Готовый перевод Nation Made / Создано страной: Глава 23

Судя по телосложению, шансы на развитие казались невелики.

Переведя взгляд ниже, Цзи Юань совершенно неожиданно для себя увидел то, чего раньше никогда не видел.

Ого… какой огромный…

Разве Сун Цзинину не всего шестнадцать? Как он смог дорасти до таких размеров?

К тому же, это выглядело совсем не так, как у него самого — впрочем, это он сравнивал с собой взрослым из прошлой жизни. Что же касается нынешнего времени…

Цзи Юань взглянул на себя и тут же пал духом.

Даже когда он вырастет, он никогда не станет таким же мощным, как Сун Цзинин.

Пфф! — заметив, куда смотрит Цзи Юань, Сун Цзинин рассмеялся и, чтобы утешить, похлопал того по плечу. — Не расстраивайся, Юань-юань, ты еще вырастешь. К тому же, не стоит сравнивать себя со мной: у меня самый большой среди всех нас.

Цзи Юань молчал.

— Братец Сяо Сун, вы что, мерялись?

Он вспомнил сцену, как Цзи У соревновался в том, кто дальше пописает.

— Конечно! Никто из них не сравнится со мной, разве что у Цзи Юна еще более-менее, — с гордостью заявил Сун Цзинин.

Хотя для мальчишек подобные разговоры были в порядке вещей, Цзи Юань, который что в прошлой жизни, что в нынешней оставался затворником и девственником, покраснел до корней волос.

Еще в прошлой жизни он понял, что его, вероятно, влечет к мужчинам, поэтому старался не сближаться с ними и уж точно не решался поддерживать подобные пошлые темы.

Сун Цзинин стал первым, с кем это произошло.

И хотя это был всего лишь обычный мальчишеский разговор, он все равно чувствовал себя неловко.Оба быстро приняли душ. Сун Цзинин, одеваясь, поглядывал на Цзи Юаня. Заметив, что тот сидит, опустив голову и молча, он заподозрил, не напугал ли его.

Вспоминая себя в подростковом возрасте, он думал, что тогда тоже почти ничего не понимал. Когда началось половое созревание, он даже испугался, решив, что заболел, и тайком побежал в больницу на обследование, только тогда всё и понял.

Чтобы Юань-юань не повторил его ошибок, Сун Цзинин кашлянул и, придвинувшись к самому уху Цзи Раня, шепнул:

— Юань-юань, я скажу тебе одну вещь, только ты не бойся.

Увидев его серьёзное выражение лица, будто тот собирался сказать что-то крайне важное, Цзи Юань даже бросил поправлять одежду и тоже подался вперед, тихо спросив:

— Я не боюсь, говори.

— Там в будущем начнет расти волос, и оно еще будет твердеть. Ты тогда не пугайся, ладно? Если чего не понимаешь, обращайся ко мне... Эй, ты чего вдруг убежал?..

Бежать Цзи Юаню было некуда — они спали в одной кровати с Сун Цзинином.

Просто ему было до ужаса неловко.

Сун Цзинин был не просто его товарищем детства, он был его самым уважаемым учителем!

Да он теперь и смотреть на лицо будущего учителя не посмеет, вы понимаете?!

Сун Цзинин вошел в комнату и обнаружил, что Цзи Юань уже лежит, отвернувшись к нему спиной. Он знал, что Цзи Юань еще не спит, и из чувства старшего братского долга, вспоминая собственное детство, счел себя обязанным просветить его.Врачи говорят, что это совершенно нормальное развитие. Если из-за стеснительности или страха возникнет психологический барьер, в будущем это приведет к каким-то там проблемам с мужской силой — Цзи Юань не всё понял, но звучало это как нечто весьма серьезное.

Реакция Цзи Юаня была странной. Подумаешь, увидел он там кое-что, зачем же так стесняться или пугаться?

— Юань-юань, будь послушным, повернись, — Сун Цзинин настойчиво развернул Цзи Юаня к себе и с серьезным лицом произнес: — Послушай, появление волос — это совсем не страшно...

— Братец Сяо Сун! — Цзи Юань закрыл лицо руками. — Я знаю, что это не страшно, умоляю, перестань об этом говорить...

— Правда? — Сун Цзинин оттянул его руки в сторону и потянул вниз. — Если хочешь, можешь потрогать...

Цзи Юань был готов расплакаться. Как ему теперь вспоминать учителя?

У Сун Цзинина не было отца, который мог бы его наставить, поэтому основы физиологии ему объяснил добрый доктор в больнице. Позже он сам пересказал это друзьям, поэтому не видел в происходящем ничего предосудительного.

В итоге Цзи Юань был вынужден прослушать целый урок физиологии, от которого спасся лишь тем, что притворился спящим.

Когда Сун Цзинин наконец уснул, Цзи Юань открыл глаза и осторожно подвинулся на кровати.

Хотя, возможно, он и был геем, к братцу Сяо Суну он не испытывал ровным счетом никаких пошлых мыслей.

На самом деле он даже не был уверен, гей ли он.

Ведь он никогда не состоял в романтических отношениях и ни к кому не чувствовал плотского влечения. Ему лишь казалось, что его привлекают мужчины, но он не исключал, что мог ошибиться.

Конечно, теперь, когда он переродился, не так уж важно, что было в прошлой жизни.

Лишь бы образ учителя не продолжал рушиться в его памяти!

То, что Сун Цзинин не успел договорить вчера вечером, было: Дядя Цзи разрешил тебе пожить у нас несколько дней.

Поскольку Цзи Юань целыми днями бегал в дом Сун Цзинина, а услышав, что тот собирается остаться на ночевку, Цзи Цзяньго просто собрал ему пару комплектов одежды, решив, что пусть сын наиграется вдоволь в гостях у Сун Цзинина.

Цзи Юань узнал об этом только на следующий день. Неудивительно, что в его рюкзаке лежала одежда, он-то думал, что отец просто засунул её туда второпях.

Жить в доме Сун Цзинина оказалось удобно, у них появилось гораздо больше времени на совместную учебу. Поскольку они больше не принимали душ вместе, тот случай не повторился.

Сун Цзинин решил, что Цзи Юань еще мал, и, возможно, не поймет подобных объяснений, так что он подождет, пока у того самого не появятся волосы, и тогда уже просветит его снова.

Ни о чем не подозревающий Цзи Юань, забыв о недавней неловкости, по-прежнему изо всех сил старался помогать Сун Цзинину в учебе.

Однако, обнаружив, что Сун Цзинин до крайности одержим желанием завершить чертеж схемы телевизора, Цзи Юань внезапно решил, что ни за что не закончит эту схему.Братец Сяо Сун сейчас усердно учился, чтобы разобраться в электрических схемах. Он дошел до того, что буквально хватал всё, чему его учил Цзи Юань, и не жаловался, какой бы сложной ни была тема.

Цзи Юань был бы дураком, если бы не «скормил» ему эту морковку!

В мгновение ока летние каникулы, прошедшие за учебой, подошли к концу. За всё лето Сун Цзинин успел освоить две книги: Основы технологии машиностроения и Электроника. На самом деле, лишь вторая имела хоть какое-то отношение к телевизорам, а Основы технологии машиностроения Цзи Юань подсунул ему просто ради того, чтобы увлечь.

Но именно эти основы были тем, что Цзи Юань на самом деле хотел дать Сун Цзинину.

В будущем сфера исследований его наставника лежала в области военной техники. Результаты разработок его лаборатории по большей части применялись в создании подводных лодок, истребителей и даже в авиакосмической отрасли.

Хотя отправной точкой для его исследований послужил всего лишь черно-белый телевизор, до будущих великих достижений оставалось сделать еще один крошечный, крошечный шажок.

Но Цзи Юань верил, что Сун Цзинин очень скоро догонит свою будущую версию.

Как говорили старые профессора, талант Сун Цзинина был поистине выдающимся, и его будущее не знало границ.

А всё, что оставалось делать самому Цзи Юаню — это передать юному Сун Цзинину как можно больше знаний, которые он когда-то почерпнул у своего наставника.

— Ладно, на сегодня закончим!

Цзи Юань, только вошедший во вкус и полный боевого духа, замер, когда Сун Цзинин самовольно объявил об окончании занятий и начал собирать книги со стола.

— Братец Сяо Сун, мы же занимаемся всего час, к тому же сейчас только девять утра, до обеда еще далеко.

Сун Цзинин зевнул:

— Мне скучно. Я договорился с Цзи Юном пойти погулять.

— О? Когда вы договорились? И куда вы собираетесь? — принялся расспрашивать Цзи Юань.

Сун Цзинин отмахнулся:

— Это взрослые дела, тебе не понять. Не ходи за нами, мы детей с собой не берем!

— Снова на речку плавать?

— Не твое дело. Короче, сегодня за мной не увязываться.

Только он договорил, как пришел Цзи Юн. Они о чем-то тихо переговорили и, плечом к плечу, зашагали прочь.

Цзи Юань крикнул вслед:

— Братец Сяо Сун, ты вернешься после обеда?

— Не вернусь… — Сун Цзинин только успел это сказать, как увидел на лице Цзи Юаня разочарование. Мальчик выглядел как брошенный щенок, и это вызвало у Сун Цзинина такой укол совести, что ему нестерпимо захотелось взять его с собой.

— Я… я постараюсь вернуться как можно быстрее. Ты не жди меня, иди поиграй с Цзи У.

Цзи Юн помахал рукой:

— Юань-юань, Сяо У дома, сходи к нему! Я, когда вернусь, принесу тебе мороженого!

— Вы в город едете?

— Э-э… — Цзи Юн, проговорившись, тут же получил пинок от Сун Цзинина.

— Мы сами гулять едем, без детей, не вздумай тащиться за нами.

Сун Цзинин еще раз подчеркнул это, но не решился взглянуть Цзи Юаню в глаза, боясь увидеть его огорчение, и поспешно утащил Цзи Юна за собой.

Цзи Юань, конечно, не стал расстраиваться из-за того, что его не взяли «поиграть», но легкая грусть всё же была.

До конца каникул оставались считанные дни, и он хотел использовать всё время, чтобы обучить братца Сяо Суна. С началом учебного года тот переходил в девятый класс, и Цзи Юань не хотел, чтобы он отвлекался на посторонние предметы ради оценок на экзаменах. Поэтому эти дни были последним шансом изучить электронику в этом году, а Сун Цзинин решил потратить их на прогулки.

Цзи Юань вздохнул.

Ладно, братец Сяо Сун и так очень старался, всё лето провел за книгами, пусть хоть в последние дни как следует отдохнет!

Тетя Хуан Янь ушла на работу, дома никого не было, поэтому Цзи Юань запер дверь и пошел к себе. Не успел он вернуться, как примчался запыхавшийся Цзи У, весь в поту:

— Юань-юань, ты меня искал?

— А? — удивился Цзи Юань. — Нет, кто сказал?

— Братец Сяо Сун и мой брат сказали, что ты хочешь поиграть, и велели мне скорее прийти, — Цзи У вытер пот со лба рукавом. — Солнце такое палящее, я вообще не хотел выходить. Ну, во что играть будем?

Цзи Юань:

— …Я угощу тебя мороженым.

Они вместе отправились в магазин, где встретили Дачжуана, который прибежал посмотреть телевизор. Цзи Юань заодно угостил и его, после чего его насильно затащили смотреть передачу. Дачжуан, в благодарность за мороженое, даже выбил для Цзи Юаня хорошее местечко среди толпы ребятни.

Цзи Юаня сериалы не интересовали, поэтому, посмотрев минут десять, он ушел к прилавку, где сидел Цзи Цзяньго.

Цзи Цзяньго погладил его по голове:

— Почему не с Цзинином?

— Братец Сяо Сун и брат Юн уехали гулять в город.

Цзи Юань прикинул: с начала каникул они ни разу не ездили в город. До этого, ремонтируя технику, они оба заработали достаточно денег на карманные расходы, а на большее им всё равно ничего не нужно было покупать. Братец Сяо Сун думал, что Цзи Юань уедет, поэтому всё лето потратил на учебу, а не на заработки. Если бы он знал, что на самом деле Цзи Юань никуда не собирается…

Цзи Юань поежился, вспомнив, что, кажется, так и не объяснился на этот счет.

Дело дрянь!Нужно поскорее всё объяснить, пока Братец Сяо Сун не догадался сам!

К сожалению, подходящего момента так и не представилось.

На следующий день Сун Цзинин насильно потащил его на речку, прихватив с собой всю компанию. Место для купания было всё то же — водохранилище. Ребята, как обычно, шумно резвились, а Сун Цзинин, не слушая протестов, потащил неумеющего плавать Цзи Юаня в воду, твёрдо вознамерившись научить его держаться на плаву. Цзи Юань и сам был не прочь научиться, но талант оказался никудышным: сколько бы он ни старался, освоил лишь неуклюжий «собачий стиль». Впрочем, это было всяко лучше, чем камнем идти ко дну, стоило только отпустить опору.

Проплескавшись в воде полдня, Цзи Юань выбился из сил и выбрался на берег отдохнуть.

Он прикрыл глаза, погружаясь в дремоту — то ли правда уснул, то ли просто провалился в забытьё, — как вдруг вокруг всё стихло. Шумные голоса, только что доносившиеся со всех сторон, разом исчезли.

Цзи Юань резко распахнул глаза и увидел, что все ребята окружили его плотным кольцом. Он вздрогнул и испуганно прижал руку к груди:

— Братец Сяо Сун, вы что делаете?

— Юань-юань, скоро начинается учебный год, и мы приготовили тебе подарок.

— А?

— Ты ведь уезжаешь в город, — сказал Сун Цзинин. — Решили, что это будет подарок в честь поступления в престижную среднюю школу, а заодно и благодарность за то, что ты подтягивал нас по учёбе.

Цзи Юн с широкой улыбкой достал тёмно-синий рюкзак и всучил его Цзи Юаню:

— Мы долго выбирали в универмаге. Решили, что этот будет самым полезным.

Сун Цзинин кивнул:

— Продавец сказал, что это туристический рюкзак, такие иностранцы берут в походы и поездки. В нём много отделений, места хватит и для одежды, и для книг.

Он помедлил, глядя, как Цзи Юань ошеломлённо обнимает рюкзак, и его взгляд заметно потеплел:

— Ты… я слышал, что городские дети смотрят на деревенских свысока и любят сбиваться в стаи, чтобы травить их. Ты младше остальных, тебя легко обидеть. Не забывай, чему я тебя учил: бей изо всех сил, а после падай на землю. Если надо — притворись, что плачешь. Ты примерный ученик, учителя будут на твоей стороне.

Цзи Юн подхватил:

— Не бойся, Юань-юань, если кто-то задирает — говори нам, мы придём и наваляем им.

Сун Цзинин добавил:

— Мы будем притворяться, что не знакомы, чтобы не подставить тебя.

— Вы… вы… — Цзи Юань лишился дара речи.

Он был глубоко тронут — не ожидал, что они специально купят подарок, чтобы проводить его.

Однако… он ведь вообще не собирался никуда уезжать!

И что теперь делать?

Если объясниться прямо сейчас, не скажет ли Братец Сяо Сун с радостью: «О, так ты не уезжаешь? Как здорово, я ведь тоже не хотел с тобой расставаться…»?

Как же!

Цзи Юань крепко прижал рюкзак к груди, прикрываясь им, и лихорадочно соображал, как выкрутиться.

Сун Цзинин решил, что мальчик просто переполнен чувствами, и потрепал его по волосам:

— Мы все относимся к тебе как к младшему брату. Ты внезапно перепрыгиваешь через классы и уходишь, нам всем очень грустно. Но поступить в престижную школу — это хорошо, мы за тебя рады. Будешь возвращаться на выходные — всегда ищи нас, мы здесь.

— У-у…

Цзи Юань всхлипнул.

В такой обстановке он просто не мог сказать правду: «Вы всё перепутали, ваши старания были напрасны».

Он поднял взгляд на Сун Цзинина, Цзи Юна, Цзи У, Чжоу Чуня, Дачжуана, Мутоу… и всех остальных, кто стоял перед ним.

Пришли все друзья.

Они тайком купили ему дорогой подарок и теперь смотрели на него с такой нежностью, провожая в путь.

Цзи Юань понял:

Он покойник.

Лучшая награда для ученика — это, конечно, должность старосты или право нести знамя на линейке!

Так что в первый же день учёбы Цзи Юань с почестями стал одним из знаменосцев, а директор даже пообещал, что со временем доверит ему нести флаг в одиночку.

Цзи Юань отчаянно сопротивлялся, но матери отказать не смог.

Для Ли Шулань, которая совмещала роли учительницы и родителя, нет ничего лучше, чем видеть, как сын получает грамоты, становится активистом и вступает в школьный совет. Цзи Юань не смог противостоять её полным ожидания глазам и с каменным лицом встал в строй знаменной группы.

Ну вот, спрятаться среди первоклашек не вышло.

Чем быстрее наступит конец, тем скорее можно будет начать новую жизнь!

Сун Цзинин всё лето провёл бок о бок с Цзи Юанем, и теперь, внезапно оказавшись в разлуке, вдруг почувствовал нежданное одиночество. Стоя в строю на плацу, он невольно начал высматривать первоклассников. Цзи Юаня там, конечно, не было, он просто машинально оценивал рост новичков, сравнивая их с Юань-юанем.

С его ростом он точно стоит в первом ряду.

Он такой маленький, в престижной школе его наверняка задирают. А с его характером, когда он даже злиться не умеет — как он там справляется?

Директор на трибуне наконец закончил свой дежурный набор слов, и по громкой связи раздалось: — Церемония поднятия флага начинается. Вынести знамя! Музыку! Смирно!

Зазвучал гимн. Сун Цзинин без всякого интереса поднял глаза и увидел, как четверо учеников, чётко чеканя шаг, несут государственный флаг по плацу.

Трое знаменосцев были знакомыми активистами из студсовета, а вот четвёртый…

Хоть он и был одет в школьную форму, похожую на мешок из-под картошки, на школьника он совсем не походил. Рядом с другими он казался ниже на добрую голову. Трудно было сказать, хорошенький он или просто милый: щеки как у мягкого белого рисового колобка, подбородок острый, носик и губки крошечные. В этой несуразной широкой форме он выглядел совсем малышом.

Взгляд Сун Цзинина в одно мгновение превратился в два острых кинжала, впившихся в лицо того самого ученика.

Цзи Юань почувствовал, что лицо начинает «гореть».

Это была всего лишь церемония поднятия флага — ему доводилось бывать на куда более официальных мероприятиях, так что внимание толпы не могло заставить его нервничать.

Однако сейчас руки и ноги словно одеревенели: невидимое намерение убить волной накатывало на него с плаца.

Цзи Юань повернул голову и встретился взглядом с Сун Цзинином.

Тот был высоким — даже в последнем ряду он выделялся, как журавль среди кур.

Цзи Юань хотел было притвориться, что не заметил его, но куда там!

Церемония началась. Цзи Юань отдал честь, прикрыв локтем лицо от пронизывающих взглядов Братца Сяо Суна.

Ох… похоже, Братец Сяо Сун готов взорваться от ярости.

К счастью, «смертный час» Цзи Юаня удалось немного отсрочить: после поднятия флага все классы разошлись. Первые классы учились в старом корпусе, третьи — в новом, так что Братцу Сяо Суну было не так-то просто добраться до него. А поскольку занятия у первоклашек заканчивались раньше, Цзи Юань успел улизнуть до того, как Сун Цзинин успел его перехватить.

Зато нагрянул Цзи Юн. Он был не так зол — ведь Цзи Юань его не обманывал, — поэтому лишь ворчал:

— Почему не сказал нам, что идёшь в Среднюю школу Красная Звезда? Мы ради тебя подарок купили, только чувства зря потратили.

Цзи Юань чувствовал себя виноватым:

— Я не думал, что вы решите сделать подарок… В той ситуации было просто невозможно объясниться.

Цзи Юн махнул рукой:

— Это не мы придумали, это Сяо Сун предложил. И большую часть денег он выложил. Иначе с чего бы нам вообще дарить подарки? Не в армию же провожаем.

Что ж, чувство вины у Цзи Юаня лишь усилилось.

— Где Братец Сяо Сун?

— Домой пошёл.

— Он злится?

Цзи Юн кивнул:

— Конечно, злится. Он так переживал, что тебя в городе обижать будут, а ты даже не сказал, куда уходишь. Я звал его пойти с нами, но он не захотел, сказал: видеть тебя не желает…

Цзи Юань подпрыгнул от испуга. Он сидел на диване, поджав ноги, и чуть не забыл про ботинки, выскочив за дверь, а потом поспешно вернулся, чтобы обуться — и вмиг исчез.

Цзи Юн почесал затылок:

— Вечно они с Сяо Суном так носятся, будто это он, а не я, его старший брат.

Цзи Юань места себе не находил от волнения.

Из-за того что Братец Сяо Сун в последнее время стал таким рассудительным, он совсем забыл, что тот всё ещё в возрасте «трудного подростка».

В этом возрасте ребята из-за малейшей ссоры готовы рвать отношения навсегда. В подростковых сериалах это обычно заканчивается через десять лет, когда герои смеются и приговаривают: «Какие же мы были наивные!».

Но если ждать так долго, всё может быть кончено.

Добравшись до дома Сун Цзинина, он увидел, что дверь приоткрыта. Несмотря на то что на улице был белый день, в глубине дома царил мрак, и зияющий проём напоминал пасть зверя, дожидающегося жертвы.

Цзи Юань сглотнул, осторожно толкнул дверь и заглянул внутрь.

Сун Цзинин сидел на стуле прямо напротив входа, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди — точь-в-точь следователь, допрашивающий преступника.

— Пришёл?

Цзи Юань тут же втянулся обратно.

— Уходи. Раз такой смелый, больше не показывайся.

Цзи Юань: «…qaq»

Братец Сяо Сун всё больше походит на учителя из будущего.

Где же тот «трудный подросток», о котором я думал?

Послушно показавшись из-за двери, Цзи Юань захлопал длинными ресницами и посмотрел на Сун Цзинина жалобным, «мимимишным» взглядом:

— Братец Сяо Сун, ты сердишься?

Сун Цзинин не выдержал и, ухватив его за щеки, напоминающие рисовый колобок, растянул их как тесто:

— А как ты думаешь?

— Ай-ай, больно, больно! Братец Сяо Сун, выслушай меня!

У Цзи Юаня мгновенно на глазах выступили слёзы, и Сун Цзинин поспешно разжал пальцы:

— Я же несильно… Сам виноват, кожа как кисель… Тьфу, я вообще-то всё ещё злюсь!

Цзи Юаню и правда было больно — он не притворялся. Потирая щёки, он исподтишка поглядывал на Сун Цзинина, раздумывая, не сказать ли, что он не пошёл в другую школу, потому что не хотел расставаться с ними. Но он уже один раз их обманул, врать второй раз было бы совсем уж некрасиво. Лучше честно признать вину.

— Прости, Братец Сяо Сун. Я хотел сказать, но вы вдруг начали дарить подарки. Я не знал, как признаться, чтобы не обесценить вашу заботу.

— Да к чёрту подарки!

http://bllate.org/book/22417/2353582

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь