Уже почти получилось!
Очертания главного входа в глазах Сунь Додо расплылись, она неотрывно смотрела на ту самую заветную точку — стоило сделать еще шаг, всего один маленький шаг…
— Ванфэй… не позволяйте Ванфэй… В-ван-ванфэй! — Дядя Фу вдруг заметил, что перед Сунь Додо на земле откуда-то взялось несколько капель крови. Он машинально дотронулся до собственного лба — да, у него шла кровь, но капли были ярко-алыми и падали по одной прямо там, где только что стояла Ванфэй… Дядя Фу в панике ухватил Мо Чэня за полу халата.
— Она… ушла? — тихо спросил Мо Чэнь, и в его голосе пленилась невыносимая боль.
— Ванфэй, Ванфэй, взгляните, только взгляните… — Дядя Фу повернул бесчувственное, словно лишенное души тело Мо Чэня и дрожащим пальцем указал на кровавые следы на земле.
— … — Мо Чэнь отрешенно скользнул взглядом туда, куда указывал старик, но в тот же миг его глаза намертво приковало к нескольким багровым каплям.
— С Ванфэй что-то случилось! Ванфэй, с ней точно что-то случилось! — громко закричал Дядя Фу.
Не уходи!
— Шань-эр! — голос Дяди Фу все еще звенел под сводами дома, но фигура Мо Чэня уже исчезла за дверью гостиной.
— … — Сунь Додо уже успела переступить порог Резиденции Девятого князя.
— …Почему? — Мо Чэнь рывком схватил Сунь Додо за руку, развернул к себе и замер, увидев расплывающееся на ее груди огромное кровавое пятно.
— … — Помутившийся взгляд Сунь Додо на секунду упал на лицо Мо Чэня, а в следующий миг она камнем рухнула вниз…
— Шань-эр! Шань-эр… Эй, сюда! — Мо Чэнь судорожно прижал к себе Сунь Додо, и весь мир в один миг лишился красок, а в его доселе спокойных глазах впервые промелькнула глубокая паника.
А Государственный наставник тем временем ждал снаружи: ждал и так, и эдак, но Сунь Додо все не выходила. Он бросил взгляд на небо — время уже поджимало, неужели с этой девчонкой что-то стряслось? От этих мыслей Государственный наставник встревожился и поспешил к Резиденции Девятого князя.
— Она… она… — Государственный наставник только подошел к воротам, как увидел столпотворение, какого у Резиденции Девятого князя еще никогда не бывало. Сердце его нехорошо ёкнуло, и, прорвавшись сквозь толпу, он сразу же разглядел окровавленную девушку на руках у Девятого вана.
— В-ванфэй… Ваша светлость, не переживайте, я сейчас же за доктором! — перепуганный Дядя Фу выбежал из резиденции.
— Живо, живо несите ее на кровать! — громко скомандовал Государственный наставник.
— … — Мо Чэнь поднял голову и удивленно посмотрел на него, но тут же отвернулся и понес Сунь Додо прямо в Павильон Спокойного Ветра.
Во дворе засуетились слуги: одни кипятили воду, другие разводили огонь, третьи искали чистые полотенца…
— Ножницы. — Государственный наставник перехватил у слуги ножницы и принялся аккуратно разрезать пропитанную кровью одежду.
— Шань-эр… — склонившись над девушкой, Мо Чэнь попытался нащупать ее слабеющий пульс и, приложив ладонь к ее телу, стал по капле вливать туда свою внутреннюю энергию.
— Девятый ван… — ошеломленно выдохнул Государственный наставник, глядя на него.
— Что ты ей дал! — яростно зыркнул на него Мо Чэнь.
— …Поговорим об этом позже, сначала снимите с нее всю одежду, — бросил Государственный наставник.
— А дальше? — с ледяным лицом осведомился Мо Чэнь.
— Горячая вода готова? — повернувшись к слугам, спросил Государственный наставник.
— Раньше мы оставляли немного в запас, но этого мало, сейчас как раз греют новую, — трясясь от страха перед своим господином, пролепетал слуга и рухнул на колени.
— Несите всё, что уже есть, немедленно, — приказал Государственный наставник.
— Слушаюсь. — Слуга бросился выполнять приказ.
— Как принесут воду, опустите ее в бочку. Следите, чтобы воду все время подливали, температура ни в коем случае не должна падать ниже человеческой, — сказав это, Государственный наставник вышел.
— Ваша светлость, горячая вода готова, — доложил слуга, внося бадью.
— Все вон, — бесстрастно бросил Мо Чэнь.
— Слушаюсь, Ваша светлость. — Слуги гуськом покинули комнату и плотно притворили за собой дверь.
Убедившись, что они остались вдвоем, Мо Чэнь протянул руку и стал одну за другой развязывать завязки на одежде Сунь Додо.
Когда перед ним обнажилось ее тело, он отчетливо увидел рану на плече, у самой груди — она почти насквозь пронзила ее! В темных глазах вспыхнуло пламя ярости, а длинные пальцы едва коснулись краев раны, где еще не успела засохнуть кровь, отчего сердце Мо Чэня пронзила острая боль.
Обережно опустив Сунь Додо в деревянную бочку с горячей водой, Мо Чэнь остался сидеть рядом, неотрывно глядя на ее лицо.
— Шань-эр, пообещай мне, что ты очнешься, ладно? Я больше никогда не позволю случиться подобному, никогда больше не отпущу тебя от себя, — шептал Мо Чэнь, сжимая руку Сунь Додо и покрывая ее легкими поцелуями.
Всю ночь напролет Государственный наставник не отходил от печи, варя лекарства, в то время как Мо Чэнь неотлучно дежурил у ванны с Сунь Додо, беспрерывно подливая горячую воду.
Глубокой ночью, на исходе второй стражи, на небе сошлись девять звезд…Сунь Додо, ты ведь уже должна была вернуться? — толстая женщина сидела на каменном табурете во дворе и, глядя на девять звезд, бормотала сама с собой, а ее глаза переполняли утрата и тоска.
Когда ее глаза постепенно наполнились влагой, она вдруг заметила, что рядом с девятью звездами неожиданно появилась еще одна. С тех пор как она попала в этот мир, она плакала всего один раз — не потому, что ей больше не было больно, просто она не видела ни лучика надежды. Разве она никогда не думала о самоубийстве? Лишь ради крохотной, призрачной надежды в глубине души: а вдруг однажды она все-таки сможет вернуться…
Толстая женщина поднялась на ноги и, не мигая, смотрела на эту новую звезду. Она появилась в созвездии Марса, прямо на юге — что же это, в конце концов, могло значить?
А Государственный наставник, как раз выносивший лекарство из кухни, случайно поднял глаза к небу. Увидев, что помимо соединения девяти звезд на небе появилась еще одна, он невольно качнул рукой, и лекарство в чаше плеснуло. Однако в следующий же мгновение Государственный наставник сделал вид, будто ничего не произошло, и с чашей в руках вошел в Павильон Спокойного Ветра.
— Дай ей лекарства, — произнес Государственный наставник, заходя в комнату.
— Угу, — Мо Чэнь взял чашу и стал понемногу вливать отвар в уголок рта Сунь Додо, но сколько бы он ни вливал, жидкость тут же вытекала обратно.— Я сказал, корми её ты.
— Разве ты не видишь, что я кормлю? — Мо Чэнь холодно взглянул на Государственного наставника.
— Я говорю — корми изо рта в рот.
— …Проваливай. — Сначала Мо Чэнь был крайне удивлен и ошеломлен, услышав такое, но быстро пришел в себя и бросил Государственному наставнику.
— Пф-хм… — Государственный наставник не удержался и рассмеялся. Неужели Девятый ван смутился?
— Катись. — Лицо Мо Чэня неожиданно вспыхнуло, и он зыркнул на Государственного наставника.
Государственный наставник кивнул и с тихоньким смехом вышел из комнаты.
Мо Чэнь посмотрел на всё еще безсознательную Сунь Додо, затем опустил взгляд на пиалу с лекарством — отхлебнул глоток, большой рукой обхватил подбородок Сунь Додо, заставляя её слегка приподнять голову, и прижался своими тонкими губами к её губам.
Мо Чэнь слегка приоткрыл рот, и мягким кончиком языка аккуратно разжал зубы Сунь Додо, позволяя целебному отвару перетечь из его рта в её.
Вспомнив, что раньше он уже кормил эту девчушку подобным образом, он подумал: она ведь так ненавидит пить лекарства? Сделав еще один глоток, он снова передал его в рот Сунь Додо. Всего за несколько глотков всё лекарство было выпито.Мо Чэнь смотрел на Сунь Додо, которая только что была погружена в воду по самую грудь, так что сквозь воду смутно проступали очертания ложбинки. Несмотря на бросающееся в глаза ранение на плече, оно не могло скрыть её округлые мягкие плечи, а белая, как снег, кожа отливала едва заметным розовым румянцем. Он понимал, что эта женщина в конце концов избежала гибели, но сейчас определенно был не тот момент, чтобы думать о подобном. И всё же кадык Мо Чэня невольно судорожно дернулся вверх-вниз.
— М-м-м... — Сунь Додо вроде бы попыталась что-то сказать, но не выговорила ни единого чквного слова.
— ...
Мо Чэнь изначально лишь наклонился, приблизив голову к губам Сунь Додо, чтобы расслышать, что она говорит. Разобрать слова ему так и не удалось, зато он увидел, как пухлые губы, вновь обретшие алый цвет благодаря исцелению тела, шевельнулись прямо перед его глазами. Лицо девушки тоже покрылось легким румянцем от чуть тепловатой воды. В этот момент Сунь Додо пробудила в Мо Чэне невиданное прежде желание.
— Черт побери... — Мо Чэнь наклонился и слегка прикусил губу Сунь Додо, с трудом подавляя жгучий порыв.
Когда небо только-только посветлело, рука Сунь Додо, зажатая в ладони Мо Чэня, слегка шевельнулась.
— Шань-эр... — с облегчением выдохнул Мо Чэнь.
— ...
Сунь Додо понемногу приоткрыла глаза, обвела взглядом комнату, и наконец её глаза остановились на лице вана.— Князь, лекарство уже готово, — слуга толкнул дверь и вошел внутрь.
— Сначала выпей лекарство, — Мо Чэнь взял чашу, слуга молча удалился, и Мо Чэнь обратился к Сунь Додо.
— У-у-у... — стоило Сунь Додо уловить этот едкий горький запах, как её лицо мгновенно сморщилось.
— Тебя еще и покормить с ложечки? — с улыбкой, в которой читалась насмешка, Мо Чэнь посмотрел на забавное выражение лица девушки.
— ...
Сунь Додо подумала, что в отключке всё-таки было лучше, и решительно зажмурила глаза, притворившись мертвой.
— Ван Шань, — Мо Чэнь протянул руку и откинул со лба её растрепавшуюся чёлку.
— ...
Никакой реакции.
Его большая рука медленно опустилась ниже, длинные пальцы скользнули по переносице и двинулись дальше — казалось, кончики пальцев обрели собственную волю, задерживаясь на её губах и не желая расставаться.
— ...М-м! — Сунь Додо наконец не выдержала и только открыла глаза, как почувствовала прохладу на губах — перед ней предстало крупным планом прекрасное лицо вана.
Мо Чэнь жадно впитывал сладость её губ: его властный язык настойчиво проник внутрь, а проворный кончик без устали дразнил её язычок, приглашая кружиться в общем танце.
Он безумно любил целовать её. И пусть она не отвечала на его страсть взаимностью, даже её робкое, смущенное отступление до безумия заводило его. Чем дальше она отступала, тем сильнее в его сердце разгоралось стремление завладеть всей её красотой.Столкнувшись с пылкостью вана, Сунь Додо испугалась и в то же время слегка возбудилась. Её личико от исходящего от вана горячего жара покрылось соблазнительным алым румянцем, а во взгляде из-за нехватки кислорода появилось выражение, которое этот самый ван истолковал по-своему.
— Послушай меня, сначала выпей лекарство, а потом мы продолжим. — Хотя ему сейчас не терпелось проглотить её целиком, он всё же не забывал о самом главном.
— Не буду... — Сунь Додо нахмурила изящные брови и недовольно пробормотала.
— Тогда продолжим прямо сейчас. — Мо Чэнь не стал настаивать: едва опустив пиалу, он подался вперёд, собираясь возобновить начатое.
— Пью, пью, пью... — торопливо выпалила Сунь Додо. А затем, под насквозь пропитанным улыбкой взглядом вана, с мученическим видом проглотила эту ужасную гадость.
Дурной нрав
С тех пор как Сунь Додо получила ранение, ван каждый день окружал её всевозможной заботой и вниманием. Сунь Додо чувствовала, что ван готов вознести её на небеса, и от этого жутко задирала нос. Ради одного этого она считала своё ранение вполне оправданным.
В этот день Сунь Додо в очередной раз проснулась в Павильоне Спокойного Ветра на постели вана. К слову сказать, хотя они с её благоверным ваном и делили ложе каждую ночь, это был чистейший сон под одним одеялом, безо всяких задних мыслей. Конечно, каждую ночь её бедные губы подвергались жестокому разорению со стороны некоего лица под благовидным предлогом лёгкой разминки перед сном. Однако по утрам она ещё ни разу не заставала вана в постели. Эм... если быть точнее, каждый день она просыпалась ближе к полудню и всё равно никого не видела (впрочем, в самую середину дня застать его и впрямь было трудно). Затем она вставала, водрузив на голову настоящее воронье гнездо, прямиком направлялась в гостиную, усаживалась на своё место и принималась ждать, пока подадут еду.
— Ванфэй, вы проснулись? Обед сейчас подадут, ван находится в гостиной, — с улыбкой произнёс Дядя Фу.
— Дядя Фу, вы так радостно улыбаетесь, неужели сегодняшние блюда особенно вкусные? — хихикая, вбежала в гостиную Сунь Додо.
— Хэ-хэ-хэ-хэ, да, очень вкусные, — глядя ей в спину, ответил Дядя Фу. Ах, ванфэй, как же было бы прекрасно, если бы такие дни длились вечно...
— Ван. — Заметив, что Девятый ван пьёт в гостиной чай, Сунь Додо поздоровалась и чинно уселась на своё место. Обед должен был начаться с минуты на минуту.
— М-м, иди сюда. — Мо Чэнь, не поднимая головы, отпил чаю и отозвался.
— Зачем это? — Сунь Додо повернула голову к вану, но с места сдвинуться даже не подумала.
— Иди сюда, никто у тебя не отнимет. Всё уже остыло, никуда твоя еда не улетит. — Мо Чэнь бросил на неё взгляд и опустил пиалу.
— Ой... — Затягивать дальше было нельзя, и Сунь Додо пришлось послушно подойти к вану. Почему этот ван всегда с первого взгляда понимал, о чём она думает? Уж не потому ли, что Девятый ван может абсолютно всё?
— Нравится? — Усадив Сунь Додо к себе на колени, Мо Чэнь протянул ей то, что держал в руке.
— Ой... Это мне?! — На ладони лежало невероятно красивое ожерелье, сплозанное из чистейших фиолетовых кристаллов, которые излучали благородное сияние даже в помещении. Сунь Додо радостно протянула руки.
— Нет. — Однако стоило ей потянуться, как Мо Чэнь убрал ожерелье обратно в изящную коробочку, стоявшую рядом.
— А кому тогда? — опешив, машинально спросила Сунь Додо.
— Да неважно, не тебе. Просто показал. — Небрежно бросил Мо Чэнь.
— И всё-таки, кому? — Сунь Додо повернула голову к коробочке на столе. Раз уж ожерелье ей не достанется, то и коробочка была ничего так — очень красивая, хотя бы коробочку заполучить!
— Нравится? — заметив её манёвры, с лёгкой улыбкой спросил Мо Чэнь. Правда, эта улыбка мелькнула лишь на мгновение и тут же бесследно растворилась.
— Она же не мне, чего спрашивать? Можно мне хоть взглянуть? — Сунь Додо с надеждой посмотрела на Девятого вана.
— Нельзя, садись ессь. — Кто бы мог подумать, что ван с порога всё отвергнет, а затем опустит Сунь Додо на пол и направится к обеденному столу.
— Ну почемууу... Я же просто гляну, забирать не собираюсь... — Сунь Додо надула губы и вернулась на своё место, но все её мысли уже были украдены этой вещицей. Пока подавали блюда, она всё равно не удержалась и то и дело оглядывалась на коробочку на столе.
— Раз не тебе, то и смотреть незачем, — изрек Мо Чэнь и, больше не обращая внимания на Сунь Додо, принялся за еду.
— ... — Сунь Додо напоследок бросила полный сожаления взгляд на коробочку, уткнулась носом в тарелку и принялась уплетать за обе щеки. Она решила всю свою скорбь обратить в аппетит!
— Ван Шань, — Мо Чэнь придвинул стул, уселся рядом с Сунь Додо и позвал её.
— М-м? — Сунь Додо подняла на него исполненный недоумения взгляд, защёку у неё были набиты рисом.
— Как думаешь, что будет, если Тринадцатый узнает, что этот ван обласкал тебя? — Мо Чэнь стянул палочками кусок из её пиалы.
— Обласкал?! ...Пф-ф... Кхе-кхе-кхе-кхе... — Сунь Додо поперхнулась и выплюнула весь рис.
— Хочешь ожерелье? — похоже, Мо Чэнь заранее знал, какой будет реакция этой девчонки.
— Хочу! — не задумываясь выпалила Сунь Додо.
— Жди меня сегодня вечером в постели. — С улыбкой оставив на её щеке поцелуй, произнёс Мо Чэнь.
— ...Ожерелье в обмен на тело... Ну, давай я тебя поцелую, а ты мне отдашь коробочку, а? — предложила Сунь Додо.
— Пф-ф... — на этот раз поперхнулся уже Мо Чэнь.
— Куда поцеловать? — уточнил он.
— В щеку? — с сомнением глядя на вана, протянула Сунь Додо.
— ... — Мо Чэнь покачал головой.
— В губы? — не унималась она.
— ... — Мо Чэнь снова покачал головой.
— В тело? — на этот раз Сунь Додо засомневалась.
— ... — Ван по-прежнему молча качал головой.
— Сюда? — Сунь Додо ткнула палочками в область груди на верхней одежде Мо Чэня, вспомнив наконец, что это за бугорок она нащупала в прошлый раз, когда ван принимал ванну.
— Ван Шань, о чём ты думаешь? — усмехнулся Мо Чэнь.
— Ну тогда сюда... Ха-ха-ха-ха... — палочки Сунь Додо скользнули ниже, и когда она указала на мужское достоинство, та залилась звонким смехом. Одно только представление об этой штуке уже казалось жутко забавным.
— Идет, — неожиданно согласился Мо Чэнь.
— А? ... — Сунь Додо от неожиданности опешила.
— Не тыкай куда попало. — Его палочки перехватили её палочки и вернули обратно в пиалу.
— Ну эта... — Сунь Додо оторвала куриную ножку и, решив, что она вполне сойдёт за замену, долго крутила её так и этак. Совершенно погрузившись в собственные мысли, она взяла и чмокнула её.
— ... — Увидев это, Мо Чэнь первой реакцией ощутил вполне конкретный отклик в нижней части тела...
— Хэ-хэ-хэ-хэ-хэ... Договорились! — Всё оказалось так просто! Сунь Додо оглянулась на изящную коробочку на столе, решив, что она в огромном выигрыше, и радостно захихикала.
— ... — Мо Чэнь смотрел на эти губки. Ему нравилось, когда они взмывали в улыбке, нравилось, когда они надувались, нравилось, когда они без умолку что-то бормотали, нравилось ощущать их у себя во рту... Но на этот раз, стоило ему представить, как эти губы обхватывают его плоть, внизу живота заворочался тяжёлый, томительный жар, смешанный с диким возбуждением.
— Ах, ван, ван! А когда мои раны заживут, я смогу научиться плавать? — неожиданно вспомнив о чём-то, спросила Сунь Додо.
— Зачем тебе плавать? — Мо Чэнь отвёл взгляд и отправил в рот кусочек еды.
— Вчера я видела в озере маленьких рыбок, они выглядели такими счастливыми в воде. На улице такая жара, было бы здорово, если бы я тоже умела плавать! — Сунь Додо предавалась прекрасным мечтам.
— Нет, — отрезал Мо Чэнь.
— Поч... Ым-м... —
— Как только твои раны заживут, я сам обучу тебя боевым искусствам. — Мо Чэнь подцепил кусок мяса и тут же засунул его Сунь Додо прямо в рот.
— Правда?! Хей-хей-хей... Если я научусь драться, то смогу... Ой! — Сунь Додо тут же выкинула плавание из головы и продолжила вовсю грезить о том, какой грозной она станет, освоив боевые искусства. Однако ван вдруг протянул руку и надавил на место ранения у неё на плече, отчего Сунь Додо взвыла от боли.
— Научившись владеть боевыми искусствами, ты больше никому не позволишь причинить тебе вред. Поняла? — серьёзно произнёс Мо Чэнь.
— Вы же меня защитите, ван! Могущественнейший Девятый ван, пока я рядом с вами, мне ничего не страшно... — Сунь Додо улыбнулась вану так лучезарно, а в её глазах, похожих на молодые месяцы, плескалось одно лишь безграничное доверие.
— Я буду рядом с тобой. — Мо Чэнь протянул руку и потрепал Сунь Додо по голове, а в его глубоких глазах мелькнула мягкая улыбка.
— ... — Сунь Додо замерла. Казалось ли ей это, или она действительно уже слышала когда-то эти слова: «Я буду рядом с тобой...»
— О чём задумалась? — Мо Чэнь стянул с её тарелки кусочек говядины.
— ...Правда? — глядя вану в глаза, переспросила Сунь Додо.
— ...Я обещал тебе, разве нет? — Мо Чэнь некоторое время смотрел на неё, а затем протянул руку и нежно коснулся её щеки.
— Я верю тебе, м-м-м! — Сунь Додо прищурилась, перехватила руку вана и легонько поцеловала тыльную сторону его ладони.
— Я знаю, — легко улыбнулся Мо Чэнь.
— Хей-хей-хей-хей... — А кое-кто радовался ещё больше, ведь ей удалось спасти из-под палочек вана последний кусочек говядины, который она тут же отправила в рот и проглотила.
Мо Чэнь лишь тихо усмехнулся, не придавая этому значения, и продолжил трапезу.
Дядя Фу смотрел на вана и ванфэй, переполненный безмятежным счастьем. Если бы такая картина могла оставаться неизменной всю жизнь, как бы это было прекрасно, правда?.. Моя госпожа...
Визит Императора
— Тринадцатый ван, — поприветствовал его стражник у ворот.
— Тринадцатый ван, вы уже пообедали? Ван с ванфэй сейчас в гостиной, — почтительно произнёс Дядя Фу.
— Девятый брат! — судя по всему, настроение у Тринадцатого сегодня было не из лучших, и он широким шагом ворвался в гостиную.
— Что случилось? — подняв голову, спросил Мо Чэнь.
— Мелкая пострадала?
http://bllate.org/book/22268/2331144
Готово:
