Готовый перевод The Beloved Becomes the Villain! The Protagonists Go Mad / Всеобщий любимец стал злодеем! Герои сражаются за него: Глава 8

Ноль семьдесят шагал по направлению к комнате ноль пятьдесят два. Его высокий рост и безупречная, словно созданная на компьютере внешность резко выделялись среди снующих туда-сюда систем.

Разумеется, если не обращать внимания на его слегка тяжеловатую походку.

Ноль семьдесят всегда доверял своему шестому чувству, и этот раз, как выяснилось, не стал исключением.

Стоило ему только толкнуть дверь, как густая черная дымка хлынула наружу через щель, с головой накрыв высокую фигуру ноль семьдесят. И что хуже всего — умная система пожаротушения!

Взяла!

И!

Заорала!

То есть, едва ноль пятьдесят два подошел к двери, перед его глазами предстала картина: вечно невозмутимый ноль семьдесят с абсолютно каменным лицом терпел потоки хлеставшей сверху ледяной воды. Тот холодно бросил:

— Тебе лучше объяснить мне, какого черта ты опять устроил.

Ноль пятьдесят два нервно потирал руки, а его кудрявая макушка так и подпрыгивала.

— Прости-и-и~ Я тут хотел испечь кексик, чтобы отпраздновать появление еще одной любимой пары. Только вот руки у меня, кажется, не из того места... Ха... Ха-ха...

— Ты бы вытерся, ну прости меня~ Этот черный кексик я тебе давать не буду, он наверняка жутко горчит. Отнесу-ка его своему подопечному! Он же не видел, скажу, что он шоколадный! Какой же я умный! Хе-хе-хе.

Ноль пятьдесят два был системой, вечно влипающей в неприятности, но нельзя было отрицать, что в душе он оставался истинным лучиком солнца.

Он умел портить нервы кому угодно, но только не себе.

Хотя изначально он и впрямь чувствовал вину, но, продолжая болтать, как-то сам собой снова повеселел.

Впрочем, настроение у ноль семьдесят все еще оставалось не ахти:

— Говори быстрее, я не горю желанием задерживаться в этом месте. — Он включил теплый воздух на кондиционере и опустился на стул рядом с ноль пятьдесят два.

Ноль пятьдесят два быстрой рысцой притащил фен.

— Давай я тебя обдую, не хватало еще простудиться.

— Ой! Данные не могут простудиться. Но быть мокрым так неприятно, давай я всё же тебя высушу~

Шевеля пальцами пряди волос ноль семьдесят, он с воодушевлением принялся рассуждать о своей любимой парочке.

— Знаешь, мой подопечный — стопроцентный, бесспорный доминант! Позавчера он столкнулся с главным злодеем, и что ты думаешь? В мгновение ока прижал его к стене! А у злодея боевая мощь запредельная, он же главный бугай в той книге. Но мой подопечный — раз-два и в дамки, припечатал к стенке!

— А потом, потом! Злодей еще наклонился к моему подопечному и заговорил прямо на ухо! Ты вообще понимаешь, как я был взволнован? Жаль только, подопечный услышал, как я засмеялся, и сам не знаю почему, но вмиг помрачнел и игнорировал меня целых тридцать минут! Целых тридцать минут!

— У-у-у, я даже толком не успел насладиться моментом с моей парочкой.

Он так размахивал руками от возбуждения, что фен в его руке опасно метался из стороны в сторону.

Заметив, что ноль семьдесят не разделяет его восторга, он перевел тему на Вэнь Сыиня:

— Ноль, а как твой подопечный? Я слышал, он невероятно красив!

— Он прекрасен. — И без того прямая осанка ноль семьдесят стала еще более безупречной. Сложив руки на груди, он с некоторым смущением принялся тереть кончики пальцев. Уголки его губ чуть приподнялись, и даже окружавший его холод постепенно рассеялся.

Как бы это сказать?

Ноль семьдесят словно бы чуточку ожил.

Прошло совсем немного времени, как ноль пятьдесят два получил вызов от собственного подопечного.

Низкий, хрипловатый голос донесся через проводку прямо в комнату:

— Ноль пятьдесят два, и до каких пор ты собираешься меня игнорировать? Мм?

Ноль пятьдесят два скрестил руки на груди, надув щеки.

И вовсе я не собираюсь!

Не дождавшись ответа, человек на том конце провода словно бы с досадой вздохнул:

— Похоже, все те снеки и романы, что я купил, некому разделить.

Глаза ноль пятьдесят два тут же засияли, и без того круглые очи стали еще больше. Он моргнул, и пушистые ресницы затрепетали вверх-вниз. Наконец, он не выдержал и выпалил:

— Конечно же со мной! Я просто был занят по делу. Я уже возвращаюсь!

— Правда~ Ну тогда я жду тебя. — Улыбка человека на том конце стала еще шире, а голос звучал всё более двусмысленно.Пожалуй, только 052, у которого в голове одни лишь снеки да романтические парочки, не смог этого расслышать.

071 опустил голову и прижал руку ко лбу — до чего же он наивный. В один прекрасный день его обманут и оставят с носом, а он потом еще будет гадать, не сам ли во всем виноват.

— 071, я возвращаюсь в мир новеллы! Ты тоже давай возвращайся пораньше, пока-пока~ — 071 помахал рукой, прощаясь с 071. — В следующий раз снова позову тебя послушать историю!

071 молча посмотрел на свою еще не высохшую одежду...

Лучше бы никакого следующего раза не было.

Он вернулся в комнату, переоделся и, глядя на свое отражение в зеркале, почувствовал странное беспокойство, какого прежде никогда не испытывал.

— Если я оденусь так, ему понравится? — у мужчины в зеркале были правильные и утонченные черты лица: глубокие и выразительные западные черты гармонично сочетались с изящным восточным темпераментом, создавая поистине прекрасный образ.

Однако брови его были нахмурены, а тонкие губы сжаты, отчего он казался неприступным.

Он еще даже толком не выбрал одежду, а 071 уже начал терзаться новыми сомнениями:

— Это ведь наша первая официальная встреча, стоит ли подарить ему что-нибудь?..

Пока 071 изводил себя сомнениями, тот, о ком он так думал, Вэнь Сыинь, видел долгий-долгий сон.

— Аинь. Можешь звать меня Аинь, а тебя как зовут? — маленький Вэнь Сыинь изо всех сил задрал голову, глядя на мужчину, который был выше его на целую голову, а то и больше.

Тот был облачен в широкий черный плащ, из-под которого виднелись лишь бледные, изящные руки, обвитые черными узорами-тотемами. От всего его облика веяло таинственностью и опасностью.

Но маленький Вэнь Сыинь совсем не боялся — он больше всего на свете любил заводить друзей.

— Аинь. Меня зовут...

Вэнь Сыинь не расслышал, что именно ответил тот человек, он лишь услышал собственный детский голос:

— Теперь мы друзья! Ты должен будешь защищать меня, а я — тебя~

Мужчина долго молчал, и когда Вэнь Сыинь уже решил, что ответа не дождется, тот всё же произнес:

— Хорошо. Я... буду защищать тебя.

Не успел он опомниться, как картина сменилась: перед глазами возникла охваченная смутой и хаосом столица. Вэнь Сыинь, глядя на до боли знакомые сцены, со всех ног бросился к самому сердцу королевского города.

Озверевшие мятежники...

Павший отец-король и закрывающая лицо руками, рыдающая мать-королева...

Всё перед глазами расплылось, и то ли капли дождя падали на землю с черных туч, то ли чьи-то слезы.

Маленький Вэнь Сыинь сидел на коленях посреди улицы и отчаянно утирал слезы — отец наставлял его, что плакать нельзя ни при каких обстоятельствах. Но... он больше не мог сдерживаться.

Отца больше не было. Мать заперли в высокой башне. А самого маленького Вэнь Сыиня насильно отправили в пожирающую людей Королевскую военную академию.

— Почему ты их не спас! Почему! Я же просил тебя... Мы ведь договаривались... — заливаясь слезами, маленький Вэнь Сыинь снова и снова колотил стоявшего перед ним мужчину, но сколько силы может быть у ребенка?

Мужчина молчал, снося удары, и лишь когда мальчик выбился из сил, заговорил:

— Аинь, я защищаю тебя. Не грусти...

Маленький Вэнь Сыинь оттолкнул его:

— Не смей звать меня Аинь! Ты же такой сильный... Ты ведь мог... Хм! Больше не ищи меня.

С горькой обидой в сердце он ступил на улицы захваченной мятежниками столицы, ведь там оставалась его матушка.

С той поры в этом мире существовали лишь марионеточный принц и бездушная машина для убийств.

Вэнь Сыинь подошел к мужчине, который по-прежнему стоял у главных ворот столицы. Мужчина как раз поднял голову: хотя широкий капюшон скрывал его лицо, его взгляд ощущался невероятно отчетливо.

Казалось, он смотрит прямо на Вэнь Сыиня, а казалось — просто безучастно глядит на запертые ворота королевского города.

— Я же говорил, что буду защищать тебя.

Мы еще встретимся.

http://bllate.org/book/22566/2385033