Какова же роль любовного долга?
В этой сцене Ло Ханьян проявила себя превосходно, добившись идеального результата с первого же дубля.
На съёмочной площадке Режиссёр Ван вовсю расточал похвалы: Ло-лаоши просто великолепна! В этот раз в ней не только читалось сильное желание, но и чувство покорности судьбе и стойкости перед лицом издевательств Юй Тянь передалось даже лучше, чем в прошлый раз!
Подчинённых госпожи Сы принято расхваливать с закрытыми глазами, не говоря уже о том, что игра Ло Ханьян и впрямь заслуживала всяческих похвал.
Что вы, это всё благодаря вашим прекрасным наставлениям. — Ло Ханьян, с непрекращающимся румянцем на щеках, то и дело отмахивалась, пытаясь заставить Режиссёра Вана прекратить эти восторженные дифирамбы, но безуспешно.
Тем временем Сы Тинъюэ отправляла сообщение своему личному секретарю.
Принеси мне блокатор феромонов из моей сумки, как вернёшься.
Сяо Гао отправили подогревать воду для термоса, прихватив с собой её наплечную сумку.
Изначально Сы Тинъюэ думала, что термоса с горячим чаем хватит, чтобы поделиться с Ло Ханьян, но, прибыв на площадку, она увидела, что Ло Ханьян среди осенней прохлады одета лишь в футболку с коротким рукавом. Опасаясь, что после смены та простудится, Сы Тинъюэ велела Сяо Гао купить ещё и пакетиков с имбирным чаем на коричневом сахаре, чтобы хоть немного согреть ей желудок.
Сяо Гао ответила очень быстро:
Сяо Гао: ?? Раз взяла, почему не наклеила?
Тогда она поинтересовалась: Госпожа Сы уже давно прибыла на съёмочную площадку с инспекцией, неужели вы её не встретили?
Сяо Гао: Получено. Госпожа Сы: )
Ло Ханьян немного подумала и ответила: Наверное, госпожа Сы просто торопилась на площадку. Уж точно она не стала бы признаваться, что Сы Тинъюэ спешила к ней, чтобы усмирить разбушевавшиеся феромоны.
Кто бы мог подумать, что машина госпожи Сы даже не остановится — у неё и возможности-то не представилось перекинуться с кем-то хоть словом.
Ло Ханьян поклонилась в знак благодарности Режиссёру Вану, гримёр тут же утащила её подправлять макияж, стилист принялся колдовать над причёской, затем последовали короткое обсуждение деталей сценария со сценаристами, благодарности в их адрес, а в завершение её и вовсе увела какая-то женщина средних лет...
Ло Ханьян чувствовала себя странно: Сун Яньхуа ведь перед уходом клялась и божилась, что пойдёт встречать госпожу Сы, а теперь сама же и переспрашивает, не видел ли кто её.
М? Увела какая-то женщина средних лет?
Она тут же выпрямилась, поправила солнцезащитные очки, пытаясь разглядеть, кто эта женщина, но линзы обладали превосходным светофильтром. Повозившись пару секунд с оправой, Сы Тинъюэ просто сняла очки и вгляделась вдаль.
Та знакомая тоже была агентом — все они крутились в одном и том же кругу. Несколько дней назад молодая звезда из её подопечных прославилась благодаря веб-драме, и та теперь получала неплохие проценты, хвастаясь этим на каждом шагу. Сун Яньхуа от одного её вида воротило.
Сы Тинъюэ нахмурилась: у той женщины волосы были с сединой, и казалось, будто лицо ей смутно знакомо.
Сяо Гао отменила сообщение.
Сун Яньхуа изначально планировала сначала сесть в машину, попутно расписывая госпоже Сы красоты их кинобазы, а заодно ненавязчиво приписать себе заслуги, намекая на щедрое вознаграждение.
Ло Ханьян выдернула свою руку и едва заметно нахмурилась — ладони Сун Яньхуа по какой-то причине были влажными от липкого пота, и теперь эта испарина осталась на её запястье. Ло Ханьян отвела руку за спину и украдкой потдрила её о край одежды.
Она небрежно бросила сценарий на стол и поднялась, следуя за ней.
Ло Ханьян послушно шла за Сун Яньхуа по какой-то уединённой тропинке, где изредка попадались лишь рабочие, переносившие реквизит.
К счастью, отправив сообщение, Сы Тинъюэ сразу же заблокировала телефон, проигнорировав ответ Сяо Гао, и продолжила делать вид, что увлечена чтением сценария через массивные тёмные очки.
Сун Яньхуа проводила взглядом удалявшуюся группу рабочих и только тогда разжала пальцы, которыми до боли сжимала чужую руку.
Сун Яньхуа опешила и озадаченно пробормотала: Как же так? Когда я подошла к Южным воротам и увидела машину госпожи Сы, я издалека указала дорогу водителю, но та проехала мимо, даже не остановившись. Я-то думала, у госпожи Сы какие-то срочные дела...
Мало того что не удалось прокатиться с ветерком, так ещё пришлось тащиться обратно своими двоими. По пути мимо соседней площадки она столкнулась со знакомой, заболталась с ней, а та всё никак не могла замолчать.
Обе шли довольно быстро, и прежде чем она успела разглядеть лицо женщины средних лет, те уже завернули за угол и скрылись из виду.
Сяо Ло, ты видела госпожу Сы? — подала голос Сун Яньхуа, в её тоне проступала усталость.
В поле зрения за тёмными стеклами очков отчетливо вырисовывалась Ло Ханьян.
Сун Яньхуа ни о чём не подозревала и не стала допытываться дальше. Она подняла другую руку — в ней всё ещё зажималась та самая стопка соглашений о сожительстве; из-за того, что бумагу постоянно сжимали, уголки её загнулись и помялись.
Она обняла Ло Ханьян за плечи, направляясь к фургону, и заговорила: Видишь, госпожа Сы уже здесь. Давай-ка пошустрее, подпиши это соглашение, чтобы люди лишний раз не напоминали.
Торопясь заполучить заветную подпись Ло Ханьян, чтобы получить награду за хлопоты, Сун Яньхуа практически в полумдке подталкивала девушку к машине.
Не имея выбора, Ло Ханьян поддалась её напору и забралась в салон.
Сун Яньхуа резко захлопнула дверь автомобиля, расстелила соглашение на маленьком столике, извлекла из какого-то потаённого уголка салона грязную шариковую ручку и протянула её девушке, одновременно пытаясь выведать всё с напускным безразличием: Сказать по правде... госпожа Сы не заходила к тебе?
Ло Ханьян, уже занёсшая ручку над бумагой, замерла и мягко кивнула: Заходила.
И что она сказала? — поспешно допытывалась Сун Яньхуа. — А ты что ответила? Не опозорила меня?
Она просто спросила, не устаю ли я на работе, — уклончиво ответила Ло Ханьян. — Госпожа Сы ко мне очень благосклонна, можете не волноваться.
Услышав это, Сун Яньхуа с облегчением выдохнула.
Но воздух ещё не успел полностью выйти из её груди, как в дверь микроавтобуса кто-то постучал.
Тук-тук-тук. Звук напоминал глухие удары погребального колона.
Словно совершившая нечто постыдное, Сун Яньхуа смертельно испугалась и резко обернулась.
Ло Ханьян инстинктивно тоже устремила взгляд к двери — и в следующую секунду увидела знакомый силуэт.
Сы Тинъюэ стояла у машины в полном одиночестве, её ледяной взгляд был прикован к салону. Однако окна были затянуты тонировкой, скрывающей всё происходящее внутри.
Стоило Сы Тинъюэ бросить на неё беглый взгляд сквозь стекло, как эту исходящую от неё стужу можно было почти ощутить физически — от неё защипало глаза.Она стремглав выбежала наружу, распахнула дверь машины и с предельной услужливостью позвала:
— Как вы сюда добрались! Я как раз собиралась выйти вас встретить.
Сы Тинъюэ посмотрела на неё с совершенно невозмутимым видом и поманила пальцем, жестом приказывая выйти.
— Вы? Вы меня зовете?.. — Сун Яньхуа не поняла, к чему это, и на подсознательном уровне подчинилась приказу, торопливо спустившись по ступенькам к автомобилю.
Сы Тинъюэ даже не удостоила её взглядом, обошла стороной и сама прямиком забралась внутрь.
Затем решительным и резким движением захлопнула дверь.
Раздался оглушительный стук, поднявший порыв ветра, который ударил Сун Яньхуа прямо в лицо. Ошеломленная, она так и осталась стоять на земле, не успев даже сообразить, что произошло, как её оставили за закрытой дверью.
Сы Тинъюэ прикрыла голову рукой, согнувшись, прошла в салон и уселась на то место, где только что сидела женщина, прямо перед маленьким деревянным столиком.
Это имя, Сун Яньхуа, было ей прекрасно знакомо, а только что у входа в кинобазу она мысленно сопоставила его с лицом этой женщины средних лет.
В оригинальной книге именно Сун Яньхуа отвезла Ло Ханьян на тот злополучный ужин, а после еще и урвала немало выгоды от прежней хозяйки тела. Сы Тинъюэ испытывала глухое раздражение при одном взгляде на неё и не желала тратить на пустые разговоры ни единого слова.
В конце концов, будущая Шэнсинь окажется полностью в её руках, а заставить какого-то безродного агента уволиться и катиться на все четыре стороны — дело пяти минут.
Сы Тинъюэ подняла взгляд на Ло Ханьян и заметила, что та растерянно сидит на заднем сиденье, рассеянно сжимая в пальцах ручку, словно никак не ожидала, что Сы Тинъюэ увяжется за ней следом. Девушка слегка приоткрыла ротик, а затем пару раз часто-часто моргнула своими кошачьими глазками, выглядя при этом невероятно мило.
Уголки губ Сы Тинъюэ дрогнули в улыбке. Опустив взгляд, она заметила на столике стопку бумаг — то самое соглашение о сожительстве, которое она вчера буква за буквой набирала собственными руками. Всё сразу встало на свои места.
Она согнула палец и постучала костяшкой по деревянной столешнице:
— Ло-огласилась ли уже на всё?
Ло Ханьян приняла эти слова за подгонку и немного напряглась, бессознательно сильнее сжав ручку.
— Я подпишу прямо сейчас, — ответила она.
Содержание в индустрии было делом привычным, и с тех пор, как она сюда попала, ей довелось наслушаться немало сплетен о том, как та или иная старлетка ложилась под какого-нибудь влиятельного воротилу.
Но ей еще ни разу не доводилось встречать кого-то вроде Сы Тинъюэ, которая подгоняет с подписанием бумаг так, будто приходит за квартплатой.
Ло Ханьян уже поднесла кончик ручки к пустой строчке после слова Вторая сторона, но прямо перед тем, как коснуться бумаги, она о чем-то задумалась, и рука с ручкой непроизвольно мелко задрожала.
Шариковая ручка оставила на белой бумаге жирную чернильную точку.
Ло Ханьян не хотела подписывать свое имя вот так вслепую, толком ничего не понимая.
Она подняла голову и дрожащим голосом задала вопрос, который волновал её сильнее всего:
— Госпожа Сы, скажите… что именно вам от меня нужно?
Сы Тинъюэ встретилась с ней взглядом. В этих прекрасных персиковых глазах плескался яркий блеск, вот только во взгляде этом не было ни капли чувств — лишь один страх.
Она вздохнула и самым мягким, успокаивающим тоном произнесла:
— Все мои требования подробно изложены внутри, никаких других вольностей по отношению к тебе не будет. Если сомневаешься, просто загляни на последнюю страницу.
Лан Ханьян заколебалась, но все же послушно перевернула страницу на самый конец — там находилось несколько дополнительных пунктов.
Раньше эти дополнения ускользнули от её внимания, но теперь, вглядевшись повнимательнее, Ло Ханьян с удивлением обнаружила там массу еще более конкретных условий:
Первое: если в рабочее время Вторая сторона почувствует себя плохо, она может в любой момент остановить процесс и имеет право принудительно расторгнуть контракт, а Первая сторона не смеет чинить препятствия;
Второе: если у Второй стороны возникают сомнения насчет требований Первой стороны, она имеет право отказаться; если у Первой стороны возникают физиологические потребности (включая особые периоды), она обязана предварительно осведомиться у Второй стороны, согласна ли та;
Третье: Вторая сторона обладает полным правом контроля над тайнами своего тела, Первая сторона ни под каким предлогом не имеет права принуждать Вторую сторону демонстрировать тело и обязана хранить её секреты;
Ло Ханьян углубилась в чтение, ведя изящным, белым как нефрит указательным пальцем под каждой строчкой на бумаге, в точности напоминая прилежную ученицу — правда, насколько она всё поняла, было отдельным вопросом.
В этот раз на съемках её уложили в высокую пышную прическу с конским хвостом, и теперь, когда она опустила голову, пряди легких кудряшек падали на плечи по обе стороны шеи.
Взгляд Сы Тинъюэ потеплел. Скользнув по большому черному банту на резинке для волос, она перевела глаза на растрепанные прядки, упавшие на лоб девушки.
— То, что вы здесь написали… — дочитав до конца, неуверенно произнесла Ло Ханьян. — Это всё правда?
Хотя Ло Ханьян понятия не имела, как выглядят обычные контракты на содержание, этот документ разительно отличался от всего, что она себе воображала.
Условия были донельзя мягкими, и у нее даже возникло непреодолимое исбытать — неужели госпожа Сы со всеми своими фаворитками обращается столь вежливо?
Или же… всё это написало просто ради шутки?
Особенно — последнее условие, волновавшее её больше всего.
Однако, едва сорвавшись с языка, слова застряли в горле, и она проглотила их обратно.
Сы Тинъюэ лишь беспомощно улыбнулась. Она знала, что после того, как Ло Ханьян обрела человеческий облик, она все еще продолжала привыкать к человеческому обществу, а её познания в юридических тонкостях подобных контрактов едва ли дотягивали до уровня старшеклассницы.
В оригинальной книге из-за этого простодушия Ло Ханьян то и дело набивала себе шишки на работе.
Но ничего страшного. Если Ло Ханьян не верит на слово, в будущем она докажет всё делами.
Сы Тинъюэ произнесла:
— Каждый пункт здесь, включая дополнительные условия, обладает полной юридической силой. Если я нарушу слово, ты смело сможешь привлечь меня к ответственности. После того как мы начнем жить вместе, я буду неукоснительно соблюдать эти правила.
Договор о содержании был лишь расхожим сленгом индустрии, не признаваемым законом, но составленное ею соглашение о сожительстве обладало самой настоящей юридической силой. Сы Тинъюэ никоим образом не позволила бы Ло Ханьян остаться в обиде.
Но Ло Ханьян ничего в этом не смыслила. Ей просто показалось, что сейчас Сы Тинъюэ говорит с необыкновенной искренностью, и она покорно закивала в такт её словам. Впору было подумать, будто они подписывают какой-то солидный рабочий контракт — закрадывалось именно такое обманчивое впечатление.
Неужели Сы Тинъюэ пошла на всё ради того, чтобы просто взять её на содержание?
Почему-то Ло Ханьян казалось, что та скорее подыскивает себе соседку по квартире.
http://bllate.org/book/21471/2197043
Готово:
