На самом деле, когда Сяo Хаоюй увидел жалкий, горько рыдающий вид Ли Вэньлэ, в глубине души он даже немного пожалел. Он сожалел, что зашёл так далеко со своими побоями, поэтому ему захотелось хоть немного успокоить Ли Вэньлэ.
Но когда Сяо Хаоюй услышал, что с Ли Вэньцинем что-то случилось, взвесив всё, он всё же в первую очередь выбрал Ли Вэньциня.
Расчёт Сяo Хаоюя был предельно прост: он думал, что сначала отвезет Ли Вэньциня в больницу и побудет с ним.
Что же касалось Ли Вэньлэ, оставшегося в комнате, Сяо Хаоюй планировал уже после своего ухода позвонить дворецкому и велеть ему тайком привести семейного врача Сяо, чтобы тот осмотрел Ли Вэньлэ.
Беспокоясь о своей репутации, Сяо Хаоюй ни в коем случае не мог позволить кому-либо узнать, что он избил Ли Вэньлэ. Поэтому, выходя из комнаты, Сяо Хаоюй действовал крайне осторожно: он приоткрыл дверь лишь на самый узкий просвет и протиснулся в эту щель. Выбравшись наружу, Сяо Хаоюй еще и тщательно запер дверь на замок изнутри!
Су Вэйчэн со смыслом посмотрел на высокого и крепкого Сяо Хаоюя, который, словно воришка, украдкой выскользнул из собственной комнаты. В его взгляде на мгновение мелькнуло что-то глубокое, но тут же исчезло.
Су Вэйчэн ласково улыбнулся Сяо Хаоюю, его голос звучал мягко, но слова выдавали недосказанность:
— Хаоюй! Ты в порядке? Выглядишь ты как-то...
С тех пор как Су Вэйчэн познакомился с Сяо Хаоюем, он еще никогда не видел его в таком растрепанном виде. Все, кто знал Сяо Хаоюя, были прекрасно осведомлены о том, насколько сильно тот дорожит своей репутацией — в любое время он держал себя с безупречной аккуратностью!
Такой человек, как Сяо Хаоюй, ни за что не позволил бы себе предстать перед людьми в столь потрепанном виде только из-за того, что только что проснулся. К тому же сейчас он выглядел не просто растрепанным — в его глазах читалась какая-то паника, что немало удивило Су Вэйчэна.
— Вот как? — Сяо Хаоюй чуть приподнял брови, его выражение лица оставалось безмятежным, а тон — совершенно непринужденным. — Я просто немного устал, поэтому прилёг вздремнуть! Ладно, давай не будем об этом. Пап, скажи мне лучше, что в конце концов случилось с Цинцинем?
Сяо Хаоюй спешил уйти, поэтому, разговаривая с Су Вэйчэном, он уже зашагал прочь.
Однако Су Вэйчэн вовсе не собирался отступать. Интуиция подсказывала ему: Сяо Хаоюй определенно что-то от него скрывает, и к тому же, как чувствовал Су Вэйчэн, это наверняка было связано с Ли Вэньлэ.
Су Вэйчэн жаждал выяснить, что же произошло между Сяо Хаоюем и Ли Вэньлэ, поэтому он протянул руку, схватил Сяо Хаоюя за предплечье, намереваясь затащить его обратно в комнату, а сам при этом не переставал источать заботу:
— Хаоюй, ты точно в порядке? Почему мне кажется, что у тебя такое бледное лицо? Давай-ка папа проводит тебя обратно в комнату отдохнуть! А о Цинцине не переживай, папа обязательно о нем позаботится!
Видя, что Су Вэйчэн тащит его обратно в комнату, Сяо Хаоюй впервые за долгое время потерял самообладание, и его голос слегка задрожал:
— Пап, не нужно!
Су Вэйчэн был тертым калачом. Заметив, что Сяо Хаоюй категорически не желает возвращаться в комнату, он тут же собрался было объясниться, но снова замялся на полуслове, изображая жалкий вид:
— Хаоюй? Папа... папа просто...
Сяо Хаоюй сообразил, что, пожалуй, проявил излишнюю эмоциональность, отчего стал выглядеть еще более подозрительно. К тому же он страдал брезгливостью и на дух не переносил, когда кто-то к нему прикасался — Су Вэйчэн, разумеется, не был исключением!
Но в конце концов Су Вэйчэн приходился отцом Ли Вэньлэ и Ли Вэньциню, являясь его официальным тестем, поэтому Сяо Хаоюй никак не мог открыто показать свое отвращение.
Сяо Хаоюю оставалось лишь опустить глаза, пряча все эмоции, и безмятежным тоном произнести:
— Пап, не волнуйся, со мной правда всё в порядке! У Цинциня слабое здоровье, я очень за него переживаю. Давай лучше сначала навестим его, хорошо?
Утешая Су Вэйчэна мягкими словами, Сяо Хаоюй исподволь высвободил свою руку из его ладони. Вытянув руку, он принялся с показным видом теребить манжету на запястье, чтобы скрыть все чувства, бушевавшие в его глазах.
На самом же деле Су Вэйчэн был чрезвычайно гордым человеком, который больше всего на свете ненавидел терпеть унижения от других.
Столько лет ради достижения собственных целей Су Вэйчэну приходилось унижаться в семье Ли, глотая обиды, и это уже привело к серьезной деформации его психики.
Поэтому, заметив брезгливость на лице Сяо Хаоюя, Су Вэйчэн на мгновение злобно сощурился, но тут же подавил это выражение.
Когда он снова поднял глаза, на его лице вновь красовалась маска любящего отца, а голос звучал ласково:
— Если ты в порядке, папа спокоен! Пойдем, я отведу тебя к Цинциню!
К слову, когда Сяо Хаоюй только вышел из комнаты, Су Вэйчэн всё это время косился на него уголком глаза, но, к сожалению, щель была слишком узкой, и разглядеть что-либо не удалось! К тому же Су Вэйчэн хорошо знал Сяо Хаоюя: если тот не желал чем-то делиться, любые попытки вытянуть из него правду были бесполезны!
— Хорошо!
Перед уходом Сяо Хаоюй бросил короткий взгляд через плечо на плотно закрытую дверь комнаты, и в его глазах отразилось странное нежелание расставаться. Только в этот момент Сяо Хаоюй с удивлением понял, что в глубине души ему почему-то тяжело уходить. Непонятно почему, но ему казалось, что, уйдя сейчас, он больше никогда не увидит Ли Вэньлэ!
Но тут же Сяо Хаоюй счел эту мысль нелепой!
С чего бы ему испытывать сожаление при расставании с Ли Вэньлэ?!
Ведь это же подлый, коварный негодяй, готовый на любые мерзости ради достижения своих целей!
Эта мысль быстро улетучилась, подавленная Сяо Хаоюем. Обернувшись, он больше не стал задерживаться и сразу повел Су Вэйчэна вниз по лестнице, на ходу расспрашивая о состоянии Ли Вэньциня.
В Минчэне все знали, что после ухода на заслуженный отдых Сяо Чжэньтин не любил излишне шумные сборища и не выносил, когда его докучливо беспокоят. Поэтому гости вели себя предельно вежливо: вручив подарки и немного посидев, они постепенно стали расходиться, так что банкет закончился еще до десяти часов вечера.
Именно поэтому, когда Сяо Хаоюй вместе с Су Вэйчэном спустился вниз, в просторном холле оставались лишь дворецкий да слуги, приводившие всё в порядок. Сяо Хаоюй бросил на дворецкого спокойный взгляд и поманил его рукой.
Увидев Сяо Хаоюя, дворецкий быстрыми шагами подошел к нему. Сначала он почтительно поприветствовал Су Вэйчэна:
— Здравствуйте, уважаемый сват.
А затем перевел взгляд на Сяо Хаоюя и с уважением осведомился:
— Молодой господин, у вас есть для меня поручение?
— Старик Ли, в моей комнате небольшой беспорядок, нужно убрать! Сам знаешь, я не люблю, когда туда кто-то заходит. Поэтому сходи туда лично, понял?
Старик Ли был сообразительным человеком и всё понял с полуслова.
— Слушаюсь, — ответил он.
Перед уходом Сяо Хаоюй добавил строгим тоном:
— Помни! Ни в коем случае не пускай туда посторонних! И никому ничего не говори!
Старик Ли всё понял без лишних слов, кивнул и быстрыми шагами направился наверх.
Старик Ли вырастил Сяо Хаоюя, и тот безгранично доверял ему, поэтому мог со спокойным сердцем доверить Ли Вэньлэ!
Поднявшись наверх и отперев дверь ключом, старик Ли остолбенел от открывшейся перед ним жуткой картины!
http://bllate.org/book/21434/2190453
Готово:
