Юань Ган подхватил на руки Линь Ло, который всё ещё не хотел уходить, и, повернувшись к стоявшим рядом Е Фаню и Учителю Чэню, произнёс:
— Попрощайтесь с Командующим и Учителем.
Линь Ло недовольно надул губы и небрежно махнул рукой.
На нём уже была обычная одежда — опрятная, с аккуратно застёгнутым воротником, что делало его изящное личико ещё более аристократичным. Любой, кто взглянул бы на него, решил бы, что это ребёнок, которого в семье окружают невероятной заботой.
Е Фань, позабавленный таким видом мальчика, тихо усмехнулся. Он шагнул вперёд, уверенно и ловко подхватил Линь Ло на руки, слегка подбросил его, чтобы удобнее устроиться, и надёжно придержал под коленями.
В его голосе зазвучали нарочито строгие нотки, как у любого взрослого, который поучает ребёнка:
— Когда я вернусь и проведу совещание с высшим руководством, Сяо Ло, ты станешь таким же человеческим пределом, как и мы. Больше не сможешь позволить себе быть таким своевольным.
Линь Ло лишь презрительно фыркнул на этот нравоучительный тон. Его серо-голубые глаза блеснули, и в них промелькнула хитринка.
Пока Е Фань продолжал говорить, Линь Ло протянул маленькую ручку, метя прямо в натренированные грудные мышцы собеседника!
Есть вещи, которые невозможно забыть.
Но Е Фань был начеку: он слегка повернул запястье и крепко перехватил детскую ладошку. Сила была небольшой, но достаточной, чтобы мальчик не смог пошевелиться.
Линь Ло нахмурился и мысленно выругался.
*Черт, играть не умеет.*
— Что, решил совершить внезапную атаку? — Е Фань приподнял бровь и нарочно потряс пойманной ручкой. — Теперь понял, кто тут главный?
Линь Ло издал недовольное цоканье, а лицо Юань Гана стало совершенно каменным.
Учитель Чэнь, наблюдавший за этим со стороны, улыбнулся:
— Ладно, хватит его дразнить, пора возвращаться.
— Хорошо.
Е Фань опустил Линь Ло на землю, взъерошил его волосы, и его голос снова стал спокойным и серьёзным:
— Иди. Если что-то случится — сразу связывайся.
Оказавшись на земле, Линь Ло тут же отступил назад, увеличивая дистанцию, и поспешил к ногам Юань Гана.
Затем, как и положено ребёнку, который знает, что его защитят, он высокомерно вскинул голову. Смысл был ясен: если уходим, то уходим немедленно.
Юань Ган беспомощно улыбнулся — с этим мальчишкой он ничего не мог поделать.
День был ясным. Вскоре карета тронулась с места и медленно покинула территорию Тренировочного лагеря.
Юань Ган мгновенно сбросил с себя прежнюю расслабленность, выпрямился и отвесил уезжающей карете торжественный поклон, полный тяжёлой, глубокой почтительности.
Линь Ло стоял рядом, глядя вслед экипажу, а затем перевёл взгляд на Юань Гана. В этот момент на его маленьком личике не дрогнул ни один мускул.
Он чувствовал исходящую от Юань Гана непоколебимую решимость, пронизанную верой, которую сам Линь Ло вряд ли когда-нибудь сможет постичь. А может, он просто считал себя недостойным этого понимания.
— Сяо Ло, — Юань Ган опустил руку, его голос прозвучал глухо. — То, что значит быть человеческим пределом, может оказаться куда тяжелее, чем ты думаешь…
Он запнулся и замолчал, не зная, поймёт ли его Линь Ло, или же он просто не хотел, чтобы ребёнок слишком рано столкнулся с жестокой реальностью.
Линь Ло закусил губу, протянул руку и слегка потянул Юань Гана за край одежды. Добившись внимания, он указал другой рукой в сторону Тренировочного лагеря.
Юань Ган опешил, а потом рассмеялся, снова подхватил мальчика на руки и позволил ему ласково прижаться к себе.
Похоже, ребёнок соскучился по дому.
Когда тренировки закончились, большинство новобранцев начали устраивать развлечения в казармах.
Ван Мянь и Сунь Тяньпин играли в шахматы.
Ли Сюань и Юэ Гуй сражались в мобильную игру.
Линь Ло, которого новобранцы привели к себе ещё раньше, сидел на маленькой табуретке. Его ручки старательно удерживали карты, зажатые между каждым пальцем, словно два плохо сделанных веера.
Двое других новобранцев, участвовавших в игре, не смели расслабляться.
Вокруг собралось немало зрителей, большинство из которых следили именно за Линь Ло. Кто-то пытался сдержать смех, боясь потревожить мальчика, и лишь прикрывал рот рукой.
— Будете бороться за роль помещика, маленький инструктор?
Линь Ло энергично кивнул, всем своим видом показывая, что намерен победить.
Кто-то подошёл, чтобы помочь ему взять карты, и заботливо спросил:
— Мне помочь?
Линь Ло покачал головой и уронил карты из одной руки — те веером разлетелись по столу.
— Э-э… самолёт? Погоди, а двух карт не хватает? — новобранец, играющий за крестьян, пересчитывал карты снова и снова, неуверенно глядя на стол.
Тот, кто помогал Линь Ло с картами помещика, замер и бросил две карты:
— Вот здесь, теперь всё верно.
Линь Ло довольно кивнул.
Тот, кто брал карты, посмотрел на оставшегося у него Джокера, затем на такого же Джокера в руке Линь Ло, и всё понял.
Ну вот, опять проиграл.
Маленький инструктор играл, казалось бы, как попало, полагаясь лишь на настроение, но ему невероятно везло — он всегда вытягивал хорошие карты. А если карт не было, он всё равно каким-то чудом умудрялся побеждать.
Наверняка научился у других инструкторов, старый лис.
В этот момент Ли Сюань и Юэ Гуй закончили партию. Вид у обоих был неважный — видимо, проиграли немало.
Ли Сюань отложил телефон, тихо выругался и, растолкав остальных, придвинулся к Линь Ло:
— Ого, а у тебя карта прёт!
Линь Ло беззлобно отшлёпал Ли Сюаня по лицу.
— Эй, эй, полегче! — рассмеялся Ли Сюань, уворачиваясь. Он достал из кармана конфету, только что взятую в отделе снабжения, развернул фантик и сунул её Линь Ло в рот. — Давай-давай, раз выиграл — вот тебе конфетка для подкрепления.
Линь Ло, вынужденный жевать конфету, недовольно покосился на Ли Сюаня и сбросил все оставшиеся карты.
— Весна!
— Инструктор Линь Ло — лучший!
Ван Мянь и Сунь Тяньпин, закончив свою партию, услышали шум и одновременно обернулись.
Увидев, что Ли Сюань снова тянется к конфетам, Сунь Тяньпин улыбнулся:
— Только что в игры играли, руки в поту, а ты даже не помыл их.
Ли Сюань замер, виновато отвёл взгляд и быстро протянул Линь Ло ещё одну конфету:
— Да он же не против!
Линь Ло снова хмыкнул и на этот раз оттолкнул руку Ли Сюаня. Тот неловко потёр нос.
Ван Мянь подошёл и присел с другой стороны от Линь Ло:
— И сколько партий уже выиграл наш маленький инструктор?
— С самого начала игры ни разу не проиграл! — выкрикнул кто-то из толпы.
Ван Мянь приподнял бровь и присел рядом:
— Тогда я тоже присоединюсь.
Ли Сюань тут же отозвался:
— И я! Не верю, что мы, братья, не сможем его одолеть!
Сунь Тяньпин и Юэ Гуй беспомощно переглянулись и подошли к своим сослуживцам, чтобы помогать им с картами.
Игра мгновенно превратилась из поединка троих в схватку пятерых — или даже больше, ведь Линь Ло иногда «нанимал» руки других новобранцев, чтобы держать карты.
Вскоре игра подошла к концу.
— Пара королей! — торжествующе хлопнул по столу Ли Сюань.
Линь Ло не спеша вытянул две карты и бросил их на стол.
Пара тузов.
Улыбка Ли Сюаня застыла. Юэ Гуй рядом вздохнул:
— Сдавайся.
Ли Сюань свирепо зыркнул на него:
— Сдавайся? Да я бог карт, понимаешь?
Ван Мянь и Сунь Тяньпин, тоже игравшие за крестьян, обменялись взглядами и подавили улыбки — они уже догадались, что у Линь Ло на руках.
Линь Ло дьявольски усмехнулся и выложил карты — там были четыре двойки и два Джокера.
— Бомба… с двумя Джокерами! — Ли Сюань вскочил со стула, запинаясь и не в силах вымолвить ни слова. — Я требую проверки карт!
Все разразились хохотом.
Увы, богу карт Ли Сюаню не дали проверить карты.
Как раз когда все утопали в смехе, раздался резкий свисток.
В тот же миг все инстинктивно бросили свои дела и помчались к тренировочной площадке.
Ван Мянь, приняв мгновенное решение, подхватил Линь Ло и отнёс его в ближайшую казарму, чтобы убедиться, что тот не пострадает, а потом побежал догонять остальных.
Оставшись один, Линь Ло опешил, а потом безразлично пожал плечами, подошёл к балкону казармы и ловко спрыгнул вниз.
Через три минуты все были на площадке. К их удивлению, Линь Ло уже был там — сидел на краю тренировочного помоста, держа в руках кожаную сумку, и с интересом разглядывал остальных.
Хун Хао вышел на помост, чтобы построить отряд. Когда всё было готово, Линь Ло, перебирая короткими ножками, подошёл и услужливо протянул ему сумку.
Хун Хао привычно взъерошил волосы ребёнка, взял сумку, достал из неё документ и заговорил:
— Вы здесь, потому что пришли ваши приказы о переводе. Я объявлю их сейчас, чтобы вы успели подготовиться.
— Чжао Вэйвэй, перевод в…
— Ван Мянь, перевод в…
— Сунь Тяньпин, перевод в…
— …
Пока зачитывались имена, небо становилось всё темнее.
Глядя на оживлённую толпу, Линь Ло зевнул и потёр глаза, в которых выступили слёзы.
В воздухе повеяло сыростью. Мальчик посмотрел в небо и протянул руку — капля воды упала на его ладонь, медленно стекая по следу от слёз.
Словно слёзы, начавшие течь вновь.
Прежде чем дождь усилился, Хун Хао быстро накинул на мальчика свою куртку. Он подхватил Линь Ло, сунул ему в руки сумку с документами, коротко скомандовал «Разойтись!» и поспешил к ближайшему укрытию.
Дождь — это слёзы неба.
Слёзы — это чувства людей.
Глядя на новобранцев, разбегающихся по сторонам, Линь Ло молча уткнулся лицом в шею Хун Хао, закрываясь от мира.
Почувствовав зависимость ребёнка, Хун Хао похлопал его по спине:
— Завтра этот поток новобранцев примет присягу и уедет. Будешь скучать?
Линь Ло глухо хмыкнул и промолчал.
Хун Хао улыбнулся, его тон был одновременно насмешливым и поучительным:
— Смотри, ты теперь человеческий предел. Хотя мало кто об этом знает, новость всё равно разойдётся. Кто знает, может, те, кто уедет, будут молить тебя о помощи.
— Тот же Ван Мянь, он ведь Агент божества. Кто знает, когда он соберёт спецотряд? Может, тогда он заберёт туда и Чжао Вэйвэй, и Ли Сюаня.
— А ты просто подашь заявку Командующему, чтобы помочь им. Разве это не прекрасно?
— Мы обязательно встретимся снова.
— Разлука нужна для лучшей встречи, разве нет?
Линь Ло по-прежнему молчал, лишь сильнее зарываясь лицом в грудь Хун Хао.
А что, если новой встречи не будет?
Во рту у Линь Ло всё ещё оставался сладкий привкус — след от конфеты, которую насильно впихнул ему Ли Сюань.
Сладость всегда исчезает.
И люди тоже редко встречаются вновь.
На рассвете, ещё до сигнала к построению, когда даже утренняя заря была в дремоте, в медпункте зажёгся свет. Доктор Ли сидел за столом, разбирая документы, и что-то помечал ручкой.
— Три года, костный возраст не увеличился, духовная сила тоже… В этом году внезапно проявились способности, которых раньше не было. Скрывал? Или это результат некого стечения обстоятельств?
— Предпочитает общаться с людьми, обладающими сильной духовной силой, особенно после встречи с Цзяньшэном, даже случались приступы беспокойства. Ситуация ухудшалась, когда его подавляла божественная мощь Ван Мяня…
— Но он способен вовремя взять контроль… Появилась сильная эмоциональная зависимость, склонность к саморазрушительному самопожертвованию…
Доктор Ли бормотал это, записывая, а затем отложил ручку, посмотрел на текст и вздохнул.
Линь Ло — ребёнок, которого слишком трудно разгадать.
В этот момент в дверь медпункта постучали. Стук был лёгким и раздавался низко — Доктор Ли сразу догадался, кто это.
Лёгок на помине.
Он прикрыл документы книгой и встал, чтобы открыть дверь.
На пороге, как и ожидалось, стоял знакомый силуэт в костюме динозавра. Капюшон был натянут так низко, что лица было не разглядеть.
Доктор Ли улыбнулся и, взяв мальчика за руку, провёл его внутрь.
— Что случилось? Почему так рано проснулся? — Доктор Ли усадил его на диван и сел рядом. — Что-то на душе?
Доктор Ли смотрел на него с искренним участием.
Линь Ло опустил голову, немного подумал и медленно снял капюшон — как врач, Доктор Ли знал, что это значит: мальчик готов к общению.
Линь Ло не мог говорить и редко пользовался записками. Он был настолько умён, что, казалось, каждый мог прочитать его мысли по глазам или жестам. Но сейчас проблема была явно не из тех, что решаются языком тела.
Доктор Ли не спеша протянул ему блокнот и карандаш. Линь Ло взял их, долго рассматривал, и наконец написал:
— Твоё имя на самом деле довольно солнечное.
Доктор Ли, чьё имя Ли Янгуан означало «солнечный свет», замер:
— …
Он неловко, но вежливо кашлянул:
— Да, пожалуй. Я тоже так думаю. Если когда-нибудь открою свою больницу, назову её Больницей Солнечного Света.
Линь Ло задумчиво кивнул и написал ещё одну фразу:
— А как тебе моё имя?
Доктор Ли серьёзно задумался:
— Линь Ло… «Стоять, прислонившись к ветру, глядя в бесконечное небо, Лошуй лениво отражает лазурные пики».
— Прекрасное имя, очень одухотворённое. Я всегда считал, что у Сяо Ло талант к именам. Даже себе ты выбрал…
Доктор Ли не успел договорить, как Линь Ло дёрнул его за край одежды. Мальчик поднял на него серо-голубые глаза, а затем снова склонился над бумагой:
— Не в этом смысле.
— Линь — это 0.
Доктор Ли опешил.
— Ноль? Цифра? Или какой-то код? Или просто цифра, удобная для фамилии?
— А Ло? — тихо спросил он, подавляя волнение.
Линь Ло помедлил, и на бумаге появились новые иероглифы:
— Лошень (Богиня реки Ло).
— Означает красоту.
Воздух словно застыл.
Лошень — легендарная богиня реки Ло, непревзойдённая красавица, но в то же время символ призрачного, недосягаемого одиночества.
Оказалось, что в имени Линь Ло скрыто не любование пейзажем, а пустота «нуля» и отчуждённость «божества».
Адамово яблоко Доктора Ли дёрнулось. Он протянул руку и взъерошил волосы Линь Ло, его голос стал тише:
— Это Сяо Ло сам придумал?
Линь Ло покачал головой, потом кивнул, но писать больше не стал, словно не хотел объяснять.
Доктор Ли усмехнулся:
— Как бы то ни было, Линь Ло — это твоё имя. Оно принадлежит тебе. Это очень красивое имя.
— Неважно, дали его тебе другие или ты выбрал сам…
— С тех пор как это имя неразрывно связалось с тобой, оно больше не означает ту пустую, холодную, высокую и недосягаемую суть.
— Это просто ты, Линь Ло.
— И только ты.
Маленькая рука Линь Ло, сжимавшая карандаш, дрогнула, и на бумаге расплылось чёрное пятно.
Он поднял голову и долго смотрел на Доктора Ли — в его глазах читались мысли, не свойственные ребёнку.
Наконец, он снова написал:
— Тебе никто не говорил, что ты подошёл бы на роль психолога или психиатра?
Доктор Ли замер, а потом рассмеялся:
— Хм… теперь сказали.
В это время в казармах новобранцев послышался шум. Было ещё рано, но многие уже надели форму и с возбуждением спешили на тренировочную площадку.
Доктор Ли подошёл к окну:
— Хочешь, я отведу тебя? Твои друзья наверняка хотят поскорее тебя увидеть.
Он обернулся, но маленького динозавра на диване уже не было — лишь полуоткрытая дверь тихо покачивалась.
Доктор Ли беспомощно покачал головой и посмотрел на новобранцев за окном.
Так происходит каждый год: приходят и уходят, встречаются и расстаются.
Словно смена времён года — обычно, но заставляет тосковать.
…
Линь Ло спешил в казарму инструкторов. По пути он встретил немало новобранцев, но проходил мимо, оставляя им лишь вид динозавра, виляющего хвостом.
В комнате Юань Ган поправлял воротник перед зеркалом. Его армейская зелёная форма сидела безупречно, а звёзды на погонах, казалось, сияли.
Заметив возвращение Линь Ло, Юань Ган приподнял бровь:
— Где ты шлялся? Даже переодеться не успел.
Линь Ло недовольно надул губы и полез искать свою маленькую военную форму, которую Юань Ган постирал и высушил накануне.
Комбинезон-пижама всё-таки был неудобным, хотя Линь Ло и носил его отчасти напоказ. Он встал на цыпочки, с трудом снял пижаму и начал возиться с формой.
Зная, что ребёнок капризничает нарочно, Юань Ган ничего не сказал, а просто подошёл, присел и помог ему одеться и застегнуть пуговицы.
Точно так же, как в тот самый первый день, когда он впервые одел Линь Ло.
— Пошли, а то опоздаем. — Юань Ган взял его за руку и направился к выходу.
Как только они вышли, Линь Ло почувствовал, что на него смотрят. Он обернулся и увидел Ли Сюаня и Юэ Гуя, прячущихся за деревом.
Заметив, что мальчик смотрит на них, те начали отчаянно махать руками, беззвучно что-то выкрикивая.
— Два клоуна, — раздался голос Юань Гана над головой, а затем большая рука взъерошила волосы мальчика.
Юань Ган, боясь, что ребёнку будет душно, держал маленькую фуражку в руке, а теперь нахлобучил её на голову Линь Ло:
— Иди, поиграй ещё со своими добрыми братьями.
Линь Ло поправил фуражку, кивнул и, выпустив руку Юань Гана, побежал к дереву.
Ли Сюань и Юэ Гуй были одеты в форму с иголочки, даже шнурки на ботинках были завязаны идеально — они выглядели куда солиднее, чем обычно.
Но стоило им увидеть Линь Ло, как вся солидность испарилась.
Увидев, что мальчик бежит к ним, Ли Сюань шагнул вперёд, подхватил Линь Ло и усадил его себе на плечи:
— Погнали! Брат Ли Сюань покажет тебе всё с высоты!
Линь Ло, застигнутый врасплох, инстинктивно ухватился за волосы Ли Сюаня, отчего тот взвизгнул, но рассмеялся ещё громче. Он даже нарочно подпрыгнул и побежал.
Глядя на две забытые фуражки — большую и маленькую, — Юэ Гуй беспомощно пожал плечами, подобрал их и бросился в погоню.
Юань Ган смотрел на эту суматоху, улыбаясь и качая головой, и не спеша направился к площадке.
Утренний свет пробивался сквозь листву, оставляя на дороге пятна света, которые то сливались с проходящими новобранцами, то появлялись вновь.
На площадке уже собралось много людей. Ван Мянь и Сунь Тяньпин стояли в первых рядах. Увидев Линь Ло на плечах Ли Сюаня, они не смогли сдержать улыбок и помахали ему.
Линь Ло помахал в ответ, и на его маленьком личике заиграла лёгкая улыбка.
Как только Ли Сюань ступил на площадку, его перехватили несколько девушек.
Не успел он удивиться, как те слаженно выстроились, перекрывая ему все пути к отступлению.
— Сестрица Вэйвэй! Маленький инструктор здесь!
Вжик!
Неизвестно откуда появилась Чжао Вэйвэй. Она подхватила Линь Ло с плеч Ли Сюаня, прижала к себе и начала тереться щекой о его лицо:
— Эх, так быстро приходится прощаться, так жалко…
Её голос стал мягким, с нотками каприза:
— Сестрица Вэйвэй больше всего любит Сяо Ло. Что я буду делать без тебя?..
Говоря это, Чжао Вэйвэй унесла Линь Ло подальше, оставив остолбеневшего Ли Сюаня и подоспевшего Юэ Гуя позади.
— Эй, Чжао Вэйвэй, ты… — Ли Сюань открыл рот, собираясь догнать их, но те самые девушки с хихиканьем преградили ему путь.
— Брат Сюань, не гонись, дай сестрице Вэйвэй ещё побыть с маленьким инструктором.
http://bllate.org/book/22389/2349194
Готово:
