Одна домашняя питомица могла одурачить его чувства, но он ни за что не признался бы, что его интеллект подвел и он попался на удочку. Он лишь чувствовал, что его нежные чувства были уязвлены и теперь нуждаются в утешении.
Слева... ладно, побитые Локи и Тони. Забудьте, им самим сейчас требуется излить душу. Справа — его собственный великий Босс. У него не хватило бы духу, да и казалось...
Вокруг не было ни единой живой души, которой можно было бы пожаловаться!
Одолеваемый глухой тоской, он решил поискать Баки.
Джефферсон быстро добрался до места, где стоял лагерь Баки, и увидел, что тот сидит в полуоткрытой машине с лицом столь суровым, будто он занят каким-то священным ритуалом. Джефферсон подошел и спросил:
— Баки, что ты делаешь?
— Чищу оружие. — Баки даже не посмотрел на Джефферсона, обращаясь с ним так, словно тот был пустым местом.
— Хочешь, я помогу? — Джефферсон дернул уголком рта. Баки выглядел донельзя серьезным.
— Нет. — Закончив чистку, Баки проверил, удобно ли оружие лежит в руке, и остался крайне доволен.
Откуда Джефферсон понял, что Баки доволен? Да и говорить не стоило: кто лучше человека с каменным лицом поймет другого человека с каменным лицом!
— Что-то нужно? — Закончив с оружием, Баки наконец обратил на Джефферсона внимание.
Слезы ручьями! Разве так можно нормально общаться?!
Джефферсон глубоко прочувствовал, что ценится меньше какой-то там винтовки, и его едва не стошнило кровью.
Подошел Стив с тазом в руках и, заприметив Джефферсона, самым естественным образом поприветствовал его:
— Джефферсон, чего это ты пришел?
— Ничего, соскучился, вот и пришел. — Джефферсон покосился на то, что было в руках у парня, и машинально спросил: — Припасов еще хватает?
Он никак не мог взять в толк, зачем капитану-милашке понадобился таз.
— Хватает, мы с Баки не доставляем хлопот, к тому же на этот раз удалось найти основные силы, так что дальше можно особо не переживать, — с мягкой улыбкой ответил Стив.
Погодите-ка, капитан-милашка зачерпнул полную пригоршню снегу, а потом принялся вливать горячую воду... неужели они собрались умываться?
Поскольку топливо все еще было на вес золота, а дрова приходилось рубить прямо на месте, горячая вода оставалась дефицитом, который обычно берегли только для питья.
И тут Джефферсон стал свидетелем невероятной картины: Стив на самом деле согнулся в три погибели и принялся мыть Баки ноги!
Баки, казалось, давно к этому привык. Он сидел неподвижно и просто смотрел на Стива.
Да! Мыть ноги!
Если после этого вы скажете, что между ними ничего нет, кто вам поверит?!
Даже к Тони капитан-милашка не относился с такой заботой. А где же Тони? Где Тони?! Джефферсон принялся глазами искать Тони и понял, что тот, судя по всему, еще не оправился от недавней трепки, которую ему задал Халк.
Такое захватывающее зрелище — и никто не разделяет его восторг! Джефферсон подумал, что пришел сюда исключительно ради острых ощущений.
Ладно, разговор о питомце он отложит на потом и не станет мешать их уединению двоих.
В этом отношении Джефферсон считал себя человеком понимающим. Среди отрядов, где всё буквально пропитано розовой романтикой, одинокий странник выглядит таким несчастным!
Джефферсон не стал ограничивать свободу стервятника и заодно дал птице грозную кличку — Сюаньфэн!
Вдохновением послужила собственная способность птицы — смерч. Джефферсон искренне удивлялся, почему она не применила этот навык раньше? Иначе разве им удалось бы так легко ее поймать?
Взаимопонимания пока не хватало: язык тела стервятника Джефферсон понимал с пятого на десятое и в конце концов решил бросить это дело...
Подождите, пока он выучит птичий язык, и только тогда продолжит беседу, иначе нормально пообщаться с этой пернатой у него попросту не выйдет!
Язык — это сплошное препятствие...
Почему система не наделила хозяина и питомца способностью общаться напрямую? Тогда ему не пришлось бы ломать голову. Впрочем, если бы система умела разговаривать, она, пожалуй, ответила бы ему тремя словами: «Губу раскатал!»
Колонна машин добралась до небольшого городка. Дома здесь стояли довольно далеко друг от друга. Хан выбрал здание, выглядевшее более-менее чистым. Людей было много, но если селить по два человека в комнату, устроиться удавалось с грехом пополам.
Капитан-милашка с Баки заняли одну комнату, Локи с Тором — другую, Шон с Беннером — третью. Внезапно выяснилось, что остался один лишний, и где тогда спать Тони?
— А я? Вы что, с ума сошли так меня вытеснять?! — возмутился Тони, обнаружив, что его оставили не у дел. А как же обещанная комната?!
— Это лишний раз доказывает, что ты здесь балласт, — холодно ухмыльнулся Локи и злорадно бросил фразу, ни капли не заботясь о перекосившемся от гнева лице Тони.
— Ты! — Если бы взглядом Тони мог убивать, Локи уже давно обратился бы в пыль, и не смел бы больше так нагло скалиться.
Беннер, заметив, что атмосфера накаляется — главным образом из-за убийственной ауры двух пассивов, — включил привычный режим миротворца:
— Слушай, может, Тони ляжет с нами?
— И в мыслях нет, я буду со Стивом в одной комнате. — Тони с порога отверг предложение Беннера. Бедняга Беннер оказался уязвлен отказом... Его отвергли... Отвергли...
— Ну ладно, раз вместе, так вместе. — Стив равнодушно пожал плечами. Только вот в этот момент сзади на него пахнуло таким острым леденящим взглядом, что у Стива вмиг похолодела спина — возникло дурное предчувствие.
Баки окинул Стива долгим взглядом, молча развернулся и скрылся в комнате. Словно по негласному сигналу все остальные тоже разошлись по местам: отправляться спать пораньше было самым разумным решением.
Комнаты распределили для всех. Стоп... Получается, он делит комнату с самим Великим Боссом?! Опоздавший с осознанием ситуации Джефферсон только теперь сообразил, что его, ни о чем не подозревающего, подселили прямиком к главному Боссу.
Подумаешь, одна комната на двоих! Подумаешь, Босс! Все мы мужики, эка невидаль — поспать под одной крышей. В комнате капитана-милашки вообще трое набились.
Стоило войти в комнату, как в глаза бросилась одежда, небрежно брошенная на стул. Судя по всему, великий Босс находился в ванной. Первой мыслью Джефферсона было: водопровода нет, так что же он там делает?
Механически выудив из кармана рисовую лепешку, Джефферсон принялся ее уплетать. Разве не в этом заключаются все прелести жизни повара?
Когда дверь ванной отворилась, Джефферсон увидел обнаженный торс:
— Кхе! Кхе! Кхе! — Ой мамочки! Он подавился лепешкой!
— В чем дело? — Хан вышел из ванной и застал разинувшего рот и увлеченно жующего глупого суслика. Не успел он и слова сказать, как этот самый суслик зашелся в безумном кашле. У Хана невольно дернулся уголок рта: этот малый был отморожен на всю голову.
— Кхе! — Джефферсон заколотил себя в грудь кулаком, показывая, что подавился, и одновременно переживая легкий шок от увиденных рельефных мышц. Зрелище было слишком... ну вы поняли. Джефферсон даже с закрытыми глазами живо мог воссоздать то, что только что лицезрел, и оттого снова зашелся яростным кашлем.
— ... — Хан потерял дар речи, однако всё же протянул Джефферсону бутылку с водой. — Ты трехлетний ребенок?
Залпом осушив бутылку, Джефферсон почувствовал себя немного лучше, хотя горло все еще саднило.
Какая нелепость!
Физиологическая реакция заставила глаза Джефферсона затуманиться слезами. Он едва ли не выкашлял собственные легкие, так что выступившие на глазах слезинки были вполне естественны.
Однако в глазах Хана всё выглядело иначе. Его и без того утонченное личико казалось сейчас еще более соблазнительным, а манящие влажные глаза, устремленные на него, напоминали какого-то милого зверька.
При виде этого Хан невольно напрягся. Он отродясь не питал слабости к пушистикам, но стоило ему взглянуть на лицо Джефферсона, как он едва смог совладать с собой.
Он даже поймал себя на искушении протянуть руку и смахнуть с его ресниц слезы. Подобных эмоций он не испытывал никогда прежде.
Кого только не повидал Хан на своем веку — и красавиц, и красавцев, — но тех, от кого его сердце бы ускоряло бег, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Подобное чувство он испытывал лишь перед лицом сильнейших врагов.
Если сопоставить хилую мускулатуру Джефферсона и его угодливую манеру поведения... сильнейший враг?
Узнай Хан, какую оценку дал ему парень про себя, он бы от прыти взлетел на крышу! Какая еще хилая мускулатура?! Теперь-то он китаец, зачем ему раскачивать такие здоровенные бугры!
К тому же, разве у него мало силы?!
Пусть он и не дотягивал до уровня грозного врага, но это не повод вот так в открытую смотреть на него свысока!
— Великий Босс, а в ванной есть вода? — Джефферсон вдруг вспомнил, что от Хана, когда тот вышел, исходил легкий пар.
— Угу, вода горячая. — Воспоминания о недавнем горячем душе немного смягчили настроение Хана, и его дух тоже заметно расслабился.
— А? Там еще и горячая вода есть?! — Внимание Джефферсона мгновенно переключилось с плоти на горячую воду. Ничто на свете не могло появиться вовремя более кстати!
— Локи и Тони, — лениво объясняться с этим дурачком Хан не стал и бросил всего два имени, но было понятно, откуда взялась теплая вода.
Локи отвечал за переноску воды — без промышленных загрязнений качество воды здесь оказалось куда лучше, чем до апокалипсиса. Что же до Тони, он, разумеется, восстанавливал подачу электричества: к счастью, в гараже обнаружился генератор, и полезную вещь тут же пустили в дело.
Впрочем, подробности волновали Джефферсона меньше всего. Его глаза горели диким огнем: горячая вода!
— Ох! Понял, я в душ! Сто лет не мылся! — Джефферсон закивал головой, на ходу срывая с себя верхнюю одежду, и припустил к ванной: — Горячая ванна, я иду!
Не думайте, что он так взволнован из-за обычного купания. Просто от человека веяло таким ядреным мужицким духом, что вынести это мог далеко не каждый. Не мыться два месяца — удовольствие, прямо скажем, ниже среднего.
Намываясь под горячей водой, Джефферсон едва не затянул песню из детских лет — до того ему было хорошо и отрадно.
Раньше Джефферсон тоже не был особо неженкой и мылся не то чтобы каждый день, но по два месяца не принимать душ ему еще не доводилось.
Стоявшая вокруг благодать привела к неожиданному открытию: он забыл принести с собой сменную одежду!
Выйти голышом? Или всё же выйти голышом?
Стоило представить мускулистую грудь великого Босса, как он мысленно взвесил свой собственный вид и понял, что у него просто не хватит совести заявить о себе вот в таком виде.
Погодите-ка, кажется, что-то здесь не так?
С какой стати его вообще волнует вопрос собственной фигуры? Это же совсем не то, о чем он обычно думает. Ладно, возможно, он всё еще находился под впечатлением от тех рельефных мышц, которые увидел секунду назад.
Определенно так оно и есть. Разглядывать подобное вблизи оказалось... чересчур смущающе. Нет, стоп! С чего бы взрослому мужику краснеть из-за чужих кубиков пресса?!
Закончив внутренние споры с самим собой, Джефферсон ухватился за ручку и распахнул дверь. Комната встретила его полумраком.
Джефферсон шумно выдохнул, испытывая легкое разочарование: психологическая подготовка только что ушла коту под хвост.
— Ты что там делаешь? — голос Хана прозвучал из кресла. Увидев, как Джефферсон вертит головой по сторонам, а выйдя из ванной, уставился на кровать с откровенным разочарованием на физиономии, хозяин комнаты не выдержал и подал голос.
— Ай! Ты... ты чего сзади подкрался? — Джефферсон едва не взлетел до потолка от испуга. Разве можно молчать по ночам и так пугать людей?!
— Не холодно? — ответил Хан вопросом на вопрос, но взгляд его в темноте стал непроницаемым, скрывая истинные мысли.
— Забыл принести с собой, да и в комнате не сказать чтобы сильно холодно. — Джефферсон поскреб в затылке, смущенно пытаясь прикрыться — его фигура явно не шла ни в какое сравнение с фигурой великого Босса.
— Ложись, если заболеешь, нянчиться с тобой никто не станет, — бросил Хан, откладывая в сторону книгу.
— Понял. — Джефферсон в одних трусах прыгнул на кровать и только тут обнаружил, что постельное белье свежее, от него пахнет солнцем, и уж точно не похоже, чтобы это добро принадлежало заброшенному дому.
Как было бы здорово, если бы не было зомби. Тогда людям не пришлось бы прятаться по темным углам лишь ради того, чтобы выжить.
Как они сейчас: электричество в доме есть, но окна приходится наглухо занавешивать, иначе свет привлечет бродящую вокруг нечисть.
И не стоит забывать про разнообразных мутировавших зверей, среди которых не было ни единой безобидной твари.
С тех пор как Джефферсон открыл систему питомцев, он перестал кого-либо бояться: стоило лишь заморочить кому-то голову, и это существо непременно послужит ему верой и правдой. От одной этой мысли засыпать хотелось с улыбкой на губах.
Именно так он и поступил: с улыбкой погрузился в царство снов. На этот раз обошлось без сновидений. Прежде, попадая в этот мир, он время от времени видел во сне свою прежнюю жизнь в Поднебесной, но сегодня спал на редкость крепко и сладко — это было лучшее качество сна за все время.
Рано утром Джефферсон сквозь сон почувствовал, как чьё-то горячее дыхание касается его лица. По привычке он забился поглубже под одеяло и глубоко вдохнул. В нос ударил приятный аромат. Что это за чудесный запах? Джефферсон не удержался и втянул носом воздух еще пару раз.
Его нос коснулся чего-то упругого, по ощущениям похожего на человеческую кожу... причем на кожу просто превосходного качества... Какую еще кожу?!
Джефферсон резко распахнул глаза. Первое, что попалось ему на глаза — та самая точка на груди, от которой у него перехватило дыхание. Он судорожно сглотнул. Какого черта он зарылся прямо в объятия великого Босса?! Это противоречило всем законам логики! Джефферсон был уверен, что спит вполне пристойно.
Но самое страшное заключалось в другом! Место, куда он только что уткнулся носом, было ничем иным, как грудными мышцами великого Босса! Если Босс об этом узнает, его наверняка приговорят к смертной казни без права на помилование!
Джефферсона трудно было обвинить в излишней панике. Кто такой Хан? Великий и ужасный тиран, четверть века назад захвативший четверть Земли, космический завоеватель, от чьего имени плакали инопланетные дети. И вот этот смертник взял и совершил кощунство против груди самого Босса... Прощения за такое быть не может!
Перепуганный насмерть Джефферсон густо покраснел. Если подумать с другой стороны, мало кто удостаивался чести спать в объятиях великого Босса и при этом тереться носом о его грудь.
Джефферсон вгрызся зубами в край одеяла, желая провалиться сквозь землю...
Нет, если Босс пронюхает об этом, он обеспечит ему поистине мучительную смерть.
— Ты что делаешь? — Хан, вообще-то, проснулся уже давно, но, видя, как сладко упивается сном Джефферсон, почему-то позволил себе разделить с этим дурачком ложе и поваляться подольше.
— Кхе... Великий Босс, вы проснулись, — Джефферсон слегка смутился, но сильнее всего его страшило разоблачение: тогда ему точно крышка.
— А сам как думаешь? Хватит валяться, вставай. Позавтракаем — и выдвигаемся на базу, ехать уже недалеко. — Хан приподнял бровь. По виноватому тону Джефферсона он сразу понял, что парень прекрасно осознает, чем только что занимался. Впрочем, время сводить счеты еще не пришло.
— Ага-ага, я уже встаю! — Джефферсон выскользнул из постели пулей, не смея поднять глаза на Хана. Спать голышом — поистине отвратительная идея!
К счастью, великий Босс проснулся поздно, иначе его вполне могли вышвырнуть прямо в окно, а плата за подобную оплошность оказалась бы слишком высока.
С замирающим сердцем Джефферсон напек целую гору хлеба — делать было нечего, эти американцы по-прежнему обожали хлеб с молоком, так что он просто заполнил противни тестом, чтобы всем хватило, а вдобавок сварил суп с фрикадельками. Сытный завтрак был готов.
Разобравшись с едой для людей, Джефферсон вспомнил про брошенного накануне питомца Сюаньфэна. Надо бы проведать птицу. Сюаньфэн не жаловал супы, но души не чаял в свиных ребрышках, поэтому Джефферсон выменял в системном магазине целое ведро ребрышек, приправленных солью и перцем. Высокие технологии в системе стоили дорого, а вот обычная еда и сырье обходились дешево, так что ведро ребрышек не разорило бы его кошелек, и Джефферсон проявил щедрость.
Но стоило ему с ведром ребрышек подойти к снегоходу, как выяснилось: птицы и след простыл!
Да твою же мать! Не покормил разок ночью, так она сразу решила сбежать?!
Джефферсон кликнул по иконке питомца и с удивлением обнаружил, что уровень преданности по-прежнему на отметке семьдесят пять. В норме, пока шкала не падает ниже шестидесяти, питомцы не бросают хозяев. С чего вдруг его Сюаньфэн дал деру? Это противоречило законам логики!
А если Сюаньфэн сбежал не сам? Вдруг его сожрали зомби? Или утащил какой-нибудь мутировавший зверь?
Это был его первый питомец! Пусть внешне неказистый, но всё же занимающий почетное первое место.
Зная заранее, затащил бы его вчера в гостиную. Там всяко безопаснее, чем на улице.
Теперь кусать локти было поздно. Джефферсон убрал ведро с ребрышками в рюкзак и с мрачным видом побрел обратно в дом.
— Джефферсон, ты чего? — заметив его хмурое лицо, спросил Беннер, заканчивая сборы.
— Ничего, Сюаньфэн пропал... — уныло протянул Джефферсон. А ведь он зазря перевел столько ребрышек! Людям хватило бы на несколько обедов, а Сюаньфэн умял бы всё в один присест.
— С чего бы ему пропадать? Вчера он вел себя вполне дружелюбно, — удивился Тони, услышав это.
— Откуда мне знать? Утром хотел покормить птицу, глядь — а ее и след простыл. — Джефферсон был сам не свой от досады: только собрался покормить пернатого, а его уже нет. До чего же обидно!
Только пусть эта пернатая тварь попробует вернуться! Он лично выщипнет из нее все перья!
— Скорее всего, смотался под утро, — авторитетно заявил вышедший из комнаты Шон.
— Да ну? — Беннер счел, что стервятник не настолько глуп, чтобы променивать сытную жизнь на побег посреди ночи.
— Почему нет? Под утро я слышал хлопки крыльев, судя по всему, это как раз и был тот стервятник. — Шон пояснил, что на самом деле услышал шум еще ночью, просто не придал этому значения.
— Чего? Он и правда сбежал ночью?! — Джефферсон был готов скрипеть зубами от злости. Столько ведер ребрышек коту под хвост!
Тор как раз спускался со второго этажа и, заметив сгрудившуюся в гостиной компанию, с любопытством поинтересовался:
— О чем это вы тут шепчетесь?
— Птица Джефферсона сбежала, — разведя руками, выдал новость Тони.
— А? Куда сбежала? Разве она не во дворе? — удивился Тор, услышав такое. Он только что видел со второго этажа, как стервятник сидит на снегоходе. Никуда он не девался.
— Чего? — Джефферсон отвис челюсть. Неужели его Сюаньфэн просто отправлялся на ночную прогулку от скуки?
Выходит, теперь ему придется выгуливать стервятника? И как, позвольте спросить, выгуливают птиц? Выгул пернатых... Картинка в голове внезапно приобрела какой-то сомнительный оттенок. Наверняка ему просто показалось!
— Может, он всё-таки вернулся? — Шон шагнул к окну, но вспомнив, что проемы наглухо заколочены, повернул к входной двери.
— Наверное, заскучал ночью, вот и полетел искать даму сердца, — не удержался от шпильки Тони.
— Разве стервятники ищут дам сердца? — с любопытством переспросил Беннер, который специалистом по птицам не являлся.
— А кто тебе сказал, что нет? Или ты думаешь, откуда берутся маленькие стервятники? Размножение среди особей одного пола — это у тебя какие-то слишком специфичные вкусы, — поддел его Тони, хотя сам тут же признал мысль бредовой. В конце концов, человеческие технологии до такого еще не дошли, что уж говорить о птицах.
— Пошел к черту! — Беннер свирепо зыркнул на Тони и, сделав глубокий вдох, усилием воли удержал уровень гнева в норме, иначе превратись он в Зеленого Халка — Тони бы точно не поздоровилось.
Игнорируя перепалку парочки, Джефферсон толкнул дверь и вышел на крыльцо. Увидев, что его Сюаньфэн и впрямь сидит на снегоходе, он тут же радостно бросился вперед:
— Сюаньфэн!
Заприметив хозяина, Сюаньфэн тоже обрадовался: задрал голову, выпятил грудь и издал победный клич, словно выпрашивая похвалу:
— Кар!
Все присутствующие переглянулись в полном недоумении: эта птица сбежала среди ночи, но теперь соизволила вернуться. И вместо того, чтобы ожидать заслуженного наказания за побег, она еще и напрашивается на похвалу? Какой бы ни была умной мутировавшая птица, умом она явно не блистала...
— Ладно-ладно, хватит орать, голос хуже вороньего, — Джефферсон торопливо зажал уши. Этот шум не выдержал бы даже родной хозяин.
— Кар!! — Сюаньфэн возмущенно взмахнул крылом, едва не сдув Джефферсона мощным порывом ветра.
— Ну-ка признавайся, куда тебя носила нелегкая этой ночью?!
http://bllate.org/book/21971/2282748
Готово:
