Юнь Но через зеркало заднего вида заметил лишь то, что Сюй Цзычэнь был закутан в черное пальто — длинное и просторное, подол которого спускался ниже колен. Две стройные, округлые и нежные, словно корень лотоса, горы были обнажены, бессильно свесившись.
Губы Шэнь Бэйчуаня тронула очаровательная улыбка. Он вытащил платок и небрежно стер кровь с уголка рта Сюй Цзычэня, поднес к кончику носа и глубоко вдохнул, выглядя чрезвычайно довольным. Насладившись ароматом, он немного перевел дух и неторопливо произнес:
— Он был трахнут мной!
— Что ты сказал?!
Шэнь Мочи вмиг пришел в ярость! Рванув ручной тормоз и резко развернувшись, он намеревался свернуть Шэнь Бэйчуаню шею!
Сидевший рядом Юнь Но, хоть и был потрясен, но беззаботно и про себя выругался: «Поделом вам! Так вам и надо, что измывались надо мной!»
Лишь секунду спустя его взгляд внезапно потускнел. Казалось, поделом всё-таки ему самому: тот так сильно дорожил им, а теперь станет дорожить еще больше.
В памяти внезапно всплыли слова Шэнь Мочи: «Я готов мириться даже с тем, кого он любит. Как думаешь, насколько сильно я его люблю?»
Он любит в нем абсолютно всё — неважно, хорошее или плохое, прекрасное или безобразное, доброе или злое.
Точно так же, как я люблю Шэнь Мочи — каким бы жестоким он ни был и кого бы ни любил.
Любовь — это вечно нечто лишенное всякой логики и смысла.
А то, что Шэнь Мочи до сих пор держит меня при себе, — всего лишь следствие того, что он еще не устал от этой вырезанной по одному лекалу оболочки. А может быть, дело в Сюй Цзычэне: он бережет его, боясь причинить боль, и не смеет брать силой.
Теперь же, когда целостность Сюй Цзычэня нарушена, он, пожалуй, попытается залечить его душевные раны нежностью?
Пока Юнь Но предавался беспорядочным догадкам, братья Шэнь уже вовсю колотили друг друга в тесном салоне машины. Сяо Бай попытался их разнять, но Шэнь Мочи оттолкнул его как раз в район раны, и из нее хлынул обильный поток крови — хотя до этого ранение было перевязано верхней одеждой.
Сяо Бай зашелся в сильном кашле, и без того бледное лицо побелело еще сильнее. Юнь Но оставил мысли о самоистязании, отстегнул ремень безопасности, повернулся и участливо спросил:
— Ты в порядке?
Как правило, сильнее всего страдают те самые невинные люди, которых втягивают против их воли.
Сяо Бай махнул рукой:
— Всё в порядке, я жнец, мне не умереть.
Едва договорив, он снова зашелся в жестоком кашле и неожиданно выплюнул полный рот крови.
Шэнь Бэйчуань и Шэнь Мочи продолжали драться. Шэнь Бэйчуань орал:
— Ты сожрал что-то не то? Он сам пришел на порог! Какого черта ты на меня кидаешься?!
Шэнь Мочи снова замахнулся и ударил кулаком:
— Сам пришел на порог? Ты что, считаешь Цзычэня дураком?!
Шэнь Бэйчуань перехватил удар предплечьем, насмешливо глядя на него:
— Да он не дурак, иначе с чего бы твоя матушка вырвалась наружу?
Шэнь Мочи на мгновение замер. Опустив кулак, он долго молчал, прежде чем спросить:
— Ты хочешь сказать, что он…
Однако договорить он уже не смог.
Сидевший рядом Дин Вань уже объяснил всё без слов.
Он твердо верил, что Цзычэнь ни за что не стал бы покушаться на собственную мать, а значит, во всем этом определенно замешан этот Дин Вань.
Безо всякой причины выместив злость на Юнь Но, он рявкнул:
— Только посмотри, это же твой прекрасный одноклассник!
Юнь Но кипел от гнева, но промолчал. Лишь приподняв слегка покрасневшие глаза, он бросил на него холодный взгляд, после чего протянул изящные нефритовые пальцы и принялся мягко поглаживать Сяо Бая по спине, помогая тому отдышаться.
Этот взгляд Шэнь Мочи вывел из себя пуще прежнего — словно во всем белом свете виноват он один, да так сильно, что у него даже права разозлиться не осталось!
Вспылив, он резко развернулся, со злости со всей дури ударил по рулю, опустил стекло и принялся яростно бить по клаксонам в адрес подрезавшего их красного RANGE ROVER, разразившись громкой бранью:
— Какого хрена?! Всю твою родню в крематорий свезли, что ли?! Прут и прут, и без того всё перекрыто, так они еще лезут! У тебя вообще совесть есть, ублюдок?! Водить-то умеешь?!
Водитель внедорожника медленно опустил стекло. Это был интеллигентный мужчина в очках, на вид за тридцать, с довольно резкими чертами лица. Глаза за линзами излучали необычайную проницательность — человек явно непростой.
Стоило стеклу опуститься, как Шэнь Мочи тут же уловил исходящий из салона внедорожника густой-густой цветочный аромат — предельно насыщенный.
Словно тот намеренно маскировал какой-то присущий ему запах.
Мужчина в очках не только не рассердился на ругань Шэнь Мочи, но даже усмехнулся:
— Этот господин поистине прозорлив, откуда же вы узнали, что всю мою родню свезли в крематорий?
Затем он бросил несколько взглядов на сидевшего на пассажирском сиденье Юнь Но, на мгновение поразившись его красоте, и не удержался от вопроса:
— Не подскажете, не носит ли этот красавец рядом с вами фамилию Сюй?
Услышав это, Юнь Но сразу понял, что данный тип, судя по всему, принял его за Сюй Цзычэня. Отвечать ему не хотелось вовсе, поэтому он просто отвернулся, повернувшись к ним спиной, и вытянул руку, продолжая поглаживать Сяо Бая по спине на заднем сиденье.
Шэнь Мочи еще не встречал столь бесстыдных людей. Бросив косой взгляд на водителя внедорожника, он процедил:
— Всю твою семью отправили в крематорий, а ты еще смеешься? И разъезжаешь на такой яркой тачке? Наследства много отвалилось?
Мужчина в очках тут же перестал улыбаться, приподнял подбородок и парировал:
— В словах этого господина столько яда, будто этот яд сдобрен дерьмом — видать, благоверная наградила вас знатными рогами!
Шэнь Мочи, вспомнив, как Юнь Но беспокоился о парне с плоской стрижкой, холодно усмехнулся:
— А ты тоже провидец? Сам догадался, или подсказал кто?
Мужчина в очках дернул уголкам рта:
— Полноте, полноте. Раз уж мы оказались в схожем положении, к чему мелочиться из-за того, что я вклинился в этот ряд?
Сидевший рядом Юнь Но слушал это с нарастающим раздражением. Раз Сюй Цзычэня опередил Шэнь Бэйчуань, это действительно можно было назвать рогами. Попадись такое кому угодно — любой бы взбесился!
Возиться с ним не хотелось — если тот лопнет от злости, туда ему и дорога!
Размахивая изящной ручкой, он продолжил успокаивать Сяо Бая.
Шэнь Мочи закатал рукава, улыбнулся, но его глубокие глаза погрузились во мрак:
— Можешь попробовать. — Он сжал кулаки. — Как раз хотел размять кулаки!
Мужчина в очках заметил царапину на его поднятом запястье, и глаза за стеклами очков внезапно помрачнели:
— Ты ранен? Как ты получил ранение? Чем занимаешься? Кто еще находится в вашей машине?
Шэнь Мочи нахмурился, собираясь что-то ответить, как вдруг из багажника донесся оглушающий грохот от мощного удара — словно заднюю часть их машины протаранил бронетвир, и весь кузов содрогнулся от этого звука!
Лица всех присутствующих одновременно изменились. Забыв про очкарика, Шэнь Мочи яростно засигналил едущим впереди машинам: ему кровь из носу нужно было свернуть на обочину, ведь если Линь Сюэжоу вырвется здесь на свободу, последствия будут непредсказуемыми!
Шэнь Бэйчуань мгновенно понял его задумку и крикнул:
— Дай я проложу путь!
С этими словами он молниеносно выскочил из машины, со скоростью молнии переместился к внедорожнику, распахнул дверь и попросту выбросил мужчину в очках наружу.
Стоило ему забраться внутрь, как его едва не сбил с ног густой цветочный аромат, но сейчас некогда было обращать на это внимание. Взведя газ до отказа, он на полной скорости протаранил стоявшие впереди машины, грубо проложив дорогу!
Не обращая внимания на истошные вопли водителей побитых машин, он тут же распахнул дверцу, единым прыжком вернулся в их автомобиль и всем телом навалился на беспрерывно содрогающийся багажник!
Шэнь Мочи, как только тот протаранил преграду, свернул на обочину и закричал высунувшимся из окон и даже пытавшимся их сфотографировать зевакам:
— Пошли вон!
Юнь Но охватила жуткая паника. Вся машина ходила ходуном и содрогалась — силами одного лишь Шэнь Бэйчуаня удержать ту женщину было абсолютно невозможно. Сяо Бай снова тяжело кашлял, а он сам мог лишь беспомощно суетиться, выкрикивая Шэнь Мочи:
— Я могу чем-нибудь помочь?
Шэнь Мочи бросил на него косой взгляд из-под ресниц, словно принимая какое-то судьбоносное решение:
— Водить умеешь?
Юнь Но вспомнил свои былые безбашенные деньки: хотя до получения прав было еще далеко, он вместе с Дин Ванем не раз тайком угонял отцовскую машину, чтобы погонять.
— Без прав можно?
Шэнь Мочи с облегчением выдохнул:
— Пойдет, главное — чтобы умел. Меняйся со мной местами, я пойду помогу Шэнь Бэйчуаню!
— Хорошо!
Юнь Но живо перебрался с пассажирского сиденья и легко, невесомо опустился в объятия Шэнь Мочи — его изящная и гибкая фигурка напоминала мягкую тряпичную куклу, столь легкую, что казалось, будто у него вовсе нет веса.
Грудь Шэнь Мочи словно засыпали осколками стекла, отчего сердце пронзительно заныло: всего за несколько дней он исхудал еще сильнее, чем при их первой встрече.
Надо откармливать, обязательно хорошенько откармливать!
Не раздумывая больше ни секунды, он передал управление рулем и педалью газа, а затем едва заметно прихватил зубами мягкую, нежную мочку уха:
— Справишься?
— Да, справлюсь, иди!
Юнь Но крепко вцепился в руль, глядя строго вперед. Из-за того, что он так долго не садился за руль, сердце бешено колотилось от напряжения, и ему было не до размышлений о том, зачем тот укусил его за ухо.
Шэнь Мочи ущипнул его за задницу и только после этого неторопливо перебрался на пассажирское сиденье, выбираясь наружу через окно.
Чем сильнее было напряжение, тем больше он дорожил этими минутами нежности, проведенными вместе.
Как же ему хотелось вечно сжимать его в объятиях — вплоть до самого конца света.
Вскоре он взлез на крышу. Шэнь Бэйчуань уже едва держался: багажник был изуродован и деформирован до неузнаваемости, и под звуки непрекращающихся ударов на нем продолжали вздуваться всё новые бугры размером с кулак.
То, как Шэнь Мочи только что миловался с Юнь Но в салоне, он прекрасно видел через заднее стекло.
А завидев неторопливые движения Шэнь Мочи, он взбесился окончательно:
— Время какое, а вы всё сопли жуете?!
Шэнь Мочи не спеша подполз к нему и вместе с ним навалился на багажник, применяя грубую силу. Ветер растрепал его безупречно уложенные волосы, и он бросил на Шэнь Бэйчуаня мимолетный улыбчивый взгляд:
— Шэнь Бэйчуань, а я-то удачливее тебя!
Шэнь Бэйчуань понятия не имел, к чему тот клонит, и одарил его свирепым взглядом:
— Это ты к чему?
Мужчина одной рукой держался за крышу автомобиля, а другой небрежно откинул растрепавшиеся пряди волос, кривя губы в усмешке:
— Очутившись на краю гибели, я по крайней мере знаю, что в этом мире есть кто-то, кто обо мне тоскует. А ты? Живешь — и сам не знаешь зачем!
Шэнь Бэйчуань остолбенел. Всю свою жизнь он либо беспрекословно выполнял всевозможные поручения, назначенные отцом, либо вел скрытую и явную борьбу с Шэнь Мочи, слушаясь материнских указаний о том, как укрепить свои позиции, чтобы в будущем взойти на престол патриарха клана жнецов.
За всю жизнь он ни разу не задался вопросом, чего же хочет он сам и зачем вообще живет — не более чем послушная пешка в руках родителей.
От этой мысли накатила злость, и он огрызнулся:
— Да у меня положение в обществе выше, чем у тебя!
Шэнь Мочи небрежно бросил в ответ:
— Зато у меня есть любимый человек!
— Я красивее тебя! — самодовольно заявил Шэнь Бэйчуань.
Шэнь Мочи презрительно фыркнул:
— Зато у меня есть любимый человек!
— Я богаче тебя!
— Зато у меня есть любимый человек!
Шэнь Бэйчуань понял, что переспорить его не удастся. В этот момент под ним снова вздулся железный бугор размером с кулак, и его внезапно осенило:
— А моя мать еще жива!
На лице Шэнь Мочи вмиг увяло все самодовольство.
Шэнь Бэйчуань почувствовал себя невероятно крутым — его слова попали прямо в сердце Шэнь Мочи. Он возгордился до небес и от переизбытка чувств даже принялся напевать под нос:
— Лишь мамочка на свете всех милей, дитя с матерью — точно драгоценный клад…
Шэнь Мочи уже был готов сбросить его с машины пинком и рявкнуть: Заткнись уже!, как вдруг неожиданно заметил: багажник затих!
Его сердце бешено колотилось, и он скосил глаза, призывая Шэнь Бэйчуаня посмотреть вниз.
Шэнь Бэйчуань был не дурак и прекрасно это заметил. Он тут же умолк и вместе с Шэнь Мочи прижался ухом к крышке, прислушиваясь к звукам снизу.
Но стоило ему замолчать, как тряска возобновлялась с новой силой.
— Пой, продолжай петь! — приказал Шэнь Мочи.
Шэнь Бэйчуань вновь робко затянул: Лишь мамочка на свете всех милей…
Глава 57: Мама…
Внедорожник с двумя мужчинами на крыше продолжал жуткое движение по аварийной полосе.
Вдруг раздался оглушительный выстрел!
Юнь Но через зеркало заднего вида с изумлением обнаружил, что из салона того самого внедорожника, который Шэнь Бэйчуань использовал для прорыва, выбрались несколько покрытых белой пылью фигур. Они набросились на водителя, который подошел к очкарику, чтобы разобраться, и впились зубами в его плоть!
Укушенный водитель повалился на землю, некоторое время бился в конвульсиях, а затем поднялся и сам побежал кусать остальных!
Стрелявшим оказался тот самый очкарик — он уже взобрался на крышу ближайшей машины!
Вся заблокированная потоком машин дорога кишела людьми. Многие водители, почуяв неладное, тоже свернули на обочину, и путь впереди был наглухо перекрыт!
Ситуация в мгновение ока погрузилась в пучину хаоса!
Словно прочная шахматная доска внезапно рухнула, упорядоченные доселе законы вмиг рассыпались, и фигуры разлетелись во все стороны, образуя полный беспорядок.
— Черт! С машиной этого очкарика что-то не так!
Шэнь Бэйчуань и Шэнь Мочи тоже услышали выстрел и синхронно обернулись.
Юнь Но высунул из окна половину головы:
— Что делать?! Дорога впереди перекрыта!
Первоочередной задачей было убрать Линь Сюэжоу, но при таком хаосе помочь мог только вертолет. С другой стороны, бросить происходящее позади было нельзя — требовалось как можно скорее остановить это, не давая ареалу заражения расширяться.
Шэнь Мочи молниеносно просчитал всё в уме и отдал приказ Юнь Но:
— Сначала останови машину, пусть Сяо Бай позвонит и свяжется с вертолетом компании!
Затем он бросил Шэнь Бэйчуаню:
— Ты оставайся здесь! Продолжай петь! Защищай моего человека! Я пойду разберусь с тем, что сзади!
Шэнь Бэйчуань одарил его презрительным взглядом:
— Раз это твоя мамаша, пой сам! Я пойду разбираться!
Не дожидаясь ответа Шэнь Мочи и даже не дожидаясь полной остановки машины, он выхватил из-за пояса изящный кинжал и резким прыжком переместился на крыши стоявших сзади машин, направляясь к очагу заражения!
— Проклятье! — выругался Шэнь Мочи.
Стоило ему отвлечься, как Линь Сюэжоу снова принялась яростно колотить изнутри в крышку багажника. Юнь Но припарковал машину у обочины. На тротуарах повсюду метались спасающиеся бегством люди, но к счастью, одна из пожарных машин развернулась обратно, и несколько пожарных тоже бросились к охваченному заражением участку, помогая разбираться с монстрами под крики и ругань очкарика.
Сяо Бай позвонил, чтобы связаться с вертолетом корпорации Шэнь, и на том конце провода попросили продержаться десять минут.
Юнь Но подбежал к задней части автомобиля, надеясь хоть чем-то помочь Шэнь Мочи.
Шэнь Мочи, конечно же, не стал бы петь столь бредовые песенки. Собрав все силы, он изо всех сил придавил багажник крышкой, а его зрачки уже окрасились кровью.
Рев мотора был не столь оглушителен, как вертолетный, и весь их недавний диалог сзади Юнь Но прекрасно расслышал. Собравшись с духом, он неуверенно затянул: Лишь мамочка на свете всех милей!
Стоило ему запеть, как Шэнь Мочи замер от изумления.
Чистый голос юноши плыл в воздухе, словно растворяемый леденцовый сироп, проникая в самое сердце и постепенно просачиваясь в самую душу.
В этой хаотичной обстановке пение удивительным образом успокаивало.
Казалось, будто все эти крики, визги испуганных людей, скрежет сталкивающихся металлических корпусов автомобилей… всё это исчезло, и осталась лишь льющаяся повсюду мелодичная песня.
Изуродованный до неузнаваемости багажник затих.
Взгляд Шэнь Мочи резко смягчился, краснота сошла с глаз, уступая место привычной глубокой тьме. Он попытался приподняться с крышки багажника.
Сам багажник погрузился в абсолютную тишину.
Шэнь Мочи знаком велел Юнь Но не останавливаться и осторожно потянул его к себе.
Юнь Но взобрался на багажник, аккуратно уселся и тихо продолжил напевать.
Шэнь Мочи обхватил его хрупкие плечи, его глубокий взгляд стал серьезным и сосредоточенным. Он легко коснулся губами его лба и тихо проговорил:
— Слушай сюда. Охраняй это место, а я пойду помогу Шэнь Бэйчуаню. Как только ситуацию удастся взять под контроль, я сразу вернусь. Если пение перестанет помогать, ни о чем не думай — беги ко мне, понял?
Юнь Но, не смея прерывать песню, испуганно захлопал ясными прекрасными глазами и боязливо кивнул.
Шэнь Мочи решительно спрыгнул с машины, голыми руками выломал железную решетку с разделительной полосы и бросил Юнь Но один из прутьев:
— Держи! Защищай себя этим!
Затем он схватил еще два прутка и, словно порыв ветра, помчался туда, где число зомби множилось с каждой секундой.
Юнь Но вжался спиной в заднее стекло, сжимая в руке холодный железный прут, продолжал напевать и зорко следил за окружением.
Внутри него все сжималось от страха, его трясло от ужаса, а голос едва заметно дрожал.
Вдалеке брызгами разлеталась кровь. Шэнь Бэйчуань и Шэнь Мочи с бесстрастными лицами рубили направо и налево, пронзая одну за другой головы обращенных монстров. И хотя до них было далеко, казалось, будто эта кровь окрасила в багровый глубокую лазурь неба и вот-вот превратится в реки, которые докатятся досюда.
Образ кровоточащего плеча Сяо Бая мгновенно всплыл в памяти. Только что тот балансировал на волоске от гибели, но из-за перепалки с Шэнь Мочи его внимание полностью переключилось, и он почти не придавал этому значения.
Теперь же, видя подобную картину, красные точки в его сознании начали разбухать.
Словно раскаленная лава из глубин земной коры, готовая в любой момент извергнуться вулканом.
Он без устали твердил себе: «Юнь Но, ты же мужчина, ты не боишься, не боишься. Представь, что эта кровь — всего лишь паутовая лилия из сада Шэнь Мочи, распускающаяся цветок за цветком, ярко-красная и алая. Но Шэнь Мочи внезапно сошел с ума и решил уничтожить их все, и лепестки разлетелись по всей земле. Это лепестки, это лепестки, а не кровь, не кровь!»
«Посмотри же, они ведь того же цвета, что и те цветы!»
От подобных мыслей становилось чуть легче. Прерывать песню он не смел, повторяя снова и отново эту простую, передававшуюся из поколения в поколение на протяжении почти сотни лет детскую песенку.
Юнь Но чувствовал, что выглядит по меньшей мере глупо. Донельзя глупо.
Вокруг — наглухо забитые машинами дороги, повсюду разбегающиеся люди, вдалеке — толпы зомби и дерущиеся с ними мужчины, а он сидит здесь с железным прутом и поет детскую песенку…
Глупее придумать было сложно, но сердце почему-то сжималось от жгучей боли.
Эта машина только что неистово подпрыгивала, и любой дурак понял бы, что в багажнике заперто что-то страшное, а те люди позади превратились в чудовищ, пожирающих живую плоть, так что приближаться к этой машине никто не решался.
Люди продолжали бежать. Владельцы магазинов по обеим сторонам улицы торопливо закрывали двери и прятались внутри. Кто-то выглядывал наружу сквозь стеклянные витрины, а кто-то умудрялся снимать всё происходящее на телефон, чтобы выложить в ленту!
Какой-то модный парень с красными волосами не убегал и не снимал зомби — он бежал прямо к нему, задрав телефон и направляя камеру на Юнь Но!
Приближаясь, он громко трещал без умолку, а его узкие глаза ярко блестели:
— Охренеть, вы видали? Видали?! Наступил конец света! На улицах полно зомби, но мне посчастливилось поймать в кадр красивенького братишку! Смотрите, чем он занят?
Парень с мобильником подходил всё ближе. Юнь Но начал раздражаться и пригрозил ему зажатым в руке железным прутом!
Парень принялся допытываться:
— Братишка, ты чего здесь делаешь?
Не смея прекращать пение, Юнь Но попытался скопировать свиредое выражение лица Шэнь Мочи, требуя, чтобы тот убирался к чертям!
Но парень не унимался:
— Этот братишка совсем не говорит, только поет. Либо у него не все дома, либо петь — это жизненная необходимость! Гляньте, как сильно искорежен багажник под ним, как думаете, не зомби ли там заперт? Скажите, помогает ли пение против зомби? Давайте подойдем поближе и рассмотрим все как следует! Что думаете, стоит открыть багажник, или мне сгонять зомби рэпчик?
На экране тут же побежала строчка комментариев: Открывай, открывай! И смайлики со зловещими ухмылками.
Оказалось, этот парень был интернет-стримером и вел прямой эфир прямо с телефона.
В поисках популярности он вечно снимал всякую чертовщину — например, вылазки в дома с призраками, — не брезгуя ничем ради хайпа, так что смелости ему было не занимать.
Сделав пару кругов вокруг Юнь Но с телефоном в руке, он неожиданно протянул руку, пытаясь расстегнуть или открыть багажник!
Тут Юнь Но уже потерял всякое терпение и рявкнул:
— Проваливай!
Парень на пару секунд остолбенел от этого крика, а затем вновь расплылся в улыбке:
— О, так этот братишка умеет говорить? Эй, давай сфоткаемся на память!
Говоря это, он с ухмылкой протянул руку, пытаясь закинуть руку Юнь Но на плечо. Юнь Но едва не взорвался от ярости, мертвой хваткой вцепился в его телефон и со свистом швырнул его куда подальше!
Он уже собирался продолжить пение, как ошеломленный парень взвился петухом и ухватил его за плечо для разборок:
— Эй! Ты что творишь вообще?! Я тебя снимаю из уважения, а ты мой телефон выбросил?! Ты вообще в курсе, сколько стоит эта модель…
— Проваливай! Иначе я эту палку тебе о башку разобью!
Скопировав гневный тон Шэнь Мочи, он выглядел на удивление устрашающе.
http://bllate.org/book/21424/2188443
Готово:
