Лю Ли отвела взгляд и скорчила рожицу в стиле «я же говорила».
Непонятно почему, но Гу Саньюй вдруг вспомнила Цинь Юэ. Хотя это были совершенно разные люди, их манера держаться казалась до странности похожей. Она тихо цокнула языком и покачала головой.
Что это у тебя за выражение лица? — спросила Лю Ли, заметив ее несколько странный вид. — Чего это ты тут сама с собой разговариваешь да еще и головой качаешь?
Смотрю на тебя, а у тебя манера говорить — точь-в-точь как у одной моей старшей подруги. Прям один в один.
Какая еще манера?
Ну, эта твоя сплетницкая физиономия, — Гу Саньюй моргнула. — Точь-в-точь одинаковая.
Это ты меня в сплетницы записала? — Лю Ли изогнула бровь. — У этого Цзян Юэци запросы всегда были ого-го какие высокие, к тому же лицом он вышел лучше всех на программной инженерии. Обычное дело, когда на матчах вокруг него стоит сплошной визг. И надо же такому случиться — он только что улыбнулся тебе так лучезарно! Ты разве не заметила, какими взглядами окружающие девчонки готовы были тебя сожрать?
А вот на это я как-то не обратила внимания. — У нее же на затылке глаз не было, откуда ей знать, кто там какими взглядами смотрит.
Тупишь, ну до чего же тупишь, — вздохнула Лю Ли. — Пусть Цзян Юэци парень и не старый, но в амурных делах он тертый калач. Только что он перед тобой глазами хлопал, так что не вздумай поддаваться на его чары.
Глазами хлопал? — Гу Саньюй прикусила палочки для еды. — Думаешь, он у нас генератор тока? Впрочем, можешь быть абсолютно спокойна за свою старшую подругу — меня и уж тем более парней всей этой школы... да для меня вы все, включая тебя и его, просто детвора зеленая, у вас еще молоко на губах не обсохло...
Тоже верно... — вспомнив, что Гу Саньюй вот-вот исполнится двадцать пять, Лю Ли тут же поправилась: — Какое там молоко на губах не обсохло, ты же меня старше всего года на три...
Старше хоть на год — уже старше, к тому же между нами целая пропасть поколений, — Гу Саньюй снова откусила кусочек куриного крылышка. — Эй, Лю Ли, а крылышки-то ничего, вкусные!
Взрослая барышня, а все туда же — лишь бы поесть, — пробормотала Лю Ли, но, видя с каким аппетитом Гу Саньюй уплетает еду, с улыбкой добавила: — Еще бы, у меня отменный вкус.
Цунами среди девчонок, или Как он это мастерски делает
Сама крылышки похвалила — и тут же себя приплела, стыда у тебя ни на грош. — Непонятно с чего, но она вдруг вспомнила Лу Чжэ. В тот день, когда она похвалила его подчиненных за исполнительность, он точно так же беззастенчиво приписал заслуги и себе.
Она даже начала подозревать, а не знакомы ли они часом.
Слушай, Саньюй, кто из нас двоих еще большая язва?
Конечно ты, — она отлично помнила, как Лю Ли при первой же встрече обозвала ее нулем без палочки. — А я что? Я максимум языком трепать горазда.
Не сказала бы. Я вот заметила, что если ты начнешь язвить, мне до тебя далеко.
Ой, скромничаешь.
Нет-нет, ты куда опаснее.
Это ты скромничаешь, скромничаешь.
Попрепиравшись еще пару секунд, обе звонко рассмеялись.
Цзян Юэци намеренно устроился неподалеку — вроде бы и не близко, но и не далеко. С этого ракурса было отлично видно, как Гу Саньюй с аппетитом уплетает куриную ножку.
Заметив, что Цзян Юэци то и дело косится в ту сторону, сидевший рядом Бай Цзыфэй не выдержал:
Ты долго еще пялиться будешь? Нормально поесть-то дашь?
Только тогда Цзян Юэци перевел взгляд на сидевших напротив парней:
Цзыфэй, это та самая девчонка из зала ожидания, помнишь, я рассказывал? Которая номер телефона дать отказалась.
Она? — Бай Цзыфэй тоже заметил Гу Саньюй, но счел ее внешность самой заурядной и пока не понял, что в ней вообще могло зацепить.
Сяо Хуа кивнул — он ведь тоже был тогда в зале ожидания и запомнил все до мелочей:
Ты просто не видел. Аци у нее номер попросил, а она даже глазом не моргнула и сразу отшила. Во дает, решительно и жестко.
Отшила и отшила, чего тут такого? — пожал плечами Бай Цзыфэй. — Ты что, думал, ни одна женщина перед тобой устоять не может?
Да я не об этом. — Цзян Юэци мысленно вернулся к тому дню, а затем вспомнил, как она посмотрела на него только что. В ее глазах не было ни восхищения, ни того огонька, с каким другие девчонки обычно таращатся на красавчиков. Она просто смотрела на него безо всяких эмоций — и точка.
Ты же видел, как Аци перед ней распинался, а ей хоть бы хны, — Сяо Хуа знал Цзян Юэци лучше всех и отлично понимал его мысли.
Вообще-то они втроем по территории университета ходили словно достопримечательность: куда ни кинь взгляд, везде натыкаешься на восхищенные и влюбленные взоры.
Наверное, они просто привыкли к этому. Вот и испытывали теперь вполне понятное любопытство, столкнувшись с девушкой, которая осталась к ним абсолютно равнодушна.
Цзян Юэци недоуменно нахмурился:
Мы же учимся в одном университете уже два года, как я раньше-то ее не встречал?
Тысячи студентов на весь факультет, подумаешь! Ты что, всех в лицо знать должен? — возразил Бай Цзыфэй. — К тому же с такой внешностью — ну пройдет мимо, ты даже взглядом не зацепишься, никаких особых воспоминаний.
Поразмыслив, Цзян Юэци понял, что тот прав. В конце концов, их встреча с Гу Саньюй в зале ожидания была чистой случайностью. Они с Сяо Хуа специально воспользовались каникулами, чтобы съездить на запад страны — посмотреть на великую пустыню и экзотические пейзажи. Если бы не эта поездка, они бы сроду не познакомились с Гу Саньюй, и даже столкнувшись вот так нос к носу сегодня, он вряд ли запомнил бы ее.
Ничего, теперь-то познакомились, — Цзян Юэци усмехнулся. — А вот ту, что рядом с ней, я знаю. Это староста дисциплинарного комитета — Лю Ли.
Кажется, они неплохо ладят. Они что, из одной группы?
Бай Цзыфэй повернулся, чтобы взглянуть:
Эту Лю Ли я тоже знаю, часто ее вижу. Наверное, и правда в одной группе учатся.
Сяо Хуа, сходи навести справки. — Цзян Юэци снова уставился на Гу Саньюй. Та как раз широко улыбнулась своей собеседнице, и в этот момент он впервые подумал, что лицо у нее на редкость приятное.
Короткие волосы с левой стороны были заправлены за ухо, а в мочке сверкал золотой гвоздик в форме сердечка. Студентки обычно предпочитали бриллианты и белое золото, а вот девушек с обычным золотом в ушах встречалось не так уж много.
Тонкая изящная шея, волосы подстрижены ровно по линию подбородка, и когда она говорила, пряди покачивались в такт словах, образуя очень красивый изгиб.
На ней было свободное платье чуть ниже колен. Жаль только, стройных ног под ним было не разглядеть.
Сидевшая напротив Лю Ли одевалась куда моднее, ее вкус в одежде был на голову выше. Но почему-то именно Гу Саньюй казалась ему донельзя милой.
Большие, выразительные глаза, красивый изгиб губ... Только что она очаровательно улыбнулась подруге, и в этом мимолетном движении было столько живого, неуловимого очарования.
Сяо Хуа постучал палочкой по тарелке Цзян Юэци:
Хватит пялиться, ешь давай, у нас еще дела на сегодня.
Только тогда Цзян Юэци опомнился. Неужели он и правда засмотрелся?
Бред какой-то. Эта Гу Саньюй ведь совсем не в его вкусе.
Но раз не в вкусе, почему тогда его так и тянет узнать ее получше?
Любопытство разыгралось? Или взыграло типично мужское тщеславие?
Как бы то ни было, одно он знал наверняка: Гу Саньюй — девчонка интересная.
А он любил бросать вызовы.
Когда Гу Саньюй с Лю Ли закончили смеяться, Цзян Юэци тоже почти доел.
Он отложил палочки, сходил в ларек за двумя бутылками йогурта, подошел к столику Гу Саньюй и протянул одну:
Приношу извинения за свою тогдашнюю бестактность. Угощаю йогуртом.
Гу Саньюй слегка растерялась. Вообще-то это он тогда вытащил ее из неловкого положения, поэтому она с улыбкой ответила:
Да что ты такое говоришь! Я ведь еще толком не поблагодарила тебя за помощь в тот раз, мне как-то неудобно...
Тогда... в знак благодарности, может, угостишь меня как-нибудь обедом?
А?.. Что? — Гу Саньюй снова моргнула. Сообразив, в чем дело, и заметив улыбку в уголках губ Цзян Юэци, она подумала: неужели это можно расценивать как флирт?
Глупышкой Гу Саньюй не была — за годы учебы в институте она навидалась всякого, так что подобные приемчики Цзян Юэци были ей прекрасно знакомы.
Давай после военной подготовки, — подумав, ответила Гу Саньюй. — Ровно через месяц.
Что ж, я буду терпеливо ждать. — Цзян Юэци поставил бутылку на стол. — Йогурт после еды полезен для пищеварения.
Проводив его взглядом, Гу Саньюй усмехнулась:
Спасибо.
Когда Цзян Юэци ушел, Лю Ли подхватила вторую бутылку, сорвала крышку и сделала глоток:
Надо же, перепало и мне счастья — попробовать йогурт, купленный самой главной школьной знаменитостью.
Да ешь давай, а то твой язык не остановить, — Гу Саньюй смахнула крошки со стола и вытерла губы. — Но знаешь, Лю Ли, ты вечно твердишь про эту школьную знаменитость, а мне вот кажется, что ты сама из тех, кого костями перемывают за каждым углом.
Совместный прогресс
Лю Ли отпила еще йогурта и покосилась на нее:
С чего ты взяла?
Еще с сегодняшнего обеда заметила. Стоило нам появиться вместе, как вокруг тут же начинались шепотки и тыканье пальцами. Наблюдательности Гу Саньюй было не занимать, но про обед она решила умолчать. До того как появился Цзян Юэци, стоило им с Лю Ли остаться вдвоем у прилавка, как все парни и девчонки в радиусе десяти метров тут же расходились по сторонам. Слух у Гу Саньюй был отменный, так что кое-какие обрывки фраз до нее все же долетали.
Неужели Лю Ли настолько здесь не любят?
Кроме того, Гу Саньюй обратила внимание, что близких друзей среди сокурсников у Лю Ли, похоже, не было.
Будь они у нее, она бы наверняка уже познакомила их. Но прошел уже целй день, а Лю Ли, кроме как затащить ее в аудиторию и показать местным девчонкам, так ни с кем по-настоящему и не познакомила.
Это ее и настораживало.
Университет — это вам не школа.
В группе человек сорок-пятьдесят, и у каждого своя тусовка. Обычно самые крепкие связи завязываются внутри общежитий. Во времена своей учебы Гу Саньюй общалась в основном только с девчонками из своей комнаты, а с остальными пересекалась разве что на общих лекциях.
И все же в любой группе всегда найдется кто-то, с кем ты ближе, чем с остальными.
Но судя по ситуации Лю Ли, такого человека у нее не было.
Ты тоже заметила, — равнодушно протянула Лю Ли. — Наверное, считают, что со мной тяжело ладить. К тому же я слишком строго слежу за дисциплиной.
Заметив, что Гу Саньюй пристально вглядывается в нее, Лю Ли слегка улыбнулась и пояснила:
Наверное, дело еще в том, что я живу дома, а не в общегражитии. Когда я только поступила, все жили в комнатах, и самые крепкие связи образовывались именно там. Если вдруг менялось расписание, староста передавала новость своим девчонкам, но до меня вечно ничего не доходило. А потом я стала главой дисциплинарного комитета, кроме обязательных пар времени ни на что не оставалось, и общаться с группой стала еще меньше. Ну а потом... всякое случалось, в общем — со временем всё вот так и зашло в тупик.
Она вечно обедала одна, домой добиралась одна, на пары ходила в одиночестве... оттого и подсела на видеоигры.
Ей нравилось ощущение слаженной командной работы.
Гу Саньюй вздохнула. Ей безумно хотелось расспросить, что именно скрывается за этим «всякое случалось», но судя по тому, как помрачнело лицо подруги, лезть с расспросами было неуместно.
Она лишь чуть сжала ее руку:
Ничего, впереди целый год, и я буду рядом. Избавься от иллюзий — от меня ты не отделаешься, я как банный лист.
Лю Ли прыснула со смеху:
Первый раз вижу человека, который открыто называет себя банным листом.
В одной руке Гу Саньюй держала йогурт, а другой тянула Лю Ли за собой:
Пошли после обеда прогуляемся? Я видела тут неподалеку какую-то симпатичную рощицу.
Вернувшись после прогулки, Гу Саньюй приняла душ, натянула ночную сошку и забралась на кровать.
Лу Чжэ провел на совещании весь день, и хотя оно еще не закончилось, выкроил свободную минуту, чтобы чиркнуть сообщение Гу Саньюй.
На ее лице как раз красовалась маска, подаренная Лю Ли, когда пиликнул входящий.
Она разблокировала экран — от Лу Чжэ.
Он спрашивал, не легла ли она уже спать и как прошел ее день.
Она накатала ему длинное полотно текста, подробно, словно в отчете, расписав все свои приключения и упомянув даже встречу с Цзян Юэци.
И добавила, что это просто невероятное совпадение.
Прочитав ее простыню и добравшись до фразы про совпадение, Лу Чжэ на секунду замер с телефоном в руке.
Развивать эту тему он не стал, а вместо этого написал, что нынче свирепствует грипп, велел ей одеваться по погоде и беречь себя.
Гу Саньюй отписалась, что поняла.
Тут она вспомнила про Лю Ли и снова принялась стучать по экрану.
Лу Чжэ, мы сегодня обедали вместе с Лю Ли, и я заметила, как косо на нее смотрят окружающие, даже кое-что подслушала... Она говорит, что в универе всегда одна, мне аж жалко ее стало. Я помню, как мы в свое время даже в туалет ходили исключительно толпой — ужасно боялась остаться одна, казалось, что это жутко одиноко. Но Лю Ли такая сильная, делает вид, будто ей все равно. Только я-то знаю, как ей на душе паршиво. Девчонки всегда кучкуются, а она такая заводная, неужели ей не одиноко одной? Лу Чжэ, спасибо тебе огромное, что устроил меня именно в ее группу. Теперь я смогу быть с ней рядом целый год, пока она не ушла на практику.
Лу Чжэ читал ее послание слово за словом. Прежде всего он обратил внимание на то, что о причинах одиночества Лю Ли Гу Саньюй написала расплывчато, но общую суть он уловил.
Она использовала фразу «на душе паршиво», описывая учебу Лю Ли в одиночестве, а это значит, что такое положение дел — вовсе не осознанный выбор последней, а скорее результат того, что ее здесь просто не жалуют.
Он слишком хорошо знал характер Гу Саньюй: сходилась она с людьми по зову сердца, но душа у нее была чистая. То, как она сопереживала Лю Ли, говорило о том, что Гу Саньюй записала ее в близкие подруги.
Университет — это мини-модель общества, где полно самых разных людей. Травля в стенах учебных заведений — вещь старая как мир: демонстративное игнорирование или скрытая враждебность тоже разновидность психологического насилия.
Подумав пару секунд, Лу Чжэ напечатал в ответ: Саньюй, изначально я просто хотел, чтобы тебе было с кем познакомиться и легче освоиться в группе Лю Ли. Но раз уж ты в курсе ее нынешнего положения и считаешь ее своей подругой, можешь попытаться понять, в чем корень проблемы. У любой медали две стороны: возможно, дело отчасти в ее характере, а возможно — в окружающих. Ты чуть старше, так что вполне можешь присмотреться к ситуации со стороны, понаблюдать и найти истинную причину.
Нажав «отправить», он тут же добавил еще одно сообщение: Не слишком ли официально вышло?
Гу Саньюй только собралась ответить, как увидела вторую строчку, тихонько хихикнула и напечатала: Редко дождешься от ректора Лу таких нравоучений, но казенный язык хотя бы понятен. Впрочем, суть я уловила. Еще раз приношу ректору самую искреннюю благодарность, с уважением.
И прилепила смайлик-рожицу.
Лу Чжэ имел в виду, что друзья должны помогать друг другу и развиваться вместе. Вместо того чтобы пускать все на самотек до самого выпуска, ей стоит помочь Лю Ли разобраться в ситуации.
Гу Саньюй была абсолютно с ним согласна. На жизненном пути приходится встречать самых разных людей.
Кто-то мил лишь на словах, а за спиной даже не считает тебя за друга — так, вежливые маски; кто-то кажется серым и незаметным, но в нужный момент протянет руку помощи и выведет из тумана; общение с эрудированным человеком обогащает тебя; ну а связавшись с дураком, сам начнешь деградировать — хотя и сам он, ясное дело, не лучше.
С кем поведешься — от того и наберешься. Гу Саньюй, конечно же, хотела, чтобы у Лю Ли всё наладилось.
Соскучился
Воспользовавшись перерывом на работе, Лу Чжэ позвонил Гу Саньюй.
Она нажала «принять» и тихо протянула:
Алло?
Лу Чжэ казалось, что от одного этого ее «алло» вся усталость от бесконечных совещаний улетучивается без следа.
Саньюй, — позвал он низким, бархатным голосом. — Во сколько спать собираешься?
Скоро лягу, — Гу Саньюй зевнула. — Ты же говорил, что у тебя совещание и некогда болтать?
Вышел на перерыв, освежить голову. — А разве она не была для него лучшим средством от усталости?
Гу Саньюй протянула «ага» и на пару секунд замолчала, соображая, что бы еще сказать.
Лу Чжэ тяжело вздохнул:
Я соскучился.
У него был потрясающий голос — низкий, бархатный. Звук шел через динамик телефона, и Гу Саньюй на мгновение показалось, будто он стоит прямо перед ней.
Сказав это, он не стал дожидаться ответа и совсем не расстроился — он изначально не рассчитывал на немедленную взаимность.
Помолчав еще немного, Лу Чжэ уже хотел было продолжить, как в трубке раздался тихий, довольный смешок Гу Саньюй:
О? Дядя по мне соскучился?
Лу Чжэ со вздохом произнес:
Отмени это «дядя».
Ну до чего же вредная девчонка, умеет же испортить момент.
Ой, дай угадаю: ты опять нахмурился? — каждый раз, когда она звала его дядей, на его лице появлялось такое выражение вселенской скорби, что она легко могла это представить.
Лу Чжэ глянул на свое отражение в зеркале умывальника. И вправду нахмурился — да так мастерски, что сам не заметил.
Не дождавшись ответа, Гу Саньюй продолжила:
До такой степени соскучился, что аж брови насупил?
И с чего ты взяла? — усмехнулся Лу Чжэ.
Умение этой девчонки переводить стрелки росло с каждым днем.
Разве нет? — улыбнулась Гу Саньюй. — Лу Чжэ, я сегодня за обедом про тебя вспомнила.
Правда? — уголки губ Лу Чжэ поползли вверх. — И в каком же контексте?
Вспомнила, как ты сам себя хвалил с таким самодовольным видом, ха-ха-ха... — Гу Саньюй залилась смехом.
Сначала Лу Чжэ опешил от такого заявления, а затем, слушая ее искренний веселый смех, лишь покачал головой: смелости у этой девчонки в последнее время явно прибавилось, раз уж позволяет себе так над ним подтрунивать.
Он подождал, пока она отсмеяется.
Ну вот, неловко как-то, одна я тут смеюсь, — утихомирилась Гу Саньюй.
Просто у тебя порог смешливости низкий, — подытожил Лу Чжэ.
Ага, зато у ректора Лу он вечно заоблачный, — парировала Гу Саньюй. — Никогда ведь не улыбается.
Только рядом с ней он бывал мягким.
При этой мысли Гу Саньюй заботливо поинтересовалась:
А ты ужинал?
Лу Чжэ остался доволен — прогресс налицо, догадалась-таки поинтересоваться.
Еще нет, после перерыва опять засяду.
И что будешь есть на ночь глядя?
Понятия не вою, разберемся по ходу дела, смотря до скольки затянется.
Какая тяжелая работа... — Гу Саньюй подумала немного. — Если освободишься поздно, обязательно поешь, иначе желудок посадишь. Можешь попросить своего водителя-секретаря заехать за едой, на крайняк дома разогреешь.
Угу, — послушно отозвался Лу Чжэ.
И смотри не бери ничего жирного, лучше что-нибудь легкое, кашу, например.
Хорошо.
http://bllate.org/book/22294/2334592
Готово: