Хэлань Мошэн смотрел на Истинного Человека Юньляня, у которого лицо было залито соплями и слезами (хотя на самом деле нет), и чувствовал, как внутри него поднимается тошнота. Заниматься подобным с лицом человека, к которому он испытывал глубокую привязанность — это уже было за гранью. С чего он вообще взял в прошлом, что она хоть капельку похожа на Шангуань Цзюэ? Это же чистейшее оскорбление памяти Шангуань Цзюэ.
— Предок, Ляньэр ведь всего лишь одна из её учениц…
А я так-то единственный возлюбленный Шангуань Цзюэ. Хэлань Мошэн мысленно признал, что в тот раз он явно ослеп на оба глаза. Недолго думая, Хэлань Мошэн выпустил сгусток духовной энергии и смахнул расплакавшуюся было в самый разгар Истинного Человека Юньляня на землю.
После этого Хэлань Мошэн холодно и равнодушно бросил:
— Проваливай, не мозоль мне глаза.
Истинный Человек Юньлянь, лежа на земле, выплюнула полный рот крови и ошеломленно уставилась на этого ледяного мужчину. Она совершенно не понимала, какой муха укусила её покровителя сегодня — ведь раньше её спонсор так сильно обожал именно этот её стиль.
Хэлань Мошэн смотрел на лежащую на земле до жалкости жалкую, но при этом продолжающую строить из себя хрупкую и нежную Истинного Человека Юньлянь, и чувствовал, как желудочный сок подступает к самому горлу. До того противно, что хотелось вырвать. Хэлань Мошэн решил добавить ещё один удар, заодно полностью изуродовав Истинному Человеку Юньлянь лицо. Разгуливать перед ним с ликом его первой любви — это было чересчур омерзительно.
И тогда Хэлань Мошэн ударил её снова, применив «Сяньюнь» и оставив на лице Истинного Человека Юньлянь множество кровавых борозд. Истинный Человек Юньлянь пыталась защититься от этих тонких игл с помощью магического артефакта, но её силы и рядом не стояли с силами Хэлань Мошэна. К тому же вся её база культивации была искусственно раздута за счет пилюль, и выдержать хотя бы одну атаку Хэлань Мошэна она не смогла бы при всём желании. Истинному Человеку Юньлянь оставалось лишь во все глаза смотреть, как «Сяньюнь» распарывает её лицо тысячами порезов, пока кожа не превратилась в сплошное месиво из мяса и крови. Убедившись, что лицо Истинного Человека Юньлянь испорчено сполна, Хэлань Мошэн достал из пространственного кольца фарфоровый флакон с жидкой пилюлей и без лишних слов вылил её прямо на изуродованное лицо женщины.
Следом разнесся запах горелой плоти и истошный крик Истинного Человека Юньлянь.
— Ах! Хэлань Мошэн, я убью тебя! Я непременно убью тебя!
Её лицо, её драгоценное лицо, которым она гордилась больше всего на свете! Очевидно, Истинный Человек Юньлянь тронулась рассудком — в конце концов, мало кто осмелился бы орать прародителю на стадии Пересечения Скорби: «Я убью тебя».
Слушая вопли Истинного Человека Юньлянь, Хэлань Мошэн чувствовал себя так, будто ему ухо пощекотали, и мысленно отметил, что ему абсолютно плевать. Ещё тогда, когда он сам не достиг стадии Пересечения Скорби, сколько народу орало, что они прикончат его? И тем не менее прошли тысячи лет, а он до сих пор жив и здравствует. А вот его враги либо перемерли, либо остались калеками.
Окинув взглядом катающуюся по земле Истинного Человека Юньлянь и придя к выводу, что её лицо уже никакие чудодейственные лекарства не спасут, Хэлань Мошэн легко взмахнул рукавом и удалился, не оставив после себя и следа.
Покинув скромный внутренний двор, где обитала Истинный Человек Юньлянь, Хэлань Мошэн растерялся.
У него было место, куда ему отчаянно хотелось пойти, но он никак не мог решить, стоит ли делать этот шаг. И этим местом была горная вершина, где жил Шангуань Цзюэ.
Даже спустя тысячу с лишним лет Хэлань Мошэн не забыл свою первую любовь. Пусть каждая встреча с ней неизменно оборачивалась катастрофой планетарного масштаба, пожалуй, он мог бы разыскать того парня по имени Шангуань Цзюэ, который так невероятно похож на Цзюэ-эр, чтобы хоть немного утолить свою тоску. Заодно можно дать этому Шангуань Цзюэ парочку ценных указаний, одарить его сокровищами, глядишь, он потом замолвит за него словечко перед Шангуань Цзюэ и поможет поднять расположение духа того в его пользу.
Хэлань Мошэн был человеком несдержанным и импульсивным — стоило ему что-то задумать, как он тут же бросался это исполнять. Ровно по этой же причине больше тысячи лет назад произошло то злополучное признание, поставившее крест на его судьбе.
В общем, Шангуань Цзюэ проснулся посреди ночи и с удивлением обнаружил в своей спальне постороннего.
Незваный гость был высок и стаен, волосы его чернильной рекой струились по плечам, а кожа казалась безупречно-белым нефритовым минералом… Стоп, разве на этом сейчас нужно заострять внимание? Почему в его комнате среди ночи вдруг взялся какой-то тип? Разум Шангуань Цзюэ заполнился безумным потоком мыслей.
Какого чёрта творится в этом мире? Почему все вокруг так любят вламываться в его спальню посреди ночи?
Сначала их старейшина, а теперь еще кто-то объявился с той же манией.
Хотя, погодите-ка... с каких пор он научился вести внутренний монолог в таком ключе? Впрочем, навык полезный, пусть пока побудет.
Тьфу ты, сейчас главное другое: кто этот человек? И какого чёрта он среди ночи забыл в его спальне?
Как раз в тот момент, когда Шангуань Цзюэ собрался открыть рот и спросить, кто он такой, Хэлань Мошэн внезапно обернулся.
Его темные волосы легко колыхались в воздухе, полы одежды плавно покачивались, казалось, даже лунный свет питал к нему особую слабость, безмолвно окутывая его со всех сторон. Рассмотрев его лицо, Шангуань Цзюэ мысленно признал, что перед ним настоящий небожитель — он был на несколько процентов красивее даже того закадычного друга, с которым тот дружил в прошлой жизни.
— Ты так похож на него, — тихий шепот, полный неизбывной тоски и скорби, пронесся по комнате.
Ночной ветер легонько взметнул пряди волос Хэлань Мошэна. Ресницы мужчины слегка дрожали, а лунный свет прямо у него на ладони сгустился в цветок лотоса удумбара, который Хэлань Мошэн легонько поднес к самому носу, вдыхая аромат.
Сидевший на кровати Шангуань Цзюэ оценил красоту картины, но совершенно не понял, о чем вообще идет речь.
— Меня зовут Хэлань Мошэн. Не упоминал ли тебе Цзюэ-эр обо мне? — с этими словами Хэлань Мошэн направился прямо к постели Шангуань Цзюэ.
И в ту самую секунду, когда Хэлань Мошэн назвал свое имя, в голове Шангуань Цзюэ завыли сирены воздушной тревоги.
Какого чёрта великий патриарх посреди ночи вламывается в чужой дом?
С чего это вдруг законный наследник клана Шангуань по имени Шангуань Цзюэ должен забрызгать кровью собственную комнату?
Сейчас Шангуань Цзюэ страстно желал лишь одного: позвать своего батюшку и предка, чтобы те поскорее вышвырнули этого гребаного извращенца.
Простите ему его трусость, но между Стадией Золотого Ядра и Стадией Пересечения Скорби лежала пропасть.
— До чего же похож, — пробормотал Хэлань Мошэн, опуская руку на лицо Шангуань Цзюэ.
В этот момент Шангуань Цзюэ почувствовал, что его фирменное холодное и отстраненное выражение лица вот-вот окончательно треснет.
— Хэлань Мошэн, ты что творишь? — вовремя подоспел Шангуань Цзюэ, который тоже питал слабость к полуночным визитам в чужие спальни.
Шангуань Цзюэ был готов расплаказаться от благодарности — он всё-таки смог удержать на лице свое горделивое, неприступное выражение.
— Цзюэ-эр! — Хэлань Мошэн молниеносно обернулся.
Перед ним стоял тот самый человек, о котором он грезил денно и нощно. Хэлань Мошэн решил, что в этот раз его визит в клан Шангуань оказался абсолютно верным решением — даже от этой тупицы Ляньлинь была хоть какая-то польза.
Шангуань Цзюэ ледяным взглядом окинул Хэлань Мошэна и чеканил каждое слово:
— Это не то место, куда тебе дозволено заявляться. Убирайся немедленно, а не то пеняй на себя — не посмотрю на былые заслуги.
— Цзюэ-эр, со дня нашей последней разлуки тоска по тебе стала моей болезнью. Как же хорошо снова видеть тебя!
На угрозы выставить его вон Хэлань Мошэн не обратил ни малейшего внимания, продолжая сбивчиво изливать Шангуань Цзюэ свои чувства.
Сидевший рядом Шангуань Цзюэ чувствовал, что слово крушение не способно описать глубину его душевной боли. Ради всех богов, раз уж оба предка решили устроить битву, не соблаговолите ли вы позволить ему покинуть поле боя?
Ответ очевиден: нет, не соблаговолят.
Шангуань Цзюэ уже перешел к активным действиям. Одним ударом меча он снес половину здания, но Хэлань Мошэн увернулся на волосок от гибели. А вот Шангуань Цзюэ повезло куда меньше: его задело остаточной ци меча Шангуань Цзюэ, и уклониться от падающей потолочной балки стало задачей почти невыполнимой. В тот самый миг, когда балка уже неслась на него, вспышка мечевой ци превратила дерево в мелкую пыль. Шангуань Цзюэ поднял голову и увидел мужчину в белых одеждах, летевшего прямо на него на световом луче меча.
— Учитель, — тихо позвал Шангуань Цзюэ.
— Мм, — Истинный Человек Ляньму кивнул и прикрыл ученика собой.
— …Учитель, какими судьбами? — ошеломленно моргая, выдавил Шангуань Цзюэ.
— Услышал шум из твоего двора и поспешил сюда, — ответил Истинный Человек Ляньму, поглаживая голову припавшего к нему парня.
— А, понятно, — отозвался Шангуань Цзюэ, окончательно лишившись других слов.
— Не бойся, учитель здесь, — снова успокаивающе погладив его по макушке, произнес Истинный Человек Ляньму.
— Цинэр, ты цел и невредим? — обеспокоенно подбежал запоздавший Шангуань Цинлянь.
Шангуань Цзюэ посмотрел на отца, покачал головой и ответил:
— Отец, со мной всё в порядке.
Убедившись, что сын не врет, Шангуань Цинлянь с облегчением кивнул, а затем перевел взгляд на двух напряженных до предела фигур во дворе. Точнее говоря, напряженное до предела выражение лица было только у Шангуань Цзюэ.
Шангуань Цинлянь шагнул прямо между Шангуань Цзюэ и Хэлань Мошэном, отвесил обоим почтительный поклон младшего и произнес:
— Мой сын еще юн и обладает слишком слабыми познаниями в культивации, ему не выдержать битвы двух почтенных предков. Если вам непременно нужно продолжить бой, выберите для этого другое место. Двор главного наследника клана Шангуань — не та площадка, где кому-то позволено устраивать побоища.
В этот момент прижавшийся к груди Истинного Человека Ляньму Шангуань Цзюэ подумал, что его батя просто невероятно крут и властен — надо же иметь такую наглость, чтобы ставить на место самих предков! Только вот первая половина фразы прозвучала как-то двусмысленно, нет?
Услышав эту отповедь, Шангуань Цзюэ заметно остыл. Он только что едва не покалечил ребенка, за чьим взрослением наблюдал с самого детства. От этой мысли взгляд, которым он одарил Хэлань Мошэна, стал еще более леденящим.
Встретившись с ним глазами, Хэлань Мошэн невольно сдавленно вздохнул про себя.
— Цзюэ-эр, я…
— Заткнись. Либо вали отсюда, либо умри, — безжалостно оборвал его Шангуань Цзюэ.
— Я ухожу, я ухожу, Цзюэ-эр… Я сердцем предан лишь тебе, но ты глух к моим мольбам. Клятва длиною в тысячу лет не померкнет и сквозь вечность. Падший в огонь небес ради единого взгляда твоего…
Хэлань Мошэн в конце концов развернулся и ушел, но фигура его излучала неизбывное одиночество и тоску.
Проводив взглядом удаляющуюся спину Хэлань Мошэна, Шангуань Цзюэ тяжело фыркнул и убрал свой магический артефакт.
После этого он немедленно бросился к Шангуань Цзюэ, чтобы проверить его раны. Убедившись в ходе осмотра, что всё обошлось, Шангуань Цзюэ облегченно выдохнул: у парня были лишь легкие царапины, а духовная энергия в меридианах слегка застопорилась из-за побочного воздействия его собственной ци меча, так что пара дней отдыха всё исправит. Тем не менее Шангуань Цзюэ всё равно вручил Шангуань Цзюэ лучшую целебную пилюлю из тех, что имел при себе.
В этот момент к ним стремглав прибежала служанка и с испугом доложила:
— Глава клана, беда! На гостеи из секты Юньсинь совершено нападение, лицо Преподобной Лянь Синь полностью изуродовано!
— Что?! — всех поразила вовсе не новость о том, что лицо Преподобной Лянь Синь испорчено, а сам факт того, что кто-то смог беспрепятственно проникнуть на территорию клана Шангуань.
Короткая сценка
Шангуань Цзюэ: Отец, почему ты сегодня разговаривал так странно?
Шангуань Цинлянь: Серьезно? И что же в этом было странного?
Шангуань Цзюэ: Ты что, не знаешь, что Цзяньсанцзянь сейчас под жесткой цензурой?
Истинный Человек Ляньму: Цинэр принадлежит только мне. Автор сама так сказала.
Все: Твою мать, изначально сценарий вообще-то планировался другим!
http://bllate.org/book/21145/2144216
Готово:
