Сяо Цзин был слишком приметным, и стоило зевакам убедиться в его личности, как они тут же разлетелись, словно птицы, испуганные выстрелом. Кто-то поспешно ушел, кто-то бросился бечь, а кто-то поспешил захлопнуть двери.
Фу Юэ, чью лодыжку всё еще сжимала рука Сяо Цзина, не мог ни уйти, ни встать. Он лишь медленно захлопал ресницами и втянул голову в плечи.
— Почему это ты?
В его голосе давно не осталось той воинственности, с которой он собирался проучить наглого пса, — теперь ему хотелось лишь провалиться сквозь землю от неловкости. Ну что за напасть? Еще недавно он изо всех сил старался угодить этому человеку, а сегодня мало того что со всей дури пнул его в пах, так еще и несколько раз потоптался сверху.
— Ванцай, что мне теперь делать? Если Сяо Цзин больше не позволит мне приближаться к нему, как же я тогда буду зарабатывать очки злодея?
Ванцай, который только недавно пришел в себя, мотнул собачьей головой, показывая, что и сам не знает, как быть, и лишь попытался утешить хозяина:
— Малыш, на самом деле ты не виноват. Кто же просил его посреди ночи ковыряться в замке, да еще и сразу после того, как этот извращенец прислал тебе сообщение с домогательствами?
И правда. Кто просил Сяо Цзина лезть в замок после того, как пришло сообщение?
Фу Юэ тихонько фыркнул про себя и снова попытался выдернуть ногу из ладони Сяо Цзина. Не вышло. Совсем не вышло! Ему оставалось лишь с обреченным видом встретиться взглядом с обидчиком:
— Ты не мог бы меня отпустить?
— Ха. — Сяо Цзин усмехнулся. Он не спешил подниматься с пола, даже не подумал разжать пальцы, а лишь крепче сжал лодыжку Фу Юэ.
Он ведь только-только разобрался в собственных чувствах к Фу Юэ и так торопился увидеться, кто же знал, что первая же встреча обернется такой жестокой расправой. К тому же… Сяо Цзин всё еще чувствовал ноющую боль в одном деликатном месте и не удержался от ворчания:
— Ты ведь всерьез не боялся меня покалечить? Если я стану негодным, что ты будешь делать со своим счастьем в будущем?
— М?
Фу Юэ не расслышал и непонимающе наклонил голову, глядя на него с выражением озадаченности и легкого раздражения. Сяо Цзин, увидев это, только горько усмехнулся. Тот, кому досталось, еще даже не успел разозлиться, а тот, кто бил, уже сам начал качать права.
Сяо Цзин перевел взгляд на лодыжку, которую всё еще держал в руке. Нога у Фу Юэ была длинной и тонкой, обычно скрытая под хлопковыми штанами, сейчас она полностью утопала в его ладони. Стоило Сяо Цзину лишь слегка напрячь пальцы, как он мог бы раздробить эту изящную косточку. Но он этого не сделал, а лишь слегка потянул парня на себя.
Фу Юэ не понял его намерений, а из-за того, что только что распустил руки, почувствовал себя виноватым и хотел стать как можно незаметнее. Он не стал размышлять, почему Сяо Цзин его не отпускает, а лишь подобрал пальцы ног и опустил голову, словно пытаясь спрятаться.
В следующую секунду лодыжку обдало чем-то теплым и влажным. Сначала Фу Юэ не понял, что это, решив, что на кожу попало горячее дыхание Сяо Цзина. Но Ванцай вдруг вздыбил шерсть и залаял:
— Извращенец! Быстро отпусти ногу моего малыша!
Фу Юэ замер. Он опустил взгляд, и, осознав происходящее, вспыхнул, а его рука сама собой пришла в движение.
Хлесткий звук прорезал ночную тишину.
Сяо Цзин отшатнулся, и на его левой щеке отчетливо проступил красный отпечаток пяти пальцев. Жгло нестерпимо.
Ого, какой крутой нрав!
У Сяо Цзина болело внизу, а теперь еще и горело лицо. Он был в ярости, но в итоге лишь рассмеялся, наконец-то разжав пальцы на лодыжке Фу Юэ, и уставился на него, потирая пылающую щеку.
— Ты чего дерешься? Это ведь мне досталось, я всего лишь легонько укусил тебя за ногу. Или я сделал тебе больно? И с чего ты взял, что я ковырялся в замке? Я тоже живу в этой комнате, неужели я не имею права открыть дверь собственным ключом?
Сяо Цзин пришел в себя и поднялся с пола. Он был почти на голову выше Фу Юэ, и, глядя на него сверху вниз, невольно создавал ощущение давления. В тот момент, когда их взгляды встретились, у Фу Юэ запылала и лодыжка, и ладони. На самом деле он не хотел давать Сяо Цзину пощечину, но тот укусил его так, словно был злой собакой, и Фу Юэ опомнился, только когда его рука уже опустилась на лицо парня.
Сейчас, встретившись с ним взглядом, он почувствовал себя донельзя неловко. Но лишь на мгновение — он тут же отвернулся, подставив Сяо Цзину свой красивый профиль, и сухо бросил:
— Кто нормальный возвращается домой посреди ночи? Я решил, что это извращенец пытается взломать замок.
— Извращенец? — Сяо Цзин на мгновение замолчал, переваривая тот факт, что его, преданного поклонника, приняли за маньяка, и раздраженно буркнул: — Я что, так похож на извращенца?
— Не похож. — Фу Юэ покачал головой. Его босые ноги, стоявшие на полу, запоздало почувствовали холод.
Его пробила дрожь, румянец на лице сошел, и бледная кожа стала еще белее — он походил на подтаивающий комочек снега, к которому стоит лишь прикоснуться, как он исчезнет. Сяо Цзин, заметив неладное, нахмурился, перевел взгляд на его босые ступни, подхватил Фу Юэ на руки и усадил на стул, недовольно проворчав:
— Здоровье ни к черту, неужели нельзя было обуться?
Тон его был настолько уверенным, словно это не он только что кусал Фу Юэ за ногу. Фу Юэ покачал головой и пробормотал:
— Я подумал, что это извращенец ломится в дверь, не успел обуться.
При этом он стрельнул в Сяо Цзина выразительным взглядом, полным немого упрека. Сяо Цзин провел языком по небу, глядя на это невинное личико, и почувствовал полное бессилие. В конце концов, он сдался и, потирая отпечаток ладони на щеке, извинился:
— Прости, это моя вина. Мне следовало предупредить тебя о своем приходе.
— Ну… — Фу Юэ кивнул и великодушно добавил: — Ничего, я тебя прощаю.
— Тогда, — продолжил Сяо Цзин, — может, теперь обсудим компенсацию?
Он не собирался действовать медленно. Фу Юэ чуть не лишил его мужского достоинства, неужели он думал, что выйдет сухим из воды?
Фу Юэ озадаченно посмотрел на него:
— А?
— Да, компенсацию. — Сяо Цзин наклонился, встречаясь с ним взглядом.
Ему очень нравились глаза Фу Юэ. Каждый раз, когда тот смотрел на него, в этих глазах отражался только он один — и хотя в его пруду плавало еще несколько рыбок, казалось, что он любит его до безумия. Интересно, а целоваться с Фу Юэ так же приятно, как и с остальными?
Сяо Цзин с глубоким блеском в глазах коснулся подбородка Фу Юэ. Впервые он коснулся его лица — простое соприкосновение подушечек пальцев с кожей, но по телу Сяо Цзина пробежал электрический разряд.
Юноша перед ним тоже словно нажал на какую-то тайную кнопку: на его бледных щеках снова проступил румянец, а алые губы едва заметно дрожали. У Фу Юэ снова проявилась аллергическая реакция, и он мог лишь обмякнуть на стуле, наблюдая за действиями парня.
Сяо Цзин приподнял его подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. Он был уверен, что Фу Юэ прислушался к его словам. Мягкая кожа юноши была нежной, как тофу — белая, нежная, шелковистая. А губы напоминали спелую вишню, казалось, стоит чуть надавить, и из них брызнет сладкий сок.
Кадык Сяо Цзина едва заметно дернулся, в горле пересохло:
— Хотя я тебя напугал, ты ведь пнул меня, причем несколько раз, а напоследок еще и ударил по лицу.
— Сам посуди, — Сяо Цзин смотрел на него очень серьезно, — мужское достоинство — вещь хрупкая. Кто знает, что там теперь после твоего удара? Сейчас люди, выбирая парня, смотрят на его возможности, а я теперь, можно сказать, стал неполноценным. Не считаешь, что должен компенсировать мне это?
Сяо Цзин говорил всё более бессвязно, он сам словно горел изнутри, кончики ушей покраснели, а взгляд был таким жгучим, будто он лишился рассудка.
— Думаю, ты должен компенсировать мне это, став моим парнем.
— А ты для этого подходишь просто идеально.
http://bllate.org/book/22636/2395284
Готово:
