Левая рука Юй Сяо, висевшая вдоль тела, была крепко сжата в кулак. Когда в объективе камеры он увидел падающего Сюй Хуаймина, его охватило беспричинное жжение в глазах — казалось, давным-давно кто-то точно так же упал прямо перед ним и затих навсегда!
У большинства присутствующих глаза покраснели, а на сердце было горько и больно. Разве люди той эпохи, отдавшие до последнего всё — семейное состояние и собственные жизни, — делали это не ради защиты родного дома?
— Юйюй, ты в порядке? — небольшой Сун держал в руках большой красный конверт и протягивал его Вэнь Аню. Обычно во время съемок сцен с гибелью персонажей принято давать красный конверт, независимо от суммы, чтобы принести удачу!
— Всё хорошо, спасибо! — Вэнь Ань отряхнул пыль с одежды. Падая, он случайно ударился о руку, и хотя ничего страшного не произошло, судя по только что испытанной боли, синяк наверняка продержится несколько дней!
— Вот и отлично, ступай пока посиди где-нибудь, отдохни!
— Учитель Юй, вам тоже стоит пойти отдохнуть! — мягко сказал Вэнь Ань Юй Го, исполнявшему роль старого управляющего. У этих старых мастеров не было столько громких титулов, как у нынешних королей и королев кино, но они действительно были истинными артистами!
— Эх, вели-ка своему помощнику растереть тебе руку целебной настойкой, нечего в таком юном возрасте так пренебрегать здоровьем! — за дни совместной работы этот молодой парень во всех отношениях пришелся ему по душе, и пожилой актер охотно давал ему наставления.
— Учитель Юй, ваши сцены тоже отсняты, идите отдохните первыми. — Рядом с пожилым человеком Юй Сяо держался не так холодно, его уважительный тон заставлял многих мэтров охотно идти ему навстречу.
— Ну хорошо, Сяюй, ты тоже иди передохни! — Как только Юй Го договорил, его помощник поспешно подхватил старика под руку, чтобы проводить на грим.
— Что такое, поранил руку? — Как только Юй Го ушел, Юй Сяо отвел Вэнь Аня в сторону и, не говоря ни слова, закатал ему рукав. Увидев, что на похожей на белый нефрит руке уже начинает расцветать синева, он невольно нахмурился, а в глазах застыла нескрываемая тревога и жалость!
— Ничего страшного, просто слегка ударился, вернусь — намажу мазью, и пройдет! — Голос Вэнь Аня звучал мягко и тепло, но он решительно выдернул руку. Хотя раньше он и состоял в отношениях с Янь Сином, к мужчинам он интереса не испытывал — даже если этим мужчиной был Юй Сяо, и даже если тот неизменно вызывал у него смутное чувство дежавю, совсем как в прошлый раз в Лю Игэ.
Янь Син был незаменим, и его невозможно было забыть!
Стоявшая неподалеку Цинь Сяо молча опустила протянутую руку: «И зачем твоим рукам вечно неймется? Стоит только появиться режиссеру Юю, как для остальных не остается никакой работы, почему ты вечно не учишься на своих ошибках? Наверное, всё дело в том, что Юйюй слишком прекрасен, и таким смертным, как мы, просто не удержаться!»
В глазах Юй Сяо мелькнуло разоблачение разочарования, но тут же уголки его губ едва заметно дрогнули: — Иди отдыхай, я пока пойду по делам!
— Угу!
— Юйюй, а режиссер Юй к тебе ну очень хорошо относится! Я же говорила, что перед тобой никто не устоит! — Как только Юй Сяо удалился, Цинь Сяо тут же подкралась с видом заправской сплетницы.
— Цинь Сяо, я тут видел, как уходил брат Фэн, он ничего не говорил? — Вэнь Ань пропустил слова Цинь Сяо мимо ушей и вместо этого задал вопрос.
— Ой, точно! Брат Фэн сказал, что на постудировок какие-то дела, ему нужно срочно смотаться в город С., а нам велел после завершения съемок возвращаться с режиссером Юем! — Цинь Сяо хлопнула себя по лбу и поспешно пересказала слова Ин Фэна.
— А? — С чего бы такая случайность, и именно в этот момент возникли дела? Вэнь Ань повернул голову и посмотрел на Юй Сяо, который о чем-то беседовал с помощником режиссера Лю. С самого прихода на съемочную площадку он чувствовал, что Юй Сяо относится к нему как-то иначе. Сначала он думал, что режиссер просто ценит его как актера, но позже заметил, что тот смотрит на него точно так же, как Лю Игэ. Но Лю Игэ — старший брат юного господина, а Юй Сяо не имеет с Цинь Юйюйем абсолютно ничего общего!
— Юйюй, что такое? — Цинь Сяо в недоумении посмотрела на Вэнь Аня, а затем на режиссера Юя: что это с Юйюйем? Почему у него такой странный взгляд на режиссера Юя? Черт побери, неужели тут замешан какой-нибудь тайный роман! Цинь Сяо в одно мгновение домыслила в голове целый сериал на сто тысяч слов, а затем сама же себя хлопнула по лбу: неисправима! Опять напридумывала всякой ерунды!
— Ничего, пошли! — Какова бы ни была причина, рано или поздно всё выяснится!
На следующий день съемки «Хроник Цинчэна» подошли к концу, и фильм, на создание которого ушло чуть больше четырех месяцев, наконец-то был полностью завершен. Вся съемочная группа вздохнула с облегчением: эту картину можно было смело назвать проблемной от начала и до конца. Сначала разгорелся скандал с Жэнь Сяо, а поскольку Цинь Юйюй был новичком, многие сцены приходилось переснимать по нескольку раз. К счастью, Цинь Юйюй обладал острым умом и больше никогда не повторял указанных ошибок. А ближе к концу съемок во время работы над сценой со взрывом едва не случилась авария, что вызвало новую волну споров.
— Все отлично потрудились в этот период! Сегодня вечером съемочная группа угощает, гуляем в отеле Линхай до упаду! — Юй Сяо держал в руках небольшой рупор, а на его лице редко играла легкая улыбка.
Толпа тут же восторженно зашумела. Отель Линхай по праву считался весьма приличным местом, и на банкете по случаю окончания съемок все наелись и напились вволю! К счастью, жили неподалеку, иначе пришлось бы оставаться там же на ночлег!
От ранней весенней зябкости до нынешнего летнего зноя — в университете уже давно начались каникулы. За это время он успевал пару раз съездить в учебное заведение, а когда звонил домой, родители чуть ли не срывались в город Ц., чтобы навестить его.
— Мама, завтра я уже возвращаюсь! Тебе правда не нужно приезжать! — Вэнь Ань одной рукой держал телефон, а другой выкатывал чемодан. Обратно он вез гораздо больше вещей, чем привез с собой: подарки от сотрудников съемочной группы, множество презентов от Кэ Жуйяна и Ли Мань, плюс всё то, что накупила Цинь Сяо во время вылазок по магазинам.
— Эх, будь аккуратен в дороге, мама встретит тебя в аэропорту!
— Хорошо, до завтра!
— Юйюй, ты здесь? — Раздался стук в дверь и низкий голос Юй Сяо.
— Входи! — Вэнь Ань открыл дверь и пригласил Юй Сяо войти. — У режиссера Юя ко мне дело?
— Юйюй, я тут от Цинь Сяо услышал, что ты завтра сразу уезжаешь в город Т. и не поедешь с нами? — Услышав об этом, Юй Сяо поначалу даже растерялся. Ради того, чтобы провести с Цинь Юйюйем побольше времени, он даже отправил Ин Фэна обратно раньше срока, но никак не ожидал, что в расчетах закралась ошибка!
— Да, мне давно уже пора домой, к тому же через полмесяца начинается учеба! Нужно подтянуть хвосты по пропущенным занятиям! — Вэнь Ань протянул Юй Сяо стакан теплой воды и, усевшись напротив, мягко произнес:
— Вот как. Тогда я сейчас занесу кое-какие вещи, передашь их дяде и тете!
Глава 37: События в шоу-бизнесе (10)
Вернувшись домой, Вэнь Ань был встречен самыми горячими объятиями родителей.
За эти полгода всё, что мама Цинь видела в новостях из интернета, доводило ее до слез: Сяюя с детства балили и лелеяли, и вид очерняющих его постов приводил родителей в ярость.
Отец Цинь тогда даже стукнул кулаком по столу: — Что за бред собачий, когда это наш Сяюй занимался подобным? Разве Сяюй не говорил, что автор «Хроник Цинчэна» знаком с режиссером? Завтра же, если встретишь кого-нибудь, кто распускает грязные слухи про Сяюйю, ставь их на место! Или прямо звони Сяюю!
— Глупости какие, Сяюю там наверняка и так тяжело, какой еще звонок! — Стоило маме Цинь представить, как ее мальчик страдает на чужбине, как она тут же собиралась тащить мужа в город Ц., и только уговоры Вэнь Аня смогли их остановить.
Теперь же, видя сына перед собой, она была готова предложить ему всё самое лучшее на свете!
Пробыв дома полмесяца, отец Цинь, не говоря уже о матери, забросил все дела: из десяти дней восемь он опаздывал или уходил раньше. Хорошо хоть супермаркет был их собственным семейным бизнесом, иначе с такой работой точно можно было вылететь на улицу!
Вэнь Ань покачивался в плетеном кресле-качалке на балконе своего дома, и то, с каким блаженством он грелся на солнышке, заставляло маму Цинь улыбаться. В такие моменты Сяюй был точь-в-точь похож на ленивую кошку, неторопливо принимающую солнечные ванны!
Это подвесное кресло было любимым местом Цинь Юйюя, и теперь Вэнь Аню оно тоже полюбилось. Хоть летнее солнце и припекало, мерное покачивание доставляло невероятное удовольствие. Хм, надо будет обязательно купить такое же кресло для своей квартиры в реальном мире, когда вернется.
Пожалуй, искренняя любовь родителей исцелила те детские сожаления, которые еще таились в сердце Вэнь Аня. Проведя несколько вот таких ленивых дней дома, он с удивлением обнаружил, что его духовная сила неожиданно совершила огромный скачок в росте — это стало поистине приятным сюрпризом!
Хотя до прорыва на третий уровень было еще далеко, теперь его пять чувств обострились настолько, что он стал смутно улавливать даже энергию, разлитую в воздухе, а не просто полагаться на мантры медитации, как это было в самом начале.
В конце августа Вэнь Ань вернулся в город С. Едва появившись в университете, он тут же оказался в центре всеобщего внимания, и виной тому была начавшаяся рекламная кампания «Хроник Цинчэна». На промопостерах скромный ученый муж в сине-зеленых одеждах излучал скрытую внутреннюю силу, что заставило многих скептиков, изначально не веривших в успех новичка Цинь Юйюя, сменить гнев на милость и проникнуться ожиданиями.
— В конце концов, это фильм режиссера Юя, даже у новичка должно быть что-то за душой! — Таких отзывов было подавляющее большинство. Людей привлекал не столько сам Вэнь Ань, сколько безупречная репутация и режиссерский талант Юй Сяо!
Появление Вэнь Аня в кампусе привлекло к нему еще больше внимания, что, впрочем, создавало определенные неудобства, хотя для него самого это было пустяком.
А вот преподаватели сияли от счастья: благодаря Цинь Юйюйю студенты перестали прогуливать пары и опаздывать. Цинь Юйюй всегда учился в числе лучших, а теперь эта ситуация и вовсе заставила профессоров пылать к нему родительской любовью.
Некоторые новички, не знавшие Цинь Юйюя, поначалу недоумевали, но их тут же осадили сокурсники: Цинь Юйюй весь прошлый семестр пропадал на съемках, но на финальных экзаменах все равно сдал всё на высший балл, так с какой стати остальные продолжают прогуливать и опаздывать?
Поскольку выход фильма в прокат был назначен на национальный праздник, в сентябре, после начала семестра, Вэнь Аню почти не довелось посидеть за партами — как исполнитель главной роли он был вынужден постоянно участвовать в промомероприятиях.
— Perfect! Брат Фэн, глянь, как задумка? — Цзи Кэ хлопнул в ладоши, обошел вокруг Вэнь Аня пару раз и поманил Ин Фэна подойти поближе.
Цзи Кэ был звездным стилистом, выделенным для него студией. Человек он был выдающийся и законченный перфекционист — не обладай Цинь Юйюй столь убийственной внешностью, Цзи Кэ вряд ли согласился бы возиться с его образами!
Ин Фэн отложил в сторону пачку рекламных предложений — все они были мелочью, ведь Цинь Юйюй еще официально не заблистал на экранах, и хотя многие уже знали о нем, крупные бренды пока не спешили предлагать ему контракты.
— Неплохо. Но для Юйюя нужно приготовить что-то более официальное, через пару дней намечается банкет, ему придется там присутствовать! — Ин Фэн кивнул, выражая одобрение.
Цзи Кэ подобрал для Цинь Юйюя повседневный костюм в светлых тонах, однако весь комплект отличался приталенным кроем, подчеркивающим фигуру. Ткань костюма была мягкой и обладала великолепной драпировкой. При ближайшем рассмотрении на ней можно было разглядеть вышитые в тон узоры, состоящие из повторяющихся иероглифов Цинь.
Но босс только что сообщил ему новость: через полмесяца состоится банкет клана Юй, на который шеф собирался взять с собой Цинь Юйюя. Для подобного рода мероприятий требовался более строгий дресс-код. И хотя этот наряд подчеркивал все достоинства Цинь Юйюя, перед лицом старшего поколения он выглядел неуместно!
— Понял, уложусь за неделю! — Цзи Кэ мысленно прикинул объем оставшейся работы и уверенно кивнул. После чего вприпрыжку выбежал из комнаты.
— Что за банкет? — Вэнь Ань снял верхний пиджак, оставшись в рубашке с воротником-стойкой, и его стройная фигура смотрелась особенно статно.
— Банкет столичной семьи Юй! — ответив, Ин Фэн пристально посмотрел на парня, но на лице Цинь Юйюя не дрогнул ни один мускул. Он не верил, что Цинь Юйюй ничего не слышал о столичной семье Юй, скорее всего, тот просто не придавал этому значения!
— Семья Юй! Я понял! — Столичная семья Юй, то есть главный клан Юй Сяо. Семья Юй была влиятельным родом, ведущим свою историю с момента основания государства. Мало того, что большинство членов основного клана занимали высокие посты, так еще и ветви рода пустили корни во всевозможные сферы деятельности. Мало кто знал, что Юй Сяо на самом деле был младшим внуком главы семьи Юй, причем всеобщим любимцем, иначе ему ни за что не позволили бы баловаться режиссурой!
— Тебе совсем не любопытно?
— Режиссер Юй тоже носит фамилию Юй, я же не дурак думать, будто это простое совпадение! — Легко улыбнувшись, покачал головой Вэнь Ань.
Ин Фэн приподнял бровь: он и так знал, что этому парню еще нет и двадцати, но простым его назвать язык не повернется. А порой о его возрасте и вовсе забывали, общаясь как с ровней.
— После вечерней премьеры сможешь наконец нормально побыть студентом. Шеф велел до Нового года не брать никаких ролей, максимум сняться в парочке рекламных роликов или засветиться в каком-нибудь шоу! — Ин Фэн вспомнил слова Юй Сяо и только вздохнул: — Если бы все подписавшие контракт вели себя как ты, наша студия давно бы разорилась.
Вечерняя премьера официально начиналась в половине девятого в первом зале кинотеатра Сэнтири в городе Б. Не было еще и восьми, а журналисты уже вовсю оккупировали площадку, толпы фанатов и зрителей тоже заранее подтянулись к залу — ведь до начала показа можно было посмотреть закулисные нарезки, что само по себе шло неплохим бонусом.
Поглазеть на премьеру пришли и многие профессиональные кинокритики и любители, привлеченные именем Юй Сяо. Одного их присутствия было достаточно, чтобы пресса разразилась хвалебными статьями.
Ровно в половине девятого ведущий произнес приветственную речь, зрителям показали тизер, после чего выделили немного времени для вопросов от прессы.
— Режиссер Юй, скажите, почему вы решили задействовать в главной роли новичка? Причем новичка, который прежде вообще не соприкасался с миром кино?
Вопрос звучал безобидно, но тон вопрошающего отдавал колючестью. Холодный взгляд Юй Сяо скользнул по толпе, заставив журналиста мгновенно оцепенеть, однако тот продолжал упорно смотреть на режиссера в ожидании ответа!
— Цинь Юйюй — исключительно талантливый актер. Пусть полгода назад он еще был далек от кинематографа, но уже сейчас он вполне способен потянуть главную роль в моей следующей картине!
Заявление Юй Сяо повергло присутствующих в шок. Режиссер Юй никогда не был многословен, и в подобных ситуациях отдуваться обычно приходилось помощнику режиссера Лю. На этот раз позиция Юй Сяо заставила многих взглянуть на Цинь Юйюя совсем другими глазами.
— Возможно, уважаемые гости еще не знают, но Цинь Юйюй уже подписал контракт с нашей студией! А теперь следующий вопрос! — Помощник режиссера Лю с улыбкой вышел вперед, сглаживая углы. Нельзя же было позволять этому непредсказуемому Юй Сяо портить премьеру!
Поняв расклад, репортеры больше не стали донимать их вопросами о Цинь Юйюйе. Атмосфера быстро разрядилась, и дальнейшее мероприятие прошло в исключительно гармоничной обстановке.
Цинь Юйюй ответил лишь на пару вопросов, касающихся его персонажа, а остальное время провел, сидя в роли прекрасного цветка в горшке рядом с Кэ Жуйяном и Ли Мань.
Как только начался официальный показ, напряглись не только журналисты, но и все зрители в зале — им не терпелось собственными глазами убедиться, не станет ли эта лента черным пятном в послужном списке режиссера Юя. Несмотря на всю уверенность Юй Сяо, они не собирались признавать актера-новичка, не увидев его в деле.
Фильм начинался с дождливого весеннего дня. Фигура человека в сине-зеленых одеждах с промасленной бумажной зонтовой в руке стояла спиной к зрителю на фоне портовой пристани; изящные, похожие на нефрит пальцы легко сжимали бамбуковую ручку. Он слегка повернул голову, являя взору туманный профиль, и произнес чуть приоткрытыми губами теплым, мягким голосом:
— Сяо Ян, посмотри, который час?
Шедший рядом круглолицый мальчишка с сияющей улыбкой на лице торопливо вытащил из кармана изящные карманные часы:
— Молодой господин, почти время, старший господин скоро будет!
Одной этой сцены хватило, чтобы заставить многих в зале затаить дыхание. Сцены со спины играть сложно и одновременно просто: лица не видно, но чтобы удержать внимание, требуется мощнейшая харизма! И этот эпизод заставил многих мысленно увидеть перед собой Сюй Хуаймина.
Первый уверенный и твердый шаг Цинь Юйюя к славе!
К концу фильма некоторые зрители уже тайком смахивали слезы. Тот юноша в сине-зеленых одеждах, что был неразрывен с Цинчэном, так тихо и навсегда остался в этом древнем городе, вечно разделяя судьбу любимой родины!
— Как же мне его жалко, Сюй Хуаймин вот так просто погиб... Когда читала первоисточник, уже переживала за него, но сейчас так и хочется поднять его с земли и заставить идти дальше, продолжать оставаться тем самым всеми уважаемым господином Сюй из Цинчэна!
— И не говорите! Должен признать, чутье у режиссера Юя отменное! Динамика фильма выдержана безупречно, сюжет сплочен, а игра императора кино Кэ и Ли Мань просто на высоте! Не зря говорят, что режиссер Юй — создатель звезд!
— А мне всё же больше по душе Сюй Хуайань. Настоящий военный, который лучше умрет на поле боя, чем станет влачить жалкое существование в эпоху смут!
Премьера фильма увенчалась оглушительным успехом, и многие присутствовавшие на ней критики уже посреди ночи строчили восторженные рецензии. Эта мощная волна отзывов стала лучшей рекламой перед скорым выходом в прокат, благодаря чему кассовые сборы и рейтинг «Хроник Цинчэна» мгновенно обогнали все остальные фильмы праздничного сезона.
А в это время Вэнь Ань сидел в гостиной Юй Сяо и с мрачным взглядом вглядывался в зажатый в руке портрет.
На рисунке был изображен мужчина лет двадцати пяти с мягкими чертами лица и легкой улыбкой на губах, одетый во врачебный халат. Одной рукой он легко касался чужого плеча и что-то говорил, едва разомкнув губы!
Это был он! Настоящий он! А не тот, кто чудом занял чужое тело!
Сюжет на холсте запечатлел его самого и Янь Сина в тот день, когда старейшина Син приезжал на медицинский осмотр в больницу — они тогда стояли и разговаривали в больничном садике!
Вэнь Ань резко зажмурился, его пальцы судорожно сжались, сминая бумагу в комок!
Янь Син! Юй Сяо! И еще Лю Игэ!
Вот оно что... Вот почему всё казалось таким знакомым, вот почему Лю Игэ так горько оплакивал его смерть, и вот почему Юй Сяо вдруг нарушил все правила и проявил к нему такую исключительную заботу!
Янь Син, Янь Син, Янь Син!
«Анань, когда уйдешь, не спеши, подожди меня, я скоро тебя догоню!»
Какой же ты глупец, и я хорош!
Капля влаги сорвалась с ресниц и расплылась темным пятном на портрете!
35.3.11
— Юйюй?! — Едва выйдя из кухни, Юй Сяо увидел заплаканного Цинь Юйюя и испуганно замер. Он тут же бросил чашку с кофе и подбежал ближе! Заметив в его руках знакомые листы, он с тревогой в голосе произнес:
— Юй Сяо, это ты нарисовал? — Вэнь Ань чуть подал портрет вперед.
— Да. — Юй Сяо взял рисунок и мягко коснулся пальцем мокрого следа. — С тех пор как я встретил тебя, мне каждую ночь снятся сны. И всё, что в них происходит, кажется настолько реальным, будто это мои собственные воспоминания.
— Ты всё это зарисовал? — тихо спросил Вэнь Ань.
— Хочешь взглянуть? — кивнул Юй Сяо.
— Да!
Вэнь Ань последовал за Юй Сяо в кабинет, где тот достал из ящика стола целую стопку бумажных листов. Сцены на рисунках казались то хаотичными, то четкими, а некоторые и вовсе напоили переплетение бессмысленных линий!
Но Вэнь Ань все же нашел множество детализированных набросков. На них были запечатлены не только моменты из его первого мира-задания, но и облик маленького господина во втором мире, причем все они относились строго к периоду после его появления там — не было ни единого рисунка, изображавшего того до прихода исконной души!
Неужели Янь Син действительно умел распознавать, где он, а где нет?
— Тебе тоже всё это снилось? — Юй Сяо нежно провел пальцем по одному из листов, где были изображены двое мужчин: один лежал на кушетке с осунувшимся лицом, а второй, опустившись на колени рядом, сжимал его руку и смотрел на него бездонным взглядом!
— Нет, мне ничего подобного не снилось!
Юй Сяо поднял глаза: стоящий перед ним хрупкий юноша слегка опустил голову, не отрывая взгляд от рисунков.
— Я никогда не забывал. Те дни стояли перед глазами так отчетливо, словно всё случилось вчера! — Вэнь Ань поднял голову, прямо заглянув в глаза Юй Сяо, и тихо проговорил.
http://bllate.org/book/21683/2236626
Готово:
