Линь Тяньчэнь не знал, о чём думал Му Цинли, и даже находил в себе силы подыгрывать спектаклю своего старшего брата:
— Ты отнял у меня акции столь подлым способом, неужели не боишься, что в итоге отец так разозлится, что порвет с тобой все отношения?
Линь Тяньхуа скривил губы в усмешке, похожей на улыбку закоренелого злодея:
— Об этом тебе беспокоиться не нужно.
Сделав паузу, он бросил взгляд на Му Цинли и добавил:
— Лучше побеспокойся о себе. К тому же, даже если он выгонит меня из Клапана Линь, все это в конце концов достанется мне, так что особого смысла в его гневе нет. Он уже стар, в последнее время часто соображает с трудом, а я просто помогаю ему исправить неверное решение, принятое в порыве временного помрачения.
Убедившись — и не раз — что в договоре нет никакого подвоха, Линь Тяньхуа кивком велел подручным развязать Му Цинли.
Один Линь Тяньчэнь, всецело поглощенный общением с Система Небесной Книги, не заметил, как у амбала, развязывавшего Му Цинли, сильно дрожали руки.
— Эй, ты отдал за Му Цинли такую ценную вещь, а Линь Ичжун впоследствии, пытаясь помочь твоей компании расшириться, за спиной принялся действовать против семьи Вэнь и в итоге по неосторожности случайно погубил Вэнь Тинсюаня. Больше всего я сейчас переживаю из-за того, что из-за твоего вмешательства у господина и Вэнь Тинсюаня было так мало времени на общение. Не знаю, сможет ли этот сюжетный поворот в будущем успешно расшевелить его.
Линь Тяньчэнь нахмурился.
[Что значит — из-за моего вмешательства?]
[Разве те странные повороты событий не Му Цинли сам натворил?]
Система Небесной Книги подумала немного и нашлась что ответить.
Обретший свободу Му Цинли послушно вернулся к Линь Тяньчэню. Линь Тяньчэнь холодно глянул на него, развернулся и, подсвечивая дорогу телефоном, повел его вниз, к машине.
Всю дорогу никто не нарушал молчания.
По пути в особняк Клана Линь Му Цинли получил звонок от Вэнь Тинсюаня.
Вэнь Тинсюань и Линь Тянье, похоже, уже знали, что его похитил Линь Тяньхуа. Они участливо расспросили его о самочувствии и, убедившись, что Линь Тяньчэнь уже спас его, сказали:
— Давайте пока отложим обсуждение проекта, сегодня вечером как следует отдохни.
Му Цинли мягко ответил:
— Хорошо, спасибо.
— И правда, стоит заговорить с мягким человеком, как твой собственный тон тут же становится мягче, — вздохнула Система Небесной Книги.
Линь Тяньчэнь молча снова покосился на Му Цинли, чувствуя, как внутри нарастает глухое раздражение.
Он холодно бросил упрек:
[Я отдал за него такую драгоценную вещь, почему он со мной не может быть хоть немного помягче?]
— Тьфу, разве не ты сам лично заявил ему, что тебе эти вещи даром не нужны? Сдается мне, Му Цинли еще и считает, что ты просто воспользовался случаем, чтобы избавиться от чемодана без ручки.
Словно подтверждая слова Система Небесной Книги, Му Цинли, едва повесив трубку, внезапно спросил:
— А господин Хэ? С ним все в порядке?
На тихой дороге раздался резкий визг тормозов, в котором, казалось, все еще сквозило скрытое раздражение.
К счастью, в этот ночной час на пустынном шоссе не было других машин, так что резкая остановка Линь Тяньчэня на обочине не привлекла лишнего внимания.
Линь Тяньчэнь отпустил руль, перехватил подбородок Му Цинли и заставил его податься ближе:
— Я же говорил: не лезь больше в мои дела с ним.
Вглядываясь в темные глаза Му Цинли, Линь Тяньчэнь хрипло спросил:
— Или ты ревнуешь?
Му Цинли посмотрел на него взглядом глубоким и гладким, как водная гладь, и парировал вопросом:
— А если так?
Сердце Линь Тяньчэня вновь пропустило удар. Долго глядя в глаза Му Цинли, он только спустя какое-то время опомнился, разжал пальцы и отвел взгляд.
Его глаза скользнули сквозь автомобильное стекло по уходящей в бесконечность дороге впереди, и на душе у Линь Тяньчэня вдруг стало тревожно.
Эти слова Му Цинли произнес вроде бы ему, но от этого ему ни капли не стало радостнее.
Ведь всё, что Му Цинли говорил Никчемный любовник по имени Линь Тяньчэнь, относилось совсем не к настоящему нему.
Да в конце концов, какое ему дело, кому именно Му Цинли это говорит? Он не должен испытывать никакого досады из-за подобной чепухи.
— Что с тобой? — только Система Небесной Книги, застрявшая в его сознании, отчетливо чувствовала странности в его настроении.
Линь Тяньчэнь помолчал немного, а затем снова тронул машину с места.
[Ничего. Просто вдруг подумалось, что у твоего господина явно не все дома.]
Му Цинли: «?»
[И впрямь, как он мог влюбиться в такого негодяя, как Линь Тяньчэнь?]
Му Цинли: «...»
Пх.
Глупый ученик.
Дорога домой была долгой. Домоправитель Клана Линь уже постепенно привык к тому, что Линь Тяньчэнь и Му Цинли возвращаются в давящей, жутковатой атмосфере и, не обмолвившись ни словом, расходятся по своим комнатам.
Словно они были здесь какими-то случайными постояльцами.
Лишь когда настало время спать, оба они — приняв душ и побродив каждый сам по себе добрую часть вечера — вновь сошлись в главной спальне Линь Тяньчэня.
Му Цинли молча устроился на постели в ожидании, а Линь Тяньчэнь, с головой забравшись под одеяло, протянул руку и погасил ночник у изголовья.Комната снова погрузилась во мрак.
Словно выполняя привычное задание, Линь Тяньчэнь, прилёгши, по привычке попытался притянуть к себе Му Цинли, словно подушку для обнимания.
Но сегодня, стоило ему только протянуть руку, Му Цинли сам подался навстречу.
Линь Тяньчэнь слегка опешил, собираясь заключить его в объятия, как вдруг из темноты протянулась вторая рука, обвила его шею, а ладонь легла на затылок.
Запоздав на полтакта с реакцией, Линь Тяньчэнь почувствовал, как его голова невольно подалась вперед. В тот самый момент, когда он подумал, что они сейчас случайно столкнутся носами... они действительно столкнулись.
Вот только столкнулись они губами.
Мысли Линь Тяньчэня снова затуманились, а долго не исчезающее тепло на губах показалось ему каким-то нереальным.
Пока Му Цинли целовал его, он вдруг легко потерся о него, и Линь Тяньчэнь даже ощутил внезапную влагу —
Линь Тяньчэнь был потрясен: молодой господин Линь вновь, как последний скот, возбудился.
Его сердце забилось так яростно, будто собиралось выпрыгнуть из груди. Внезапная близость заставила его покраснеть в темноте до кончиков ушей, и он инстинктивно попытался оттолкнуть его из-за угрызений совести.
Система Небесной Книги вовремя подала голос: «Ты же Никчемный любовник, в такие моменты нужно действовать быстрее!»
«Хэ Ли вернулся, и скоро ты бросишь Му Цинли. Считаю, эта мысль неплоха. Разве перед тем, как бросить его, не обмануть его тело и душу еще раз, чтобы степень его ненависти к тебе в итоге стала еще сильнее?»
«До чего же я смышленая, давай, нападай!»
Пока Линь Тяньчэнь отвлекся на слова Системы Небесной Книги, его зубы беззащитно разомкнули, и знакомое, но чуждое дыхание полностью вторглось внутрь.
Он чувствовал, что не должен пользоваться чужим бедствием, не должен, пока Му Цинли принимает его за никчемного любовника, потакать ему и творить подобные вольности. Более того, до этого самого мгновения он был уверен, что станет отчаянно противиться подобному соприкосновению с Му Цинли.
И тем не менее, он невольно сильнее сжал руки, прижимая Му Цинли к себе, а затем постепенно перехватил инициативу, придавливая его и углубляя поцелуй, медленно возвращая контроль в свои руки.
Возможно, из-за телесной памяти Линь Тяньчэня, хотя в теории у него не должно было быть никакого опыта, тот самый младший ученик, от которого Му Цинли ожидал панического бегства после своих неуклюжих заигрываний, одним лишь поцелуем лишил его всякой возможности сопротивляться.
Му Цинли невольно издал тихий, но в царившей тишине отчетливо прозвучавший звук удовлетворения.Маленький ученик словно особенно любил его шею и всегда норовил прижаться к ней, когда не мог сдержать чувств.
А шея была его на редкость чувствительным местом.
Температура и атмосфера между ними казалось, начали выходить из-под контроля, и Му Цинли невольно поддался на этот провокационный жест.
В полумраке рука ученика снова медленно скользнула ему на затылок.
В этом движении Му Цинли уловил нечто знакомое.
Однако прежде чем он успел осознать весь глубокий смысл этого жеста, перед его глазами вновь всё потемнело, а мысли спутались.
На этот раз он даже не успел выругать непутёвого ученика.
Усыпив Му Цинли, Линь Тяньчэнь в полном смятении поднялся с постели, направился в ванную и как следует умылся холодной водой, едва сумев вырваться из этой знойной и тягучей атмосферы.
Система Небесной Книги, которую уже было отключили, но вдруг неожиданно снова активировали: «???»
Линь Тяньчэнь холодно приказал ей: «Как и в прошлом мире, поступай так, как положено».
Система Небесной Книги: «...»
«Ты безнадёжен. И впрямь не зря ты родился из огромного валуна — даже в такой момент умудряешься хранить такую праведность, что её и десятью быками с места не сдвинешь». В мягком, детском, но сердитом голоске сквозило крайнее разочарование.
Линь Тяньчэнь утёр лицо, бросил взгляд на ничуть не унявшегося маленького генерального директора и с мрачным выражением лица отправился принимать ледяной душ.
·
Когда на следующий день Му Цинли проснулся, настроение у него было из рук вон плохим.
Он никак не мог взять в толк: он ведь уже довёл парня до такого состояния, а тот всё равно не желает до него дотронуться.
Неужели он настолько ему противен?
Когда же он обнаружил, что при попытке встать у него кружится голова, голос звучит до жути хрипло, а тело то знобит, то бросает в жар — явные признаки простуды — настроение испортилось окончательно.
Давно ли он в последний раз испытывал столь неприятное недомогание?
В конце концов именно Линь Тяньчэнь обнаружил, что Му Цинли занемог и не в силах подняться с постели, и одним звонком вызвал личного врача.
Эта болезнь у Му Цинли, судя по всему, приключилась из-за того, что накануне он целый день простоял на продуваемом всеми ветрами балконе. Однако из-за того, что Система Небесной Книги создала на его теле следы, похожие на последствия бурной и невыразимо страстной ночи, Линь Тяньчэнь выслушал от врача тактичное предостережение: «Молодым людям свойственно предаваться страстям, но во всём нужна умеренность, к тому же после этого необходимо должным образом позаботиться о здоровье».Линь Тяньчэнь услышал это, и его уши снова покраснели, но возразить он не мог — сказать было нечего, оставалось только молча проглотить эту пиццу.
Му Цинли лежал в постели и мысленно усмехался.
Уж с его-то глупым учеником такого точно не случится: ему ни за что в жизни не довести Му Цинли до такого состояния, когда тот слег бы с болезнью и не смог подняться с постели.
Болезнь Му Цинли нельзя было назвать совсем уж легкой: после дневного приема лекарств ему стало чуть лучше, но к вечеру недуг снова начал набирать силу.
Когда Линь Тяньчэнь сидел на краю кровати и допаивал Му Цинли лекарством, за окном бушевала гроза. Раскаты грома гремели один за другим, заставляя сердце сжиматься от испуга.
Му Цинли в постели выглядел невероятно бледным и слабым.
Его голова действительно раскалывалась от боли, словно готовая треснуть по швам, на душе было тревожно и паршиво, и говорить совсем не хотелось.
Лежавший рядом с настольной лампой телефон Линь Тяньчэня внезапно зазвонил, высветив на экране имя Хэ Ли.
Линь Тяньчэнь с бесстрастным выражением лица принял вызов, вот только голос его стал заметно мягче:
— А-Ли, что случилось?
В комнате стояла тишина, и Му Цинли мог расслышать доносившиеся из трубки звуки.
Хэ Ли, казалось, плакал, и его голос звучал жалобно-прибедняющимся.
— Тяньчэнь, ты... ты сейчас свободен?
Раз Хэ Ли плакал, Линь Тяньчэнь естественным образом забеспокоился:
— Что случилось? Где ты? Что стряслось?
Слабый голос Хэ Ли был полон слез:
— На улице так громко гремит, а дома из-за этой грозы только что отключили свет. Тяньчэнь, мои папа и мама оба не дома, ты же знаешь, с самого детства боюсь грозы... Можешь приехать побыть со мной?
Линь Тяньчэнь только дослушал до конца, как заметил, что Му Цинли, только что лежавший с закрытыми глазами, медленно приоткрыл их. Его спокойный взгляд был устремлен прямо на него.
Линь Тяньчэнь крепче сжал телефон в руке, но в конце концов пересилил себя и ответил прямо при Му Цинли:
— Хорошо, не бойся, я сейчас приеду.
Му Цинли: Тебе конец.
Система Небесной Книги: Тебе конец.
Дуаньму Бо: Мне конец. (Выражение полного экзистенциального краха.jpg)
#Похоже, сегодня А-Ли закинул удочку для какого-то флага, хи-хи#
Ты всего лишь его замена (14)
— Тяньчэнь, ты пришел! Я...
У порога стоял Линь Тяньчэнь, приехавший из самого центра непогоды. На нем было сдержанное и стильное черное пальто, руки прятались в карманах, а на плече висела сумка. На лице застыло молчаливое выражение, а взгляд, брошенный на Хэ Ли, был совершенно лишен тепла.
Зонт он оставил у перил недалеко от входа, а на его одежду неизбежно налипли мелкие капли воды. Позади бушевал проливной дождь, время от времени разрезаемый беззвучными вспышками молний. Эта ледяная обстановка невольно делала его еще более бездушным и отстраненным.
Хэ Ли, который от страха уже собирался броситься в объятия Линь Тяньчэня, натолкнувшись на этот взгляд, словно смотревший на незнакомца, резко замер на месте, а радостное выражение на его лице слегка окостенело.
В этот момент у него даже возникло иллюзорное ощущение, будто звонок Линь Тяньчэню лишь усилил его внутренний страх.
Хэ Ли уже давно обосновался с семьей за границей, и штаб-квартира компании переехала туда несколько лет назад. В этот раз он вернулся на самолете в одиночку — отчасти чтобы поздравить Линь Тяньчэня, отчасти из-за других, более сложных обстоятельств. Жил он в одном из особняков в горном коттеджном поселке; уборку там проводили по графику нанятые горничные, и кроме него в доме никого не было.
Линь Тяньчэнь бросил взгляд на погруженный во мрак дом за спиной Хэ Ли и холодно поинтересовался:
— В доме нет электричества. Хочешь, отвезу тебя посидеть в ближайшее кафе?
Хэ Ли замялся и ответил:
— Ничего страшного, в такое время в городе уже почти полночь.
— Я только что звонил, службы сказали, что скоро пришлют ремонтников. До того как появится свет, не мог бы ты просто побыть со мной?
Его слова едва успели затихнуть, как снаружи грянул очередной раскат грома, заставивший Хэ Ли рефлекторно вцепиться в рукав Линь Тяньчэня и попытаться спрятаться у него на груди.
Однако спрятаться ему не удалось.
Реакция Линь Тяньчэня оказалась быстрее: еще до того, как тот успел прильнуть к нему, он протянул руку и уперся Хэ Ли в плечи, остановив его с достаточным усилием:
— Ты в порядке?
Если в телефонном разговоре голос Линь Тяньчэня звучал нежно, то сейчас от него веяло ледяным холодом.
В сердце Хэ Ли невольно шевельнулось беспокойство.
Неужели Линь Тяньчэнь и впрямь проникся искренними чувствами к тому простому клерку Му Цинли и теперь решил оттолкнуть его?
Хэ Ли провел Линь Тяньчэня в дом.
До приезда Линь Тяньчэня Хэ Ли осмеливался включать лишь крошечный ламповый ночник на батарейках, а стук в дверь встретил, спускаясь по лестнице с подсветкой от телефона. Войдя, Линь Тяньчэнь счел царивший вокруг полумрак неудобным и спросил:
— У тебя дома есть свечи?
Хэ Ли ответил:
— Нет, я же приехал всего на пару дней и не думал, что случится такое, ничего не подготовил.
Линь Тяньчэнь слегка кивнул и расстегнул сумку, которую привез с собой:
— Я так и думал, поэтому по дороге сюда специально заглянул в магазин.
С этими словами он действительно извлек из рюкзака целый пакет длинных свечей — причем белого цвета.
Хэ Ли: «……»
— Ты что, собрался на похороны? — не удержалась от шпильки Система Небесной Книги.
【А по-твоему, ярко-красные выглядели бы еще вульгарнее? Я же не жениться сюда пришел.】 — холодно ответил Линь Тяньчэнь.
Гостиную быстро осветили несколько тусклых огоньков.
Линь Тяньчэнь и Хэ Ли сели на разные диваны, расстояние между ними выглядело огромным, а атмосфера была донельзя неловкой.
В памяти Хэ Ли Линь Тяньчэнь всегда проявлял о нем заботу, переживал и даже холил и лелеял.
Он с детства боялся грозы и темноты. Хэ Ли помнил, как в средних классах Линь Тяньчэнь пришел к нему делать уроки, и тогда из-за грозовой погоды случилось нечто похожее. Линь Тяньчэнь тогда невероятно спокойно заключил его в объятия и успокоил — это был первый раз, когда он почувствовал себя в безопасности рядом с кем-то.
Но теперь они скатились до того, что сидят молча, глядя друг на друга волками.
Линь Тяньчэнь устроился на краешке противоположного дивана и даже достал ноутбук, сосредоточенно стуча по клавишам, словно занимался рабочими делами.
Отстраненный, как чужак.
Хэ Ли чуть сильнее сжал руки, лежавшие на коленях, и с натянутой улыбкой произвел:
— Спасибо, что посреди ночи проехал такую даль, чтобы составить мне компанию. Хочешь чего-нибудь выпить?
Линь Тяньчэнь даже не взглянул на него:
— Не нужно, я захватил воды с собой.
С этими словами он действительно выудил из сумки бутылку минеральной воды, открутил крышку и сделал глоток.
Хэ Ли: «……»
— Я еще купил булочки, будешь? — Линь Тяньчэнь наконец перевел на него взгляд, одновременно извлекая из рюкзака две шоколадные булочки.
Снабжен был так основательно, будто собрался в поход с ночевкой.
На лице Хэ Ли промелькнула трещина:
—……Нет, спасибо, я уже ужинал.
Линь Тяньчэнь отвел взгляд и больше ничего не сказал, но, развернув упаковку, принялся жевать булочку, не сводя глаз со светящегося экрана.
Хэ Ли-то поужинал, а вот самому Линь Тяньчэню из-за необходимости возиться с Му Цинли весь вечер было некогда поесть. К тому же нужно было ехать отрабатывать сюжет с Хэ Ли, так что пришлось перехватить что-то по дороге.
Судя по сценарию никчемного любовника, выданному Системой Небесной Книги, из-за такой уединенной обстановки этой ночью между ним и Хэ Ли должно было что-то произойти. Опасаясь, что Хэ Ли попытается подмешать что-то в напитки или еду, он решил положиться на собственные запасы.
Гостиная снова погрузилась в тишину, нарушаемую лишь сухим ответом Линь Тяньчэня.
Хотя Линь Тяньчэнь и вчитывался в рабочие документы на экране, мысли его на самом деле были далеко.
Перед уходом лицо Му Цинли выглядело по-настоящему жутко. Еле-еле после лекарств наметилось улучшение — как бы из-за этого скандала ему снова не стало хуже.
Он рассеянно крутил в пальцах телефон, порываясь тайком позвонить домой и расспросить дворецкого о положении дел, но боялся, что Му Цинли пронюхает об этом и все сегодняшние труды пойдут насмарку.
К тому же он не хотел, чтобы Му Цинли догадался о его переживаниях.
Ведь происходящее шло вразрез с планами Линь Тяньчэня — это были его собственные порывы, с которыми он сам до конца не мог смириться.
Подумать только, он дожил до дня, когда стал о ком-то тревожиться, и этим кем-то оказался Му Цинли.
А в это время Му Цинли, о котором так мучительно размышлял Линь Тяньчэнь, с комфортом устроился на большой кровати в главной спальне. В его уши были вставлены наушники, подключенные к ноутбуку, а изящные пальцы привычно и быстро летали по клавиатуре.
— Ничего особенного, наверное, просто продуло на сквозняке, немного простудился, сейчас уже намного лучше.
В наушниках звучали полные беспокойства голоса Вэнь Тинсюаня и Линь Тянье, мгновенно наполнявшие Му Цинли теплом и любовью.
Из-за инцидента с Му Цинли Линь Тянье отложил возвращение на родину. Но в зарубежной компании оставалось слишком много важных решений, требовавших его присутствия, поэтому откладывать поездку до бесконечности он не мог. А поскольку Му Цинли снова заболел и неизвестно было, когда он поправится, Му Цинли после ухода Линь Тяньчэня, почувствовав, что голова наконец прояснилась, созвонился по видеосвязи с Вэнь Тинсюанем и Линь Тянье, решив обсудить дела в режиме онлайн.
— Линь Тяньчэнь? — услышав имя этого мерзкого президента, Му Цинли на секунду замер на месте, а спустя мгновение чуть изогнул губы в улыбке. — Его нет, он уехал составлять компанию Хэ Ли.
—……Что? — ошеломленный и возмущенный голос Линь Тянье донесся из наушников.
Му Цинли продолжал править план, спокойно отвечая Линь Тянье и Вэнь Тинсюаню:
— На самом деле он неплохой человек, вчера даже пошел на компромисс со старшим братом ради меня.
http://bllate.org/book/22175/2310370
Готово:
