Она долго смотрела на прекрасное лицо красавицы, но на этом не остановилась: взгляд скользнул по груди, опустился к талии и добрался до живота, прикрытого фартуком...
Внезапно она почувствовала, что её охватывает странное ощущение, она потеряла контроль над своими блуждающими мыслями, а затем неосознанно и медленно протянула руку.
Слегка надавила на живот...
Какой крепкий!
Она едва не вскрикнула от неожиданности, а её ротик сложился в крошечную букву «о».
Совсем не похоже на её собственное мягкое тело, напротив — на ощупь оказалось очень упругим. Сердце затрепетало от невыносимого зуда, и те непристойности, что творились недавно в ванной, казалось, вновь сами напомнили о себе.
В этот самый момент Вивиан жутко захотелось тщательно погладить каждый дюйм тела красавицы, или пройтись языком по самым сокровенным уголкам, а под конец прижать её к постели и как следует...
Тц!
Не то, не то...
Как всем известно, стоит только появиться безумной мысли, как от неё уже невозможно избавиться.
Я... кажется, заболела...
Вивиан мысленно утвердилась в этой догадке. Мм... должно быть, возможно... пожалуй... определенно так и есть...
Иначе с чего бы ей испытывать подобные мысли к горничной, которая не знает субординации и то и дело испытывает её терпение?
Мы ведь обе женщины, о каких непотребствах и греховных утехах между мужчиной и женщиной тут может идти речь.
Она закусила губу, сглотнула вставший в горле ком, перевела взгляд и проскользнула рукой под изящно сшитый подол ютья.
Холодная, белая кожа была гладкой и упругой, словно зеркальная гладь. Рука скользнула вдоль внутренней стороны бедра, и вскоре кончики пальцев наткнулись на неровность.
Собираясь исследовать это место и обойти его по кругу, Вивиан замерла. Она прекрасно понимала, что это за место, лицо её вспыхнуло, но рука остановилась.
Слепые ощупывают слона — ну, или почти так, только с той лишь разницей, что делала это с закрытыми глазами, словно на ощупь искала иероглиф «счастье», наклеенный на дверь.
Прошло время, и Вивиан услышала сонный бормочущий вздох. Она испуганно замерла и перевела взгляд на слегка разгладившиеся брови девушки.
Она вроде бы не проснулась, но... неужели отреагировала?
Словно горный лотос на вершине айсберга, озарённый лучами закатного солнца, на лице мирно спящей красавицы расцвели мягкие тёплые краски, отчего Вивиан на какое-то время даже залюбовалась.
Затем она резко тряхнула головой, приходя в себя, вытащила руку из потаённого грота и, перевернувшись, легла рядом.
— Противная дурёха, даже во сне способна соблазнять людей, отличная из тебя вышла бы питомица, хм! — усмехнулась Вивиан, после чего ущипнула Ив за нос.
Пять секунд...
Одна минута...
Пять минут...
Шло время, а выражение лица Вивиан становилось всё более невероятным. Глаза её были широко распахнуты, и она уже начала сомневаться: не слишком ли слабо она давит?
Это совершенно выходило за рамки обычной человеческой выносливости и объёма лёгких. Рука уже начала уставать от напряжения, но Ив так и не подала никаких признаков жизни.
В конце концов Вивиан бросила эту затею с розыгрышем. Посмотрев на такую горничную, она просто не знала, что и делать: ни единой бреши в обороне, да и давление на неё не действует — и как с ней быть?
Не бить же её по лицу, чтобы разбудить... в самом деле...
Хотя, если подумать об этом, кажется, она вполне могла бы так поступить, но пользоваться чужой беспомощностью шло вразрез с её принципами. В конце концов, она ведь не какой-нибудь непослушный ублюдок...
Но одно дело — принципы, а другое — всё остальное. То, что она лапала её пару минут назад — не в счёт, это максимум... месть, точно, просто месть.
Размышляя об этом, Вивиан невольно тихонько фыркнула. Поскольку на ней была лишь тонкая чёрная ночнушка на бретелях, сквозь которую смутно просвечивало белье, запоздалое чувство холода настигло её как раз вовремя.
Изящная ручка откинула одеяло, укрывая их обеих. Манящий нежный аромат заполнил пространство, а раскинувшиеся по подушке пряди чистых белых волос идеально сочетались с цветом постельного белья — до чего же гармоничное зрелище.
Главное, конечно, что всё это дополняло то самое личико — короче говоря, выглядело потрясающе, чертовски красиво!
Спрятавшись под одеялом, Вивиан глубоко вздохнула. Безымянный пожар, разгоревшийся внизу живота, было трудно унять, и ей потребовалось немало времени, чтобы заставить себя подавить это желание — сейчас было неподходящее время.
Лёжа на боку и оставив между их телами расстояние всего в одну ладонь, она снова зачарованно уставилась на красавицу.
— Такое сокровище раздобыла, раз уж ты попалась мне в руки, я так просто тебе не позволю сбежать... Сказать, что тебе повезло, или что ты несчастлива?
Она отвечала сама себе: — Впрочем... хе-хе-хе... тебе суждено стать моей верной собакой, а я буду твоим единственным хозяином.
— Если только ты никогда не предашь меня, никогда не покинешь меня, никогда не скажешь мне нет и никогда не станешь фальшивить, а ещё лучше — сама предложишь мне поиграть с тобой...
Чем дальше она говорила, тем больше заводилась. И хотя тело её жутко устало, а та, что вызывала у неё одновременно ненависть и привязанность, спала таким сладким сном, сама Вивиан ни капли не хотела спать.
В конце концов, для Вивиан это был первый раз, когда она делила постель с кем-то ещё — даже с родителями такого не случалось.
С тех пор как она себя помнила, её самая любимая мать покинула её, и в памяти ярче всего отложился лишь этот проклятый старый хрыч! Да еще та сестра, которую она ненавила до мозга костей!
Вивиан про себя яростно проклинала всё на свете, сжав зубы от ненависти...
Дождь за окном от этого, казалось, стал только сильнее, грохот грома сотрясал небо, а раскаты молний пронзали тишину ночи.
В тот же миг пара алых глаз резко распахнулась, бессмысленно уставившись в потолок.
Вивиан только что оторвалась от воспоминаний и уже собиралась закрыть глаза, как случайно заметила пронзительно-красные глаза на профиле белокурой горничной.
— Ха, наконец-то соизволила проснуться? Ты, гадина...
Речь её оборвалась на полуслове. Вивиан инстинктивно вцепилась в простыню — сама не понимая почему, она вдруг почувствовала... страх?
Затем этот профиль повернулся к ней еще ближе, что на фоне грохочущего за окном шторма выглядело поистине жутко.
— Эй, что это за взгляд? Я ещё не успела с тобой, сволочь, разобраться! — пригрозила Вивиан, тыча ей в нос пальцем, но уже в следующую секунду ей стало не до хвастовства.
Ив шевельнулась, но не для того, чтобы сесть. Словно обезумев, она тут же бросилась на неё, прижав всем весом к постели. Обладая немалой силой, она больно сжала её запястья.
— Эй... мне больно! — Вивиан попыталась вырваться, забарахталась ногами, но при абсолютной разнице в силе это не помогло.
— Какого чёрта ты творишь?!
Ответа не последовало.
Было лишь прижавшееся к ней тело и пара алых глаз, намертво вцепившихся в свою добычу. Этот жуткий взгляд обжигал шею Вивиан.
— Я повторяю! Отпусти меня! — резко приказала Вивиан, но молчание соперницы сбивало её с толку сильнее, чем грохот грома за окном.
Это лицо по-прежнему оставалось прекрасным, но сейчас оно казалось застывшей маской, к тому же Вивиан чувствовала, как тело Ив напряжено и мелко дрожит.
Затем Ив медленно опустила голову, и серебристо-белые длинные пряди скользнули по щеке Вивиан, заставив последнюю вздрогнуть.
— Что ты вообще задумала... — тело Вивиан полностью оцепенело, зрачки сузились, а голос стал тише.
В следующую секунду она увидела, как та слегка приоткрыла губы, обнажив белые зубы. Но сейчас ей было совсем не до этого!
Вивиан быстро сообразила, в чём дело, но осознание пришло слишком поздно — Ив уже наклонилась и впилась зубами ей в шею.
— М-м-м~
Щекотно, с лёгким покалыванием, на самом деле даже приятно...
Острые зубки лишь слегка касались кожи, а затем принялись за лёгкие, скользящие движения. Ощущение было странным, напоминающим что-то ласковое.
Горячее, тяжёлое дыхание обжигало чувствительную кожу, отчего по телу Вивиан побежали мурашки, и она невольно издала блаженный стон.
В ушах звучал лишь безумный стук собственного сердца и шум дождя за окном. Она отчётливо чувствовала, как зубы то легко надавливали, то приподнимались, дразня и терзая её.
— Ах ты сволочь... очень щекотно... м-м-х~ ты вообще... ты меня вообще слушаешь?
Это было поистине мучительно... одновременно приятно и невыносимо. Приятно от покалывающей неги, а мучительно оттого, что её дразнили, не давая вырваться.
Эта стерва делает специально?! Определенно!
— Ха... ха... —
Раздалось всё более явное дыхание. Его испускала не Вивиан, а Ив.
Сейчас её лицо исказилось от боли, а скрытые на шее следы начали гореть словно в огне. Она крепко зажмурила глаза, а на лбу выступили капельки пота — ей было так тяжко, словно всё происходило впервые.
В то же время внутри неё шла жестокая борьба: рассудок пытался вернуть утраченные позиции, сопротивляясь животным позывам.
Похоть подгоняла её: впиться прямо сейчас, прокусить кожу и испить живой крови.
А остатки сознания твердили, что она ни в коем случае не должна превратиться в обезумевшего монстра, поэтому ей оставалось лишь прижиматься к шее Вивиан, подавляя каждый дрожащий импульс.
Картина, выглядевшая столь интимно, на деле была безмолвной битвой с самой собой.
Так прошло две с половиной минуты. Для Вивиан это тянулось так долго, словно прошёл целый век, впрочем, ей самой пришлось несладко.
Затем раздался долгий, протяжный вздох.
В тот же миг напряжение на шее исчезгло, а прижавшееся к ней тело, словно сдувшийся воздушный шар, полностью обмякло и тяжело рухнуло на неё.
Буря утихла...— Э? — Вивиан пришла в себя, мило моргнула, после чего её захлестнула волна жгучего стыда и ярости.
Этот... ублюдок! Просто непостижимо! Какая наглость! Сметь... сметь так с ней поступить!
— Ты... — она открыла рот, собираясь выругаться, но в горле ужасно пересохло, и все злые, колкие слова застряли где-то внутри.
Тело, придавившее её, было полностью истощено и не подавало признаков жизни, а серебристо-белые пряди волос беспорядочно рассыпались по её шее и подушке.
Более того, Ив вдруг, словно в поисках защиты, обняла её. Объятия не были крепкими, но их оказалось вполне достаточно, чтобы почувствовать биение друг друга.
Вивиан замерла, её мысли спутались от этой внезапной нежности. В комнате слышны были лишь переплетающиеся, постепенно успокаивающиеся дыхания двоих да всё ещё не прекращающийся дождь за окном.
Она не понимала, почему всё вдруг приняло такой оборот. Во всем были виноваты странные действия Ив, хотя на намеренные они не походили — всё это выглядело крайне странно.
— Какая мягкая...
Эта девчонка что, бредит во сне?
— Прости...
Вивиан цыкнула языком: судя по всему, та и вправду бредила. И надо же, даже во сне не забыла извиниться!
Они долго оставались в таком положении, пока Вивиан не почувствовала, что половина её тела онемела под чужим весом. В конце концов, крайне неохотно и со злостью наотмашь, она издала раздражённый фырк.
— Какая же ты тяжёлая, дура, — пробормотала она себе под нос. Голос её звучал свирепо, но движения при этом были нарочито медленными.
Сначала она полностью расслабилась, приподняла руку, а затем точно так же обвила ею обессилевшую, обмякшую беловолосую горничную.
Вивиан больше не смотрела на лицо Ив, не пыталась во что бы то ни стало во всём разобраться и не собиралась будить её.
— Хм, считай, тебе повезло. Если завтра же толком всё не объяснишь, эта барышня с тебя живой не слезет.
С этими словами она молча закрыла глаза, стараясь не замечать щекочущего ощущения от чужих волос на шее и бушующего в груди смятенного волнения.
А прижавшаяся к её груди Ив перед тем, как окончательно потерять сознание, почувствовала, как последние алые всполохи в глубине её глаз погасли, оставив после себя лишь глухую усталость.
Ночь выдалась на славу...
Предощущение утреннего света не обмануло: стоило дождю окончательно стихнуть, как в каждом уголке разлился особый запах — свежий аромат влажной земли и молодой зелени.
Сознание Ив медленно возвращалось. Первым проснулось обоняние: она уловила лёгкий цветочный аромат геля для душа. Затем пришло осязание — реальное тепло и мягкость того, что она сжимала в объятиях...
Тепло? Мягкость?
Она резко открыла глаза.
Кроваво-красные зрачки первые несколько секунд были не в фокусе, но затем всплыли воспоминания прошлой ночи: алая пелена перед глазами, вышедшая из-под контроля жажда, пересохшее горло, трепещущее и борющееся под ней тело.
Хорошо... обошлось без провала. Она мысленно похвалила себя за стойкость — ещё чуть-чуть, и она бы сорвалась.
По мере того как рассудок прояснялся, Ив осознала, что лежит на боку и с поищем собственника сжимает в объятиях знакомого человека.
Вивиан всё ещё спала. Её длинные рыжие волосы растрепались, и несколько прядей прилипших волосков легли на её чуть приоткрытые губы.
Растеряв всю свою обычную надменность, сейчас она выглядела такой крошечной, ароматной и мягкой, утопая в нежном матрасе и в объятиях Ив.
Вся её фигура излучала беззащитную мягкость.
Ив молча и безэмоционально долго смотрела на неё.
Заметив прилипшую к губам Вивиан рыжую прядь, она протянула руку и аккуратно убрала её за ухо.
Именно это легкое прикосновение потревожило сон красавицы.
Вивиан издала милый стонущий звук, её ресницы затрепетали, и она медленно открыла глаза.
Сначала её зрачки сузились, привыкая к тусклому свету в комнате, и лишь затем она ощутила прикосновение и сфокусировала взгляд на бесстрастном лице перед собой.
Это подействовало лучше, чем ведро ледяной воды на голову, заставив её окончательно проснуться.
— Проснулась и до сих пор не отпустила меня! — Вивиан нахмурилась, пытаясь оттолкнуть эту беспардонную горничную.
Ив заговорила, её голос оставался ровным:
— Простите, госпожа, что доставила вам хлопоты.
Вивиан холодно фыркнула и попыталась вывернуться, но обнаружила, что рука девушки, хотя и не так сильно, как прошлой ночью, по-прежнему не собирается разжиматься. От этого она разозлилась еще сильнее.
— Думаешь отделаться одной фразой? Как бы не так, отпусти!
Видя, что Ив не сдвинулась с места, она сквозь зубы предупредила:
— Советую тебе не заставлять меня повторять в третий раз...
— Я бы хотела подержать вас еще немного. Можно?
— ...Чего? — Вивиан не сразу сообразила, решив, что ослышалась.
Ив не стала повторяться. А когда Вивиан, опомнившись от нахлынувшего гнева и стыда, уже готова была вспыхнуть, она добавила:
— Госпожа, вы сами говорили: сколько бы мне ни захотелось, всё дозволено.Едва стихли слова, она не только не ослабла хватку, но и притянула руки ближе, заключив Вивиан в еще более крепкие объятия.
Интригующе, недвусмысленно, не терпяще возражений.
Вивиан полностью онемела. Она приоткрыла рот, собираясь резко возразить, намереваясь обрушить в ответ еще более ядовитые оскорбления, но почему-то не смогла вымолвить ни слова.
И правда... придраться было не к чему... Она сама сказала об этом, а та выполнила условие, и она все же не опустилась бы до столь низости, как нарушение собственного слова.
Вивиан отвернулась, больше не глядя на лицо Ив.Уши порозовели от легкого румянца. Словно досадуя на самого себя, он раздраженно цыкнул языком и злобно пробормотал себе под нос:
— Вот ведь... еще и собакой побывать не успел, а уже хозяина жрать вздумал...
Не пытаясь больше вырваться и не отдавая никаких приказов, тело постепенно расслабилось, безмолвно позволяя объятиям продолжаться.
Ив лишь продолжала удерживать его в объятиях, не сводя глаз с покрасневшего кончика ушка отвернувшейся Вивиан.
А ощущение-то... вроде неплохое...
Что касается сна в обнимку с ароматной, мягкой маленькой лоли, Ив считала, что теперь имеет полный вес в этом вопросе: это ново, необычно и очень быстро вызывает привыкание.
Если же спросить, уместны ли столь близкие касания?Не знаю, ей просто было невероятно приятно, и она вовсе не задумывалась о таких вещах. В общем, незнакомый опыт ей вовсе не претило.
Хотя Ив вовсе не горела желанием в этом признаваться, но приходилось признать — ощущения оказались неплохими. Ей нравилось, и хотелось повторить это снова.
— Тц, не прижимайся так сильно, я же никуда не сбегу! — Вивьен бросила на нее недовольный взгляд, с покрасневшим лицом отодвинулась чуть в сторону, и в ее голосе отчетливо слышались злость и безысходность: — А теперь объясни, какого черта ты, ублюдка кусок, вчера устроила?
Ив говорила, что не умеет лжать, но на самом деле это была маленькая ложь, хи-хи.
— Отвечаю госпоже, ваша покорная служажа во сне ходила.
— Ты меня за дуру держишь?! Кто это ходит во сне с открытыми глазами?!
Услышав это, Ив на несколько секунд замолчала и, не меняя выражения лица, ничуть не смутившись и даже не покраснев, заявила:
— У всех разное телосложение. У вашей покорной слуги оно довольно особенное, надеюсь, госпожа сможет это понять.
Вивьен открыла рот, собираясь что-то сказать, но тут же осеклась. Она никак не могла разобрать — где правда, а где ложь, вымысел это или чистая фактика? Никаких изъянов в словах не было.
В конце концов она решила со всей силы ущипнуть Ив за ее величественные прелести, чтобы хоть как-то выпустить пар и выразить свои чувства, хотя на деле просто не знала, что еще поделать, и перешла к прямому нападению.И в результате Ив совсем ничего не почувствовала — её физическая оболочка достигла пика, иначе как, по-вашему, вчера вечером удалось вырубить её сильным ударом в висок?
— Если я оскорбил госпожу, то приношу свои извинения.
— Ха-ха, разве мест, где ты меня оскорбил, мало?
— Тогда я забираю свои извинения назад.
— Я разве это имела в виду?! Выражайся нормально!
Ив слегка глубоко вздохнула, на мгновение подбирая слова, а затем быстро выпалила всё, что пришло ей на ум:
— Простите, госпожа, у вас зоркий глаз, вы человек великой щедрости и великого милосердия. Если вы сможете простить мою непреднамеренную обиду, то это можно назвать...
— Стоп, стоп, стоп! — Вивиан торопливо её прервала. — Тошнотворно, какая фальшь.
Это напомнило ей тех лицемерных ублюдков на званых вечерах.
Не извиняться — плохо, извинять тоже плохо. У Ив больше не было слов, неужели она сказала что-то не то?
Хм?
Слегка опустив голову, она случайно скользнула взглядом вниз по ключицам Вивиан и прямо там, в вырезе ночной сокомки на бретельках, увидела соблазнительные округлости.Плотная ткань облегала аккуратные округлости, которые изо всех сил старались заявить о себе. Пусть они и были миниатюрными, этот недостаток с лихвой искупался откровенным нарядом.
Так и хотелось прикоснуться...
Хотя на лице всё еще застыло свирепое выражение, Ив почему-то уловила в нём нечто иное — образ чистой, невинной молодой женщины, сжавшейся в комочек у изголовья кровати после жестокого унижения.
Нет уж, зрелые женщины — это не по её части.Вивьен заметила, что собеседница смотрит вовсе не на неё, а в следующее мгновение сообразила куда именно. Неудивительно, что ей казалось, будто по телу ползают муравьи.
В следующий миг она протянула руку и насильно приподняла подбородок Ив. На её личике запечатлелось выражение крайнего отвращения, а брови сошлись на переносице, когда она без церемоний бросила:
— Ты что, с самого утра уже не можешь сдержаться?— Тошнотворно до ужаса. Тебе доставляет удовольствие пускать слюни на меня, на госпожу? Тебе не говорили, что ты ужасный извращенец? Мм?
Ив же была совершенно спокойна — в конце концов, её ругали далеко не в первый раз. Напротив, она считала, что, хотя Вивиан внешне и злится, когда бранится, со временем, по мере общения, на её образ невольно начинаешь смотреть сквозь розовые очки.
На самом деле это даже мило, и ей даже хотелось послушать, как та выругается ещё немного, хоть со стороны это, пожалуй, и звучало немного по-педофильски.
http://bllate.org/book/21351/2169725
Готово:
