Линь Чао посмотрел на друга, у которого на прядях волос застряла капля соевого молока, и всё же не удержался от смеха.
— Ты ещё смеешься? — разъярился Бай Аньлань.
— Иди прими душ, а с Анью я сам погоговорю и уговорю его, — Линь Чао похлопал его по плечу, успокаивая.
— Ладно, вся надежда на тебя. — Бай Аньлань и сам уже не мог выносить соевое молоко на голове, поэтому отправился в ванную.
Линь Чао разогрел остывший сэндвич, заварил чашку кофе и только после этого постучал в дверь комнаты Бай Анью.
— Можно войти, Анью?
Бай Анью открыл Линь Чао дверь с покрасневшими глазами и впустил его внутрь.
— Скушай сначала что-нибудь. — Линь Чао протянул ему сэндвич и кофе.
Бай Анью ссхлипнул, взял сэндвич и принялся откусывать маленькими кусочками.
— Брат Линь Чао, только ты можешь мне помочь, — Бай Анью шмыгнул покрасневшим носом и жалобно произнес: — Мой брат не разрешает мне быть с А-Ци и даже видеться с ним, я чувствую, что просто не переживу этого.
Линь Чао потрепал его по макушке:
— Что за глупости ты говоришь.
— Правда, без А-Ци я умру, — с совершенно серьезным лицом заявил Бай Анью.
Линь Чао спросил:
— Неужели ты так сильно его любишь?
Бай Анью кивнул.
Глядя на его серьезный вид, Линь Чао тяжело вздохнул про себя, подумал немного и сказал:
— Ладно, доешь сэндвич и иди к нему. А с твоим братом я договорюсь, придумаю, как заставить его смягчиться.
— Правда? — у Бай Анью мгновенно засияли глаза. Он бросился вперед, крепко обнял Линь Чао и затылком потерся о его грудь: — Я же знал, что ты самый лучший, брат Линь Чао!
— Только тебе нужно поторопиться, — напомнил Линь Чао. — Вернется твой брат — и ты уже никуда не уйдешь.
Бай Анью отчаянно закивал и торопливо затолкал сэндвич в рот.
— Потише.
Испугавшись, что тот подавится, Линь Чао принялся поглаживать его по спинам и помог запить парой глотков кофе.
— Ик! — Бай Анью икнул, еще раз поблагодарил Линь Чао и счастливый выбежал вниз.
Линь Чао подошел к балконному ограждению, собираясь посмотреть, как тот уходит, но не успел он даже разглядеть Бай Анью, как заметил внизу Шэнь Юйшао.
А рядом с Шэнь Юйшао стоял мужчина — Ли Фэнсин.
С чего это он заявился?
Брови Линь Чао слегка нахмурились, подумав немного, он все же решил спуститься вниз.
А внизу Ли Фэнсин как раз беседовал с Шэнь Юйшао:
— Ну как? Вернул своего благоверного?
Шэнь Юйшао был в прекрасном настроении:
— Разумеется.
— Тогда я пожалуй возвращаюсь в город Янь, — произнес Ли Фэнсин.
— Когда уезжаешь? — спросил его Шэнь Юйшао.
— Прямо сейчас и уезжаю.
Не успел Ли Фэнсин договорить, как заметил вышедшего из здания Линь Чао.
Ли Фэнсин расплылся в улыбке и поприветствовал его:
— О, привет! А ты, невестка, все так же прекрасна, как цветок, ничуть не растерял былого очарования.
Шэнь Юйшао искоса глянул на него и предупредил:
— Попридержи язык, веди себя прилично.
Увидев, что те двое стоят так близко, Линь Чао почувствовал, как к нему вновь подступает давняя ревность. Он подошел, схватил Шэнь Юйшао за руку, притягивая к себе, и одновременно обратился к Ли Фэнсину:
— Ты чего приперся?
— Да я вовсе не собираюсь у тебя никого отбивать, чего ты так нервничаешь…
Не успел он договорить, как на том самом балконе, где только что стоял Линь Чао, внезапно появился человек в банном халате и закричал вслед удаляющейся спине Бай Анью:
— Бай Анью, немедленно вернись!
Это был голос Бай Аньланя.
Линь Чао испуганно вздрогнул, торопливо поднял голову и, убедившись, что это действительно Бай Аньлань, окликнул его:
— Аньлань!
— Линь Чао! — перепугался Бай Аньлань и закричал Линь Чао: — Я же просил тебя приглядеть за ним! Как ты позволил ему уйти?
Бай Анью, который еще не успел отойти далеко, в этот момент обернулся и показал старшему брату язык:
— А вот и уйду, иду искать своего любимого, и можешь даже не пытаться меня останавливать!
— Вернись сейчас же! Вернись! — разъярился Бай Аньлань.
— Не вернусь! И не подумаю! — Бай Анью намеренно выводил его из себя.
— Если ты сейчас же не вернешься, клянусь, я сию же секунду отсюда спрыгну! — Бай Аньлань перекинул обе ноги за перила, удерживаясь на балконе лишь одной рукой.
— Прыгай! Была бы смелость — спрыгнул бы! — на словах Бай Анью продолжал дразнить брата, но больше все же не сделал ни шагу вперед.
Бай Аньлань находился на втором этаже, под балконом располагалась мягкая земля, и по идее падение не должно было принести ему никаких серьезных травм, но береженого бог бережет, мало ли что?
При этой мысли Линь Чао встревожился и принялся отговаривать его:
— Аньлань, не глупи, не совершай необдуманных поступков!
— Это что, Бай Аньлань? — Ли Фэнсин потрогал себя за подбородок и искренне изумился: — Почему вживую он выглядит еще лучше, чем на фотографиях?
Линь Чао настороженно обернулся и посмотрел на Ли Фэнсина:
— Ты знаешь Аньланя?
Шэнь Юйшао бросил на Ли Фэнсина многозначительный взгляд.
Ли Фэнсин лишь пожал плечами.
Конечно, он знал его: когда Шэнь Юйшао поручил ему навести справки о Линь Чао, он заодно узнал и о Бай Аньлане, однако Линь Чао об этом знать было совершенно необязательно.К счастью, Линь Чао переживал за Бай Аньланя и не стал допытываться у Ли Фэнсина, лишь бросил ему одну фразу, а затем снова заговорил с Бай Аньланем:
— Аньлань, не глупи, возвращайся скорее!
Бай Аньлань страдал боязнью высоты, и если бы ему пришлось простоять там ещё немного, он бы, пожалуй, действительно не выдержал и сорвался вниз.
Однако всё произошло ещё быстрее, чем предполагал Линь Чао: не прошло и минуты, как у Бай Аньланя задрожали ноги. Стоило ему бросить взгляд вниз, как его тут же обсыпал холодный пот, а лицо побледнело.
— Аньлань! — испугался Линь Чао.
Бай Аньлань зажмурился и, тяжело дыша, произнес:
— Заставь этого мелкого паршивца вернуться.
Линь Чао поспешно крикнул:
— Анью, послушайся, вернись сначала!
Бай Анью нехотя, но всё же повернул назад. Линь Чао с облегчением выдохнул и только хотел попросить Бай Аньланя переступить обратно, как увидел, что под ногой у того внезапно не оказалось опоры.
— Аньлань! — Линь Чао бросился вперед, чтобы поймать его, но кто-то опередил его на шаг.
Бай Аньлань собирался шагнуть назад на балкон, но у него прихватило боязнь высоты. От испуга сердце забилось сильнее, он потерял равновесие и всё-таки сорвался со второго этажа. В тот момент он думал, что падения не избежать, но ожидаемая боль так и не пришла — он упал в чьи-то широкие, теплые объятия.
Следом прямо у его уха раздался ленивый, чувственный голос, полный бесчисленной нежности и легкой улыбки. Словно ласковый весенний ветерок, он проник прямо сквозь его барабанные перепонки.
Тот человек произнес:
— Ну как же ты так неосторожен?
Я намерен ухаживать за ним
Ли Фэнсин поймал и обнял Бай Аньланя.
А Бай Аньлань всё ещё дрожал, не успев защититься от этого удара, и мог лишь тяжело дышать, прижимаясь к груди Ли Фэнсина.
В сердце Линь Чао зазвучали тревожные звоночки.
В тот самый миг он вдруг вспомнил, как во времена учебы в университете горько рыдал под окнами учебного корпуса главный красавчик факультета, безжалостно брошенный Ли Фэнсином.
Ли Фэнсин был человеком ветреным и легкомысленным, обладал страстью к дурацким шуточкам, но при этом от природы наделен ослепительно прекрасным лицом и парой соблазнительных персиковых глаз с призывным прищуром. Линь Чао сам и в грош его не ставил, однако находилось бесчисленное множество глупых юношей и дев, которые, не задумываясь о последствиях, бросались в его объятия.
Вот только ни для кого из них это не заканчивалось ничем хорошим.
Линь Чао прекрасно это понимал: Ли Фэнсин привык порхать по цветам и прельщать бабочек, его привлекал лишь сам азарт охоты, и он вовсе не собирался задерживаться ради кого-то одного. Именно поэтому сейчас, когда Ли Фэнсин так близко прижимал к себе Бай Аньланя, Линь Чао занервничал до дрожи в коленках.
Он не хотел, чтобы его лучший друг тоже стал очередной мишенью для охоты Ли Фэнсина, и еще больше боялся, что Бай Аньлань, ослепленный смазливой мордашкой Ли Фэнсина, потеряет голову, как все те прежде, и в конце концов покроется сплошными кровоточащими ранами.— Я сам, — Линь Чао глубоко вздохнул и попытался забрать друга из объятий Ли Фэнсина.
Но Ли Фэнсин не отдал его и при этом умудрился облапать задницу Бай Аньланю.
Линь Чао: «!!!»
Бай Аньлань ничего не заметил и лишь слабо произнес:
— Спасибо.
Линь Чао: «???»
За что ты его благодаришь?! Братуха, он же тебя лапает!
Линь Чао слегка занервничал и снова протянул руку к Бай Аньланю, но в этот момент Ли Фэнсин подхватил Бай Аньланя на руки и мягко усмехнулся:
— Хочешь, я отнесу тебя наверх?
Линь Чао с трудом сдержал гнев и ответил за него:
— Не нужно, опусти его, мы с Анью поможем ему подняться.
Бай Анью был страшно испуган, стоял рядом, вытирал слезы и каялся:
— Брат, я виноват, я и не думал, что ты в самом деле решишь спрыгнуть, прости меня.
Бай Аньлань уже пришел в себя, но внезапно оказавшись на весу в объятиях незнакомого мужчины, почувствовал себя неловко и заерзал:
— Пожалуйста, опусти меня на землю.
— Ничего страшного, я держу крепко, не уроню, не напрягайся. — Ли Фэнсин, прижимая к себе Бай Аньланя, сделал шаг вперед.
В отчаянии Линь Чао подсознательно обратился за помощью к Шэнь Юйшао:
— Юйшао...
Шэнь Юйшао приподнял бровь.
Словно ухватившись за соломинку, Линь Чао взял Шэнь Юйшао за руку и слегка качнул ее туда-сюда.
Шэнь Юйшао улыбнулся, в ответ сжал руку Линь Чао и заступился за него:
— Фэнсин, опусти человека, пусть Линь Чао поможет ему подняться.
Тон Шэнь Юйшао был строгим, и Ли Фэнсин не мог не послушаться. Ему оставалось только вздохнуть и с явным сожалением опустить человека из своих объятий на землю.
Увидев это, Линь Чао поспешно подхватил Бай Аньланя, и вместе с Бай Анью — каждый взял его под руку — они повели его в дом.
Внизу остались только Шэнь Юйшао и Ли Фэнсин.
Шэнь Юйшао проводил взглядом поднимающегося Линь Чао, достал сигарету и закурил.
Ли Фэнсин смотрел в ту же сторону.
Шэнь Юйшао выпустил колечко дыма:
— Разве тебе не нужно возвращаться в город Янь? Чего ты тут стоишь?
— Я никуда не еду, — внезапно передумал Ли Фэнсин.
Шэнь Юйшао усмехнулся, бросил ему сигарету и спросил:
— И что это значит, братец?
— Тебе не кажется, что Линь Чао слишком хорошо относится к Бай Аньланю? — Ли Фэнсин протянул руку, требуя у Шэнь Юйшао зажигалку.
Шэнь Юйшао передал ее и приподнял бровь:
— Опять хочешь посеять раздор?— Я делаю это, чтобы избавить тебя от забот, — Ли Фэнсин прикурил сигарету. — Сам подумай: этот Бай Аньлань крутится так близко к Линь Чао, да к тому же одинок — разве это безопасно?
Шэнь Юйшао:
— И что с того?
— Так что, как по твоему, если я возьму Бай Аньланя под своё крыло?
Шэнь Юйшао затушил сигарету и, повернувшись к нему, посмотрел на него:
— Ты серьёзно?
— Конечно, я намерен ухаживать за ним. Поможешь мне?
Шэнь Юйшао ответил:
— Я не могу тебе помочь.
Ли Фэнсин поинтересовался:
— Почему это?
Шэнь Юйшао невозмутимо произнёс:
— Моя жёнушка и так тебя на дух не переносит. Если я ещё и помогу тебе хомутать его друга, он точно со мной разругается.
— Это всё потому, что у Линь Чао ко мне предвзятое мнение, — не согласился Ли Фэнсин. — К тому же, не мог бы ты перестать быть таким подкаблучником?
— Дело не в предвзятом мнении Линь Чао, а в том, что проблемы в тебе самом, — договорив, Шэнь Юйшао добавил ещё одну фразу: — А что до подкаблучника — мне нравится.
Ли Фэнсин не унимался:
— Куда подевалось твоё достоинство единички?
Шэнь Юйшао:
— Его нет.
Ли Фэнсин:
— …
Ли Фэнсин остался безмолвен.
Виллу наконец заполнил успокоившийся Бай Аньлань. Оглядев себя, а затем переведя взгляд на Линь Чао, он спросил:
— Я что, только что сбросился с высоты?
Линь Чао, которого тот напугал до полусмерти, теперь, убедившись, что всё обошлось, принялся язвить:
— Ага, как же! Ваш благородный молодой господин Бай проявил невероятную доблесть, преодолел боязнь высоты и, стоя на балконе второго этажа, без всяких сомнений сиганул вниз…
— Хватит уже издеваться надо мной, я оступился и упал случайно. — Вспомнив, как испугался Линь Чао секунду назад, Бай Аньлань снова потрепал его по щеке и с извиняющимся видом произнёс: — Прости, что заставил тебя волноваться.
— Да я-то в порядке, — Линь Чао кивком указал наверх. — А вот Аньью — он просто съедает себя заживо, сейчас сидит в комнате и ревёт.
Услышав это, Бай Аньлань немедленно собрался подняться наверх к младшему брату.
— Погоди-ка, давай сначала поговорим с тобой вдвоём, — Линь Чао нажал Бай Аньланю на плечи и усадил обратно на стул.
Хотя Бай Аньлань переживал за Бай Анью, отказать Линь Чао он не мог и спросил:
— О чём ты хочешь поговорить?
— О том, почему ты не разрешаешь Аньью и Фэн Ци быть вместе.
— Конечно же, потому, что они друг другу не подходят, — выпалил Бай Аньлань.
Линь Чао приподнял бровь, ничего не ответил и лишь посмотрел на него взглядом человека, которому всё обо всём известно.
Под этим взглядом Линь Чао Бай Аньланю стало не по себе, и он выпалил с отчаяния:
— Да кто заставляет Аньью вести себя так бесстыдно после того, как он влюбился? Подсыпать человеку в напиток дрянь и лезть к нему в постель, а потом ещё пытаться провернуть это в моём кабинете, наивно полагая, что я ничего не услышу! Я не против, чтобы он заводил романтические отношения, но неужели нельзя найти кого-то, кто будет любить его чуточку сильнее?
Чем больше говорил Бай Аньлань, тем сильнее злился:
— Ребёнок, которого я лелеял и баловал с самого детства, вот так просто бросается на шею первому встречному да ещё и идет против семьи! На моём месте ты бы стал от этого в восторге?
Линь Чао спросил:
— И правда ли всё обстоит именно так?
Бай Аньлань:
— А как же иначе?
Линь Чао с предельно серьёзным лицом:
— Сам подумай, а не переходишь ли ты границы в своём стремлении владеть Аньью?
Бай Аньлань:
— Какого чёрта?
Линь Чао протянул ему стакан тёплой воды, велев немного успокоиться, а затем заговорил вновь:
— На самом деле меня всегда терзало сомнение: почему все парни, которых ты выбирал за столько лет, как на подбор одинаковы — белые, мягкие, послушные и нежные, да еще и с этаким будоражащим духом юности и студенческой беззаботности?
Бай Аньлань недоумённо возразил:
— Да мне просто такие нравятся, и что с того? — С этими словами он сделал глоток воды.
Линь Чао с самым серьёзным видом изрёк:
— Уж не питаешь ли ты к Аньью каких-то неподобающих чувств?
— Кхе-хе… — Бай Аньлань от испуга выплюнул воду изо рта и изумлённо выдавил: — Чего ты сказал?
Линь Чао вовремя увернулся в сторону и невозмутимо продолжил:
— А иначе с чего бы все твои бойфренды были точной копией его?
Бай Аньлань взбесился:
— Да мне просто нравится этот тип, разве нельзя?! Не надо выставлять меня таким зверем, ладно? И вообще, с чего ты взял, что мои бывшие похожи на Аньью?!
— Именно что похожи, это ты просто заблуждаешься, находясь внутри ситуации, — бесстрастно отрезал Линь Чао. — К тому же, на этот раз Аньью с таким трудом нашёл любимого человека — почему ты скорее готов выброситься из окна, чем позволить им быть вместе?
— Я…
— В этом мире всегда существуют чувства, в которых люди не хотят признаваться даже самим себе, но то, что ты их не признаёшь, вовсе не означает, что их нет. Так что подумай хорошенько: не потому ли ты мешаешь Аньью и Фэн Ци, что сам испытываешь к Аньью совсем не братские чувства? — Линь Чао надавил на него еще сильнее.
Бай Аньлань выдал тройное опровержение:
— Ничего подобного, у меня такого нет, хватит нести чушь!
— Тогда почему ты не пускаешь Аньью к Фэн Ци?
— Да потому что…
— Потому что ты заглядываешься на собственного младшего брата.
Бай Аньлань вновь открестился:
— Да нет же у меня ничего такого, перестань молоть чепуху!
— Тогда почему ты не разрешаешь Аньью идти к Фэн Ци?
— А вот не разрешаю, и всё тут, какие проблемы?
Линь Чао развёл руками:
— Видишь? Ты и вправду неравнодушен к Аньью.
Бай Аньлань занервничал:
— Да не было у меня ничего такого, если ты продолжишь нести бред, я начну драться!
— Ну так позволь Аньью пойти к Фэн Ци.
— Но с какой стати мне позволять ему идти к Фэн Ци?
— Если не даёшь ему уйти, значит, твоя совесть нечиста.
— Я позволю ему пойти к Фэн Ци, я позволю ему пойти к Фэн Ци, так устроит?! — Линь Чао и впрямь закрутил Бай Аньланя вокруг пальца. Тот раздражённо взъерошил волосы и даже начал сомневаться в собственном рассудке: — Неужели в глубине души я и правда скрываю какое-то животное?
— Кхе-хе…
Линь Чао всего лишь хотел заморочить голову Бай Аньланю, чтобы тот дал добро на отношения Бай Аньью и Фэн Ци, но никак не ожидал, что тот и впрямь усомнится в чистоте своих чувств к брату. Услышав это, он поспешно добавил:
— На самом деле, вполне возможно, что ты просто слишком долго одинок, маешься от скуки и поэтому так сильно зациклился на Аньью, верно? Как бы то ни было, позволь своему брату спокойно быть с Фэн Ци — и дело с концом.
— Пожалуй, я и правда слишком долго одинок, пора бы мне тоже найти себе пару, — неожиданно обратился Бай Аньлань к Линь Чао: — Кстати, а кто тот парень, который поймал меня внизу?
В тот самый миг Линь Чао показалось, будто поднялся дикий ураган, сверкнули молнии, пошёл снег на голову и рухнули небеса.
Бай Аньлань — его лучший друг, и Линь Чао ни за что на свете не пожелал бы увидеть, как этот земной цветок богатства и роскоши будет безжалостно растоптан таким отбросом, как Ли Фэнсин.
У Линь Чао было предчувствие: если Бай Аньлань познакомится с Ли Фэнсином, то стоит ему сделать ещё хоть один неверный шаг, как он с головой провалится в огненную яму или бездонную пропасть.
Что же делать? Что же делать?
Бай Аньлань не подозревал о терзаниях Линь Чао. Он продолжал срезать кожуру с яблока и небрежно спрашивал:
— Чего молчишь? Хоть я тогда толком и не разглядел его, но мне показалось, что тот паренёк довольно симпатичный.
— Симпатичный чёрт бы тебя побрал! Тебе мерещится! — Линь Чао сорвался на крик.
От неожиданности рука Бай Аньланя, чистившего яблоко, дрогнула, и он уставился на Линь Чао:
— В чём дело? Чего это ты вдруг так взбеленился?
Спокойствие, только спокойствие!
Линь Чао про себя пробормотал несколько строк сутры сердца Праджна-парамиты и, сделав несколько вдохов, наконец взял себя в руки и придумал легенду.
— Тебе и вправду показалось, — с улыбкой произнёс Линь Чао, лгущий как дышит. — Какой он тебе паренёк? Ему сорок восемь лет, детей трое, а жён уже чёрт знает сколько сменилось, он тебе скорее в отцы годится.
Бай Аньлань:
— А? Ты его знаешь?
— Угу, — Линь Чао продолжил нести чушь с абсолютно невозмутимым видом. — Он один из телохранителей Шэнь Юйшао. Говорят, характер у него паршивый донельзя, о детях не заботится, жену лупит — короче говоря, просто держись от него подальше, и всё.
Бай Аньлань не стал сомневаться в его словах, кивнул и добавил:
— Но раз уж он сегодня меня выручил, мне всё равно стоит поблагодарить его лично, верно?
— Не нужно, — отрезал Линь Чао. — Чуть позже я спущусь вниз и попрошу Шэнь Юйшао вручить ему солидный конверт с деньгами, будем считать это знаком благодарности от твоего лица.
Бай Аньлань:
— А?
— А если представится случай, я и сам лично скажу ему спасибо за тебя. В общем, забудь об этом человеке, — Линь Чао принялся выпроваживать Бай Аньланя в спальню. — Вчера ночью, наблюдая за звёздами, я выяснил, что сегодня тебе противопоказано выходить из дома. Сейчас я позову врача, чтобы он тебя осмотрел, а если всё в порядке — посиди денёк дома, устрой себе небольшой отпуск.
Бай Аньлань:
— Ась?
Линь Чао:
— Или, может, хочешь чего-нибудь вкусненького? Я куплю и принесу.
Бай Аньлань покачал головой и рассмеялся:
— У меня вообще-то водитель есть, зачем тебя гонять? Жалко ведь. С чего это ты сегодня сам не свой?
Линь Чао:
— Да нет, тебе кажется.
Бай Аньлань полюбопытствовал:
— Вы что, с президентом Шэнь помирились? — С этими словами он с лукавой усмешкой скользнул взглядом по багровому следу на груди Линь Чао и поддразнил: — Ну и как прошла ваша бурная ночка вчера?
— Кажется, ничего такого не было, — стоило заговорить о Шэнь Юйшао, как уголки губ Линь Чао невольно поползли вверх. — Но, пожалуй, можно считать, что мы помирились.
— Главное, чтобы ты был счастлив, — бросил Бай Аньлань и тут же принялся его выгонять: — Не заставляй президента Шэнь ждать, спускайся вниз. К тому же я больше не могу смотреть на твою смущённую физиономию — ты просто разрываешь сердце мне, бедному одиночке.
— Кто это тут смущается? — Линь Чао вовсе не собирался в этом признаваться. Потыкав пальцем в экран телефона, он сказал Бай Аньланю: — Я написал вашему личному врачу, он ответил, что уже едет.
— Окей-окей, понял, вали давай, поживее.
— Ах да, чуть не забыл, — уже у самой двери Линь Чао обернулся и добавил: — Ты же пообещал мне не чинить препятствий Аньью и Фэн Ци, помнишь?
http://bllate.org/book/20914/2115154
Готово:
