Бай Нин рассмеялся: Я правда тебе очень благодарен. Всё это время я был один, я...
Его слова оборвались — Юй Шэн накрыл его губы поцелуем.
Бай Нин широко раскрыл глаза, не веря происходящему, но бурный натиск Юй Шэна быстро заставил его погрузиться в пучину чувств.
Спустя долгое время Юй Шэн отпустил Бай Нина и с виноватым видом произнес: Прости, я не удержался. Я так сильно по тебе скучал.
Глаза Бай Нина слегка увлажнились, и сам он выглядел донельзя соблазнительно. Подумав немного, он спроексил: Ты правда меня любишь?
Сердце Юй Шэна внезапно забилось чаще: Да, я люблю тебя.
Бай Нин: Не потому, что видишь во мне замену?
На душе у Юй Шэна стало тяжело от чувства вины: то происшествие и вправду сильно ранило Бай Нина. Глядя ему прямо в глаза, он твердо ответил: Нет. Сейчас я люблю тебя, человека по имени Бай Нин.
Бай Нин вдруг улыбнулся, и в этой улыбке сквозило отчаяние и боль. Юй Шэн не понимал, что означали эти эмоции, он слышал лишь то, как Бай Нин неожиданно произнес: Давай тогда будем парой!
Услышав это, Юй Шэн не сразу сообразил, как отреагировать. Посмотрев на Бай Нина с полминуты, он вдруг крепко прижал его к груди: Я... я ведь не сплю?
Бай Нин похлопал его по спине: Рад?
Руки Юй Шэна сжались еще крепче: Рад, безумно рад! Я думал, что никогда тебя не получу. Я люблю тебя, Бай Нин.
Тело Бай Нина внезапно задрожало, и лишь спустя долгое время он проговорил: Главное, чтобы ты был рад.
Его голос звучал хрипло, словно он плакал. Юй Шэн отстранился, долго всматривался в его лицо, но понял, что тот просто улыбается, а не плачет.
С облегчением выдохнув, он легонько чмокнул Бай Нина в губы: Знаешь? Ты такой милый.
Бай Нин опустил голову, будто смутившись: Правда? Разве так можно говорить о мужчине?
Юй Шэн обнял его: В моем сердце ты именно такой. Если тебе не нравится, я больше не буду.
Бай Нин уткнулся лбом ему в плечо и глухо отозвался: Мм.
В последующие дни Юй Шэн чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Бай Нин относился к нему просто потрясающе — можно сказать, с предельной заботой и вниманием. Он мог есть еду, приготовленную Бай Нином, пить сваренный им кофе, слушать музыку в его исполнении. Бай Нин всегда смотрел на него с улыбкой — такой нежной, что у Юй Шэна кружилась голова.
Единственное, что казалось ему странным: иногда, глядя на него, Бай Нин на миг замирал с виноватым выражением лица, которое, впрочем, тут же исчезало. Юй Шэн даже начал сомневаться, не мерещится ли ему всё это.
Я дома.
После той встречи в больнице они стали жить вместе. Эту квартиру Юй Шэн тщательно обустроил, и она превратилась в их уютное гнездышко.
Обычно в это время Бай Нин уже готовил ужин. И действительно, из кухни донесся его голос: Ужин почти готов, иди мой посуду.
Юй Шэн торопливо сбросил пальто, прошел на кухню, попытался обнять Бай Нина и чмокнуть в шею, прежде чем идти к раковине. Бай Нин опустил лопатку, некоторое время отсутствующе смотрел на него, а затем продолжил помешивать еду на сковороде.
Ужин быстро оказался на столе. Юй Шэн молниеносно уплел еду, а затем голодным взглядом уставился на Бай Нина — так, будто не наелся и собирался проглотить самого Бай Нина.
Бай Нин, конечно, понял, о чем тот думает: Сначала вымой посуду.
Юй Шэн послушно поплелся к раковине. Закончив мыть посуду, он стал дежурить у двери ванной, намереваясь полюбоваться выходящим из воды красавцем. Однако Бай Нин всё не выходил и не выходил. Заждавшись, Юй Шэн постучал, но в ответ была тишина. Испугавшись, он с размаху выбил дверь и вбежал внутрь.
Оказалось, он зря накрутил себя: с Бай Нином ничего не случилось. Тот, судя по всему, просто устал и уснул прямо во время купания. Громкий звук удара разбудил Бай Нина, и он сонно посмотрел на него: Что случилось?
Юй Шэн тут же вытащил Бай Нина из ванны, обернул полотенцем, вытер насухо и швырнул на кровать.
Спи как следует! Устал — ложись, не нужно себя заставлять.
Бай Нин всё еще сонно моргал: Я вовсе не чувствовал усталости.
Юй Шэн потрогал его лоб, потом свой, убедившись, что температура в норме и это не болезнь. Улыбнувшись, он сказал: Ты сам не замечаешь, но твое тело устало.
Подумав, Бай Нин признал его правоту и кивнул: Мм, пожалуй.
Стоило ему это произнести, как Юй Шэн уложил его спать, и тот моментально провалился в сон. Глядя на спящего Бай Нина, Юй Шэн невольно улыбнулся: ну до чего же взрослый человек, а заставляешь за себя волноваться.
Но вскоре его брови сошлись на переносице: режим у Бай Нина правильный, с чего бы ему так уставать? Неужели он слишком сильно изнурял его в постели? Но он же всегда соблюдал меру. Долго размышляя над этим и не находя ответа, Юй Шэн решил понаблюдать за распорядком дня Бай Нина.
Вскоре он выяснил, почему Бай Нин так уставал, что засыпал прямо в ванной.
Оказывается, каждую ночь, после того как Юй Шэн засыпал, Бай Нин вставал и уходил в музыкальную комнату, где часами сидел неподвижно — до самого утра. Это очень тревожило Юй Шэна, и в конце концов он напрямую спросил об этом Бай Нина.
Выслушав его вопрос, Бай Нин помолчал какое-то время и ответил: Просто мучает небольшая бессонница.
Юй Шэн, конечно же, не поверил. У Бай Нина определенно былин на душе тяжесть, но как бы он ни расспрашивал, тот ничего не рассказывал. В конце концов ему пришлось временно отступиться и решить вести расследование самостоятельно.
А-Ци: Носитель, я хочу умереть.
Бай Нин: Мм! Иди.
А-Ци: Ты совсем обо мне не заботишься, ты меня больше не любишь.
Бай Нин: Разве я когда-нибудь любил тебя?
А-Ци: Я сейчас заплачу у тебя на глазах.
Бай Нин: Ладно, говори, с чего вдруг такая тяга к смерти?
А-Ци: Почему шкала набранных очков за уничтожение подонков вообще не растет?!
Бай Нин: Я и сам не знаю.
А-Ци: Ты точно что-то замышляешь, да?
Бай Нин: А ты поумнел.
А-Ци горделиво задрал нос: Выкладывай, какой у тебя план?
Бай Нин: Беру свои слова похвалы обратно.
А-Ци: ......То есть ты хочешь сказать, что я ни капли не поумнел?!
У Бай Нина действительно был план, и он собирался воплотить его в жизнь в самое ближайшее время.
Проведя больше месяца в наблюдениях, Юй Шэн так ничего и не выявил. Он подумал, что, возможно, просто накручивал себя, но, будучи человеком упорным, понаблюдал еще месяц, прежде чем окончательно убедиться, что был неправ.
К тому же в последующие дни Бай Нин снова стал совершенно нормальным, и больше подобные приступы не повторялись.
Шло время, и Юй Шэн заметил, что теперь, стоило ему лишь взглянуть на Бай Нина, его сердце начинало бешено колотиться, вырываясь из груди, и в голове не оставалось никаких других мыслей.
Он понял, что подсел на Бай Нина, как на наркотик, и чувствовал панику, стоило тому пропасть из виду хоть на секунду. Он знал, что это неправильно, но ничего не мог с собой поделать.
К счастью, Бай Нин тоже любил его, иначе он бы, наверное, сошел с ума.
В тот день он собирался заехать за Бай Нином, но обнаружил, что тот вовсе не занимается музыкой, а сидит рядом с каким-то человеком.
Тот человек, должно быть, устал и прилёг отдохнуть на стоящем неподалеку диване. Подойдя ближе, Юй Шэн разглядел лежащего — это был Му Сюй. Он уже собирался позвать Бай Нина, как вдруг заметил, что тот наклонился и легонько поцеловал Му Сюя в лоб. В этот момент в его груди шевельнулось дурное предчувствие.
Поцеловав Му Сюя в лоб, Бай Нин протянул руку, коснулся его лица и неожиданно улыбнулся. Его улыбка выглядела так, будто он плакал, и сердце Юй Шэна пронзила острая боль.
Он понял, что Бай Нин страдает. И сам он тоже страдал, потому что видел, с каким пристальным вниманием Бай Нин смотрит на Му Сюя — точно так же, как сам Юй Шэн смотрел на Бай Нина.
Этого не может быть. Наверное, ему показалось. Наверное, всё это — сон.
Бай Нин, — позвал он.
Его голос охрип неизвестно от чего, а в горле стоял болезненный ком.
Бай Нин резко поднял голову. В тот миг, когда он увидел его, в его глазах плескалась чистая боль, сменившаяся, однако, мгновенной паникой.
Юй... Юй Шэн.
Увидев эту панику в его глазах, Юй Шэн понял всё. Сердце разрывалось от боли, и ему безумно захотелось переспросить, убедиться еще раз, но он сдержался. Он думал: наверное, он всё понял неправильно, Бай Нин, как Бай Нин мог...
Наверняка он просто нафантазировал лишнего. Натянув на лицо улыбку, он произнес: Мы можем ехать домой?
Бай Нин закусил губу и спустя долгую паузу улыбнулся: Можем.
От его улыбки веяло таким отчаянием, будто он вот-вот расплачется. Юй Шэну стало жалко его. Он знал: возможно, на душе у Бай Нина скребли кошки, и он мог бы освободить его от этих мук, даровав долгожданную точку, но отпустить он не мог. Бай Нин принадлежал ему.
Он протянул руки, бережно обхватил лицо Бай Нина и впился в его губы, снова и снова лаская и прикусывая их: Я люблю тебя.
Произнося эти нежные слова, он чувствовал, как внутри него выжжена пустая степь. Ему хотелось спросить, любит ли его Бай Нин, но он не смел.
Словно собирая воедино всё мужество, на какое была способна его жизнь, он взял Бай Нина за руку и с невероятным волевым усилием улыбнулся: Пошли!
Бай Нин глянул на него, и глаза его намокли: Юй Шэн, мне так больно.
Он резко прикрыл ладонью рот Бай Нина и взмолился: Не надо, Бай Нин, прошу, не говори.
Встретившись взглядом с его умоляющими глазами, Бай Нин наконец горько улыбнулся: Хорошо.
Юй Шэн впервые почувствовал, что эта его улыбка причиняет ему невыносимую боль. Наконец-то он понял, что означала та растерянность и вина в прежних улыбках Бай Нина. Но даже зная всё это, он не мог его отпустить.
Пойдем, домой, — сказал Юй Шэн.
Бай Нин кивнул и послушно последовал за ним. Как только они скрылись, Му Сюй, всё это время державший глаза закрытыми, медленно их приоткрыл. В его взгляде царила полная растерянность, но выражение лица стремительно искажалось от боли.Юй Шэн крепко сжал руку Бай Нина и потащил его домой. Едва переступив порог, он прижал Бай Нина к двери и жадно, исступленно впился в его губы. Бай Нину не сопротивлялся — вернее, был не в силах сопротивляться. Юй Шэн походил на голодного волка, готового проглотить его целиком.
— Юй Шэн… — стоило Бай Нину попытаться что-то сказать, как Юй Шэн снова затыкал его поцелуем. Грубо сорвав с Бай Нина одежду, он подхватил его на руки и яростно вошел внутрь. Бай Нину было страшно беспомощно, он жалобно и бессильно молил о пощаде, но разве мог Юй Шэн так просто его отпустить? Он продолжал до тех пор, пока Бай Нин не потерял сознание от усталости.
Даже когда Бай Нин отключился, Юй Шэн не собирался останавливаться. Он ласкал его тело языком, вырывая из забытья, а затем снова погружался с ним в пучину плотских утех.
Это безумное соитие длилось так долго, что Бай Нин проспал целые сутки. Открыв глаза, он первым делом увидел не сводящего с него глаз Юй Шэна.
Он растерянно смотрел на Юй Шэна и наконец промолвил:
— Всё это похоже на сон.
Настоящий кошмар.
В глазах Юй Шэна плескалось бездонное чувство. Протянув руку, он коснулся щеки Бай Нина и мягко улыбнулся:
— Еще не выспался?
Бай Нин покачал головой:
— Выспался.
Юй Шэн наклонился и поцеловал его в лоб:
— Я сварил кашу, будешь?
Он варил ее уже много раз, но Бай Нин всё не просыпался, поэтому кашу приходилось выливать снова и снова. Эта порция была свежей.
Бай Нин кивнул:
— Угу.
Поднявшись, он оделся, умылся, и когда закончил, Юй Шэн уже ждал его за обеденным столом.
Бай Нин сел и принялся за кашу, а Юй Шэн неотрывно смотрел на него. Это переполняющее взгляд чувство было таково, что Бай Нин не смел поднять на него глаз.
— Я наелся, — тихо произнес Бай Нин.
Заметив, что он сидит смирно, точно молодая жена, Юй Шэн не удержался от улыбки. Подсев ближе, он легко коснулся губ Бай Нина поцелуем и сказал:
— Я помою посуду. Ты сегодня собираешься куда-нибудь?
Бай Нин помолчал немного и ответил:
— Нет.
Юй Шэн уже знал, что у него на сердце, — и после этого разве мог он найти в себе лицо, чтобы показаться на глаза Му Сюю?
Услышав такой ответ, Юй Шэн неожиданно для самого себя почувствовал радость. Пусть сейчас в сердце Бай Нина нет его, но раз Бай Нин пытается полюбить его, возможно, у него еще есть шанс.
— Я тоже не пойду на работу.
Бай Нин с недоумением посмотрел на него:
— Разве ты не был так занят?
Юй Шэн улыбнулся:
— Хочу побыть с тобой. — Говоря это, он снова придвинулся к Бай Нину, обнял его и прошептал на ухо: — Хочу провести с тобой побольше времени. — С этими словами он лизнул мочку уха Бай Нина. Тот втянул голову в плечи и виновато посмотрел на него.
Юй Шэн снова улыбнулся, но в груди у него заныло, словно от капающей крови. Он ненавидел этот виноватый взгляд Бай Нина — ведь тот лишь напоминал, что Бай Нин совсем его не любит.
Впрочем, неважно. Сейчас Бай Нин принадлежит ему, и он постарается сделать так, чтобы тот полюбил его всем сердцем.
От этих мыслей ему снова захотелось ласки. Он жаждал, чтобы Бай Нин стал его человеком до последнего дюйма, изнутри и снаружи. Подхватив Бай Нина на руки, он бросил его на кровать и навалился сверху. Бай Нин попытался было остановить его, но, заметив шрамы на теле Юй Шэна, внезапно лишился сил сопротивляться.
Когда Юй Шэн вошел в него, он все же не выдержал:
— Юй Шэн, ты первый, кто так хорошо ко мне относился… Я очень благодарен тебе, я… а-а…
Доворить он не успел: бурные движения Юй Шэна спутали все мысли, оставив лишь стоны.
На этот раз Юй Шэн сдерживался куда сильнее и не довел Бай Нина до обморока. Удовлетворенный, он прижал к себе Бай Нина, уткнувшись лицом ему в шею, и заснул, вдыхая его запах. На самом деле те сутки, что Бай Нин проспал, Юй Шэн не сомкнул глаз. Он не мог уснуть, охваченный страхом, и поэтому неотступно следил за Бай Нином, боясь, что в следующее мгновение тот перестанет ему принадлежать.
Но теперь он был спокоен. Бай Нин — его, и никто у него его не отнимет.
Даже Му Сюй не отнимет!
— Му Сюй, с Бай Нином сегодня опять не связаться?
Му Сюй с бесстрастным лицом кивнул:
— Угу.
— И что теперь делать с выступлением?
Му Сюй:
— Я что-нибудь придумаю.
Сказав это, Му Сюй почувствовал удушливое раздражение. Чего добивается Бай Нин? Не случилось ли чего?
Он очень волновался, но дозвониться до Бай Нина не мог: телефон был выключен, а абонент Юй Шэна, и говорить нечего, сменился на несуществующий.
Честно говоря, после знакомства с Бай Нином он поступился многими своими принципами, надеясь лишь на то, что Бай Нин сможет выкладываться в музыке по максимуму. Но присутствие Юй Шэна мешало Бай Нину обрести душевный покой.
Он вдруг возненавидел Юй Шэна!
Зачем только тот появился? Если бы не он, Бай Нин мог бы зайти гораздо дальше и вместе с ним увидеть совсем другие пейзажи.
У меня осталось не так много времени, Юй Шэн, не испытывай мое терпение!
Он знал, что Юй Шэн и Бай Нин наверняка вместе. Он всегда знал, где живет Бай Нин, и хотя из-за прежнего неловкого инцидента старался лишний раз их не беспокоить, теперь у него не оставалось выбора.
Когда он добрался до квартиры Бай Нина и Юй Шэна, Юй Шэн как раз прижимал Бай Нина к себе, целуя. Последние дни они почти не выходили из дома, проводя большую часть времени в постели.
Услышав звонок в дверь, Юй Шэн напоследок жадно поцеловал Бай Нина и только потом поднялся открыть.
Бай Нин накинул валявшуюся рядом одежду и последовал за ним.
Едва переступив порог, Му Сюй увидел обоих — растрепанных, в беспорядке наброшенной одежде. Гнев в груди Му Сюя вспыхнул с новой силой.
Уставившись на Бай Нина, он потребовал:
— Ты все эти дни сидел дома?
Бай Нин промолчал и с виноватым видом опустил голову. Юй Шэн заслонил его собой:
— Он плохо себя чувствовал, это я попросил его не выходить.
Му Сюй чуть наклонил голову, переведя взгляд на Бай Нина:
— Я очень волновался.
Бай Нин резко поднял голову и недоверчиво посмотрел ему в глаза. Ему казалось, что он ослышался — Му Сюй волновался за него? Сам Му Сюй переживал за него!
Неужели он и впрямь спит?
Заметив выражение лица Бай Нина, Юй Шэн почувствовал, как сердце ухнуло вниз, и тут же выпалил:
— Тебе не о чем беспокоиться за Бай Нина. Мы с ним пара, я о нем позабочусь.
Его слова отрезвили Бай Нина словно ушат холодной воды, и его взгляд мгновенно потускнел. У него уже есть пара, да и то, что Му Сюй переживал за него, еще ничего не значит.
Услышав заявление Юй Шэна, Му Сюй нахмурился:
— Вот как? Раз уж он был так плох, неужели ты не мог позвонить на его работу и объяснить обстановку?
На душе у Бай Нина скребли кошки. Он вовсе не болел — просто не смел показаться на глаза Му Сюю и тем более не решался ему позвонить. Он думал, что Му Сюй разочаруется в нем и бросит, но Му Сюй не бросил, он все эти дни переживал за него. Вот почему минуту назад у него промелькнула безумная надежда: а вдруг Му Сюй все-таки испытывает к нему хоть капельку симпатии?
Но те, кто хорошо знал Му Сюя, понимали, насколько тот предан музыке. Чувства и любовь к кому-либо могли лишь рассеять его внимание, поэтому он наотрез отказывался влюбляться.
Проведя рядом с Му Сюем столько времени, Бай Нин прекрасно это понимал. Му Сюй не мог полюбить его.
Потупив взгляд, он наконец выдавил:
— Заставил тебя волноваться, прости.
Му Сюй:
— Как твое самочувствие?
Бай Нин:
— Я в порядке, не переживай. Просто в эти дни я, пожалуй, не смогу выступать.
Му Сюй встревожился:
— Бай Нин…
Не успел он договорить, как Юй Шэн перебил его:
— Бай Нин плохо себя чувствует и должен отдыхать. Му Сюй, о чем бы ты ни хотел поговорить, обсудишь это, когда он поправится.
Му Сюй наконец перевел взгляд на Юй Шэна, затем снова на Бай Нина и с бесстрастным лицом произвел:
— Раз так, я не буду вам мешать. Береги себя.
Бай Нин поджал губы. Заметив, что лицо Юй Шэна помрачнело, он все же кивнул:
— Угу, я понял.
Попрощавшись, Му Сюй ушел. Лицо Бай Нина было хуже тучи. Какое-то время он смотрел на Юй Шэна, а затем тяжело вздохнул и промолчал.
Когда он отвернулся, Юй Шэн внезапно обнял его сзади и спросил:
— Обрадовался, когда он пришел?
Обрадовался ли Бай Нин визиту Му Сюя?
Конечно, обрадовался. Разве можно не радоваться, видя человека, которого любишь? Но куда сильнее была боль.
Бай Нин молчал. Юй Шэн не знал, что творится у него в голове, а видя это молчание, принял его за подтверждение. Сердце вновь пронзила острая боль, смешанная с гневом.
Резко развернув Бай Нина к себе, он хотел было сказать, что Му Сюй не любит его, что по-настоящему его любит только он сам, Юй Шэн. Но, заметив дорожки слез на щеках Бай Нина, он понял, что его собственное сердце разрывается от жалости.
Он любил Бай Нина. Стоило тому нахмуриться или уронить хоть один волосок, как Юй Шэн уже готов был известись от переживаний, что уж говорить о слезах?
Гнев в его груди вмиг потух, смытый слезами Бай Нина. Бережно обхватив его лицо ладонями, он стер влагу со щек:
— Прости меня.
Выдохнул он виновато.
Бай Нин неожиданно усмехнулся:
— Юй Шэн, почему я вечно западаю на то, что мне не принадлежит?
Эти слова причинили Юй Шэну еще большую боль. В свое время Бай Нин наверняка любил его, но из-за того, что сам Юй Шэн заставил его всё забыть, тот и увлекся Му Сюем.
При одной этой мысли его захлестнули раскаяние и еще большая нежность к Бай Нину. Если бы не он сам, Бай Нин никогда бы не страдал так сильно.
— Прости.
Кроме извинений, он не знал, что и сказать. Поцеловав Бай Нина в лоб, он прижал его к груди, крепко-крепко обнимая, словно боясь потерять навсегда.
http://bllate.org/book/22169/2309515
Сказали спасибо 0 читателей