Не это ли Повелитель Демонов?
Миллиарды лет всё шло своим чередом, но последние несколько веков выдались на редкость мирными.
После Великой войны между небожителями и демонами и Мир Бессмертных, и Мир Демонов понесли тяжёлые потери. В дни восстановления сил многие старые бессмертные взяли долгие отпуска. Теперь они целыми днями слонялись по Миру Бессмертных: то с одним сыграют в партию-другую в шахматы, то с другим раскинут карты — жизнь протекала поистине беззаботно.
Точно так же беззаботно жил и юный Син И.
Син И тоже был небожителем, однако в Мире Бессмертных не занимал ни малейшей официальной должности. Сказать по правде, указывать ему не смел никто, но и подчиняться кому-либо он был не обязан.
К счастью, нравом Син И обладал лёгким и жизнерадостным, не ведал ни страстей, ни желаний. Каждый день он предавался пирам да возлияниям, проводя время в своё удовольствие.
Вот и в этот день Син И, болтая ногами, сидел на ветке дерева и наблюдал, как Старец Тайбай и Юэлао режутся в шахматы. Оба страстно сражались за победу, но никак не могли взять верх друг над другом. Смотреть на это было поистине тошно. Одним прыжком спрыгнув вниз, Син И покрутился вокруг стариков, взмахнул рукавом и единым движением смахнул шахматную доску.
С глухим стуком фишки покатились по земле и вмиг куда-то исчезли.
Уголки губ Син И взлетели вверх, и он звонко заявил:
— Видите? Разве проблема не решена? Вы оба сражаетесь уже целый час, смотреть на вас — одно мучение! То один наступает, то другой уступает, и каждый жаждет непременно выиграть. Когда, по-вашему, этому придёт конец?
Старики от такой неожиданной выходки Син И едва не задохнулись — комок застрял в груди, не давая ни вдохнуть, ни выдохнуть. Но стоило им вдуматься в его слова, как они смущённо покраснели и принялись почёсывать затылки.
А ведь и впрямь — к чему это всё?
Во время партии Юэлао уже не раз мог одним ходом решить исход матча, но упрямо не делал этого. Он всё мудрил да хитрил, пока Старец Тайбай не перехватил инициативу. Но что толку? Старец Тайбай поступил точно так же, и конца этому поединку не предвиделось.
— Давайте-ка лучше так: бросьте свои шахматы. Я позову ещё народу, и сыграем все вместе в прятки? Как вам идея?
Син И взмахнул складным веером. Ему уже давно смертельно надоело скучать.
Старец Тайбай с трудом разогнул поясницу и сокрушённо покачал головой:
— Куда уж моим старым костям...
— Да потому они и закостенели, что двигаетесь мало! Что за радость целыми днями в шахматы пялиться?
Син И подхватил Старца Тайбай под левую руку, Юэлао — под правую, и повёл их прямо во внутренний двор, попутно созвав нескольких знакомых феей.
Игра на выбывание — кто проиграет в цу-еф-фа, тот водит с завязанными глазами.
— Цо, ца, цу!
Десять ладоней взмыли в воздух, и только один Син И выбросил кулак.
— ...
— Син И, ты сам выставил кулак, пеняй на себя, мы тут не при чём. — Юэлао усмехнулся и прижался к Старцу Тайбай.
Син И беспомощно покачал головой и взмахнул рукой, зажав в пальцах чёрную повязку.
— Ладно, проиграл так проиграл. Вам лучше получше спрятаться.
Стоило Син И завязать глаза, как окружающие феи тут же подняли шумиху и плотным кольцом обступили его.
— Син И у нас тот еще хитрютяй! Вдруг повязка твоя с подвохом, и ты сквозь неё всё видишь? Бери мою!
— И мою давай, и мою!
Две-три феи набросились на него разом, накрепко затянули на его глазах узел из собственных платков, а затем бросились врассыпную.
Син И пощупал плотную ткань и вздохнул с досадой. Неужели его репутация в Мире Бессмертных и вправду так дурна? Хотя приготовленная им самим повязка и впрямь слегка просвечивала, сквозь неё точно ничего нельзя было разглядеть — клянется собственной совестью!
— Все спрятались? Я начинаю искать! — Син И протянул руку, уловив момент, когда чужие ауры начали понемногу затихать, и тронулся с места.
Пусть боевыми искусствами Син И блистал не слишком, но искать людей вслептях было его истинным коньком. Стоило кому-нибудь хоть чуть-чуть выдать своё присутствие, как он тут же вычислял беглеца.
Поиски затянулись, и Син И даже слегка вспотел.
Он потёр переносицу: почему на этот раз от окружающих не исходило ни малейшей ауры? В таком огромном внутреннем дворе укрыться почти негде, не мог же он никого не найти.
— Син И, еще пару шагов вперед!
Голос феи донесся спереди. Син И насторожил уши и стремглав бросился на звук.
— А?! — Син И внезапно замер. Земля под ногами исчезла, ощущение было странным. Он даже не успел отдернуть ногу, как сзади в спину ударил мощный толчок, и его тело резко накренилось вперёд!
— А-а-а... Как, что происходит?!
— Син И! — раздался голос откуда-то сверху. — Ой, что же делать? Я не со зла... Почему, почему впереди оказалась яма?
— Ладно-ладно, у Син И судьба счастливая, ничего с ним не случится. Пойдёмте, пойдёмте.
— ...
Гулкие голоса звучали так зловеще, что у Син И мурашки побежали по коже. Мало того, что его угораздило так нелепо провалиться, так эти феи не только не испугались за него, но еще и преспокойно ушли!
Син И попытался сорвать с глаз повязку, но чем сильнее паниковал, тем меньше его обычно послушные пальцы повиновались хозяину. Он покрылся холодным потом, но развязать первый узел так и не смог.
В следующую секунду ощущение падения целиком захватило Син И. Он-то полагал, что взмыть в небеса — величайшее событие, но никак не ожидал, что провал сквозь землю окажется куда страшнее.
Он прижал руку к груди, пытаясь глубоко вздохнуть и унять страх, но воздух намертво застрял в носоглотке.
— Кхм...
Словно чья-то гигантская рука сжала его горло, готовясь в любой момент раздавить шею. Ощутив всю реальность удушья, Син И впервые в жизни так близко столкнулся со смертью.
Пусть у него и не было высоких титулов, он всё же бессмертный. Разве бессмертные тоже умирают?
Вскоре Син И потерял сознание, а урывками оставшиеся в памяти воспоминания в тот же миг хлынули наружу, рассыпаясь в пыль во время падения.
Раздался глухой удар о землю.
— Хозяин, хозяин?
Звонкий голос прозвучал прямо над ухом у Син И. Тот слегка нахмурился, ощущая, как силы из макушки приливают к конечностям.
К нему возвращалось сознание!
— Хозяин, хозяин? — голос повторился.
Син И открыл глаза. Резкая боль резанула по взору, он потёр переносицу и, почувствов себя немного лучше, приподнялся. Оглядевшись, он обнаружил вокруг лишь непроглядную тьму.
— Кто зовёт меня? Я что... ослеп? — Син И поднял руку и помахал ею перед лицом, как вдруг чья-то крепкая ладонь перехватила его запястье.
Кто здесь?!
Син И инстинктивно попытался отдернуть руку, но хватка лишь усилилась, а чужие пальцы принялись неторопливо поглаживать его кончики.
Лицо Син И слегка изменилось, и он мысленно выругался: — Неужели я нарвался на какого-то извращенца?
— Хозяин, он вовсе не извращенец. Человек перед вами — богатейший человек города Наньань, обладающий высочайшим положением и статусом.
— Кто здесь говорит? — лицо Син И стало ещё мрачнее.
— Я — Система! Хозяин, можете звать меня Цюцю. Я всё это время пыталась установить связь с окружающими людьми, и когда уже собиралась сдаться, наконец подключилась к вам! Ха-ха-ха-ха...
От этого наглого смеха у Син И заскрипело на зубах. К тому же, что несёт эта штука по имени Система? Люди? Он же бессмертный! Бессмертный! Разве он человек?
Не успел Син И задать вопрос, как прямо над ухом раздался холодный мужской голос:
— Проснулся? Коли очнулся, давай дальше лечи Цина! Раз уж не сдох, даже не думай притворяться больным и увиливать!
Последние слова прозвучали с особым нажимом, отчего у Син И зазвенело в ушах.
Кто такой этот Цин? И что за мужчина тут командует?
Исполненный сомнений Син И почувствовал, как у него с глаз убирают повязку — кто-то рывком сорвал многослойные платки. Прищурившись, он привык к яркому свету и распахнул глаза. Но стоило ему разглядеть лицо стоящего рядом человека, как его собственные глаза едва не вылезли из орбит от ужаса!
— Твою ж... Да это же... это же Повелитель Демонов?!Попав в Мир Бессмертных, он поневоле услышал немало историй и даже проникся некоторой тягой к понятиям прошлых и нынешних жизней, а болтая со Звездой Судеб, узнал, что смертный способен вернуться в прошлое или заглянуть в будущее. Только вот он никак не ожидал, что ему выпадет такая удача…
— Тот приятель, что только что назвался Системой, ты еще здесь?
Система: «Здесь, я здесь! Какой еще приятель, я вообще-то девочка».
Девочка?
Пожалуй, это значит — девчонка.
Син И беспомощно вздохнул, усевшись на постели и закинув ногу на ногу:
— Ты говорила, что подключаешься к людям. И как же ты подключилась ко мне? Я, между прочим, небожитель, а вовсе не человек, как ты выражаешься.
Система: «А до того, как стать бессмертным, разве хост не был человеком?»
— … — возразить было нечего, и он лишился дар речи.
— Тогда скажи мне, где я сейчас нахожусь и как мне вернуться в Мир Бессмертных?
Система: «Это просто: достаточно выполнить все задания».
Стоило услышать слово задания, как Син И невольно нахмурился. Что в бытность человеком, что после вознесения он больше всего на свете ненавидел именно слово задание. Постижение Дао и учение о нем изначально должны служить самосовершенствованию, но все его соученики и братья по секте твердили, что это их задание.
Оказавшись в Мире Бессмертных, у Юэлао появилось задание — сводить влюбленных в мире смертных, у Старца Тайбай тоже были задания, он вечно таскался за Нефритовым Императором, и куда ни глянь — кругом одни приказы…
— А отказаться можно?
Система: «Откажешься — не сможешь вернуться».
Син И: «…»
Впервые он почувствовал, что задал абсолютно бессмысленный вопрос.
Система вкратце обрисовала Син И обстановку в этом мире. Этот мир был практически тем же самым, в котором Син И жил, будучи человеком: при дворе верховенствовали сильные мира сего, а в народе больше всего уважали тех, кто богат. Янь Ичэн являлся богатейшим человеком Города Наньань, входя при этом в тройку богатейших людей всей страны, так что его высокое положение и статус не нуждались в лишних словах.
Син И цыкнул языком, выражая восхищение, и стал слушать, как Система продолжает рассказывать о личности его нынешнего тела.Прежнего владельца звали Ли Имин, ему исполнилось шестнадцать — как раз возраст для женихов и невеστ. Нравы в этой стране царили свободные, а Ли Имин как раз питал слабость к мужчинам и уже давно тайком воздыхал по Янь Ичэну, из-за чего и уперся рогом, во что бы то ни стало желая выйти за него замуж.Законная жена Янь Ичэна, Сун Цин, тоже был мужчиной, однако с самого детства отличался слабым здоровьем и болезненностью, страдая от редкого и неизлечимого недуга. Янь Ичэн окружил Сун Цина заботой и обошёл всех известных лекарей в округе, но так и не смог найти средство, способное исцелить его. Позднее, когда им случайно довелось принять бродячего мастера, тот изрёк, что для поддержания жизни больного требуется подпитывать его кровью особенного юноши; если же ему посчастливится дожить до двадцати пяти лет, он сможет жить как обычный человек.
Именно в тот момент, когда Янь Ичэн искал по всему городу мужчину с телом Чистого Инь, Ли Имин сам явился к его порогу.— Молодой господин И Мин, глава велел вам немедленно идти туда, у госпожи снова приступ.
Слуга за дверью надрывался во всю мольбу, суетясь, словно муравей на раскалённой сковороде.
Син И, едва услышав это, сразу понял, в чём дело. Ли Имин тоже был мужской женой Янь Ичэна, но лишь Сун Цина удостаивались называть госпожой, что ясно показывало, насколько низким было положение Ли Имина. Он торопливо накинул одежду и вышел за дверь, даже не расчесав волосы.
— Чего разорался, спешишь на тот свет? — стоило Син И переступить порог, как он до полусмерти испугал пришедшего слугу.
Это и правда мужчина?
Заметив растерянное выражение на лице собеседника, Син И пригладил волосы:
— На что уставился? Где в конце концов твоя госпожа, чего стоишь, не ведешь меня?
Слуга почесал затылок, внимательно оглядел Син И с ног до головы и только после этого произнёс:
— Слушаюсь, молодой господин Имин.Син И долго шёл вслед за слугой по извилистым дорожкам, пока наконец не добрался до Павильона Очищения Сердца, укрывшегося в самом глухом уголке поместья. Планировка этого павильона полностью оправдывала его название: сад утопал в зелени, отчего на душе сразу становилось легко и спокойно. Видимо, здоровье хозяина этого двора и впрямь оставляло желать лучшего, раз ему требовалось столь умиротворяющее место для восстановления сил.
— Госпожа ждёт вас внутри.
Слуга слегка поклонился и остановился у входа, не собираясь заходить внутрь.
К этому моменту Син И уже привёл в порядок волосы. Бросив на слугу косой взгляд, он бросил:
— Я понял, можешь идти.
Слуга не сдвинулся с места, продолжая стоять в полупоклоне.
Син И помахал рукой у него перед глазами, но вместо этого услышал:
— Вы всё ещё стоите здесь? Или мои слова для вас вообще ничего не значат?
— Смею ли я.
Слуга в испуге опустился на колени:
— Глава велел мне дожидаться снаружи.
Син И мысленно закатил глаза до боли в затылке, а затем осведомился:
— Как тебя зовут?
— Молодой господин Имин… неужели вы меня не помните?
— Хватит болтать, говори быстрее.
Син И порылся в памяти, но не нашёл там ни единого воспоминания об этом слуге. То ли Ли Имин раньше вообще не обращал внимания на такого человека, поэтому даже не удосужился запомнить его имя.
— Меня зовут А-Цай.
Услышав это, Син И дернул уголком рта. Ну и имя… поистине проще некуда.Он не стал стучать, толкнул ногой дверь и как раз вовремя, чтобы увидеть, как Янь Ичэн обнимает облаченного в белое мужчину и о чем-то с ним воркует. От подобных сцен у Син И зашевелились волосы на затылке, и он едва ли мог это вынести.
Еще будучи в даосском храме, он усвоил правило: не смотри на то, что неподобающе. Однако теперь мало того, что перед его глазами разыгрывались столь пикантные картины, так ему еще, пожалуй, придется торговать собственным телом.
Стоило ему об этом подумать, как его передергивало от отвращения.
— Кхе-кхе. — Син И прикрыл рот рукой, отвел взгляд и сделал вид, будто ничего не заметил.
Он полагал, что это послужит мягким напоминанием, но в ответ раздался ледяной окрик Янь Ичэна:
— Чего застыл? Живо сюда!
— …
Разве это не была добрая подсказка? Чего он звереет? Мысленно поставив Янь Ичэну несколько жирных красных крестов, Син И совершенно не понимал, как этот напыщенный и свирепый тип умудрился стать богатейшим человеком Города Наньань.
Син И подошел и лишь теперь смог разглядеть мужчину на руках у Янь Ичэна. Одного взгляда хватило, чтобы поразиться красоте незнакомца. Тонкие брови, как у женщины, раскосые лисьи глаза, способные свести с ума одним движением, высокий прямой нос и тонкие губы. Черты лица были женственными, но сам он не выглядел бабственным; к тому же, из-за нездоровья его бледное лицо казалось хрупким и уязвимым.
Неужели это и вправду мужчина?
Пусть хорош собой, но лишен мужской твердости — не женственный, но женственный же.
— На что уставился?
Янь Ичэн прижал Сун Цина крепче к груди и посмотрел на Син И взглядом, полным убийственного холода:
— Живо сюда, не заставляй меня повторять в третий раз.
— Ладно. — Предельно разочарованный Син И подошел и опустился на стул у кровати. — Что мне делать?
В памяти Ли Имина Син И не смог найти об этом ни единого воспоминания — возможно, они были настолько мучительными, что после гибели Ли Имина сознание автоматически их запечатало.
Янь Ичэн был явно не в духе. Уложив Сун Цина обратно, он грубо схватил Син И за руку, вытащил из рукава нож и быстрым движением полоснул по запястью. Только-только затянувшаяся корочка вновь лопнула, по руке разлилась обжигающая, острая боль, да так сильно, что Син И едва не стошнило.
Син И дернулся, пытаясь вырвать руку, но тот лишь сильнее сжал хватку.
Из запястья хлынула свежая кровь. Янь Ичэн проворно подставил пиалу, набрал полную, швырнул Син И шелковый платок и, даже не взглянув на него, бросил:
— Можешь проваливать. Возвращайся и отлеживайся, качество крови в этот раз никуда не годится.
— Вы что, звери-кровососы?! — вопил про себя Син И, с жалостью глядя на свое исцарапанное запястье, чувствуя, как слабеют ноги.
Тело Ли Имина и без того было истощено. И без того хрупкий парень изо дня в день подпитывал своей кровью Сун Цина, давно надломив свои силы — иначе бы Син И просто не оказался в его теле.
Прижимая руку к груди, Син И вышел за дверь, в глазах у него потемвело, и он с глухим стуком рухнул на ступени.
— Господин Имин! — А-Цай бросился поднять его, проверил дыхание и побледнел.
Янь Ичэн вышел на порог и бросил А-Цаю на ходу:
— Унеси его, найди нормального врача, только смотри, чтобы не помер.
Син И сбежал.
Его принесли обратно в Сад Единого Сердца.
По дороге он все слышал и чувствовал, но ничего не видел: перед глазами стояла сплошная пелена, режущая свет не давал раскрыть веки. Едва его уложили на кушетку, как явился лекарь. Никаких пульсов он проверять не стал, а просто выписал несколько рецептов кроветворных отваров.
— Доктор, неужели вы даже не осмотрите моего господина?
Это был голос А-Цая. Хотя слова звучали заботливо, в голосе А-Цая Син И не уловил ни малейшей тревоги.
Лекарь ответил:
— Незачем. Твой господин просто потерял слишком много крови, пусть попьет лекарств, поднимет уровень и за какое-то время восстановится.
— …
Мысленно Син И проклинал всех на чем свет стоит. Никогда еще он не терял самообладание до такой степени, но на этот раз подобное унижение переносилось с трудом. Он ведь, в конце концов, был беззаботным Свободным бессмертным, а теперь скатился до такого — мало того, что чужую кровь собой разбавляет, так еще и живет лишь для того, чтобы за чужой счет питать другого.
Проводив лекаря, А-Цай так и не появлялся до самого вечера.
Тело Ли Имина было слабым, но у самого Син И имелись бессмертные кости, и теперь, слившись с Ли Имином воедино, он тем самым оказал тому огромную услугу.
Как только наступил вечер, Син И смог открыть глаза. Увидев вокруг непроглядную тьму, он почувствовал, как в груди холодеет. С трудом поднявшись, он зажег свечу, и комнату озарил слабый свет.
Посмотрев на повязку на правой запястии — наложенную кое-как и даже без мази, — Син И понял, что А-Цай тот еще фрукт. Не успел он толком прийти в себя, как вошел А-Цай с миской лекарства.
— Господин Имин, вы проснулись? Отвар только что сварился, выпейте, пока горячий.
По мере приближения А-Цая в нос ударил резкий запах лекарственных трав. Стоило Син И принюхаться, как он сразу понял, что за ингредиенты туда бросили, и среди них был Земляной женьшень.
http://bllate.org/book/22634/2394949
Готово:
