Прошлую жизнь он провел в таком ужасе и с такой сильной привязанностью, что попросту не смел раскрыться. Но в этой жизни всё иначе — за его спиной стоял человек, готовый в любой момент прикрыть его.
Он верил, что, что бы ни случилось, Лэн Су всегда останется за его спиной, чтобы оберегать и защищать его. Поэтому, каких бы бед он ни натворил, найдется тот, кто разгребет за ним все завалы.
И именно это баловство со стороны Лэн Су делало его еще более избалованным и дерзким.
Ощущение того, что тебя балуют и о тебе заботятся, было поистине прекрасным. Он не хотел от этого отказываться, ведь стоило хоть раз вкусить нечто подобное, как потерять это снова уже не захочется — тогда он был ужасно одинок.
Гу Чэнь погладил Сяо Хэя на своем запястье. На самом деле он всегда знал, что появление Сяо Хэя рядом с ним не было случайным, и эта причина, скорее всего, оказалась весьма непростой.
Однако он вовсе не возражал — в конце концов, с тех пор как Сяо Хэй оказался рядом, он ему во многом помог.
Даже если в нем было что-то нужное Сяо Хэю, до тех пор, пока тот не причинял ему вреда, он был не против поделиться.
Просто потому, что Сяо Хэй когда-то выручал его, а он, Гу Чэнь, не из тех, кто забывает чужое добро.
Гу Чэнь медленно выдохнул, и после этого у него пропало всякое желание возиться с наручным компьютером.
Бросив его прямо Лэн Су на колени, Гу Чэнь с ленивым видом зевнул, снова зарылся в объятия Лэн Су и прикрыл глаза, погружаясь в дремоту.
И когда же только закончатся эти скитания!
Машина неслась по дороге целых пять дней и наконец на исходе пятого вечера остановилась.
Перед местом, где они встали, возвышалось подножие огромной горы.
Здесь раскинулась бескрайняя, пышная и буйно разросшаяся полоса леса.
Теперь их автомобиль стоял на самом краю этой чащи.
Лэн Су помог Гу Чэню выбраться наружу, и тот почувствовал, что ноги от долгого сидения стали ватными и совсем его не слушаются.
Пройдясь немного по земле и размявшись, Гу Чэнь внезапно вздохнул:
— Как же всё-таки здорово чувствовать под ногами твердую землю!
Лэн Су с нежностью на лице погладил его по щеке:
— Из-за меня тебе пришлось вытерпеть столько лишений, но оставлять тебя одного на базе я тоже не решался.
Гу Чэнь перехватил его руку, лежащую на собственной щеке, и, улыбаясь, затряс головой:
— Ничего подобного! Если бы ты действительно бросил меня одного на базе, я бы точно не усидел на месте. Пусть лучше я иду за тобой, я вовсе не боюсь устать, к тому же мне достаточно просто следовать за тобой и видеть тебя рядом.
Услышав это, Лэн Су посмотрел на него еще более мягким взглядом, широко расставил руки, заключил Гу Чэня в объятия, зарылся носом в его мягкие пряди и вздохнул:
— Чэнь-чэнь, что же мне с тобой делать в будущем?
Гу Чэнь растерянно моргнул:
— Это еще почему — что делать? Разве нам не будет хорошо всегда быть вот так? По-моему, просто замечательно.
Лэн Су слегка отстранился и, глядя в лицо Гу Чэню, со сложным выражением в глазах замолчал.
Гу Чэнь же, казалось, ничего не заметил и продолжал витать в облаках.
— Послушай, давай и дальше всегда будем так неразлучны. Ты шаг — и я шаг, куда бы ты ни пошел, везде бери меня с собой. Стоит мне поднять голову — и я сразу вижу тебя, стоит обернуться — а ты за спиной. И так до самой старости, разве не прекрасно?
Лэн Су по-прежнему молчал, но снова крепко прижал его к себе, обхватив руками с еще большей силой.
Гу Чэнь недовольно фыркнул и капризно пробормотал:
— Эй-эй-эй, Лэн Су, ты чего творишь? Твои руки меня едва не ломают, отпусти быстрее!
В голосе Лэн Су послышались веселые нотки, у него каким-то образом еще оставалось настроение шутить с Гу Чэнем:
— Не отпущу. Что бы ни случилось, не отпущу. Гу Чэнь, оставайся теперь всегда рядом со мной, всегда будь со мной. Что бы ни произошло, никогда не уходи от меня, договорились?
Гу Чэнь удивленно нахмурился:
— В смысле? Что это между нами может произойти? Ой, брось ты нагнетать, не будь таким пессимистом. Мы ведь непременно будем вместе, верно?
Странное явление
Лэн Су лишь крепче сжал объятия, и голос его прозвучал хрипло:
— Да, мы всегда будем вместе. Пока ты не выпустишь мою руку, я тебя не отпущу.
Гу Чэнь с улыбкой кивнул и, устроившись в объятиях Лэн Су, почувствовал, как на сердце стало тепло.
Столь уютная сцена продлилась недолго — ее нарушил сам Гу Чэнь.
Он легонько толкнул Лэн Су в грудь:
— Я проголодался.
Лэн Су приподнял бровь:
— И что же?
Гу Чэнь округлил глаза:
— А то, что иди готовь! Я буду то, что приготовил ты, и непременно с мясом!
Лэн Су с нежной улыбкой покачал головой и был вынужден подняться, чтобы исполнить его требование.
Приняв у Сяо Дэнцзы кухонные принадлежности и продукты, извлеченные из пространственного хранилища, Лэн Су про себя усмехался: не слишком ли сильно он балует Гу Чэня? Впрочем, ему это было только в радость.
Гу Чэнь лениво уселся на траву, прислонившись спиной к толстому стволу большого дерева, и прикрыл глаза, погружаясь в дремоту.
Сяо Хэй тоже тихонько притаился на его запястье, прикинувшись мертвым.
Вскоре в воздухе поплыл густой и аппетитный запах мяса. Гу Чэнь потянул носом воздух, и его глазные яблоки задвигались под веками.
Лэн Су тихо засмеялся:
— Малыш, раз уж всё равно не спишь, иди посторожи огонь, скоро всё будет готово.
Гу Чэнь лениво пошевелил глазами, с неохотой приоткрыл их и бросил взгляд на улыбающегося Лэн Су.
— Тц, надо же, даже чтобы сварить еду, человека заставляешь караулить огонь, капризный какой.
Лэн Су беспомощно покачал головой:
— Ладно-ладно, капризный тут я, доволен? Ну так сможет ли твоя светлость соизволить подойти и покараулить огонь?
Гу Чэнь наконец не выдержал и звонко рассмеялся, шутливо выругавшись:
— Сам ты светлость! И вся твоя семейка тоже!
Лэн Су не стал с ним спорить и просто с улыбкой поманил его рукой.
После такого переполоха у Гу Чэня окончательно пропало всякое желание продолжать дремать, и ему пришлось подняться и вприпрыжку направиться к Лэн Су.
— Ладно-ладно, твой слуга пришел! Насколько сильным должен быть огонь, говори давай!
Лэн Су мягко улыбнулся:
— Просто поддерживай его, чтобы не погас, и всё.
Гу Чэнь сморщил нос:
— Из-за такой плевой задачки меня сорвал, совсем пушку по воробьям палишь!
Лэн Су похлопал его по макушке:
— Просто хотел, чтобы ты побыл со мной подольше. Неужели не догадался?
Гу Чэнь, подкладывавший в костер хворост, на мгновение замер, и его щеки мгновенно залил густой румянец.
— Тц, вечно ты так... В самый ответственный момент без помощи твоего слуги никуда!
Лэн Су, любуясь зардевшимися щеками Гу Чэня, улыбался, но ничего не ответил.
Сидевшие неподалеку люди едва не выронили глаза от изумления, наблюдая за этой парочкой, совершенно не замечавшей никого вокруг.
Здоромила и Сяо Дэнцзы бросили на остолбеневших сослуживцев снисходительные косые взгляды и цыкнули языками:
— Тц-тц, совсем жизни не видали!
Вскоре ужин был готов.
По заведенному порядку первую порцию Лэн Су, как всегда, наложил и протянул Гу Чэню.
Никто из остальных против этого не возражал. В нынешнюю эпоху постапокалипсиса, где правит сила, логично, что первая миска еды и все прочие блага достаются сильнейшему — то есть самому Лэн Су.
Но раз уж Лэн Су добровольно уступил это первое место своему спутнику жизни, то и возражать было нечего: в конце концов, они семья!
После того как были наполнены еще три миски, Лэн Су махнул рукой, и остальные бойцы разом бросились вперед делить остатки еды.
Их нельзя было в этом винить: за эти дни скитаний по дорогам они донельзя объелись сухих пайков и спрессованного сухого печенья, так что во рту уже буквально не осталось никакого вкуса.
А тут посчастливилось отведать настоящего мяса, да еще и приготовленного золотыми руками Лэн Су — от одного аромата у них слюнки текли рекой.
Что же до того, почему Лэн Су наполнил три миски, никто из них особо не удивлялся.
Еще в машине они воочию увидели то странное создание на запястье Гу Чэня.
Верно, стоило им убедиться, что это растение не только обладает зачатками разума, но и понимает человеческую речь, да еще и отращивает зубы с пастью, чтобы уплетать еду за обе щеки, как они испытали настоящий шок.
Впрочем, переварив удивление, все успокоились: логично, что тот, кто держится рядом с Лэн Су, не может быть обычным человеком, а значит, и странные питомцы при нем вполне в порядке вещей.
Быстро покончив с ужином, Лэн Су пересчитал людей и постановил разделиться на смены: по четыре человека на первую и вторую половину ночи.
Место здесь было опасным — в конце концов, столько одаренных приходило сюда раньше, и ни один не вернулся живым.
Поэтому, хотя сейчас всё вокруг казалось тихим и мирным, где-то в слепых зонах вполне могла таиться смертельная угроза.
Лэн Су взял с собой Гу Чэня, Здоромилу и Сяо Дэнцзы на первую смену — то есть на первую половину ночи, приказав остальным отправляться спать, чтобы смениться после полуночи.
Ни у кого возражений не нашлось, и после ужина четверо свободных бойцов без лишних слов завалились на отдых: сейчас набраться сил перед завтрашним днем было важнее всего.
Лэн Су поднял взгляд на усыпанное редкими искрами звезд ночное небо, и на сердце у него скребли кошки: у него было предчувствие, что завтра их ждет тяжелый бой.
Гу Чэнь же в машине выспался на славу, поэтому сейчас чувствовал себя на редкость бодрым.
Однако ночь уже вступила в свои права, и им полагалось неотлучно оставаться на постах, не позволяя себе уходить, так что от безделья на душе стало тоскливо.
Гу Чэнь прислонился к плечу Лэн Су и от скуки начал витать в облаках.
В его пространственном мешке еще лежало пара книг, но в эту ночь они полностью погасили все костры и источники света.
Поэтому, как бы скучно ни было Гу Чэню, доставать книги он не стал.
Поскольку вокруг неизвестно где таилась опасность, ради собственной безопасности им приходилось скрывать присутствие и стараться не выдавать себя.
Лэн Су и Гу Чэнь сидели лицом к лесу, прижимаясь друг к другу спинами под раскидистым деревом.
Здоромила и Сяо Дэнцзы глядели в противоположную от них сторону.
Поскольку Лэн Су интуитивно чувствовал себя неуютно рядом с этим лесом, на всякий случай он велел всем держать его в поле зрения.
Остальные же просто расстелили несколько шерстяных пледов прямо на открытой поляне посредине, улеглись на них и накрылись такими же покрывалами.
Поскольку организмы одаренных были намного крепче человеческих, на заданиях они обычно не таскали с собой палатки, а ночевали прямо на земле или в машинах.
Но поскольку здесь никто не знал, не случится ли чего внезапного, а сон в машине мог помешать вовремя среагировать на угрозу, они решили спать под открытым небом.
Хотя погода стояла еще холодная, бойцы засыпали мгновенно, и вскоре над поляной разнесся раскатистый храп.
Гу Чэнь немного поразглядывал темноту, и его голова сама собой соскользнула с плеча Лэн Су. Вздрогнув, он тряхнул головой и снова устроился на прежнем месте.
Лэн Су повернулся и прошептал ему прямо на ухо. Гу Чэнь отчетливо почувствовал его теплое дыхание, обдавшее кожу, и атмосфера вокруг мгновенно стала интимной.
— Устал? Хочешь немного поспать? Я пока подежурю, не переживай.
Гу Чэнь помотал головой в знак отказа:
— Совсем не хочу спать. Я в машине выспался за двоих, сейчас бодрый как никогда.
С этими словами он снова потерся головой о его плечо:
— Эх, просто мне немного скучно. Дежурить — это самое унылое занятие на свете.
Рука Лэн Су, обнимавшая его за плечи, чуть сильнее прижала его к себе:
— Тебе со мной тоже скучно?
Гу Чэнь сморщил нос:
— Это совсем другое, попрошу не путать теплое с мягким!
Лэн Су решил подразнить его и нарочито понизил голос:
— Ничего не знаю, хочу услышать ответ. Так что, Чэнь-чэнь, каков твой вердикт?
Лицо Гу Чэня заалело еще сильнее, но к счастью, кругом царила непроглядная тьма, и Лэн Су ничего не мог разглядеть.
Однако под таким настойчивым допросом Гу Чэнь в конце концов начал закипать от смущения и злости.
Он протянул руку и изо всех сил ущипнул Лэн Су за бок. Услышав приглушенный стон боли, он со спокойной совестью разжал пальцы.
Лэн Су с наигранным вздохом пожаловался:
— Ну и хватка же у тебя, Чэнь-чэнь, сплошной садизм.
Гу Чэнь тихо фыркнул:
— А кто просил болтать лишнее?
Лэн Су шутливо вздохнул:
— Мы ведь еще даже толком не поженились, а ты уже держишь меня в ежовых рукавицах. Боюсь представить, что будет дальше, вряд ли мне придется сладко.
Услышав это, Гу Чэнь вспыхнул до самых кончиков ушей, и язык у него запнулся:
— Кт... кто вообще говорил о женитьбе?! Я такого не говорил, женись сам на себе, раз так хочется!
Лэн Су с деланным огорчением протянул:
— Самому на себе не жениться при всем желании. Если уж мне суждено связать себя узами брака, то невестой будешь только ты.
Гу Чэнь уткнулся носом Лэн Су в плечо и легонько цапнул зубами за ворот:
— Сама ты невеста! Твой слуга вообще-то жених!
Лэн Су с видом озарения протянул:
— Смотри-ка, а ты ведь только что сам признал, что собираешься за меня замуж!
Гу Чэнь: — Черт побери!
Лэн Су тихо рассмеялся, чуть склонил голову и уверенно накрыл губы Гу Чэня поцелуем.
После этого поцелуя дыхание Гу Чэня сбилось, и ему едва хватало воздуха.
Уже отстраняясь, Лэн Су легонько прикусил его за уголок губ.
Гу Чэнь с шипением втянул воздух:
— Ты чего творишь? Зачем кусаешься?
Лэн Су понизил голос, и в его тоне прозвучала опасная нотка:
— Малыш, больше не выражайся так. Услышу еще хоть раз — буду целовать в наказание.
Гу Чэнь молча уткнулся лицом в плечо Лэн Су и пробормотал себе под нос:
— Нахал...
Лэн Су с опасной усмешкой приподнял бровь, но голосом остался мягок:
— Что ты сказал? Я не расслышал, повтори-ка.
Чутко уловив угрозу, Гу Чэнь тут же наглухо зажал рот и принялся ласково тереться щекой о шею Лэн Су.
На столь очевидную попытку задобрить его Лэн Су лишь тихо хмыкнул и больше ничего не сказал, наслаждаясь тишиной, которая выдалась у них на двоих.
Ночь стояла глубокая, вокруг царила абсолютная тишина. В этой зоне не было слышно даже жужжания насекомых — удивительное дело.
В конце концов, в апокалипсис многие насекомые мутировали от вируса, из-за чего почти не зависели от времени года: они выживали в любые периоды, а их живучесть поражала воображение.
Это приводило к тому, что в любое время года людям приходилось терпеть докучливых паразитов.
Но здесь и сейчас стояла неестественная тишина.
Кроме ровного дыхания тех, кто был рядом, и басовитого храпа товарищей за спиной, не доносилось ни звука.
И еще — странное дело, примерно за десять километров до этого места отряд Лэн Су перестал встречать на пути зомби.
Это явление можно было назвать жутковатым, ведь вокруг простирались безлюдные земли, где не существовало никаких баз — даже самых мелких поселений.
А в местах, не занятых людьми, обычно хозяйничали зомби.
Ядовитое жало хвоста
Но здесь всё обстояло иначе: добравшись сюда, они не встретили ни единого мертвеца, и уже одно это внушало подозрения.
Именно это странное чувство не позволяло Лэн Су расслабиться. Подсознание настойчиво твердило ему, что впереди таится опасность и лучше бы повернуть назад.
Однако отступить он не мог — это было его заданием, а значит, войти внутрь придется.
Выполнение приказа являлось его долгом, к тому же он верил в собственные силы и боевую выучку своих людей.
Успокоив себя этими мыслями, Лэн Су почувствовал, как сердце чудом перестало колотиться в груди.
Гу Чэнь тем временем притворялся мертвым на плече у Лэн Су и незаметно для себя задремал.
Он спал в полусне, не зная, сколько прошло времени, как вдруг почувствовал, что его кто-то поднимает на руки.
Он не стал шевелиться и продолжил спать — по знакомому аромату он сразу понял, что это Лэн Су.
Но тут Лэн Су внезапно прижал его к земле, навалился сверху всем телом и одной рукой накрепко зажал ему нос и рот.
Гу Чэнь в испуге распахнул глаза и мгновенно протрезвел.
Одной рукой Лэн Су зажимал ему лицо, а второй крепко обнимал за талию.
Заметив, что Гу Чэнь очнулся, он выразительным взглядом приказал ему молчать.
Ничего не понимая, Гу Чэнь послушно затаил дыхание, и Лэн Су довольно улыбнулся.
Сердце Гу Чэня бешено колотилось в груди — он никак не мог взять в толк, что за фокусы на этот раз удумал его защитник.
Украдкой скосив глаза по сторонам, он с удивлением заметил, что все остальные бойцы, еще минуту назад спавшие мертвецким сном, тоже подорвались.
Причем все они выглядели так, будто столкнулись с сильнейшим противником перед лицом смертельной угрозы.
Внутри у Гу Чэня все похолодело, и он беззвучно, одними глазами, спросил Лэн Су:
— Что-то приближается?
Лэн Су прищурился, в глубине его зрачков плясовали искорки света, и он молча кивнул.
Получив подтверждение своим догадкам, Гу Чэнь послушно стиснул зубы и замер.
Вскоре он и сам понял, чего именно опасались эти люди.
Следом за этим до его слуха донесся странный шуршащий звук хлопающих крыльев.
Похоже на крылья насекомых, взмахивающих ими с бешеной частотой, причем их было так много, что шум стоял оглушительный.
Эта гигантская масса звуков неслась прямо на них, с каждым мгновением сокращая дистанцию.
Гу Чэнь в ужасе вытаращил глаза, силясь понять, что за нечисть к ним приближается.
Лэн Су бросил взгляд в сторону источника шума, и его лицо мгновенно почернело, а брови сошлись на переносице.
Узнав, что за твари к ним пожаловали, он рявкнул во всю мочь:
— Живо завернитесь в шерстяные пледы! Закутайтесь плотно, чтобы эти твари вас не учуяли!
Едва прозвучала команда, бойцы с невероятной ловкостью и прытью схватили лежавшие рядом подстилки и укрытия, наглухо закутавшись в них с головы до ног.
Столь молниеносная реакция прекрасно демонстрировала их слаженность и особый внутренний язык.
Гу Чэнь толком ничего не понимал и совершенно не соображал, что это за твари такие лезут к ним.
Но Лэн Су было некогда ему объяснять — он резко сорвал с места большое толстое покрывало, набросил его на них обоих и крепко прижал Гу Чэня к себе, полностью укрывая их от внешнего мира.
Лэн Су прижимал его так сильно, а одеяло лежало таким плотным коконом, что они оказались прижаты друг к другу буквально без единого зазора.
Кожа к коже, Гу Чэнь от неожиданности даже застеснялся.
Он отчетливо ощущал, как их дыхание смешивается в замкнутом пространстве.
Зажмурившись, Гу Чэнь послушно зарылся в объятия Лэн Су, смиренно ожидая, пока стая тварей, круживших над их головами, наконец уберется прочь.
А эта орава, казалось, прекрасно знала, что они спрятались под покрывалами, и с жужжанием нарезала круги прямо над их головами.
От этой плотной какофонии звуков у Гу Чэня по всему телу побежали мурашки.
Он судорожно сжал пальцы на спине Лэн Су.
Успокаивая его, Лэн Су повернул голову и легко коснулся губами его лба, давая понять, что он рядом.
Глубоко вдохнув, Гу Чэнь спрятал лицо на груди у Лэн Су и стал ждать, когда же этот рой оставит их в покое.
Вдруг Лэн Су услышал едва различимый приглушенный стон, донесшийся откуда-то сбоку.
Тело Гу Чэня вздрогнуло — он тоже узнал этот голос. Это стонал Здоромила.
http://bllate.org/book/21382/2179475
Готово:
