Готовый перевод Spoiling the Wheelchair Tycoon / Капризничаю на коленях босса в инвалидной коляске: Глава 22

На презентации новой коллекции ювелирного дома Луфу известнейшие отечественные дизайнеры представляли публике каждую новинку этого года, подробно рассказывая об особенностях их создания и заложенной в них концепции.

В отличие от прошлых лет, в этом году презентация Луфу отличалась особой помпезностью, и на неё были приглашены репортеры изо всех ведущих новостных изданий.

Когда маркетологи и высшее руководство компании Луфу завершили свои приветственные речи, все присутствующие решили, что мероприятие подошло к концу, но тут на сцене во всей красе появился настоящий тяжеловес бизнеса.

Сначала проходом шествовала группа охранников в чёрных костюмах, поддерживавших порядок. Они оттесняли толпу по обе стороны прохода, не позволяя никому приблизиться, и пресекали любые попытки безумных репортеров прорваться вперёд ради кадров и интервью.

Лу Хань в строгом костюме сидел в инвалидном кресле, словно принц, которого помощник Цинь неторопливо катил к председательскому месту в президиуме пресс-конференции. В зале поднялся ропот, переросший в гул голосов, и организаторы с трудом удерживали контроль над ситуацией.

Кто еще хоть звук издаст — отправится на выход.

Зал мгновенно погрузился в абсолютную тишину, потому что заговорил господин Лу.

Одно-единственное слово Лу Ханя разом утихомирило всех до единого, так что в тишине был слышен лишь щелкающий звук затворов фотоаппаратов. Несмотря на то, что народу собралось видимо-невидимо, никто не смел вымолвить ни единого лишнего слова, а любые вопросы приходилось проглатывать и держать при себе.

Многие незаметно достали телефоны и перевели их в беззвучный режим: кто же захочет рисковать жизнью?

Кто этот влиятельный человек на сцене? Вряд ли в зале найдется хоть кто-то, кто его не знает. Даже если вы никогда не видели его самого, разве можно не узнать его инвалидное кресло? Кто еще в нашей стране может обладать столь высоким положением и при этом передвигаться на коляске? Только господин Лу.

Лу Хань обвел взглядом собравшихся и, убедившись, что больше никто не шумит, взял микрофон: Спасибо всем, что пришли на презентацию новой коллекции ювелирного дома Луфу, принадлежащего моей компании.

Сегодня я пришел сюда главным образом для того, чтобы в ходе этой пресс-конференции официально пригласить в нашу команду одного человека.

Этот человек — ювелирный дизайнер по имени Оливье. Большинство его прославивших его работ создано за рубежом, и его стиль идеально отвечает требованиям нашей компании. Я очень высоко ценю его творчество, искал его три года и, как оказалось, он родом из Китая.

Он — младший сын корпорации Цзян, Цзян Юйчи. Я поручу своему помощнику связаться с ним и обсудить детали, и я очень надеюсь на его присоединение к нам.

В будущем ювелирный дом Луфу планирует выйти на мировой рынок в самых разных странах, а дизайнеры имеют колоссальное значение для компании. Без них просто невозможно представить себе ювелирную отрасль. Мы также будем искренне рады всем заинтересованным дизайнерам, которые захотят присоединиться к нам, чтобы вместе создавать любимые произведения.

В этот момент один из репортеров поднял руку, желая задать вопрос. С позволения господина Лу журналист спросил: Ходят слухи, что корпорация Цзян недавно столкнулась с финансовым кризисом и находится на грани банкротства. Повлияет ли это на решение господина Лу?

Подобный вопрос Лу Хань предвидел заранее, и всё шло именно по задуманному им сценарию.

Ему был нужен лишь благовидный предлог, чтобы открыто помочь Цзян Юйчи. Только так у него появится веская причина защитить его, и впредь никто больше не посмертно даже помыслить о том, чтобы покуситься на семью Цзян.

Это никак не повлияет на его приход в компанию. Меня интересует исключительно привлечение талантов ради создания лучшего будущего для компании. Напротив, если он согласится на сотрудничество с нами, я готов помочь его компании преодолеть финансовые трудности. Будем считать это моим подарком в знак приветствия в нашей компании. Разумеется, проценты по займу всё же начислят.

Все вокруг задохнулись от зависти. Попасть в поле зрения господина Лу — это совсем другое дело: такой роскошный подарок преподносят, не задумываясь, стоит лишь заикнуться.

Младшему сыну корпорации Цзян несказанно повезло. Раз уж господин Лу оценил его талант, его дальнейшая жизнь и карьера теперь пойдут исключительно в гору.

В самом незаметном уголке толпы стояла женщина в темных очках. Ее лицо исказилось от злости, и она с яростью сверлила глазами Лу Ханя. Это была не кто иной, как Чжао Ваньжу.

Но что толку от ее досады и обиды? До тех пор, пока Лу Хань защищает семью Цзян, сокрушить ее у Чжао Ваньжу не получится никогда.

Цзян Юйчи, считай, тебе повезло, злобно бормотала про себя Чжао Ваньжу, но погоди, то, чего не получить мне, тебе тоже не достанется.

Ненависть, подобно зерну, медленно пускала корни и прорастала.

Тем временем в особняке семьи Цзян старейшина Цзян смотрел прямую трансляцию презентации Луфу. Он никак не ожидал, что человеком, способным спасти компанию, в один прекрасный день окажется его собственный сын, и тяжелый камень на душе внезапно немного полегчал.

Последние дни он из-за проблем компании потерял аппетит и покой. Годы берут свое, здоровье сильно пошатнулось, а это бедствие навалилось на него лавиной, придавив так, что стало нечем дышать, и в конце концов он слег с болезнью.

Юйчи, этот сорванец, казалось, повзрослел за одну ночь. Все эти дни он крутился как белка в колесе ради компании, в одиночку мотаясь по делам, и заметно осунулся и исхудал.

Во второй половине дня в доме Цзян появился высокопоставленный гость. В ту самую секунду, когда старейшина Цзян открыл дверь, он испытал точно такое же удивление, как и при первой встрече с господином Лу. Польщенный и растерянный, он провел гостя в гостиную и велел тетушке Хуан достать их лучших чайных листьев десятилетней выдержки, чтобы угостить дорогого гостя.

Старейшина Цзян с улыбкой произнес: Простите за неучтивость с моей стороны. Это мне следовало нанести визит в ваш дом, а вы сами изволили приехать, мне прямо-таки неловко.

Лу Хань улыбнулся: Председателю Цзян не стоит церемониться. Это у меня есть дело к председателю Цзян, разве мог я утруждать вас визитом ко мне?

Старейшина Цзян: Я смотрел презентацию новой коллекции ювелирного дома Луфу, господин Лу. Большое спасибо за то, что выделили моего Юйчи. Хотя я и очень хочу, чтобы Юйчи присоединился к вашей команде и помог компании преодолеть кризис, решать за него я не могу. Придется дождаться его возвращения и узнать его собственное мнение.

Лу Хань никак не ожидал, что корпорация Цзян окажется на краю гибели, а старейшина Цзян все равно сохранит самообладание и станет уважать решение Цзян Юйчи.

Он невольно взглянул на старика с большим уважением. Если однажды вы узнаете о наших с вашим сыном отношениях, сможете ли вы и тогда остаться столь же невозмутимым и позволить Юйчи решать всё самому?

На самом деле старейшина Цзян ни за что не верил, будто господин Лу вбухал столько денег лишь из-за дизайна какого-то Юйчи. Все они здесь бизнесмены, и никто не станет вкладывать колоссальные средства в дело, не сулящее никакой выгоды — чай, не дураки.

Впрочем, он всё равно не понимал, чем именно их семья Цзян приглянулась господину Лу. Терять им всё равно уже было нечего — хуже положения не придумаешь.

Лу Хань лишь мельком взглянул на него и сразу понял, о чем думает старейшина Цзян.

Про себя Лу Хань подумал: Я глаз положил на твоего сына, и очень надеюсь, что в один прекрасный день, приняв это во внимание, вы благословите наши с ним чувства.

Затем помощник Цинь приступил к обсуждению со старейшиной Цзян вопросов покрытия финансовой бреши корпорации Цзян. Пока помощник Цинь вникал во внутренние экономические и деловые источники семьи Цзян, Лу Хань сидел в инвалидном кресле и ковырялся в телефоне.

Открыв диалог с Цзян Юйчи в Вичате, он написал: Ты где?

Цзян Юйчи: Что? Соскучился?

Лу Хань: Я у тебя дома.

Цзян Юйчи, который в этот момент вел машину, тут же резко вывернул руль и, остановившись на красный свет светофора, ответил: Серьезно соскучился?

Лу Хань отправил два слова: Соскучился.

Цзян Юйчи: Я тоже по тебе скучаю. Прошлой ночью, думая о тебе, я извел целых две пачки салфеток.

Лу Хань с улыбкой напечатал: Совсем молодой, а в голове ни капли стыда.

Краем глаза Лу Хань заметил, что двое присутствующих с любопытством смотрят на него, и тут же взял себя в руки, сгнав с лица улыбку.

Вскоре телефон снова звякнул новым уведомлением.

Цзян Юйчи: Я дома через пять минут.

http://bllate.org/book/22601/2391624