Такие живые впечатления куда лучше, чем просмотр виртуального мира через шлем. Эта поездка за пределы столичной системы исполнила мою давнюю мечту — увидеть главные звездные системы Империи. К тому же я познакомился с Мо Ханем, так что путешествие определенно того стоило.
8 января Ло Фэй возвращался из звездного сектора созвездия Павлина.
Обратно он решил не лететь на пассажирском лайнере, а отправиться сразу на Чунмине. Его личный механоид развивал куда большую скорость, а как личная машина наследного принца, Чунмин обладал высшим уровнем доступа в Империи, что позволяло игнорировать досмотры на межзвездных постах и значительно экономить время.
Ло Фэй вылетел после обеда и всего через три с небольшим часа уже был у столичной планеты. Не задерживаясь в пути, он сразу направился к императорскому дворцу.
Заметив приближение Чунмина, караул немедленно открыл ворота.
Ло Фэй приказал Чунмину приземлиться на посадочной площадке дворца и вышел из кабины.
Командир королевской гвардии, генерал-майор Монд, с группой солдат уже ждал его, отдавая честь:
— Ваше Высочество.
Ло Фэй кивнул им и спросил:
— Отец занят?
— Его Величество сейчас принимает военачальников, — ответил Монд. — Императрица просил вас подойти к нему, у него есть к вам вопросы.
Ло Фэй развернулся и направился во дворец Линь Юаня.
Стоило ему войти, как навстречу метнулся стремительный поток воздуха — удар ладонью, быстрый, как молния, нацеленный прямо в горло.
Ло Фэй, уже привыкший к такому способу приветствия, мгновенно уклонился и усмехнулся:
— Папа, снова решил попрактиковаться на мне?
Младший брат Ло Нин сидел в комнате и, наблюдая за перепалкой отца и сына, лишь слегка улыбнулся. Не обращая на них внимания, он продолжил читать книгу.
Линь Юань приподнял бровь:
— Ты что, два дня прожил у нас в доме на планете Райан?
Ло Фэй честно ответил:
— Да. Хотел узнать, какой была жизнь папы в детстве.
Линь Юань не стал расспрашивать дальше и сказал:
— Послезавтра банкет в честь дня рождения. Порядок такой же, как и всегда: сначала отец скажет официальную речь, а потом вы с Ло Нином поблагодарите гостей. Просто ведите себя достойно, вы знаете придворный этикет, не оплошайте.
Ло Фэй кивнул:
— Я понял.
Линь Юань указал на костюм, висящий рядом:
— Его сшили по твоим меркам. Примерь.
Ло Фэй прошел в гардеробную, чтобы переодеться. Ло Нин поднял взгляд, окинул брата беглым взглядом и с улыбкой заметил:
— Брат, в этом наряде ты в день рождения наверняка вскружишь голову не одному Омеге. Хотя придворные костюмы и перегружены деталями, они отлично подчеркивают стать.
Ло Фэй, разглядывая изысканные узоры на манжетах и подоле, слегка нахмурился:
— Слишком вычурно. Мне больше по душе простая повседневная одежда.
Ло Нин согласился:
— Мне тоже. Но на банкете нельзя выглядеть как попало. У королевских нарядов такой винтажный и помпезный стиль, придется потерпеть.
Ло Фэй не стал спорить, снял костюм и спросил Линь Юаня:
— Папа, раз уж это совершеннолетие, нам с Ло Нином нужно что-то сказать?
Линь Юань кивнул:
— Да, этот пункт в программе есть. Можешь заранее обдумать речь. Если ничего не придет в голову, попроси у секретаря по этикету готовый текст и просто заучи его. Ваше выступление в любом случае будут транслировать все СМИ, так что скажите пару слов — этого достаточно. Меньше слов — меньше ошибок.
Ло Нин добавил:
— Брат, говори за нас обоих. Мне как Омеге не обязательно блистать на таких мероприятиях.
Ло Фэй оглянулся на него:
— Просто лень придумывать?
Ло Нин едва заметно улыбнулся:
— В этом и преимущество близнеца. Младшему не нужно ничего говорить, я просто постою рядом как твой помощник.
Ло Фэй вздохнул:
— Ладно, сдаюсь.
В глубине души он все же баловал брата, поэтому пришлось взять обязанность выступить на банкете на себя.
***
10 января, ровно в полдень, в императорском дворце начался банкет в честь совершеннолетия старшего и младшего принцев.
На церемонию не приглашали прессу — только официальных репортеров и операторов центрального канала Империи для съемки. Материал пройдет монтаж, а перед выпуском его еще и утвердит Его Величество, так что прямой трансляции не будет, и гости могли чувствовать себя свободнее.
К одиннадцати часам многие уже собрались на месте.
Чиновники военного и гражданского ведомств обменивались любезностями. Дельцы, обычно не посещавшие дни рождения принцев, в этот раз прибыли лично, чтобы поздравить наследников. Гости кучками обсуждали дела, и в зале царила непринужденная атмосфера.
Мо Цимин прибыл вместе с Мо Ханем. Он был заметной фигурой в списке богатейших людей Империи, и многие знали его в лицо. А после того, как компания KM Airlines прогремела в новостях с новым поколением интеллектуальных кораблей, Мо Ханя узнавали почти все — многие видели презентацию и были впечатлены.
К ним то и дело подходили поздороваться, и Мо Цимин сдержанно отвечал на рукопожатия.
Здесь собралась вся элита Империи: глава парламента, министр обороны, председатель сената, генералы всех армейских корпусов. Никто не решался вести себя неподобающе, все были предельно вежливы.
Большинство собеседников не упускали случая похвалить Мо Ханя: Ваш сын — настоящий талант. Мо Хань молод, но уже так многого добился! Я смотрел ту презентацию и планирую опробовать новый корабль, господин Мо, у вас потрясающее чутье.
Мо Хань с достоинством улыбался, знакомясь с легендарными личностями.
Было уже пол-одиннадцатого. Именинники еще не появились — как главные герои дня, они должны были выйти точно по расписанию.
Вдруг в толпе началось движение. В дверях зала появились несколько мужчин в военной форме. Один из них, в черном мундире с пятью золотыми звездами на погонах, шел уверенно, а рядом с ним — мужчина в темно-синей форме. Он был на несколько сантиметров ниже, но его аура ничуть не уступала спутнику, а лицо выражало абсолютное спокойствие. Следом за ними шел молодой красивый офицер с легкой улыбкой.
Когда эта троица двинулась вперед, гости тут же расступились.
Мо Хань был озадачен, но отец наклонился к нему и прошептал:
— В черном — это командующий корпусом Славы, маршал Империи Росен. В синем — командующий корпусом Темной ночи, единственный в истории Империи Омега-генерал Лин Юй. Оба они в свое время помогали бывшему императору усмирять мятежи. Империя обязана им своим многолетним миром.
Мо Хань много слышал об этих людях и испытывал к ним глубокое уважение, особенно к Лин Юю — этот Омега-генерал был его кумиром.
— А тот, что следом, — продолжал Мо Цимин, — генерал-майор Лин Ань. Несмотря на молодость, он унаследовал военный талант родителей и совершил немало подвигов. Получил звание генерал-майора в двадцать с небольшим — настоящий вундеркинд. Он родной брат императрицы Линь Юаня и, стало быть, дядя Ло Фэя.
Лин Ань действительно излучал профессиональную выправку: правильные черты лица, прямая осанка. Закалка в битвах придавала ему твердости, которой не хватало Альфам, которых Мо Хань встречал в бизнесе.
Не успел он об этом подумать, как Лин Ань подошел прямо к ним.
Мо Цимин первым поприветствовал его:
— Генерал.
Лин Ань слегка улыбнулся:
— Господин Мо, много слышал о вас, но видимся впервые. Вы производите сильное впечатление. — Он перевел взгляд на Мо Ханя: — Это ваш сын, Мо Хань?
Мо Цимин кивнул:
— Да, решил взять его с собой, чтобы набрался опыта.
Мо Хань вежливо поклонился:
— Здравствуйте, генерал.
Лин Ань одобрительно посмотрел на него:
— Молодой, а уже столько идей. Говорят, ты гениальный хакер? Яблоко от яблони недалеко падает.
Мо Хань скромно ответил:
— Вы мне льстите, генерал.
Лин Ань больше ничего не сказал, улыбнулся и вместе с отцами Ло Фэя прошел дальше.
Мо Ханю было всего двадцать лет, и похвала от такого человека в столь торжественной обстановке его искренне порадовала.
В 11:40 гостей пригласили к столам.
Рассадка была строгой: военные, политики и бизнесмены сидели отдельно. Маршал и генерал Лин Юй, конечно, заняли почетные места. Мо Хань благодаря отцу оказался недалеко от трона. Правил было много — не чета дедушкиному юбилею. Как только все расселись, в зале воцарилась тишина.
В полдень появились виновники торжества.
Император Сицзэ и императрица Линь Юань шли рука об руку, за ними следовали братья Ло Фэй и Ло Нин, а замыкал шествие отряд гвардейцев в белоснежной форме.
Все присутствующие встали и синхронно поклонились императору.
Сицзэ дошел до трона, сел рядом с Линь Юанем и с улыбкой произнес:
— Прошу, не стесняйтесь, занимайте свои места.
Ло Фэй встал рядом с отцом, Ло Нин — рядом с матерью. Вся семья выглядела безупречно, и Мо Хань невольно залюбовался.
Сегодня Ло Фэй выглядел совершенно иначе. Сложный королевский костюм с черной основой и изысканными золотыми узорами на манжетах и подоле смотрелся на его высокой статной фигуре роскошно и благородно. Он не выглядел в нем вычурно — напротив, наряд подчеркивал его энергичность и силу.
В этом одеянии Ло Фэй по-настоящему выглядел как наследный принц.
Он стоял рядом с троном, прямой и уверенный, с легкой улыбкой — не той милой и простодушной, какой он улыбался, когда они разыгрывали спектакль на корабле, а спокойной и открытой. В его взгляде, обращенном к гостям, сквозило достоинство. Рядом с ним сидел его отец, а сам он был будущим правителем Империи. В этот момент Мо Хань действительно почувствовал в нем стать наследника.
В нем больше не было мальчишеской незрелости. Высокий, элегантный, спокойный, излучающий мощную ауру — принц в королевском наряде вызывал у гостей невольное почтение. Многие Омеги, пришедшие с родителями, смотрели на него восторженными глазами.
Тот бесстыжий парень, что уверял, будто он простой выпускник университета Германа, и этот Ло Фэй казались совершенно разными людьми.
Мо Хань усмехнулся про себя и снова посмотрел на Ло Фэя.
Видимо, гостей было слишком много, и Ло Фэй не замечал Мо Ханя в толпе, продолжая одаривать всех своей безупречной улыбкой.
В зале стояла тишина. Император обвел взглядом собравшихся и заговорил:
— Прежде всего, благодарю всех, кто пришел на совершеннолетие моих сыновей, Ло Фэя и Ло Нина, и прислал так много подарков. Мы всё получили, и я от имени принцев выражаю вам свою признательность. Сегодня я выступаю не только как император, но и как обычный отец. Видеть, как дети из плачущих младенцев превращаются в статных юношей — величайшая радость для меня.
Сицзэ всегда отличался мягким нравом. Он взглянул на сыновей и улыбнулся:
— Восемнадцать лет — это порог взрослой жизни. Как отец, я выполнил свой долг по вашему воспитанию. Надеюсь, в будущем вы будете жить в мире и здравии, всегда помня о своем долге принцев, и оправдаете возложенные на вас ожидания.
Ло Фэй и Ло Нин поклонились:
— Да, отец.
Зал взорвался аплодисментами. Мо Хань тоже искренне хлопал — он глубоко уважал этого императора, открывшего новую эпоху. Сицзэ был не только великим правителем, но и хорошим отцом.
Ло Фэй, хоть и казался порой простоватым из-за нехватки жизненного опыта, был честным и открытым человеком — и это была прямая заслуга воспитания императора.
Сицзэ посмотрел на Линь Юаня, предлагая ему сказать слово.
Линь Юань улыбнулся:
— Всё, что сказал Его Величество, я полностью разделяю. Ло Фэй, Ло Нин, помните наставления отца.
Ло Фэй: «...»
Ло Нин: «...»
Папа тоже не стал утруждаться, ответив одной фразой. Очень по-умному.
Братья послушно поклонились.
Сицзэ знал, что Линь Юань не любит такие мероприятия, поэтому не стал настаивать и повернулся к сыновьям:
— Вам исполнилось восемнадцать. Есть что сказать отцу, матери и гостям?
Ло Фэй приготовился к речи и вежливо посмотрел в зал.
И тут на самом краю, среди гостей, он увидел знакомое лицо.
Тот же изящный профиль, та же стать, выделяющаяся даже в толпе высокопоставленных лиц.
На нем был бежевый костюм, белая рубашка и светло-синий галстук с тонкой белой вышивкой — тот самый, который он купил на корабле и подарил ему.
Мо Хань старался сохранять невозмутимый вид, внимательно слушая принца, но в его глазах плясали смешинки, и он открыто смотрел на Ло Фэя.
Ло Фэй: «....................»
Сицзэ, заметив, что сын внезапно замер, удивленно спросил:
— Ло Фэй?
Ло Фэй: «......................»
Наследный принц словно завис. Он стоял, как статуя, не в силах вымолвить ни слова.
Гости переглядывались.
Сидевший в зале Омега-генерал Лин Юй холодно проследил за взглядом принца, увидел молодого человека справа и слегка приподнял бровь.
Сицзэ, видя, что сын до сих пор в ступоре, приказал через свой ИИ:
— Что с Ло Фэем? Живо приведите его в чувство!
Чунмин дрожал от страха — он тоже увидел Мо Ханя.
Как Мо Хань оказался на банкете?! И в галстуке, который подарил хозяин?!
Хозяин впал в полный ступор!
Чунмин начал экстренно вызывать:
— Хозяин! Хозяин, говорите что-нибудь! Его Величество злится, все смотрят на вас! Вы правда хотите опозориться на своем совершеннолетии?! О вас узнает вся Империя, все будут смеяться, а отец вас прибьет! Говорите же!
Ло Фэй резко пришел в себя.
Их взгляды встретились. В глазах Мо Ханя светилась усмешка, а Ло Фэю хотелось плакать.
Все пропало...
В голове крутилась только эта мысль. Все его легенды, вся ложь о происхождении и учебе рухнули в один миг. Все его попытки сблизиться с Мо Ханем были разоблачены.
Конец. Больше никаких шансов завоевать его сердце?
Но он наследный принц. Он не может позволить себе потерять лицо.
Ло Фэй глубоко вдохнул, унимая бешеный ритм сердца, и произнес:
— Услышав слова отца, я был так тронут, что на мгновение лишился дара речи. Прошу прощения за эту заминку.
Он быстро взял себя в руки и с улыбкой продолжил:
— Сегодня нам с братом исполнилось восемнадцать. Мы всегда будем помнить заботу отца и матери. Мы благодарны всем учителям и близким, которые направляли нас. Восемнадцать лет — это не только возраст, но и зрелость ума, осознание ответственности. В будущем мы будем еще внимательнее следить за своими словами и поступками...
Ло Фэй говорил уверенно и четко. Его голос, даже без микрофона, был слышен каждому в зале.
Спокойствие и манеры принца вызвали одобрение у императора. Хотя он не знал, почему сын отвлекся, тот сумел вовремя сориентироваться. Минутная заминка показалась гостям случайностью.
Мо Хань, глядя на Ло Фэя, даже проникся уважением — психологическая устойчивость у принца на высоте. По крайней мере, в официальной обстановке он не ударит в грязь лицом. При отце и гостях, будучи наследником, он вынужден сдерживать эмоции.
Мо Хань невольно усмехнулся. Он потрогал галстук на шее и с иронией подумал: «Ты подарил мне его, я надел. Тебе нравится?»
Ло Фэй заметил этот жест, его взгляд на секунду изменился, но он тут же вернул на лицо безупречную улыбку.
Однако в ментальном канале он уже сходил с ума:
— Чунмин, Чунмин, придумай что-нибудь! Как мне объясниться перед Мо Ханем? Я ведь покойник, да? Он, наверное, думает, что я лжец?
Чунмин ехидно ответил:
— Хозяин, сам заварил кашу — сам и расхлебывай. Я всего лишь невинный механоид.
Ло Фэй: «............»
Когда же его маска слетела?
Судя по выражению лица Мо Ханя, он ничуть не удивлен. Он что, давно знал, что я принц?
То есть я дураком прикидывался перед ним, разыгрывая сценки, а он все это время знал правду?
Какой позор...
Если бы не гости, Ло Фэй готов был провалиться сквозь землю.
***
После того как Ло Фэй закончил речь, атмосфера в зале накалилась. Загремели аплодисменты, заиграл оркестр, а генерал-майор Монд ввез в зал пятиярусный именинный торт.
http://bllate.org/book/21224/2147611
Готово:
