— Ты незаконно вторглась в частную собственность, я могу вызвать полицию.
Вэй Сюйцзи не отпустила её руку, а наоборот, сжала ещё крепче. Только сейчас Чжоу Юй заметила, что младшая соученица, кажется, выше её ростом.
Вэй Сюйцзи быстро прокрутила в голове воспоминания — кажется, учительница когда-то проходила с ней эту тему. Она склонила голову набок и, увидев в глазах Чжоу Юй неприкрытую насмешку, на мгновение замерла, словно снова увидела свою старшую соученицу. Она с сомнением проговорила:
— Разве не ты сама меня пригласила?
Чжоу Юй, чьё сознание было изрядно подпорчено Пэй Яньчу, тут же истолковала это превратно. Она усмехнулась, в её взгляде блеснула дерзость — она стала ещё больше похожа на ту, прежнюю, и Вэй Сюйцзи на секунду оцепенела, чувствуя, как бешено заколотилось сердце.
Неужели эта Чжоу Юй перед ней и есть та самая старшая соученица? Просто она стала умнее, лучше приспособилась к современному миру и теперь скрывает своё прошлое за этой маской?
Но как тогда Гун Цзинь могла её не узнать?
Она так долго ждала в кафе, но не услышала от неё ни слова, словно они были совершенно чужими людьми. Впрочем, так оно и есть — они не знакомы. Она видела досье на Чжоу Юй: ничего выдающегося. А ведь её старшая соученица обладала такой гордостью, как она могла позволить себе быть посредственностью? Значит, Чжоу Юй — не она.
Чжоу Юй не знала, какие сложные зигзаги выписывали мысли маленькой соученицы. Она лишь торжествовала, что наконец нашла способ подшутить над ней. Накрыв ладонью руку девушки, она тихо спросила:
— Пригласила?
Вэй Сюйцзи в недоумении замерла. С чего это она вдруг распускает руки?
Вэй Сюйцзи, которая ненавидела, когда к ней прикасаются, но совершенно забыла, как сама только что толкала и тянула собеседницу, испугалась неожиданной близости. Она отпрянула на несколько шагов и врезалась спиной в дверное полотно. Дверь оказалась твёрдой и неприятно впилась в спину, к тому же грохнула на всю квартиру. Настроение Вэй Сюйцзи снова испортилось, ей захотелось дать сдачи, но, встретившись взглядом с глазами, до боли похожими на глаза Гун Цзинь, она невольно сглотнула: что делать, кажется, в драке она проиграет.
Цзинь Бао, подслушивавшая за дверью, была в шоке. Обалдеть, прижала к двери! Неужели поцеловались? Неужели всё так быстро? Неудивительно, что её оставили за порогом, такое точно не для посторонних глаз. Стоит ли ей ждать дальше? А если она услышит то, чего не следовало бы... Взвесив всё, Цзинь Бао отошла к лифту, стоявшему в пяти метрах.
Внутри квартиры Чжоу Юй перестала её дразнить. Она села на диван и указала на зелёное кресло рядом:
— Иди сюда, я научу тебя пользоваться телефоном. Насколько ты вообще понимаешь, что это такое?
Вэй Сюйцзи, которая из восьми отверстий мудрости открыла лишь семь, замялась. Почему, как только эта Чжоу Юй начинает задавать вопросы, у неё возникает чувство, будто старшая соученица проверяет её успехи в духовных практиках? Это пугает, и в этом они могли бы быть не такими похожими.
Перед лицом, которое так напоминало Гун Цзинь, Вэй Сюйцзи не хотела ронять достоинство гения. Она с важным видом ответила:
— Вижу телефон впервые.
Она надеялась, что теперь Чжоу Юй, глядя на неё своим лицом, начнёт учить с самых азов. А когда она, Вэй Сюйцзи, продемонстрирует, что уже научилась поиску и набору текста, та похвалит её: Чаншэн такая умная, недаром она гений нашей школы!
Опьянённая победой собственного воображения, Вэй Сюйцзи не могла сдержать улыбку. Она совершенно не подумала о том, что если Чжоу Юй и её соученица — разные люди, то Чжоу Юй ничего не знает об их школе.
Чжоу Юй же чувствовала, как начинает болеть голова. Она, конечно, знала, что Вэй Цзинъюй три года назад перевели в Европу, но это лишь означало, что та была безответственной — за три года нанимала только учителей даосских практик, но не научила ничему полезному в жизни. Знай она об этом тогда, она бы забрала младшую соученицу к себе и не допустила бы, чтобы та до сих пор так плохо социализировалась.
— Подойди ближе, я покажу...
Чжоу Юй начала с основ: рассказала о принципе работы электричества и интернета, а затем подробно объяснила устройство всей бытовой техники в доме, включая принципы работы и способы использования. Она говорила глубоко, но доступно, умело связывая разные области знаний. Она изучала астрономию в университете и в свободное время читала много книг по физике, и кто бы мог подумать, что это когда-нибудь пригодится.
В какой-то момент, увлекшись рассказом, она заметила, что взгляд, устремлённый на неё, становится всё более горячим. Она посмотрела на Вэй Сюйцзи: та смотрела на неё с тем же обожанием и почтением, с каким когда-то слушала её наставления в горах.
— Ты знаешь абсолютно всё?
Чжоу Юй покачала головой:
— Физика — наука глубокая, вопросов становится только больше. То, что я знаю и чем хвастаюсь, — лишь капля в море.
Взгляд Вэй Сюйцзи внезапно потух, она пробормотала:
— Теперь совсем не похожа.
Голос был негромким, но в тишине гостиной прозвучал отчётливо. Чжоу Юй замерла.
В тот год, когда она только спустилась с гор, первым её боем была битва с демонами в бамбуковой роще. Столкнувшись со злым духом, превосходившим её на две ступени, Чжоу Гун Цзинь сломала два духовных меча. Оставшись без оружия, она применила духовную силу, чтобы создать клинок, срубила половину бамбуковой рощи, подобрала бамбуковый стебель толще её запястья и после нескольких десятков схваток полностью уничтожила демона.
Её белое одеяние было пропитано кровью и бамбуковым соком. Когда она, обвиняя себя в недостатке мастерства, впала в состояние внутреннего демона, младшая соученица сказала ей:
— Старшая сестра Гун Цзинь — лучший мастер меча. Дай себе ещё немного времени, и ты обязательно станешь первой среди всех.
Благодаря этим словам Чжоу Гун Цзинь, почти сломленная, возродилась и за пять лет совершила стремительный скачок в развитии. В мире, где тридцать золотых ядер считались пределом мечтаний, она в свои двадцать лет осмелилась бросить вызов сильнейшему из демонов.
А теперь младшая соученица говорит, что она не похожа.
Играть роль самой себя и при этом не быть похожей — это ли не высшая степень абсурда? В этот раз Чжоу Юй даже не стала сохранять внешнее спокойствие и указала на дверь:
— Если у госпожи Вэй больше нет дел, на сегодня закончим.
— Ты злишься?
— Да. Ты ведь воспринимаешь меня как замену, не так ли?
Боясь, что та не знакома с этим термином, Чжоу Юй любезно объяснила значение слова замена. Она не ожидала, что Вэй Сюйцзи не только не устыдится, но, напротив, сочтёт это за честь и прямо признается:
— Да. Твоё лицо в точности как у человека, который мне очень дорог. Иначе почему из стольких людей на том банкете я решила связаться именно с тобой?
Чжоу Юй лишь вздохнула. Поразительно, никакой пользы от учителей Вэй Цзинъюй!
— Поэтому можешь не называть меня госпожой Вэй, зови меня...
Вэй Сюйцзи прокрутила в голове привычные обращения, которыми пользовалась Гун Цзинь, но внезапно ей расхотелось, чтобы эта Чжоу Юй называла её так же.
— Зови меня Вэй Сюйцзи.
Чжоу Юй тут же ответила:
— Вэй Сюйцзи, пожалуйста, выйди из моего дома. Я не хочу тебя сейчас видеть.
Вэй Сюйцзи закусила губу. Ей не хотелось уходить — она мечтала остаться до вечера, чтобы увидеть астрономический телескоп, о котором говорила Чжоу Юй. Но раз хозяйка так сказала, оставаться было бы невежливо.
Вэй Сюйцзи молча дошла до прихожей, и в её голосе невольно проскользнула обида:
— Она бы меня не выгнала.
Чжоу Юй лишь покачала головой. Ну что за наваждение? Та, другая, не стала бы воспринимать её как замену и уж точно не оставила бы без утешения в трудную минуту. Чжоу Юй распахнула дверь и холодно произнесла:
— Не провожаю.
Прохладная ладонь перехватила её руку. Вэй Сюйцзи сказала:
— По контракту ты должна быть со мной. Поехали ко мне домой.
Линь Ин жила рядом с Вэй Цзинъюй, а любовницы должны быть неотлучны.
Цзинь Бао, которая два часа просидела у лифта, играя в игры, так что ноги онемели, с силой топнула ногой. Резкая боль ударила в голову, она чуть не потеряла сознание, а когда пришла в себя, увидела, что маленькая начальница и хозяйка дома странно на неё смотрят.
Цзинь Бао: ...Только не говорите, что вы про меня забыли!
http://bllate.org/book/21036/2139481
Готово:
