— У У Тун, иди к доске, решишь эту задачу.
Невысокая фигурка вышла вперед, взяла у учителя мел, подошла к доске и, немного помедлив, вывела ответ. Затем он обернулся и поднял взгляд на учителя.
Тот сначала с довольным видом кивнул, глядя на доску, а потом перевел взгляд на ребенка. Встретившись с его ясными, блестящими глазами, учитель невольно вздохнул.
— Хорошо, возвращайся на место. На уроке нужно быть внимательнее и не витать в облаках.
— Слушаюсь, учитель.
Мальчик положил мел и сел за свою парту.
— Посмотрите на эту задачу, — учитель постучал по доске. — У Тун решил ее правильно? Есть ли у кого-то вопросы…
Мальчик молча смотрел на доску, но краем глаза косился на небо за окном. Скоро конец урока.
Только он об этом подумал, как прозвенел звонок.
Учитель хлопнул в ладоши:
— На сегодня всё. Не спешите, запишите домашнее задание на выходные… Ну, теперь свободны.
Едва он договорил, как класс в едином порыве бросился к выходу. У У Туна заурчало в животе, он медленно, не торопясь, начал собирать вещи. К нему подошел одноклассник, чья очередь была дежурить:
— У Тун, ты еще не уходишь?
У Тун кивнул и улыбнулся:
— Сейчас уже иду, просто прибираюсь. Пока!
— Пока! Увидимся в понедельник!
У Тун не спеша шел домой. Этой дорогой он ходил уже четыре года, и каждый раз, направляясь к дому, он мечтал, чтобы время шло медленнее, еще хоть немного медленнее.
Глядя на закат, У Тун прижал руку к животу. Немного болит… и снова хочется есть. Что бы приготовить на ужин? Сварить лапшу, добавить пару листиков зелени — неплохо. Или пельменей, как раз остался один пакет.
От этих мыслей у него потекли слюнки, и есть захотелось еще сильнее.
— Тун-Тун, вернулся?
У Тун улыбнулся и кивнул. Это была соседка, бабушка Чэнь. Она подошла к мальчику, потрепала его по голове и добавила:
— Как поешь, заходи ко мне. Я купила груши, такие сладкие — загляденье! Обязательно приходи, попробуешь.
Не давая У Туну возразить, она продолжила:
— Даже не думай отказываться! Вчера Синсин съел одну и всё твердил, что тебе надо принести. Я сказала, что в школе все равно не поделишь, лучше дождаться, пока ты вернешься. Синсин тебя ждет, так что обязательно приходи.
У Тун застенчиво теребил край кофты и послушно кивнул. Бабушка Чэнь снова погладила его по голове:
— Умница. Мы с Синсином будем ждать. Сначала иди домой, поешь. Если твой отец… если отец вернется, я тебе оставлю, завтра доешь.
Проводив взглядом У Туна, который вошел в дом и закрыл дверь, бабушка Чэнь вздохнула. Какой хороший ребенок, послушный, учится отлично. Всего десять лет, а уже и полы помоет, и поест приготовит, и одежду постирает. Как же его угораздило родиться у такого отца? Просто беда.
Войдя в дом, У Тун крикнул:
— Папа, я дома!
Подождав немного и не услышав ответа, он прошел в свою комнату, бросил рюкзак и направился на кухню.
Он сварил себе маленькую порцию лапши — ее оставалось совсем немного, нужно было оставить запас на выходные. Усевшись с миской за свой стол, он с аппетитом принялся за еду. Как же вкусно! Зелень просто объедение, завтра можно будет добавить еще пару листочков. Он ел, болтая ногами.
Покончив с ужином, он вымыл посуду, тщательно проверил, не осталось ли где беспорядка, и с легким сердцем вернулся в комнату. После душа и стирки он наконец вышел к соседке.
У бабушки Чэнь жил ее внук Ли Синсин. Родители мальчика работали далеко и приезжали только на праздники, но каждый раз привозили ему кучу подарков и сладостей.
У Тун знал об этом, потому что Синсин был очень щедрым и всегда делился с ним, приговаривая, что купили слишком много и У Туну не стоит стесняться. У Тун думал, что Синсин сам похож на ту грушу, которую он сегодня съел: сладкий и сочный.
Посмотрев с Синсином телевизор, У Тун вернулся домой делать уроки. Он четко планировал свое время: всё нужно было успеть до возвращения отца. Только тишина в собственной комнате была его единственной зоной абсолютной безопасности. Такая жизнь тянулась уже семь лет.
К девяти часам вечера он закончил часть уроков. Выключив свет, он забрался в кровать, потирая живот. Хорошо, что сегодня не нужно было делать уборку, можно лечь пораньше. У Тун закрыл глаза, даже не подозревая, что прямо над ним парит странное существо.
031 молча наблюдало за У Туном. На самом деле оно следовало за мальчиком уже неделю, постоянно находясь рядом для наблюдений и записи. В системе уже был сформирован полный отчет:
Отчет о наблюдении за объектом первого уровня (ожидает проверки)
Раса: человек
Имя: У Тун
Пол: мужской
Возраст: 10 лет
Состояние здоровья: пневмония в поздней стадии, истощение, инфекция дыхательных путей, анемия, нарушение обмена веществ…
Журнал наблюдений: У Тун, мать умерла при родах, отец нестабилен, страдает алкоголизмом, игроманией, склонен к домашнему насилию.
Находится в периоде раннего развития. За семь дней наблюдений отклонений в поведении не выявлено, мышление в норме, психическое состояние стабильное.
Вследствие халатности опекуна и систематического насилия жизнь объекта подходит к концу.
Вывод: Несмотря на юный возраст, У Тун обладает высокой способностью к обучению и острым умом. Легко находит общий язык с людьми, в школе дружен с учителями и одноклассниками, дома — с соседями. Имеет потенциал для развития, рекомендуется привлечение к первому заданию.
031 закрыло отчет и посмотрело на входную дверь: система зафиксировала, что отец, У Цзяньхуа, скоро вернется.
Раздался грохот — У Цзяньхуа с силой захлопнул дверь, не заботясь о том, что уже глубокая ночь.
031 перевело взгляд на У Туна. Мальчик лежал с плотно закрытыми глазами, словно спал, но его кулаки были сжаты, а тело слегка дрожало.
У Тун прислушивался к звукам в гостиной. Папа вошел. Папа сел на диван. Вдруг мальчик вспомнил: а не забыл ли он проверить, не испачкал ли он диван? Нет, не должен был, он даже не садился на него до прихода отца, да и позавчера делал уборку — не должно быть грязи. У Тун стиснул зубы и замер.
В гостиной послышался скрип встающего с дивана отца. У Тун судорожно сжал простыню. Шаги… шаг за шагом, звуки приближались. По нетвердой походке было понятно, что отец пьян. Шаг, еще шаг… БАХ!
Папа ушел к себе в комнату! Слава богу, слава богу. У Тун разжал кулаки, разгладил простыню и похлопал себя по груди — значит, в доме чистота!
Услышав, как У Цзяньхуа повалился на кровать, а вскоре и его храп, У Тун наконец позволил себе расслабиться и погрузиться в сон. Тело медленно обмякло… Папа, кажется, лег спать, даже не помывшись, — это была последняя мысль У Туна перед тем, как он уснул.
031 тихо парило в воздухе, а когда У Тун заснул, отключило систему и перешло в спящий режим.
Ночь была глубокой, луна тонким серпом застыла в небе.
Хорошенько выспавшись, в шесть утра У Тун на цыпочках встал, умылся и пошел на кухню готовить завтрак.
У Цзяньхуа уходил на работу в семь тридцать, поэтому завтрак должен был быть готов заранее. У Тун заглянул в запасы: риса осталось совсем немного, хватит от силы на пару мисок каши.
Рассчитав время, он сварил кашу, поставил ее на стол в гостиной и стал тихо ждать.
Как только У Цзяньхуа вышел из комнаты, он увидел У Туна, который сидел за столом, опустив голову, и поднял взгляд только тогда, когда услышал шаги.
У Цзяньхуа нахмурился: после вчерашней пьянки голова раскалывалась, а вид У Туна раздражал еще больше. Такой большой ребенок, а даже не поздоровается, каждый день ходит с кислой миной, будто у него кто-то умер. Никакой реакции, никакой пользы — что кормил его, что нет. Собака и та умеет подать голос, а он только зря ест хлеб.
У Цзяньхуа хмыкнул, подошел к столу, не садясь, схватил миску, где каши было побольше, и жадно выхлебал ее. С грохотом поставив миску обратно, он бросил косой взгляд на еще ниже опустившего голову мальчика:
— Ты что, уморить меня хочешь? Сварил такую горстку, кому этого хватит? Не первый день живешь, неужели не знаешь, сколько риса сыпать? Ни на что не годен, никакой от тебя помощи.
С этими словами он вышел из дома.
У Тун открыл рот, собираясь что-то сказать, но смолчал. Услышав, как хлопнула дверь, он с облегчением выдохнул и принялся за свою порцию.
Съев немного каши, он почувствовал, что ноющий живот перестал болеть, и принялся за уборку.
День пролетел быстро. Ночью У Тун лежал на кровати, уставившись в потолок. Это была самая спокойная ночь за последний год — он заметил, что живот, который болел так долго, наконец перестал беспокоить. Уголки его губ дрогнули, он медленно закрыл глаза и провалился в глубокий сон…
— У Тун, здравствуй.
У Тун услышал, как кто-то его зовет. Папа? Но он так хочет спать, так хочется продолжать спать… Его веки были плотно сомкнуты.
Нет! Он внезапно начал бороться, пытаясь проснуться. С трудом открыв глаза, он увидел вокруг себя ослепительно белое пространство. Это не его комната. У Тун попытался вскочить, но вдруг понял, что словно парит в воздухе, не чувствуя под ногами опоры.
http://bllate.org/book/21354/2170924
Готово:
