Даже если происходило такое, как сегодня, когда Чжоу Минсюань прижал его голову к земле, Янь Хуасин считал, что в этом нет ничего особенного.
Янь Хуасин задумался на мгновение и произнес:
— Не стоит злиться. Он просто вспылил, это можно понять.
Черты лица Гу Хэюэ застыли:
— ...Ты что, святой?
— Нет!
Янь Хуасин сурово запротестовал, однако объяснялся по-прежнему неторопливо:
— В той ситуации, когда всё висело на волоске, стоило мне попытаться вмешаться и уладить дело, как с характером Чжоу Минсюаня он бы непременно полез в драку.
Гу Хэюэ нахмурился:
— Неужели нельзя было сначала позаботиться о собственной безопасности?
Янь Хуасин загадочно улыбнулся, покрутил пальцем и пустился в объяснения:
— Инспектор дисциплины публично устраивает конфликт с обычным учеником без каких-либо веских причин — это уже само по себе его ошибка, за которую полагается строгое наказание. Если бы я еще и получил удар, всё стало бы только хуже, разве нет?
— ...
— В таком случае, судя по характеру Чжоу Минсюаня, он бы точно не стал оправдываться. А я бы обиженно уронил всего одну слезинку — тебе не пришлось бы делатьабсолютно ничего, и Чжоу Минсюань разозлился бы просто до предела. Даже если бы он вздумал спорить, разве он сравнится со мной по обаянию? Руководство определенно встало бы на мою сторону. Разве не здорово — заставить Чжоу Минсюаня прийти в ярость от бешенства, даже пальцем не пошевелив?
— Ничего хорошего.
Хотя слова Янь Хуасена звучали крайне убедительно и логично, лицо Гу Хэюэ оставалось мрачным.
Он был недоволен!
Сам же Янь Хуасин, высказавшись, остался чрезвычайно доволен.
— Как прекрасно: ни единой царапины, а результат наилучший, — похвалил он сам себя и довольно кивнул.
Гу Хэюэ: — ...
Потерять лицо — это по-прежнему значит не получить ни царапины?
...Ладно, проехали.
В конце концов, гордость Янь Хуасина не отличалась особой уязвимостью, он умел приспосабливаться к обстоятельствам, а в результате только выходило, что он, Гу Хэюэ, сует нос не в свое дело и ведет себя вычурно.
Территория школы была огромной во всех направлениях, и им пришлось идти довольно долго, прежде чем массивный школьный забор остался позади.
Стоило только выйти за пределы школы, как перед ними раскинулась оживленная улица с рядами магазинов.
Заметив вывеску шашлычной, Янь Хуасин повернулся и сказал:
— Гу Хэюэ, мы пришли.
Гу Хэюэ редко бывал в этих местах, а в эту шашлычную и вовсе заглядывал впервые. Подняв голову, он увидел заведение с самым обыкновенным фасадом и предельно простым интерьером.
Оно выглядело так, будто кто-то просто прикрепил вывеску к жилому дому.
О качестве еды пока говорить не приходилось, но атмосфера уютного домашнего заведения чувствовалась в каждой детали.
Словно угадав мысли Гу Хэюэ, Янь Хуасин приподнял брови и с улыбкой произвел:
— Здесь очень вкусно!
Глядя на улыбку Янь Хуасина, Гу Хэюэ поймал себя на том, что его собственные губы невольно тронула легкая улыбка, а недавнее мрачное настроение вмиг улетучилось.
Он лишь тихо ответил:
— Хорошо.
Янь Хуасин ухватил Гу Хэюэ за запястье:
— Пойдем, заведем новых друзей!
Решетка для гриля разогрелась, и лежащее на ней мясо заблестело от жира, почти дойдя до готовности.
Ши Ицюань нетерпеливо смотрел на несколько нарезанных на мелкие кусочки кусочков мяса, и глаза его буквально сияли.
Хуан Цзичао поднял и снова опустил руку с щипцами, после чего сдержанно произнес:
— Положи палочки, я сам положу мясо тебе в тарелку через минуту.
— Ладно! Большой Хуан, ты просто золото!
Хань Линцзы подперла подбородок рукой:
— Я же говорила, что на Ши Ицюаня надежды нет — он только есть и умеет, в том, что касается жарки мяса, на него вообще полагаться бесполезно.
Ши Ицюань ответил с абсолютно невозмутимым видом:
— Именно поэтому Большой Хуан и пошел с нами.
— К счастью, с нами Хуан Цзичао, иначе нам бы сегодня точно не видать нормально прожаренного мяса, просто перевели бы продукт впустую, — усмехнулась Хань Линцзы.
Хуан Цзичао дернул уголком рта:
— Сколько ни рассыпайся в комплиментах, лишних кусочков я вам не набросаю.
Ши Ицюань запричитал:
— Ну не надо так, Большой Хуан, братец Хуан, мы ведь сегодня заказали целых восемь цзиней мяса!
— Вы-то знаете, что заказали восемь цзиней! По-вашему, мои руки — это не руки?! Заказывать столько! — разъяренно и сквозь зубы выпалил Хуан Цзичао.
В шуме шашлычной голоса их компании не слишком выделялись.
Лицо Хань Линцзы расплылось в улыбке:
— Не сердись, не сердись ты так.
Ши Ицюань широко взмахнул рукой:
— Большой Хуан сегодня может не тратиться, я угощаю!
Хуан Цзичао демонстративно проигнорировал Ши Ицюаня и положил кусок мяса на тарелку Хань Линцзы:
— Мясо готово.
Ши Ицюань: — ...Эй!
В этот момент Янь Хуасин вместе с Гу Хэюэ поднялись по лестнице.
Ши Ицюань тут же подскочил:
— Братец Фэн, ты явился вовремя, мясо как раз поспело.
— Какое совпадение? — Янь Хуасин повернулся к спутнику. — Мы и вправду вовремя, Гу Хэюэ.
Гу Хэюэ кивнул:
— Угу.
— Гу Хэюэ? И ты здесь?! — Ши Ицюань изумленно посмотрел на фигуру, показавшуюся из-за плеча Янь Хуасина.
Просто невероятно: целый год они почти не общались, хотя Гу Хэюэ сидел за соседним рядовым столом, а теперь он взял и объявился на их совместных посиделках!
Янь Хуасин заметил:
— Подбери челюсть, она у тебя вот-вот на пол упадет.
Ши Ицюань обеими руками подпер подбородок, водворяя условную упавшую челюсть на место.
Гу Хэюэ, наблюдая за этой сценой: — ...
Он лишился дар речи.
Ши Ицюань закрыл лицо руками:
— ...Братец Гу, не смотри на меня так, мне сразу начинает казаться, что я только что спорол какую-то дичайшую глупость.
Сидевший позади Хуан Цзичао отозвался:
— Ты и спорол.
— Большой Хуан!
Янь Хуасин, ведя за собой Гу Хэюэ, прошел вглубь и, приподняв бровь, бросил Ши Ицюаню:
— Не рады нам?
— Братец Фэн, ну не надо подстрекать меня в тот момент, когда я и так завален работой!
Поколебавшись, Ши Ицюань расплылся в улыбке и обратился к Гу Хэюэ:
— Раз уж к нам пожаловал такой редкий гость, это же настоящий сюрприз, верно?
Янь Хуасин хмыкнул:
— У тебя на любое дело найдется красноречивое оправдание.
Гу Хэюэ: — ...Спасибо.
Ши Ицюань задрал подбородок:
— Не стоит благодарить, просто заставь Большого Хуана пожарить еще пару цзиней мяса.
Хуан Цзичао: — ...
Эй, малыш, в этой главе еще кое-что осталось, пожалуйста, нажми на следующую страницу, чтобы читать дальше, дальше будет еще интереснее!
Ему так и хотелось просто швырнуть щипцы и бросить это дело.
Пусть эту работу делает тот, кому больше всех надо!
Еще два цзиня — это ж сколько всего получится? Десять цзиней!
Проще уж притащить сюда целую свинью и уложить прямо на гриль, глядишь, полусырая туша хотя бы сама сможет переворачиваться.
Черт!
Хань Линцзы улыбнулась и подвинула свою тарелочку с соусом в сторону, освобождая место.
— Ши Ицюань, веди своего гостя скорее садиться, а то Большой Хуан сейчас разозлится. — Хань Линцзы взмахнула рукой, подзывая Ши Ицюаня обратно.
Ши Ицюань обратился к своему сюрпризу:
— Пойдем, Гу Хэюэ. Как раз сегодня здесь просторно, а сидеть вчетвером нам было тесновато, толком и пообщаться не получалось.
Гу Хэюэ, которого Ши Ицюань слегка подталкивал в спину, бросил взгляд на шедшего позади Янь Хуасина.
Янь Хуасин опустил взгляд, улыбнулся, кивнул ему и беззвучно шевельнул губами: Иди.
Гу Хэюэ чуть закусил губу и послушно занял место, указанное Ши Ицюанем.
Ши Ицюань усадил Гу Хэюэ рядом с Хуан Цзичао.
Поскольку Хуан Цзичао отвечал за жарку мяса, все овощи и сырые продукты, принесенные официантом, стояли на этажерке у самого края стола, а самому «главному по тарелочкам» приходилось сидеть у самого прохода.
В результате Гу Хэюэ оказался на внутреннем месте рядом с Хуан Цзичао, ближе к окну.
А Ши Ицюань, Хань Линцзы и Янь Хуасин, как не умеющие жарить мясо едоки, заняли лучшие стратегические позиции напротив Хуан Цзичао, ожидая, пока тот будет подносить им готовые кусочки по одному.
Ши Ицюаню стало немного неловко от того, что он посадил Гу Хэюэ рядом с Хуан Цзичао, а не с Янь Хуасином, и он поинтересовался:
— Гу Хэюэ, ты умеешь жарить мясо?
Гу Хэюэ кивнул:
— Умею.
— Отлично!
Этот ответ дал Ши Ицюаню прекрасный шанс:
— Как раз вовремя, братец Гу выручит нас и снимет нагрузку с Большого Хуана, я просто идеально всё рассчитал!
Хуан Цзичао: — ...
Ши Ицюань с улыбкой поманил официанта:
— Тогда давайте еще два цзиня мяса...
Щипцы в руке Хуан Цзичао издали серию резких трещащих звуков.
Вместе с тем стальная сетка, прижатая щипцами, тоже завибрировала с гудящим электрическим звоном.
Под испепеляющим взглядом Хуан Цзичао рука Ши Ицюаня, взметнувшаяся было вверх, медленно опустилась.
— ...Пожалуй, не надо, человек должен уметь довольствоваться малым.
Подошедший к столу официант: — ?
Хань Линцзы с улыбкой наблюдала за этой сценой и сделала на телефон снимок угольной решетки.
— Ого, электрический гриль, какое современное убранство, — усмехнулась она.
Ши Ицюань прикусил нижнюю губу и молча опустил голову.
Официант: — Ребята, у нас вообще-то жаровня на углях~
Хань Линцзы подняла голову и произнесла:
— Да, очень вкусно, сестричка.
Бессвязный ответ немного сбил официанта с толку.
Янь Хуасин обратился к сотруднику заведения:
— Будьте добры, две порции соуса, стакан персикового чая улун, стакан жасминового чая с зеленым виноградом, стакан черешневой газировки, стакан черничного сока и порцию мангового мороженого, спасибо.
Официант с улыбкой занес заказ в блокнот и удалился.
Слушая это, Хуан Цзичао хмурился всё сильнее.
...Не слишком ли много?
Хотя Янь Хуасин заказал сразу пять стаканов, по опыту прошлых раз было очевидно, что в конечном итоге вся эта пятерка благополучно окажется у него в желудке.
http://bllate.org/book/21500/2203198
Готово:
