по всему, что-то было написано.

Он украдкой наблюдал за ним, предаваясь самым разным мыслям.

Не подослан ли Шэнь Цин кем-то?

Этот вопрос он обдумывал очень долго, пока наконец не услышал утреннее пение птиц. Открыв глаза, он увидел сидящего рядом со скрещенными ногами на стуле человека — тот, судя по всему, занимался медитацией.

Или, может быть, он и вправду всего лишь случайный путник?

Человек у кровати сидел неподвижно, казалось, совершенно не обращая внимания на происходящее вокруг.

Сюэ Сюаньци решил просто понаблюдать за ним — снизу вверх.

Надо признать, что если судить исключительно по внешности и манерам, то во всем мире вряд ли найдется второй такой человек.

Станет ли он его врагом?

Нет, в этом мире не должно быть никого, перед кем он был бы готов склонить голову. Если только...

Раньше Шэнь Цин во время медитации вырубался в ту же секунду. К счастью, после того как Наставник ушел за закрытые двери, он стал куда усерднее, поэтому, услышав легкий шорох снаружи, он резко распахнул глаза и сразу же встретился взглядом с пристальным, изучающим взором Сюэ Сюаньци.

— ... — неужели тот подозревал его или пытался выведать что-то?

Шэнь Цин проснулся так внезапно, что Сюэ Сюаньци даже не успел отвести взгляд, и они несколько секунд тупо смотрели друг на друга.

Голос Сюэ Сюаньци после сна был слегка хриплым и невероятно приятным на слух:

— Ты охранял меня всю ночь?

— М-м... Я переживал, что ночью тебе снова станет плохо. — Шэнь Цин кивнул и поднялся на ноги: — Ну как, сейчас тебе лучше?

Сюэ Сюаньци с благодарностью произнес:

— Уже всё в порядке, благодарю за хлопоты, братец Шэнь.

Видя его вежливость, Шэнь Цин отмахнулся:

— Не стоит благодарности. Нужно позвать кого-нибудь?

— Братец Шэнь собирается уходить? — услышав это, Сюэ Сюаньци почувствовал легкую тревогу.

Шэнь Цин кивнул:

— Да, время не ждет. Как только прибудет мой младший соученик, я отправлюсь в путь.

— Разве вы не с нами?

— Время поджимает, боюсь, не получится.

— ...То-тогда, братец Шэнь, может, подождешь еще немного? Совсем недолго!

На лице Шэнь Цина отразилось недоумение.

Сюэ Сюаньци слегка кашлянул и пояснил:

— Я ведь вчера обещал угостить тебя чаем Можун.

— Ах, точно! — Шэнь Цин мгновенно всё понял, чуть было не забыв об этом: — Хорошо, тогда побеспокоим тебя, Сюаньци.

Уголки губ Сюэ Сюаньци приподнялись:

— Не церемонись.

Практикующий Путь

Шэнь Цин понятия не имел, когда именно прибудет Хэ-хэ, ведь он сам спускался с пика целый день...

В итоге, когда люди Сюэ Сюаньци преподнесли ему чай и вся их компания была уже готова выступать, от Хэ-хэ по-прежнему не было ни слуху ни духу.

Шэнь Цин ничего не оставалось, как сидеть и в одиночестве потягивать чай, то и дело поглядывая на входную дверь.

Сюэ Сюаньци, спускаясь вниз по лестнице и заметив, что тот всё еще не собирается трогаться с места, не удержался от вопроса:

— Братец Шэнь, мы не уходим?

— Мой младший соученик еще не пришел. Он велел мне не бродить где попало, я боюсь, что он меня не найдет, — отставив чашку, ответил Шэнь Цин.

— Но разве ты не спешил?

— М-м... но я не могу бросить младшего соученика одного, для него это, должно быть, первая вылазка в большой мир.

Наверное?

Хотя Хэ-хэ, очевидно, ориентировался в этом мире куда лучше него самого.

— Разве тебе не нужно возвращаться уже завтра? — Сюэ Сюаньци запутывался всё сильнее, теряя всякую нить рассуждений.

Шэнь Цин вздохнул:

— Ну да, но он-то знает только то, что я здесь...

— Господин, лошади и повозки уже готовы, Сяо Лю-цзы тоже обустроен, — произнес стоявший рядом мужчина с мечом в руке, как раз когда Сюэ Сюаньци собирался сказать что-то еще.

Сюэ Сюаньци бросил на него взгляд.

Только теперь мужчина заметил, что позади сидит еще кто-то. Озадаченно охнув, он поспешно добавил:

— Ой, чуть не забыл, что все еще не завтракали! Господин, что вы желаете отведать?

— Не нужно, спускайся.

— Э-э, хорошо. — Мужчина развернулся и удалился.

Шэнь Цин осведомился:

— Ты еще не ел? Вы ведь проделали долгий путь, к тому же ты нездоров, так нельзя истощать силы.

— Переживаешь за меня?

— Конечно, ты вчера... — Шэнь Цин на полуслове окинул взглядом окрестности. Сюэ Сюаньци не понял к чему он клонит, как вдруг тот придвинулся ближе и заговорщически шепнул: — Ты меня и впрямь напугал, конечно, я буду переживать.

— ...

Этот парень до чего же очарователен.

— Ешь давай, а не то в дороге будут сплошные хлопоты! — принялся уговаривать его Шэнь Цин.

http://bllate.org/book/20847/2102851