Благородная супруга Гуйфэй, даже если вы всем сердцем радеете за вана, стоит подумать и о его будущем. Этот убийца… ведь его подослали вы, верно?
Ты что такое несешь! — лицо Роуцзя изменилось, и она гневно воскликнула.
Ван не стал бы устраивать столь явное покушение, да и Император не станет шутить собственной жизнью. Госпожа, прошу вас, больше не делайте ничего подобного. Вы только навлечете неприятности на вана.
Ты меня поучаешь? Да у тебя какое право есть поучать меня?
Роуцзя в ярости уставилась на Цин Ло, и, внезапно вспомнив дни, проведенные в резиденции вана, посмотрела на неё еще более ледяным взглядом.
Тогда она была высокомерной, избалованной молодой госпожей, окруженной всеобщей любовью и заботой, но эта лишь переступившая порог жена брата постоянно пыталась урезонить и перевоспитать её под предлогом наставлений, да ещё и встала на пути её единственного счастья!
И теперь пришла очередь этой женщины её поучать? Да с какой стати!
Роуцзя прекрасно помнила, что у этой женщины была нефритовая шпилька дома Юй Сыин, но как она её заполучила? Неужели старший брат…
Нет, этого не может быть!
Чу Ли ни за что не полюбит такую женщину, которая красива лишь лицом! Должно быть, она её украла! А раз так, то пара капель наказания ей вовсе не повредит…
Вот твоё противоядие, — Роуцзя смягчила выражение лица и покачала на ладони алую пилюлю. — Хоть ты и не выказываешь мне должного уважения, то, что велел мне сделать ван, я должна исполнить.
Благодарю вас, госпожа.
Цин Ло с улыбкой приняла пилюлю из рук Роуцзя. Улыбка её была безупречна, но Роуцзя почему-то отчетливо уловила в ней насмешку. Если бы не предостережения Чу Ли, строго-настрого запретившего ей пока трогать Цин Ло, она расправилась бы с этой опасной соперницей ещё в тот день, когда та ступила во дворец! Но теперь, перед лицом приказа Чу Ли, ей оставалось лишь одно — нарушить его.
Спрячь как следует.
Заметив приближающихся людей, Роуцзя наконец ударилась в бега. Лоэр принесла зацукатные фрукты и, увидев, что Цин Ло сидит в одиночестве на каменной скамье в Императорском саду с улыбкой на губах, удивленно спросила: — Над чем это красавица смеется?
Ни над чем.
— Ой, а что это у красавицы в руке? Неужели противоядие от Пилюли Разъедания Сердца?
Разумеется, нет, — Цин Ло с улыбкой раздавила пилюлю пальцами.
А?
Пилюля Разъедания Сердца есть только у Правящего князя Наньчжао. Передать мне противоядие через Благородную супругу, чужими руками — такого просто не может быть. Если я не ошибаюсь, это какая-нибудь отрава вроде яда с хохолком красного петуха. Она и впрямь считает меня дурочкой?
Цин Ло слабо улыбнулась, но в этой улыбке таилась такая бездонная скорбь, что Лоэр аж остолбенела. Помолчав долгое время, служанка наконец промолвила: — Красавица невероятно умна.
Ты ошибаешься, Лоэр. Я вовсе не умна и не сильна. Просто я слишком хорошо их понимаю, слишком привыкла к ним… Я уже проиграла однажды, и второй раз проиграть никак не могу. Всё, что мне сейчас нужно — это заставить Правящего князя Наньчжао снова мне довериться. В конце концов, я хочу жить…
Цин Ло велела передать Му Цинханю пару слов через посланцев, а затем самовольно переехала обратно во Дворец Юйцзао. Му Цинхань лишь велел ей как следует залечить раны и осыпал бесчисленными сокровищами, не став чинить никаких препятствий.
Она не стала принимать присланную Роуцзя пилюлю, а тайком велела Лоэр отнести её лекарям, чтобы те проверили состав. И впрямь — это оказался смертельный яд.
После возвращения во дворец наложницы — кто искренне, кто из зависти — зачастили навестить Цин Ло, чья благосклонность императора сейчас была в самом разгаре. В один из тихих полудней к ней заглянула и Благородная госпожа Сюэ. Они молча пили чай и играли в го, пока наконец Цин Ло не проиграла. С улыбкой отпив глоток чая, она произнесла: — И всё же мастерство игры мне чуждо.
Красавица хоть и не сильна в нападении, но искусна в построении стратегии. Если вы будете чаще практиковаться, я вам уже не соперница.
Ох… Если есть что сказать, говорите прямо.
Раз уж красавица пожертвовала собой ради спасения Императора, её положение в сердце Его Величества неизбежно изменилось, и в будущем её ждет нескончаемое богатство и почет. Не думала, что красавица и впрямь выживет в том грандиозном пиру. Похоже, Император к вам и впрямь неравнодушен, — легко усмехнулась Благородная госпожа Сюэ.
Ты решила поиздеваться надо мной? — холодно улыбнулась Цин Ло.
Что вы, как можно — чья-то милость оборачивается чьей-то ненавистью, красавица ведь понимает этот закон.
Разумеется, — безэмоционально отозвалась Цин Ло.
Любовь Императора к вам и впрямь превосходит любые ожидания, дворец теперь зашумит еще сильнее. Надеюсь, красавица проживет подольше, так будет куда интереснее.
Не волнуйся, я обязательно выживу.
Через несколько дней состоится осенняя охота, Император возьмет с собой любимых наложниц, да и молодые господа из знатных семей тоже поедут. Это прекрасная возможность кое с кем увидеться.
Что ты сказала?
Прощайте.
Благородная госпожа Сюэ лишь легко улыбнулась Цин Ло и удалилась. Та задумчиво проводила её взглядом, наконец постигнув смысл сказанного. Её охватило смутное предчувствие: она не понимала, почему та решила подсказать ей это, и откуда ей известны столь сокровенные тайны! Будь она союзницей — это одно, но если врагом…
Я поеду на осеннюю охоту.
Пять дней спустя.
Му Цинхань уже несколько дней не заглядывал к ней. До Цин Ло дошли слухи, что он занят подготовкой к охоте в Охотничьих угодьях, куда отправятся все аристократы и придворная знать, а также любимые наложницы Императора. Лоэр расчесывала волосы госпожи и с обидой в голосе произнесла: — Красавица, Император уже пять дней у вас не появлялся. И как он только может? Вы так рисковали ради него, а он…
Ты знаешь список наложниц, которые отправятся с Императором в Охотничьи угодья?
Кажется, Благородная супруга Гуйфэй, наложница Лянь и красавица Юй.
Мм, — кивнула Цин Ло.
Что такое? Что-то не так?
Ничего… Пошли, навестим Императора.
Что? Вы хотите пойти к Императору?
Лоэр в изумлении уставилась на Цин Ло, так что гребень выпал у неё из рук прямо на пол. Цин Ло странно посмотрела на служанку, та вспыхнула, торопливо подняла гребень и пробормотала: — Простите, рабыня оплошала…
Удивлена?
Ещё бы. Разве красавица не избегала Императора все эти дни, не желая его видеть?
Лоэр… — Цин Ло с болью в голове прижала ладони к вискам. — Подобное можно болтать наедине, но не смей ляпать это при посторонних. Иначе ты хочешь, чтобы меня уморили?
Тогда зачем красавице понадобилось идти к Императору? Неужели и вправду познала истинные чувства в беде?
Лоэр смотрела на Цин Ло, её щеки пылали, и было непонятно, о чем она думает. Головная боль Цин Ло усилилась стократно. Не желая ничего объяснять служанке, она встала и направилась к выходу. Лоэр тут же бросилась следом, но хозяйка бросила ей приказ: — Не смей идти за мной!
Красавица?
Жди меня во дворце.
А?
Это приказ.
Слушаюсь.
Вот же назойливая девчонка…
Если она потащится со мной к Му Цинханю, еще ляпнет что-нибудь лишнее, и этот негодяй снова станет надо мной смеяться! Пожалуй, лучше держаться от неё подальше…
Полная тревожных мыслей, Цин Ло добралась до покоев Му Цинханя. Узнав о её приходе, тот немало удивился. Едва ступив на порог дворца, она увидела, как Му Цинхань обнимает и тискает хорошенькую служанку. Уголки её глаз нервно задергались, но она все же поклонилась: — Наложница приветствует Императора.
С чего это красавица Юй вдруг пожаловала? Неужели соскучилась по мне, стоило нам расстаться на несколько дней? Твое рвение меня трогает.
Ох… — натянуто улыбнулась Цин Ло. — У меня есть разговор к Императору, не мог бы он уделить мне пару минут наедине…
Конечно. Все свободны, ступайте.
Му Цинхань взмахнул рукой, и служанки немедленно удалились, напоследок злобно зыркнув на Цин Ло. Та искренне не понимала, почему эти девчонки ни капли не боятся существа, способного отнять жизнь в любой момент, а напротив, жаждут его милости — ну до чего же безмозглые! Проводив их взглядом, она стерла с лица улыбку и напрямую обратилась к Му Цинханю: — Я хочу поехать на осеннюю охоту.
Зачем?
Во дворце слишком душно, хочу развеяться.
Вот как… Разве со мной так разговаривают, когда посторонних нет рядом? Ничего с тобой не поделаешь…
Му Цинхань со смешком глянул на Цин Ло, неторопливо попивая вино, как вдруг сжав пальцы — и изящный кубок в его руке мгновенно обратился в пыль. Хотя перед окружающими Му Цинхань всегда разыгрывал из себя никчемного, слабого умом правителя, Цин Ло нисколько не удивилась наличию у него боевых искусств. Глядя на превращенный в крошку ночной кубок, она холодно бросила: — Сломал кубок — придется новый покупать. У тебя, видно, денег куры не клюют, но до чужих трат мне дела нет.
Мм?
Многие голодают, а вместо того чтобы тратиться на посуду, лучше бы о собственном народе подумал.
Ты… просто невыносима…
Му Цинхань легко коснулся пальцами лба, совершенно не зная, что ответить этой девчонке. Он вытер носовым платком следы вина с губ и произнес: — Зачем тебе на самом деле понадобилось на охоту? Я хочу услышать истинную причину.
Я уже сказала — проветриться.
Если ты не скажешь правду, я тебя не возьму. Признавайся, ты хочешь повидать Правящего князя Наньчжао?
Цин Ло не ожидала, что Му Цинхань так прямо попадет в цель, её лицо залилось краской, а взгляд испуганно метнулся в сторону. Му Цинхань усмехнулся: — Выходит, и впрямь старые чувства к князю Наньчжао не остыли? Раз так, зачем же было преподносить ему ту чарку с ядом? Стоит ли мне вообще тебе доверять?
Ваше Величество, раз уж я ваша наложница, то должна играть эту роль перед всеми, и для нашего общего плана это тоже полезней. К тому же мы союзники, а какой прок от союза без доверия? Сделала ли я хоть что-то, что поставило бы Вас в неловкое положение? Предавала ли я Императора? Я прошу Вас не лезть в мои личные дела, отвечать на них я не стану. Единственное, в чем Вы можете быть уверены — я никогда не буду мягкосердечна к Чу Ли.
Что ж, тогда я буду ждать. Выступаем через три дня.
Благодарю Ваше Величество, — бесстрастно произнесла Цин Ло и, не взглянув больше на Му Цинханя, развернулась и ушла. На лице самого императора не дрогнул ни один мускул. Из тени вышел Лю Сычэнь и с усмешкой сказал Му Цинханю: — Подумать только, и на Ваше Величество нашлась управа. Похоже, эта девчонка вовсе не очарована вашим обаянием.
Насмехаешься надо мной?
Не смею.
Хотя в словах Лю Сычэня и звучало отрицание, лицо его расплылось в улыбке.
Когда же закончится этот недуг… Как же мне осточертело!
Успокойтесь, Ваше Величество, мои люди уже ищут девушку с чистой женской энергией Инь. До тех пор, боюсь, придется…
Придется продолжать убийства… Ох, как же мне противны эти руки, перепачканные женской кровью…
Ваше Величество…
Скажи, а её отраву можно вылечить?
Противоядие от Пилюли Разъедания Сердца есть только у Правящего князя Наньчжао. Либо ван сам добровольно снимет яд, либо её ждет неминуемая смерть.
Раз так, она должна всецело зависеть от князя Наньчжао, с какой стати ей вступать в союз со мной? Неужели она смерти не боится?
Судя по всему — да.
Странная женщина.
И то верно, — задумчиво кивнул Лю Сычэнь. — С её появлением многие наши планы пошли кувырком… К добру ли это, к худу?
Слова Лю Сычэня погрузили их обоих в молчание. Му Цинхань смотрел на пейзаж за окном, позволяя легкому ветерку трепать его волосы, а Лю Сычэнь молча стоял позади, не произнося ни слова.
Спустя долгое время Лю Сычэнь тихо усмехнулся: — Пару дней назад Вашему Величеству удалось ловко отобрать у князя Наньчжао военные полномочия — блестяще разыровано. Имея такую безмозглую сестрицу, князь Наньчжао и впрямь жалок.
Поэтому я и должен держать её в своем гареме. Поначалу я думал, она просто капризная и избалованная, но она действительно наняла служанку, затаившую на меня кровную обиду… Ха-ха… А в безжалостности она ничуть не уступает князю Наньчжао.
Интересно, что связывает эту Цин Ло с князем Наньчжао? Если у них вражда, то почему столь осторожный человек, как князь Наньчжао, приблизил её к себе?
Покажет только время. Впрочем, разве тебе не кажется забавным иметь в гареме еще одну игрушку?
И то верно. Было бы еще её поведение менее абсурдным.
Хе-хе…
Три дня пролетели незаметно, и настало время осенней охоты.
Осенняя охота была излюбленным местом для мужчин, где те демонстрировали свою доблесть, и для женщин, желавших блеснуть красотой. Помимо юношей из знатных родов, в ней участвовало немало дочерей аристократов в надежде случайно встретить в угодьях суженого и получить императорский указ о браке.
В день выезда все облачились в парадные наряды, зрелище вышло поистине грандиозным. Чу Ли был облачен в черные одежды с суровым выражением на лице, в то время как Му Цинхань красовался в пурпурной драконьей мантии, увенчанной золотой короной того же цвета, выглядя по-молодецки задорно и ослепительно красиво.
Чу Ли восседал на крупном вороном коне, а Му Цинхань ехал в роскошной колеснице. Бросив беглый взгляд на толпу прекрасных наложниц, он вдруг протянул руку в сторону Цин Ло: — Красавица Юй, садись ко мне в колесницу.
Что?
Му Цинхань взял с собой пятерых наложниц, из которых наивысший ранг принадлежал Благородной супруге Гуйфэй Роуцзя, а низший — Цин Ло.
Пусть статус Цин Ло был самым ничтожным среди всех, лишь ей одной выпала честь делить с Императором колесницу, отчего у остальных запылали глаза от зависти, а взгляд, которым наградила её Роуцзя, казалось, готов был растерзать соперницу живьем!
Му Цинхань с довольной улыбкой наблюдал за угрюмым лицом Роуцзя, а затем низким голосом, в котором сквозила угроза, произнес: — Красавица Юй собирается ослушаться приказа?
Наложница покоряется воле Вашего Величества.
Цин Ло смиренно вздохнула и, проигнорировав протянутую руку Му Цинханя, сама кое-как забралась в повозку. Император не рассердился, с усмешкой опустив занавеску — внутри образовался свой собственный, отдельный мир.
Чу Ли и Лю Сычэнь ехали в самом авангарде кортежа, однако они почти не перекидывались словами, выглядя так, словно вообще не знакомы.
В просторной колеснице Цин Ло предавалась унынию, а Му Цинхань полировал свой драгоценный меч, и оба хранили молчание.
Внутри разливался легкий аромат сливы, исходивший от одежды Му Цинханя. Запах был приятным, но Цин Ло с презрением покосилась на мужчину, который додумался ароматизировать собственные наряды. Заметив её брезгливый взгляд, Му Цинхань помрачнел: — Красавица Юй, что это за гримасы? Ты посмела так смотреть на меня?
Разве Ваше Величество не ищет повода придраться? Разве я как-то не так посмотрела? — автоматически огрызнулась она.
Похоже, моя недавняя мягкость заставила тебя забыть о подобающем подданным этикете. Пожалуй, стоит преподать тебе урок.
Что?
Цин Ло дерзила Му Цинханю далеко не первый день, но раньше он редко выходил из себя, и она постепенно расслабилась, никак не ожидая столь жесткой реакции.
Она удивленно взглянула на него, не найдя в глазах ни тени страха, что окончательно подожгло фитиль терпения Му Цинханя.
Он мертвой хваткой вцепился ей в запястье, чуть сильнее надавив — и ей показалось, что кости сейчас хрустнут, а рука моментально распухла и покраснела!
Она понятия не имела, отчего этот тиран так внезапно взбесился, перепугавшись и разозлившись одновременно. А Му Цинхань, сжав её руку с абсолютно каменным лицом, холодно бросил: — Если посмеешь сопротивляться — я тебя убью.
Му Цинхань!
Думаешь, я не посмею?
Му Цинхань ледяным взглядом сверлил Цин Ло, от него исходила до жути зловещая, убийственная аура. Только сейчас до неё дошло, что слухи о взбалмошном и непредсказуемом нраве императора не были преувеличением!
Его холодные глаза и леденящий душу тон сковали её ужасом с головы до ног, и у неё даже не осталось сил испытывать отвращение к чужим прикосновениям — остался лишь первобытный страх!
Она поняла: если она вякнет хоть слово, этот мужчина действительно убьет её, причем так же легко, как раздавить муравья!
Она остолбенело смотрела на Му Цинханя, не в силах произнести ни звука. Му Цинхань протянул свободную руку к её горлу и чуть надавил — так, что её ноги оторвались от пола!
В голове Цин Ло разом опустело, слова застряли в горле. Инстинктивно пытаясь отпрянуть назад, она смахнула со столика чашки, которые со звоном разлетелись по полу, но Му Цинхань не ослаблял хватку. Снаружи колесницы и Чу Ли, и Лю Сычэнь отчетливо слышали возню. Лю Сычэнь сохранял невозмутимость, а вот Чу Ли вздрогнул всем телом и невольно скосил глаза в сторону императорского экипажа.
На что это смотрит ван? — с легкой улыбкой протянул Лю Сычэнь. — Неужели услышал какие-то звуки?
А разве господин канцлер ничего не слышал?
Кое-что слышал, но нам, простым слугам, лучше притвориться, будто мы ничего не замечаем.
О? И каков же совет канцлера?
Очевидно, Его Величество занят беседой с красавицей Юй… Так что лучше не мешать.
Лю Сычэнь нарочно придал голосу двусмысленный оттенок, хотя в душе самого покраснел, мысленно выругав Му Цинханя за то, что тот вечно создает ему проблемы! Чу Ли, услышав слова канцлера, помрачнел, но спустя долгое время вновь взял себя в руки.
Он еще раз покосился на колесницу, силой подавив неуместные порывы, и продолжил путь с бесстрастным лицом.
Лю Сычэнь бросил на карету полный тревоги взгляд, прекрасно понимая, что Цин Ло вновь чем-то прогневала императора.
Черт возьми, сам он не желал гибели этой девчонки, но остановить разъяренного монарха было практически некому…
Цо!
Впряженная в императорскую колесницу лошадь вдруг издала жалобное ржание и рухнула замертво, погрузив процессию в хаос! Стражники бросились к повозке защищать особу императора. Му Цинхань прервал свое занятие, со злостью оттолкнул Цин Ло на пол, а сам откинул занавеску.
Охранники уже оттащили тушу внезапно павшей лошади и подвели новую, испуганно бормоча: — Просим прощения, Ваше Величество! Эта лошадь почему-то внезапно подохла…
Ох, вон оно как… Какая жалость, отличный был конь.
Хладнокровно бросил Му Цинхань, скользнув взглядом по невозмутимому лицу Чу Ли, а на его губах заиграла ледяная усмешка. После недавней потасовки половина плеча Цин Ло была обнажена, а раскрасневшееся лицо создавало полное впечатление, будто в карете происходили бурные утехи. Окружающие отводили глаза, не смея даже взглянуть на экипаж.
Му Цинхань нисколько не смутился тем, что стражники могли увидеть девушку в таком виде. Тем временем к ним приблизился Чу Ли и произнес: — Ваше Величество, лошадь заменена, можно продолжать путь.
Правящий князь и впрямь мастерски всё организует.
Благодарю за похвалу, — холодно отозвался Чу Ли, бросив мимолетный взгляд на Цин Ло.
Чу Ли…
Присловшись к стенке колесницы, Цин Ло уставшим взглядом смотрела на него, и глаза её помимо воли наполнились слезами. Чу Ли на мгновение замер, нахмурился, опустил полог занавески и отъехал в сторону. Цин Ло прижала руку к груди, судорожно хватая ртом воздух. Му Цинхань, полулежа на мягких подушках, с улыбкой поинтересовался: — Чего ты плачешь? При виде него у тебя сразу просыпается привычка изображать хрупкую овечку? А передо мной чего не притворялась?
Ваше Величество жаждет моей смерти? — холодно осведомилась она.
Ха-ха, а ты как думаешь?
Убить меня для Вас проще простого, а сопротивляться я не могу.
Покорна судьбе, значит… Впрочем, верно, чего еще ожидать от простой женщины? Настоящий сильный человек никогда не покоряется судьбе, ибо берет её в собственные руки. А ты на это не способна.
Будто у Вашего Величества есть такая способность!
http://bllate.org/book/21099/2142178
Готово:
