Линь Юэ была очень взволнована. Получить похвалу от отца Бэй означало получить молчаливое согласие, а значит — возможность жениться на Тин-мэй! В глубине души её внутреннее я осыпало всё вокруг лепестками цветов. Она отсалютовала по-военному:
— Прошу командира не беспокоиться! Линь Юэ ни за что не разочарует командира!
Отец Бэй медленно улыбнулся с отеческой теплотой:
— Ты хорош.
Услышав эти два слова, Линь Юэ была так потрясена, что едва не выбежала на улицу голышом! Но она никак не ожидала, что именно эти два слова испортят ей половину жизни. Разумеется, об этом станет известно позже.
Получив разрешение отца Бэй, обе семьи быстро встретились. Поначалу, узнав о высоком происхождении семьи Бэй, члены семьи Линь были сильно напуганы. Однако люди из семьи Бэй повидали на своем веку немало, и матери Бэй потребовалось всего несколько фраз, чтобы рассеять скованность матери Линь. Не прошло и много времени, как они уже называли друг друга сестрами, а отец Линь, пропустив с отцом Бэй рюмочку-другую, стал называть его братом. В такой прекрасной атмосфере они сразу же определились с датой свадьбы. Торжество назначили через два месяца по реальному времени — как раз после того самого события.
Когда Чжан Чжитянь наконец пришел в себя, он с удивлением обнаружил, что Линь Юэ собирается жениться?! Хотя их семьи были соседями, Линь Юэ даже не прислала в их дом свадебное приглашение. Разъяренный, он прямо дома устроил скандал:
— Папа, мама, и что это по-вашему значит, эта семейка Линь? Разве в детстве мы обо всем не договорились? Линь Юэ вообще-то моя суженая с малых лет! Она ведь ясно обещала выйти за меня замуж, а теперь смеет нарушать свое слово! — в гневе он швырнул вазу на пол.
— Чжитянь! Это же любимая ваза твоего отца из династии Цин, как ты мог! — взвизгнула мать Чжана и чуть не лишилась чувств.
В этот момент вернулся отец Чжана с крайне возмущенным лицом. Увидев разбитую вазу, он тут же сорвал злость на жене:
— В чем дело? Стоило мне уйти хоть на минуту, как ты разбила вазу? Ты что, жить мне спокойно не даешь? Раз уж было свободное время, сходила бы к соседям наладить отношения! — приближаясь к ней, он отвесил жене звонкую пощечину.
— Прости! Прости меня! — мать Чжана опустилась на колени, заливаясь слезами. Вазу разбил сын, но она предпочла терпеть побои сама, лишь бы не пострадал её мальчик.
Чжан Чжитянь холодно наблюдал за происходящим.
— Пап, у тебя есть возможность раздобыть приглашение? — холодно спроил он, лихорадочно соображая, как именно испортить им свадьбу.
— Да они же семья командира! Куда уж такому мелком торговцу, как я, попасть в поле их зрения! — ярость отца Чжана всё еще не утихала.
— Это наверняка та баба заставила Линь Юэ! — глаза Чжана покраснели от наливших их кровь сосудов. К Бэй Тинтин он не испытывал особых чувств, считая её внешность заурядной. И вот та, кого он изначально воспринимал лишь как приятное доложение к своим планам, теперь собиралась увести то, что по праву принадлежало ему. О церемонии приличия больше не могло быть и речи — её следовало воспринимать исключительно как соперницу. Чжан Чжитянь с ненавистью заскрежетал зубами: — Я пойду в семью Линь и во всем разберусь. Если Линь Юэ заставляют, я обязательно ее спасу!
— А ну вернись! С кем ты собрался тягаться, с дочерью командира! — закричал отец Чжана, но остановить сына так и не смог. Взбешенный, он пнул жену: — Ты что, мертвая? Видела же, как сын вылетел, почему не задержала? — выругавшись, отец бросился вслед за сыном. Мать Чжана без сил опустилась на пол, с нее градом катился пот.
Вся семья Линь была в сборе. Линь Юэ обсуждала с родными свадебные хлопоты, когда в дверь постучали. Линь Бинь, которому уже надоело слушать разговоры, соскочил с дивана:
— Я открою.
Отворив дверь, он с удивлением увидел соседа и хорошего друга Чжан Чжитяня:
— Чжитянь, ты чего пришел? Заходи давай, Юэ-юэ как раз выбирает свадебный наряд, подскажешь ей свое мнение.
Совершенно простодушно Линь Бинь ухватил Чжан Чжитяня за руку.
— Что? — услышав это, Чжан Чжитянь вспыхнул с новой силой. Он ворвался в гостиную и закричал на сидевшую там Линь Юэ: — Юэ-юэ! Ты что, правда выходишь замуж? Разве мы не договаривались пожениться, когда вырастем? Ты сама говорила, что будешь моей невестой с малых лет, нельзя же отказываться от своих слов! Я ждал тебя столько лет, почему ты вдруг решила выйти замуж и бросить меня?
Сначала отец и мать Линь лишь слегка поморщились от дурных манер Чжан Чжитяня, но дослушав до конца, они оба позеленели от злости.
— Говоришь, ждал нашу Юэ-юэ больше двадцати лет? А я вот что-то не припомню времени, когда у тебя не было очередной девицы на стороне! — разъяренная мать Линь поднялась с места, засучила рукава и пошла в атаку.
Чжан Чжитянь подавился словами — он ляпнул это не подумав, к тому же разве наличие девушки мешает любить Линь Юэ?
— Это никак не мешает моим чувствам к Юэ-юэ! — упрямо заупрямился он.
— А наша Юэ-юэ любит только тех, у кого нет бурного прошлого. Такой опытный вояка, как ты, нашей Юэ-юэ совершенно не подходит, — презрительно бросила мать Линь.
— Дядя Линь, скажите хоть вы что-нибудь, я ведь искренне люблю Юэ-юэ! — не желая препираться с матерью Линь, Чжан Чжитянь перевел взгляд на главу семьи.
— Наша Юэ-юэ берет в жены Тинтин. А ты что, сможешь выйти замуж за члена семьи Линь? — прищурившись, уголки губ отца Линь изогнулись в насмешливой улыбке.
— Не может быть! Как это мой сын может выйти замуж за другого! Ни за что! — распахнутая дверь оставалась открытой, и ворвавшийся в прихожую отец Чжана как раз услышал эти слова и тут же гневно запротестовал.
— То, что ваша семья зарабатывает за год, меньше карманных расходов Юэ-юэ за один месяц. И вы еще смеете замахиваться на мою дочь? — холодно усмехнулся отец Линь. — Детские игры в жениха и невесту посмели принять за чистую монету... Бесстыдству некоторых людей просто нет предела.
— Послушай, Линь, ты чего городишь? Между прочим, обе семьи изначально обо всем договорились... — продолжал горланить отец Чжана.
Чжан Чжитянь дернул отца за рукав.
— Юэ-юэ, неужели ты забыла наши клятвы? — сменил он тактику на слезливо-романтическую.
Линь Юэ медленно подняла голову, озарив комнату ослепительной улыбкой. Однако слова, слетевшие с ее губ, резали острее ножа:
— Наши отношения — это не более чем союз жабы и лебедя. Мы из разных видов, вместе нам никогда не сойтись. — Сделав паузу, она холодно усмехнулась: — И прекрати уже нести чушь про любовь. Ты цепляешься за меня лишь потому, что я единственная знакомая тебе богатая наследница. К тому же у меня есть старший брат, так что семейное состояние мне всё равно не достанется. И с какой стати мне выбирать тебя? Благотворительностью я заниматься не собираюсь.
— Ах ты... Ах ты, змея... — отца Чжана едва не хватил сердечный приступ.
Лицо стоявшего рядом Линь Биня давно почернело от гнева. Он никак не ожидал, что друг детства Чжан Чжитянь окажется такой мразостью.
— Убирайтесь отсюда, пока я вас сам не вышвырнул! — напрягая мышцы, Линь Бинь схватил каждого за шиворот и единым движением вышвырнул за порог.
...
— Юэ-юэ, не переживай. Как только сыграешь свадьбу, мы разделим имущество. Мы не из тех семей, что делают разницу между сыновьями и дочерьми, — взволнованно обнимая дочь, говорила мать Линь, когда непрошеных гостей выставили вон.
— Именно так! Ты же моя драгоценная сестренка, и смей больше говорить такие чужие слова! — возвращаясь в комнату, нахмурился Линь Бинь.
— Мам, я же просто нос им утерла, вы же знаете, что эти людишки падки только на деньги, — Линь Юэ обняла мать за плечи. — Ой, да оставьте себе символическую сумму, если хотите. Я же в игре заработала просто бешеные деньжищи! Так что не переживайте, денег хватит на несколько жизней вперед, тратьте сколько душа пожелает.
— М? Эта игра что, реально приносит деньги? — с любопытством переспросил Линь Бинь.
Посмотрев на брата, Линь Юэ произнесла:
— Ага. Братец, давай тоже заходи в игру, бросай свою работу и помогай сестренке заколачивать деньгу.
Работа Линь Биня как раз находилась в зоне ответственности того самого хозяина из ее прошлой жизни. Чтобы брата не взяли на прицел, Линь Юэ решила затащить в игру и его.
— И вы тоже, папа, мама, заходите в игру. Она совсем не отвлекает, да и самочувствие от нее только улучшается. Многие ваши ровесники уже там, так что присоединяйтесь.
Мать Линь еще сомневалась, но отец Линь сразу уловил скрытый смысл:
— Юэ-юэ, твой будущий тесть что-то тебе сказал?
— Короче говоря, просто заходите в игру поскорее, — загадочно улыбнулась Линь Юэ.
Хотя их выставили за дверь, Чжан Чжитянь не успокоился. Отец Чжана же окончательно распрощался с мечтами о выгодном родстве и наказал сыну:
— Раз этот путь отрезан, продолжай играть в игру! Там полно богатых красавиц, найди себе дочку какого-нибудь командира и женись на ней!
— Да кому сдались эти дочки командиров! — сплюнул Чжан Чжитянь. В его голосе звучала смесь горечи, кислоты и жгучей зависти.
Вернувшись домой, отец Чжана закинул ноги на журнальный столик:
— Старая карга, живо на стол! Я же с голоду помираю! — рявкнул он, но в ответ царила тишина. Разъяренный, он уже собирался идти в спальню, чтобы вытащить жену за волосы и отлупить.
В этот момент Чжан Чжитянь заметил под домашним телефоном конверт. Бегло взглянув на него, он протянул его отцу:
— Пап, смотри, мама оставила.
У отца Чжана внутри все сжалось от недоброго предчувствия. Вскрыв конверт, он извлек оттуда бумагу с надписью Соглашение о разводе. Тщательно обследовав конверт со всех сторон, он обнаружил, что, кроме этого документа, внутри ничего нет.
— Тварь! — взревел он и швырнул на пол последнюю оставшуюся в гостиной вазу времен династии Цин.
— Пап, что мама написала? — нахмурился Чжан Чжитянь.
Эта фраза сына заставила отца выместить всю накопившуюся злость на нем:
— Ты что, с самого начала знал, что эта стерва хочет развестись и сбежать? Ты помогал ей, да? Говори! — С этими словами отец бросился на Чжана с кулаками, совсем как десяток лет назад.
— Я вообще ничего не знал! — запаниковал Чжан Чжитянь. Мать ушла — а кто теперь будет вести все домашние дела? Но договорить он не успел: удар отца пришелся прямо в лицо.
Чжан Чжитянь тоже взбесился. Бей кого угодно, но только не по лицу! У него тоже было самолюбие!
— Ты бьешь меня? Да ты смеешь меня бить! — придя в бешенство, он бросился в ответ. — Дуришь меня, как маленького мальчика, на которого можно орать? Ты уже старик!
Выплескивая давние обиды и новую злость, Чжан Чжитянь колотил отца от души. Когда он наконец выговорился и выдохся, то услышал, как старик стонет на полу:
— Плевать на мать... я и сам от тебя уйду... Тьфу, мразь неблагодарная.
Чжан Чжитянь с независимым видом вышагнул из дома. В животе урчало, и он вспомнил о Баване:
— Баван, выходи пропустить пару стаканчиков?
— Не могу, я тут человека сбил, разбираюсь с полицией.
Баван не пытался отбрехаться — просто в последнее время его преследовала сплошная черная полоса. Он с трудом «одолжил» родительскую машину, чтобы погонять, и влип в серьезные неприятности. Сначала он хотел скрыться, увидев сбитого пешехода, но не успел добежать до машины, как его схватили за шиворот:
— Вот он! Это он сбил молодого господина Цяна, держите его, не давайте сбежать!
Человек, лежавший на асфальте, оказался Ли Цяном — парнем, которого тоже в последнее время преследовали неудачи. Окончательно впав в немилость у своего покровителя, Ли Цян от нечего делать увязался пить с мелкой шпаной. Напившись в хлам, они решили перебежать дорогу в неположенном месте. Из-за кромешной тьмы и неработающих уличных фонарей Ли Цян угодил прямо под колеса мчавшейся на всех парах машины Бавана.
Делать было нечего, пришлось звонить отцу и просить о помощи. А тем временем дружки сбитого уже вызвали родню Ли Цяна, и конфликт между двумя семействами грозил разгореться с минуты на минуту.
Чжан Чжитянь обо всем этом не имел ни малейшего понятия. Сбросив вызов, он лишь подумал, что Баван — плохой друг. Умирая от голода, он проходил мимо лапшичной и заметил маленькую девочку, с аппетитом уплетающую лапшу. Глотнув слюну, он просто выхватил тарелку из-под ее носа и бросился бежать, оставив позади отчаянный детский плач.
Чжан Чжитянь, с жадностью уплетавший чужую лапшу, даже не подозревал, что вскоре после его ухода отец дополз до соседней двери семьи Линь и принялся судорожно звонить в звонок. В тот же вечер старика увезли на скорой. Жизнь ему спасли, но удар парализовал правую сторону тела. Лежа на больничной койке, он чувствовал полное крушение всех надежд — спасти собственную компанию уже не представлялось возможным. На следующий день отец созвал совет директоров, продал фирму целиком, на вырученные деньги снял номер в доме престарелых до конца своих дней и категорически отказался видеть собственного сына.
Проведя пару дней у сомнительных приятелей, Чжан Чжитянь вспомнил о доме, когда у него закончились деньги. В квартире царил тот же кавардак, что и в день его ухода, но парень не придал этому значения. Включив телевизор, он увидел новость о продаже их семейного предприятия. Чжан Чжитянь запаниковал: как такое возможно? Почему никто его не предупредил? Он даже не подумал, что с выключенным телефоном его никто бы не отыскал. Схватив трубку, он набрал отца, но в ответ услышал, что номер не обслуживается. Позвонил матери — телефон оказался выключен. Его охватила паническая неизвестность перед будущим. В этом исступленном страхе он выбежал в подъезд и принялся исступленно барабанить в соседнюю дверь:
— Дядя! Тетя! Юэ-юэ! Бинь-цзы! В тот день я был просто скотиной, простити меня! — рыдал он, словно потерявшийся ребенок.
— Хватит стучать, парень, они съехали отсюда давным-давно, — подошел управдом. — Кстати, раз уж зашел разговор, твой дом отец тоже продал, так что поживе-ка ты собирай вещички.
— Продал? Как это продал? Куда он уехал? Скажи мне, куда делся мой отец! — взревел Чжан Чжитянь, вцепляясь в воротник работника коммунальной службы.
— Да я-то откуда знаю, куда твой собственный батя сбежал! — управдом оттолкнул его с дороги. — Псих ненормальный! — бросил он через плечо и удалился.
Чжан Чжитянь рухнул на пол, его лицо было пепельно-серым.
Всё верно, семья Линь переехала. Линь Юэ купила две квартиры в жилом комплексе неподалеку от особняка семьи Бэй: одну для родителей, другую — для себя и Тинтин после свадьбы. Не то чтобы она не хотела поселиться в том же квартале, что и семья Бэй, но тот район был символом высокого статуса, до которого она пока не доросла. Впрочем, узнав о происхождении Линь Юэ, отец Бэй самолично выделил отряд людей для охраны ее семьи — этот жест доброй воли Линь Юэ была обязана принять.
В знак ответной благодарности Линь Юэ привела в игру людей из правительственных силовых структур. В одиночку она бы не справилась со всеми, да к тому же у нее имелась целая армия фанаток — участниц гильдии Красная Пудра.
Теперь Красная Пудра значительно расширилась. Стандарты приема смягчились, и женщины из других крупных фракций массово покидали свои гильдии, переходя на сторону Красной Пудры. Этот процесс достиг своего апогея после того, как Линь Юэ подняла статус Городка Синего Дождя до Города Синего Дождя.
— Поздравляем игрока Июньский дождь с успешным повышением Городка Синего Дождя до Города Синего Дождя! Город Синего Дождя удостаивается титула Первого Города Поднебесной! Просим игроков продолжать в том же духе!
Линь Юэ впервые раскрыла свой игровой ник, и толпа игроков, словно нанюхавшись стимуляторов, бросилась разыскивать Июньский дождь.
Сразу после системного объявления Линь Юэ выкупила эфирное время на мировом канале:
— Ровно через игровой месяц в Городе Синего Дождя состоится первый крупный аукцион в Мире. Убедительная просьба ко всем посетить мероприятие!
Повторив объявление трижды, Линь Юэ проигнорировала лавину ответов и тут же заблокировала бесконечный поток заявок в друзья.
Когда завистники попытались раскопать досье на Линь Юэ, результаты заставили их побледнеть: с этим человеком связываться смертельно опасно. Зять высшего руководителя государства H — в стране никто не осмелится пойти против него, а иностранцы тем более боялись спровоцировать цепную реакцию, поэтому им оставалось только отступить.
Именно просчитав этот момент, Линь Юэ и решилась раскрыть свой ник. Теперь ее никто не смел тронуть. А ее главной целью было занять место Чжан Чжитяня из той истории, став знаменем, которым Бэй Тинтин могла бы гордиться.
Сразу после апгрейда Города Синего Дождя Линь Юэ повела элиту Красной Пудры в подземелье. Действуя с безупречным хладнокровием, она провела отряд через данж семидесятого уровня без единой потери.
На выходе из подземелья Шу Сюэ восторженно бросилась на шею Линь Юэ:
— Юэ-юэ, ты просто богиня! Будь ты парнем, я бы влюбилась в тебя без памяти!
Хотя они ходили в инстансы с Линь Юэ не впервые, это было первое прохождение подземелья максимального на тот момент уровня в актуальном контенте! Их гильдия вмиг прославилась на весь сервер, взлетев на верхушку рейтингов.
Стоявшая неподалеку Бэй Тинтин меланхолично зыркнула на бывшую соседку.
— Даже если наша глава не парень, мы все равно ее обожаем! — раскрасневшаяся от возбуждения Фань У едва договорила, как десятки девушек закивали в знак согласия.
— Глава Юэ! Возьмите меня в жены!
— Глава Юэ, хочу в ваш гарем!
— Глава Юэ, женитесь на мне!
Бэй Тинтин нервно закусила губу. Видя, как любимую бессовестно охмуряют со всех сторон, она решительно шагнула вперед, заслоняя Линь Юэ собой:
— Вы что, меня тут за мертвую держите? Юэ-юэ вообще-то моя женщина! Никому из вас даже думать о ней не сметь, хм! — с этими словами она резко развернулась и наградила Линь Юэ звонким поцелуем.
Линь Юэ расплылась в улыбке. Ревнующая Тинтин была донельзя милой. Перехватив инициативу, она крепко обняла Бэй Тинтин за талию, углубляя этот сладкий поцелуй.
Ошеломленная бурной страстью Бэй Тинтин соображала с трудом. Когда возлюбленная наконец отпустила ее, она с удивлением обнаружила, что остальные все еще пялятся на них.
— Противные, — с кокетливым недовольством бросила она.
— Пойдем, — ничточто сумняшеся, Линь Юэ взяла жену за руку и первой зашагала прочь.
Глядя им вслед, Фань У тихо вздохнула:
— Эх, если бы я встретила главу Юэ пораньше...
Конечно, ориентацию менять она не собиралась, но сердце всё равно замирало. Стоявшие рядом девушки молча солидарно кивнули.
Шу Сюэ похлопала Фань У по плечу:
— Вообще-то у тебя еще есть шанс. В конце концов... у Юэ-юэ есть старший брат...
Фань У с выражением полного отчаяния на лице вспомнила того болвана:
— С его-то интеллектом я боюсь за будущее нашего потомства... — брезгливо поморщилась она.
Линь Юэ прекрасно ориентировалась во всех картах, и решение командира поручить ей руководство рейдами было абсолютно верным. Для каждого данжа Линь Юэ собирала элитный состав Красной Пудры, стабильно проходя инстансы без потерь. Затем элитники вели за собой остальные группы, а после этого уже рядовые члены гильдии могли водить новичков. Стоит отметить, что назначение Линь Юэ командиром рейдов привело к лавинообразному росту числа внутриигровых браков между бойцами силовых структур и Красной Пудры. Пока руководство гильдии было занято другими делами, некоторые игроки успели стремительно пожениться в игре и даже встретиться в реале. Узнав об этом, Линь Юэ махнула рукой — пусть развлекаются, в конце концов, это было только к лучшему.
Семья Линь в полном составе обосновалась в игре. Родители выбрали для себя амплуа мирных игроков: в свободное время они любовались пейзажами и рыбачили. А вот Линь Бинь грезил исключительно заработком, но из-за низкого уровня доходы оставляли желать лучшего. В итоге он сцепился с Фань У: она обзывала его тупицей, которого невозможно ничему научить, а он обвинял ее в отвратительных педагогических способностях. Как бы они ни ссорились, эти двое вечно околачивались рядом, так что Линь Юэ предоставила их самим себе.
Время не ждет. Подстегиваемая требованиями государства и зарубежных конкурентов, Линь Юэ уверенно шла вперед. Проходя карту за картой, она в короткие сроки взяла сотый уровень. В тот день над игровым миром разнесся величественный глас системы:
— В связи с тем, что смертные разрушили преграду между небесами и землей, запускается финальное обновление игры. Загрузка патча займет одни сутки по реальному времени. Просим игроков набраться терпения.
Едва прозвучали эти слова, как всех участников выбросило из виртуального мира.
Многие игроки уже успели накрепко привязаться к игре, и перспектива остаться без любимого развлечения испортила им настроение.
После того как отец распродал всю недвижимость, Чжан Чжитянь нанял людей, чтобы за бесценок сбыть с рук оставшуюся в квартире мебель. Самые ценные вещи — две вазы династии Цин — он уже успел разбить, так что из крупного имущества оставалась лишь игровая капсула. Отформатировав ее память, Чжан Чжитянь продал капсулу чуть ниже рыночной стоимости и тут же приобрел простой шлем виртуальной реальности. Ему во что бы то ни стало нужно было вернуться в игру и заработать денег!
http://bllate.org/book/21666/2235490
Готово: