хлопнув дверью, Цинь Юй бежал из компании сломя голову.
в центре города снопом проносились машины.
он побрел без определенной цели по засаженному зеленью тротуару жилого массива.
солнце палило нещадно, и спустя мгновение Цинь Юй с раздражением засучил рукава, сгорая от желания сорвать с себя рубашку с длинными рукавами.
чем больше он думал о случившемся, тем сильнее злился, совершенно не обращая внимания на редких прохожих.
во все горло он завопил: — тупой ублюдок, да пошел ты, не собираюсь я перед тобой стелиться!
заметив удивленный и настороженный взгляд случайно бросившего на него прохожего, Цинь Юй даже не подумал оправдываться, лишь замедлил шаг, давая человеку возможность побыстрее уйти.
лучше бы он не орал — от этого крика у него тут же заболело в груди.
Цинь Юй прижал руку к груди, чувствуя глухую, невыносимую боль, словно кто-то ударил его туда тяжелым молотом. стиснув зубы, он ухватился за ствол придорожного дерева и перевел дыхание только тогда, когда капли горячего пота перестали капать со лба.
[цинь юй, это задание можно считать выполненным по чистой случайности, не забудь проверить счет.]
— угу.
в ушах у Цинь Юя немного шумело, и он отмахнулся дежурным ответом, приходя в себя.
больше никто ничего не говорил.
он шел куда глаза глядят, сам не зная, где находится, и ему было лень доставать телефон, чтобы проверить геолокацию.
прошло больше двух часов. сам не зная, сколько он прошагал, Цинь Юй добрался до тихой окраины города, где перед ним открылась спокойная, свободная от людской суеты гладь реки.
мосту через реку не было конца, и Цинь Юй упорно шел вперед, к самой его середине, где дорога поднималась выше всего.
[цинь юй, ты что задумал?]
они и так молчали несколько часов, а он без устали шагал всю дорогу, и теперь, когда он снова молча пошел на мост, Лин Линсань не мог не тревожиться худшим.
Цинь Юй проигнорировал его.
на мосту было мало прохожих, не говоря уже о тех, кто мог бы заметить, что с Цинь Юем что-то не так.
Лин Линсань извелся от дурных предчувствий: [я знаю, тебе, наверное, горько и обидно. в конце концов, он твоя цель для завоевания, человек, с которым в этом мире тебе суждено было пройти рука об руку до самого конца, и мелкие конфликты — это нормально. но прошло ведь меньше полугода, еще рано ставить крест на всем.]
[цинь юй, конечно, я не призываю тебя плыть по течению и смириться. просто за эти полгода мы уже наполовину преуспели, а раз шкала благосклонности не падает, значит, он не отказался от тебя окончательно. ты ни в коем случае не должен из-за какого-то сегодняшнего... недоразумения совершать глупости.]
Лин Линсань старался говорить как можно быстрее, уговаривая его не ступать на дорогу, ведущую к самоубийству.
но Цинь Юй словно установил защитный купол — он напрочь не слышал то, что ему говорили.
Лин Линсань так испугался, что его микросхемы чуть не задымились от перегрева. он солгал Цинь Юю: на самом деле он вовсе не крупица человеческого сознания, а сгусток бесплотного воздуха, поэтому у него не было физической оболочки, чтобы прикоснуться к Хозяину и привлечь его внимание.
оставалось только судорожно рыться в карманах собственного пространства в поисках прав доступа, которые могли бы остановить Хозяина от самоубийства.
и тут он увидел, что Цинь Юй резко остановился, и уже было с облегчением выдохнул.
но тот внезапно развернулся, уперся руками в перила моста, глядя на бурные воды реки, и, не колеблясь ни секунды, бросился вниз.
[цинь юй—!]
Лин Линсань не мог описать свои чувства в этот момент: шок, ужас и растерянность были настолько сильны, что он принудительно отключил собственные сенсоры.
— лин линсань, чего ты орёшь на ухо? знаешь каково это, когда в голове раздается только твой голос? чуть не оглушил.
в следующее мгновение Лин Линсань услышал не крики испуганных прохожих, а знакомое, беспечное ворчание.
Лин Линсань восстановил связь с внешним миром и увидел, что этот парень целехонек и сидит на перилах.
отойдя от пережитого шока, он попытался сделать вид, что ничего не произошло: [цинь Юй?]
приглядевшись, он заметил, что перила были шириной в ладонь, а под висящими в воздухе ногами имелся выступающий карниз шириной как раз в человека.
Цинь Юй отлично видел тот ужас, с которым Лин Линсань только что звал его по имени, и испугался, что система может всерьез разозлиться.
он поспешил объясниться: — я просто хотел полюбоваться пейзажем, к тому же из середины моста обзор намного лучше. но, увидев, как ты перепугался, я вдруг решил подшутить над тобой. ну что, лин линсань, неужели я тебя и правда напугал?
на лице Цинь Юя постепенно расплылась улыбка, но прошло больше десятка секунд, а Лин Линсань все еще хранил молчание.
улыбка на его губах медленно увяла, и он недоверчиво скривил губы: — да ладно, ты что, обиделся? я ведь просто пошутил! я человек, который так ценит свою жизнь, с чего бы мне маяться дурью и прыгать в реку?
Лин Линсань молчал, не зная, что и сказать.
ему не нравился этот Хозяин.
ужасно раздражающий и самодовольный.
— лин линсань, ну не дуйся ты, а? отзовись. я знаю, что был неправ, клянусь, больше я никогда не буду шутить со смертью.
речная гладь заволокла густым туманом, и Цинь Юй, глядя на бурлящую внизу реку, сам понял неуместность своей выходки. он тут же поспешил признать вину и вымолить прощение.
[ты ведь понимаешь, что шутки со смертью — это не игрушки? я-то думал, ты и вправду жить надоело, но это и моя вина — в конце концов, мы знакомы так долго, а я о тебе слишком высокого мнения.]
— нет-нет, это я дурак.
Цинь Юй тут же замотал головой, заискивающе улыбаясь.
но хорошая новость заключалась в том, что после этого балагана на душе у Цинь Юя и впрямь стало намного светлее.
глянув на экран телефона, он увидел, что уже перевалило за четыре часа дня.
понервничав, он на удивление быстро нагулял аппетит, и теперь желудок неприятно тянуло от голода.
прислонившись спиной к выступающему каменному столбу, он от нечего делать принялся листать телефон.
в списке контактов и вкладке личных сообщений, не считая всякого мусора от официальных аккаунтов, не было ни единой красной точки.
с досадой обновив страницу, он увидел лишь предупреждение о низком заряде батареи.
скривив зубы от разочарования, он погасил экран, сунул телефон обратно в карман и снова уставился на далеко не самый живописный пейзаж.
возвращаться не хотелось, нигде не хотелось оставаться — только сидеть здесь, поддуваемый ветром, и коротать дни в глухой тоске.
но просто так сидеть вскоре стало скучно.
и в нем снова взыграло желание подразнить Лин Линсаня: — лин линсань, как думаешь, если бы я вдруг взял и исчез или ушел навсегда, ты бы тосковал по мне?
[нет. но я и не позволил бы тебе уйти вот так просто, без причины.]
словно зная циничный характер этой системы, Цинь Юй не унимался: — мы ведь вместе уже полгода, неужели у тебя ко мне совсем нет никаких чувств?
[а у тебя к цинь яню есть хоть капля чувств?]
Лин Линсань не стал потакать ему и парировал встречным вопросом.
Цинь Юй: — ...
— кхм... отличный вопрос! ха-ха.
— ладно, оставим это в стороне. ты ведь только что видел, как я собирался прыгнуть, и так перепугаллся — посмеешь утверждать, что в твоих словах не было никаких эмоций?
[были.]
— я же говорил, ты все равно переживаешь за меня, — повеселел Цинь Юй и, скрестив руки, затрясся от смеха.
— вот именно, маленький мой системщик, быть недоступным — это неправильно. мне нравится, когда ты такой честный. в следующий раз, если столкнешься с чем-то подобным, просто скажи мне: «цинь юй, не делай глупостей, я очень за тебя переживаю~», и мне сразу станет радостно.
— я ведь человек прямой: люблю, когда все говорят открыто, а не дуются как буйволы — ни уговорами к ним не подступишься, ни отругать нормально нельзя. смертная тоска.
слушая, как Цинь Юй сам себя развлекает, Лин Линсань все же не выдержал: [цинь юй, больше никаких «следующих раз» не будет.]
— чего? — Цинь Юй опешил, но быстро пришел в себя. — о-о, расслабься, я больше не буду тебя пугать.
[неважно, пугаешь ты меня или нет, для снятия стресса есть много других способов, и как бы тяжело тебе ни приходилось, даже не думай о таком. тебя выбрал я, и пока задание не выполнено, я не позволю тебе погибнуть от случайности. не боюсь показаться смешным: хоть я и кажусь тебе диковинной системой, меня разработали совсем недавно, и я еще не до конца понимаю все правила и законы человеческого мира. к тому же у меня нет физического тела, я не могу защитить тебя, поэтому я волнуюсь каждую секунду.]
[не принимай систему за всемогущий оберег из романов. мой первый хозяин... погиб как раз потому, что я не предупредил его заранее и не успел вовремя среагировать...]
солнце клонилось к закату, и Цинь Юй, больше не чувствуя удушливой жары, внимательно слушал слова Лин Линсаня.
заметив, что тот замолк на полуслове и снова погрузился в тишину.
Цинь Юй не знал, как правильно пообещать ему что-то, но жгучее любопытство взяло верх, и он осторожно спросил: — а что насчет... того предшественника? в каком мире он был и как потерпел неудачу?
[он был первым человеком, которого я встретил. он был куда спокойнее и рассудительнее тебя, и какое-то время я был за него совершенно спокоен. тогда осколки Главного Бога было найти непросто, попадались лишь относительно легкие игровые подземелья и привычные настройки мира — совсем не такие, где, как ты говоришь, любят друг друга два мужчины.]
помолчав, Лин Линсань продолжил: [сам по себе он был способным парнем, да еще и с поддержкой сюжета, поэтому первые миры прошел очень гладко. но со временем он изменился: решил, что я должен давать ему больше привилегий, перестал выкладываться и старательно выполнять задания, надеясь за счет моей помощи предаться лени. я не мог ему этого позволить, и в итоге он погиб. погиб окончательно и бесповоротно.]
Цинь Юй: — и... вот так просто?
[для тебя это, пожалуй, звучит странно — ты ведь еще так мало повидал. каждый его образ был на самом дне, выкарабкаться из такого было невероятно трудно, и со временем это неизбежно сказалось на его характере. именно поэтому я не стану излишне давить на тебя, но о возможных последствиях должен предупредить прямо.]
— ...
а последствием было то, что за неуспех тебя ждала окончательная и бесповоротная смерть.
разве это не завуалированная угроза?
и черт дернул его за язык задавать этот вопрос.
словно угадав его мысли, Лин Линсань произнес серьезным тоном: [так что рассчитывать тебе придется только на себя. все, что я могу дать — это подсказки и финансирование. я понимаю, что завоевывать мужчин для тебя — задача не из легких, тем более в мире без готового сценария, так что моменты лени и спада вполне естественны.]
— нет-нет, что ты, я и не думаю лениться.
Цинь Юй так яростно замотал головой, что у него закружилась голова.
— давай не будем о столь тяжелых вещах, солнце уже садится. давай передохнем и полюбуемся пейзажем, на который у нас раньше никогда не было времени.
Цинь Юй указал на багряное зарево на краю неба, и в его глазах зажглись огоньки.
— я ведь человек, который верит в свет! поворчать временами — это нормально, но никто и ничто на свете не сможет меня сломить!
[хорошо.]
солнце скрылось за горами, и длинная фигура так и сидела неподвижно, пока не опустилась ночь.
в жилом массиве один за другим зажигались огни, и постепенно яркие фонари осветили и мост.
у Цинь Юя отсиделась вся пятая точка, но зато он полностью пришел в себя.
— ладно, с завтрашнего дня этот парень снова станет молодцом! да кто такой этот Цинь Янь? плевать я на него хотел, буду игнорировать его до тех пор, пока он не начнет волочиться за мной, как побитая собака, а уж тогда я подумаю, стоит ли его бросать!
Лин Линсань лишь равнодушно хмыкнул, не придавая его словам особого значения.
пока задание не выполнено, любые громкие слова — лишь пустые мечтания, но гасить его энтузиазм он не стал.
Цинь Юй отряхнул пыль с брюк, спрыгнул на землю и зашагал в обратную сторону.
— странно, когда я шел сюда, мне казалось, что это совсем не далеко, неужели мост такой длинный?!
вся дневная энергия оказалась исчерпана, и сейчас ему хотелось лишь одного — чтобы его кто-нибудь волок за собой.
[держись, Хозяин, или можешь вызвать такси.]
— ха-ха...
Цинь Юй горько усмехнулся. он бы и рад вызвать такси, да только телефон назло отключился, и что тут поделаешь?
к счастью, спешить ему было некуда, и он плелся еле-еле.
прошло минут пять, а он не прошел и половины пути.
горько вздохнув, он пообещал себе больше никогда не заниматься подобной дурью.
пока он про себя чертыхался, перед ним остановился черный «ауди».
бросив на машину косой взгляд, он отметил довольно счастливый номер, но саму модель раньше не видел, и снова отвернулся.
— Се Сяо? неужели ты?
раздался знакомый голос, и Цинь Юй резко повернул голову.
он увидел, как со стороны водительского сиденья выглядывает Чжао Тяньтянь и смотрит на него с крайним удивлением.
— директор Чжао, какая встреча! что вы здесь делаете?
— это моя дорога домой. это я у тебя должен спросить: ты же вроде болел и сидел дома, как тебя занесло в такую глушь? неужели... любовался речными пейзажами?
— ха-ха.
Цинь Юй и сам не знал, почему его так переклинило, поэтому смог лишь неловко улыбнуться в ответ.
— директор Чжао сегодня так поздно уходит с работы? обычно Чжао Тяньтянь уходил около четырех, а сейчас уже шелстой час вечера, и он все еще в пути — это было странно.
— ездил за А-Линем. он живет один, а сегодня наотрез отказался оставаться в больнице, пришлось отпустить. еле уговорил его пожить у меня пару дней.
— вот оно что. — Цинь Юй заглянул внутрь машины и действительно увидел на заднем сиденье Цзян Линя — тот, как всегда молчаливый, прислонился к спинке кресла.
он уже хотел предложить им ехать дальше, как вдруг совершенно внезапно оглушительно чихнул.
— ты ведь еще не до конца выздоровел! это я виноват, увлекся разговором и заметил, как ты долго идешь пешком — машины у тебя точно нет, давай я тебя подброшу.
— ладно, тогда спасибо, директор Чжао. — Цинь Юй не стал отказываться, он и вправду чувствовал, что у него снова начинает раскалываться голова.
— чего ты церемонишься, мне же неудобно. — Чжао Тяньтянь открыл ему дверь переднего пассажирского сиденья и тронулся с места.
— будешь воды?
— не надо, не особо хочу пить. — Цинь Юй вежливо отказался.
откинувшись на спинку кресла и вдыхая едва уловимый легкий аромат в салоне, он почувствовал себя намного спокойнее.
— встретить вас — просто гора с плеч. телефон разрядился, я уже думал, что придется топать всю ночь пешком. кстати, как ты меня разглядел? на таком расстоянии, зрение просто супер — на твоем месте я бы уже проехал пару километров.
Цинь Юй сам посмеялся над своим сравнением, а Чжао Тяньтянь и вовсе рассмеялся: — да нет у меня особого зрения, к тому же я за рулем, куда мне глазеть по сторонам. это А-Линь заметил. когда он спросил, не ты ли это, я еще отругал его за то, что от болезни у него уже галлюцинации начались.
— правда? — изумился Цинь Юй и повернулся к Цзян Линю.
в конце концов, они виделись всего два раза, и так запомнить фигуру со спины — это надо уметь.
но последний лишь слегка кивнул в ответ на его взгляд и тут же... закрыл глаза.
Цинь Юю стало немного неловко, он отвернулся и сухо улыбнулся в ответ на шутку: — ну... зрение у него и правда отменное.
у Чжао Тяньтяня был его адрес, и спустя полчаса они довезли его до самого подъезда.
поспешно поблагодарив их, Цинь Юй открыл дверцу машины.
— брат Сяо, если здоровье еще не до конца поправилось, не спеши. приходи на работу, когда окончательно выздоровеешь, я с тебя штрафы не возьму.
— расслабься, я знаю. спасибо тебе, Тяньтянь. — пожалуй, впервые за весь этот день на лице Цинь Юя появилась искренняя улыбка.
он очень дорожил этим теплом.
http://bllate.org/book/22255/2328826
Готово:
