— Как вы хотите, чтобы я вам верил! — Лю Нин Инь нахмурилась.
— Одного того факта, что вы с Повелителем демонов уничтожили источник, достаточно, чтобы я больше не признавала тебя своим учеником! Если бы не твои глаза, спасшие жизнь старшему брату Вэньжэню, неужели ты думаешь, что смог бы сейчас так спокойно стоять в этом великом зале?
Вот оно как… Неужели…
Лу Ли поднял испачканное кровью лицо и повернулся к ней, а Лю Нин Инь со злобой наотмашь бросила:
— Да я принесу себя в жертву, лишь бы убить тебя прямо сейчас!
Уголки губ Лу Ли мелко задрожали, он больше ничего не произнес. Он смотрел на Лю Нин Инь, смотрел, как его бывшая наставница смотрит на него с откровенной ненавистью, смотрел на бесчисленных учеников Бессмертной Секты, заполнивших весь зал, чьи неисчислимые взгляды были прикованы прямиком к нему, словно они зачитывали ему смертный приговор.
Лу Ли медленно опустился на колени и отвесил низкий поклон — в сторону переполненной яростью Лю Нин Инь, в сторону восседающих на возвышении глав всех пиков.
В опустошенной душе прозвучало:
— Лу Ли добровольно отрекается от звания ученика Бессмертной Секты. Благодарю Секту за воспитание, благодарю наставницу за долгие годы взращивания и заботу.
— Эх…
Глава пика Лекарств тяжело и беспомощно вздохнул, Шэнь Юй же нахмурился еще сильнее.
— Лу Ли с Пика Звука! Пусть Бессмертная Секта и воспользовалась твоим духовным потенциалом для исцеления старейшины Вэньжэня, но все эти годы к тебе относились более чем достойно. Отнимать статус ученика нет нужды, однако ты сговорился с Повелителем демонов и разрушил Камень Границы, совершив тягчайшее преступление. Ты должен быть заключен в Ущелье Сышуй сроком на сто лет. Согласен ли ты?
Лу Ли холодно усмехнулся про себя. Его тельце было чрезвычайно хрупким, а Ущелье Сышуй — это тюрьма, где томятся чудовища и демоны. Если он туда уговорит, о каких стартах в сто лет может идти речь, он и десяти дней там не выдержит — это просто очередной изощренный способ свести человека в могилу под благовидным предлогом.
«Ли Гуан, я ведь и впрямь очень привязался к наставнице, которая опекала меня словно родная мать».
[М-м, я знаю.]
«Но… все это оказалось лишь иллюзией».
[Весь этот мир — сплошная иллюзия, не стоит испытывать слишком сильную привязанность.]
«Я понимаю. Но, должно быть, в глубине души я жаждал тепла семейных уз; в моих скудных воспоминаниях словно бы никогда не было рядом такого теплого человека, как наставник».
[…Они были.]
«Где?»
[……]
Заметив, что Ли Гуан замолчал и больше ничего не говорит, Лу Ли с бесстрастным лицом поднял голову и посмотрел на Шэнь Юя. Этот некогда столь доброжелательный к нему Глава секты теперь глядел на него нахмурившись. Лу Ли поправил повязку на глазах и произнес — ни униженно, ни гордо:
— Я отказываюсь.
— Да какое ты имеешь право отказываться?! Немедленно заберите его в Ущелье Сышуй! — Глава пика Артефактов поднялся с места и обрушил на него всю мощь своего духовного давления.
[Осторожно!]
Под тяжестью колоссального давления Лу Ли потерял способность говорить, лишь глухо охнул, а в следующее мгновение ему показалось, что он слышит звон клинков, выходящих из ножен.
«Ли Гуан, как бы я ни сопротивлялся, неужели им обязательно прибегать к мечам?» — мысленно обратился к Ли Гуану лежащий на полу Лу Ли.
[…Это не против тебя.]
— Хах, вы, кучка людишек, поистине столь же косны и слепы, как и тысячу лет назад. Похоже, я не зря сунул тот жетон этому слепышу.
Его тело погрузилось в чьи-то теплые объятия, и до боли знакомый сандаловый аромат тут же окутал его.
Лу Ли поднял голову — ну конечно, это был Повелитель демонов.
Даже не включая духовное зрение, он сразу узнал его. Эта надменная, дерзкая аура принадлежала исключительно Повелителю демонов.
— Повелитель демонов Цзун Синь, как ты посмел явиться в Бессмертную Секту!
Шэнь Юй резко вскочил на ноги и громко отчитал нарушителя, указывая пальцем на мужчину, державшего Лу Ли в центре зала.
— А? — Цзун Синь опустил голову и легонько коснулся губами лба Лу Ли, отчего у Лю Нин Инь от злости запульсировало в висках, после чего он скосил глаза и явил миру опасные золотые вертикальные зрачки. — Что? Ваша Бессмертная Секта — это какое-то запретное место, куда нельзя ступать? Шэнь Юй, подумай хорошенько, прежде чем открывать рот и разговаривать со мной в таком тоне.
Лицо Шэнь Юя вмиг поочередно побледнело и посинело; ему страшно хотелось учинить расправу, но пришлось с силой проглотить этот гнев.
Лу Ли чувствовал, что между этими двумя залегла какая-то неразрешимая пропасть, и хотел было спросить об этом Цзун Синя, но вместо этого зашелся в неудержимом приступе кашля.
Густая алая кровь хлынула из уголка его рта, мгновенно окрасив в багровый большие участки бирюзовых одежд.
— Только что я всё слышал своими ушами. Этот слепыш больше не числится среди ваших учеников, но вы все равно цепляетесь к нему по каждому пустяку и насильно удерживаете здесь, огульно обвиняя во всех смертных грехах, так что лучше бы вам сперва разобраться с крысами в собственных рядах, прежде чем устраивать судилище, — зловещим голосом произнес Цзун Синь, протянув руку и проверив пульс Лу Ли. Его лицо вмиг помрачнело, и он собрался унести мальчика на руках.
Во всем огромном зале не нашлось ни единого человека, посмевшего преградить ему путь.
— Подожди! Лу Ли, я столько лет растила тебя! Неужели ты даже в этот день не послушаешь слова наставницы?! — поспешно окликнула его Лю Нин Инь. Поймав холодный, пронизывающий взгляд Повелителя демонов, она тотчас покрылась крупными каплями холодного пота.
Сжав кулаки до побеления костяшек, она гневно выкрикнула:
— Останься, Лу Ли!
Цзун Синь приоткрыл рот, собираясь выругать ее за бесстыдство, но чья-то хрупкая, тонкая рука вдруг осторожно потянула его за воротник.
Опустив взгляд на болезненно бледного юношу, Цзун Синь замер, а Лу Ли, слабо кашлянув и с трудом подавив зуд в горле, тихо произнес:
— Наставница… это последний раз, когда Лу Ли называет вас так. И как справедливо заметил почтенный Повелитель демонов, Лу Ли ни в чем не виновен. Если наставница все же желает силой покарать меня, тогда позвольте Лу Ли совершить это единственное проявление непочтения.
— Ах ты! — взревела Лю Нин Инь и уже было бросилась вперед, намереваясь силой отнять Лу Ли, но Шэнь Юй намертво вцепился в нее, удерживая на месте.
Чудовищная, подавляющая волна Демонической энергии вмиг заполнила всё пространство. В тот же миг все присутствующие оказались прикованы к местам, лишенные возможности пошевелить и пальцем, а леденящий душу ужас сковал их сердца. Даже Великий защитный массив секты начал медленно затухать и замирать.
— Если бы старейшина Вэньжэнь не отсутствовал в секте, неужели ты думал… — Глава пика Артефактов яростно извивался всем телом, пытаясь силой прорвать наложенные оковы.
— Думал, что я испугался Вэньжэня Цзюэ?
Один удар ноги — и главу пика вышвырнуло из главного зала прямо на широкую площадь, где он с грохотом снес каменную скульптуру и замер лишь после этого.
Цзун Синь презрительно фыркнул.
Он покрепче прижал к себе Лу Ли, защитив его тело артефактом, так что мальчик не получил никаких реальных повреждений.
Лу Ли послушно прижался к груди Цзун Синя, пальцами зажав в кулаке роскошные одежды демонического владыки. Слушая доносившиеся со всех сторон непрекращающиеся проклятия бывших соратников, он смущенно опустил голову.
Его перепачканное кровью лицо выглядело не просто грязным — оно вызывало острую, щемящую жалость.
— Не грусти.
Настроение Цзун Синя сделалось странным и непонятным — ему почему-то было невыносимо смотреть на то, как этот маленький слепыш раскис. Одной рукой он бережно стер с лица Лу Ли пятна засохшей крови.
— Они того не стоят.
Произнес Цзун Синь низким, бархатным голосом.
[Дзынь! Показатель благосклонности: 52.]
У Лу Ли на душе скребли кошки; он раздраженно оттолкнул его руку.
Цзун Синь вовсе не оскорбился этим жестком, лишь забавно хмыкнул, испытывая странное удовольствие.
После этого, на глазах у изумленной толпы, он взмыл ввысь, прижимая к себе Лу Ли, и в мгновение ока растворился в небесной выси.
Спустя полчаса после того, как защитные барьеры рассеялись, в огромном зале воцарилась беспрецедентная тишина.
— Сила Повелителя демонов снова возросла, — с трудом сглотнув, проговорил один из старейшин.
— Тысячу лет назад мы еще могли хоть как-то противостоять ему на равных, а теперь мы не в силах даже пошевелить и пальцем. Больше нельзя вступать с Повелителем демонов в открытое противостояние без крайней необходимости. Сейчас лучше отправить людей на Гору Ин на помощь старейшине Вэньжэню.
С мрачным лицом Шэнь Юй извлек из рукава компас и, глядя на проецируемое на нем зрелище, произнес:
— А как поступить с Лу Ли?
Глава пика Артефактов поднялся на ноги, явно не желая оставлять мальчишку в покое, и агрессивно наседал:
— Оформить как дезертирство и бегство к врагу.
Шэнь Юй на мгновение закрыл глаза:
— К тому же, этому негодяю еще и повезло отделаться малой кровью.
Глава пика Артефактов сплюнул на пол и первым же делом повел подчиненных в сторону Горы Ин.
— Смутные времена возвращаются… С тех пор как пал Мир Людей, эти монстры вновь собираются устроить кровавую бойню в Мире Бессмертных.
В глазах главы пика Лекарств мелькнул холодный огонек; бормоча что-то себе под нос, он быстрыми шагами покинул зал.
————
Лу Ли казалось, что внутри его тела полыхает пожар — ощущения были такими, будто кто-то грубо, силой сшивал воедино его разорванную на мельчайшие кусочки душу. Тело словно погрузилось в кипящую лаву, от адской боли в каждой меридиане судороги сводили мышцы.
Генуиная смесь невыносимой боли и жжения преследовала его, балансируя на грани между явью и беспамятством, пока кто-то крепко прижимал его к себе.
В полубреду ему то и дело чудились голоса спорящих людей.
Лу Ли моргнул и снова провалился в забытье.
Повелитель демонов капризен и обожает своего питомца (Глава 12)
Когда он пришел в себя в следующий раз, прошло уже неизвестно сколько времени.
Лу Ли машинально пошарил руками вокруг себя, пытаясь нащупать опору, как вдруг его слуха коснулся отчетливый плеск воды. Тут же до него дошло: оказывается, он и вправду все это время спал прямо в воде, воздух вокруг был густо насыщен ароматом целебных трав.
Пальцы Лу Ли случайно коснулись какого-то твердого предмета, и он рефлекторно вцепился в него.
В ту же секунду раздался тихий мужской стон, а в следующее мгновение его запястье перехватили чужие пальцы, заставив обхватить чужую талию и усаживая прямо к кому-то на колени.
Лу Ли слегка замер, собираясь уже задействовать духовное зрение для осмотра, но чужая рука мягко, но властно прижала его ладонь.
Хриплый, утонченный и низкий голос раздался прямо над его ухом, касаясь кожи на шее:
— Малыш-глупыш, ты часом не решил меня оскоплить?
[Дзынь! Показатель благосклонности +3, текущая благосклонность: 55.]
Лу Ли мгновенно сообразил, кому принадлежат эти слова. Он не до конца уловил смысл бубнежа этого зубастого демона, но интуитивно догадывался, что речь шла о чем-то серьезном.
Поэтому ему оставалось лишь честно и виновато произнести извинения.
Он даже не подозревал, что этот Повелитель демонов уже успел разглядеть его обнаженным с головы до ног.
Прищурившись, Цзун Синь с интересом разглядывал вещицу, которую притащил пару дней назад. Когда он только принес его сюда, мальчишка был весь в грязи и крови, но сейчас выглядел намного лучше.
Хотя, едва вернувшись во Дворец Демонов, он тут же сорвал с него всю одежду и бросил прямо в Духовный пруд для исцеления, попутно высыпав туда несметное количество редчайших сокровищ небес и земли, этот слепыш даже не удержался у края бассейна и норовил соскользнуть на глубину.
Не имея выбора, демоническому владыке пришлось лично лезть в воду, обнимать его и время от времени проверять прогресс заживления ран.
Теперь же, глядя на результаты, он понимал — сделка оказалась более чем выгодной.
Бросив взгляд на алебастрово-белое тело Лу Ли, Цзун Синь почувствовал легкое першение в горле. Стоило ему отвести взгляд в сторону, как он услышал искренние извинения мальчика.
В нем тут же взыграла вредная жилка.
— В чем твоя вина?
— В том, что… не должен был пытаться тебя оскоплить? — юноша склонил голову набок, озадаченно моргая.
Очевидно, юноша понятия не имел, что именно означают эти слова.
Цзун Синь едва не потерял самообладание от столь невинной провокации и был вынужден изо всех сил сохранять бесстрастное выражение лица.
Лу Ли осторожно продолжил оправдываться, не зная, куда деть руки, и в итоге робко уперся ими в плечи Повелителя демонов.
В таком тесном объятии это выглядело донельзя кокетливо — будто он сам бросился ему на шею.
Сквозь промокшую насквозь нижнюю сорочку смутно проступали прелестные очертания тела, и при виде такой картины выдержка Повелителя демонов окончательно дала трещину.
— Поверни голову ко мне.
Глаза Цзун Синя потемнели, и он хрипло отдал приказ.
— Повелитель демонов… м-м-м!
Его губы прижались к чужим, чуть более полным губам. В этот момент глаза Лу Ли, лишенные прикрывавшей их повязки, из полузакрытых вмиг распахнулись от удивления.
Пусть он по-прежнему ничего не видел и перед ним расстилалась лишь пустая белизна, его ошеломленное выражение лица выглядело невероятно мило.
Цзун Синь легко прикусил нижнюю губу юноши и продолжил начатое.
Плеск воды заглушал звуки бурной и живописной сцены.
Спустя два часа…
Удовлетворенный по самое некуда Повелитель демонов подхватил Лу Ли на руки и вынес на берег. Осушив их одежды с помощью собственной демонической энергии, Лу Ли с удивлением обнаружил, что его тело больше не отторгает демоническую ци.
Вспомнив ту недавнюю, пробирающую до костей леденящую и обжигающую ванну, Лу Ли невольно передернул плечами.
Уложив его на широкую и мягкую кровать, Цзун Синь в спешке куда-то ушел.
Почувствовав, что чужая аура быстро отдаляется, Лу Ли безвольно растянулся на постели, уставясь в потолок и не желая шевелить ни единым пальцем.
Только теперь у него появилась возможность пообщаться с Ли Гуаном.
«Ли Гуан».
[Меня нет в сети, оставьте сообщение после сигнала.]
«?»
[Вы уже закончили?]
В бесстрастном голосе Ли Гуана отчетливо послышались нотки неестественности и странного смущения.
Услышав этот холодный тембр, Лу Ли невольно вспыхнул до корней волос и слегка кивнул.
«На сколько поднялась благосклонность?»
[Дзынь! Благосклонность Цзун Синя: 60.]
Лу Ли опешил: с чего так мало-то?
[Не забывай, это столп мира, его расположение не дается так просто.]
Лу Ли разочарованно протянул «о-о-у». Ему нравился запах Повелителя демонов, в памяти даже всплывало смутное ощущение, будто кто-то подобный всегда неотступно следовал за ним.
— О чем задумался, малыш-глупыш?
Цзун Синь вошел в комнату с пиалой целебного отвара, легонько постучал Лу Ли по лбу и недовольно произнес, глядя на его отрешенный вид:
Лу Ли потер ушибленное место:
— Какая у тебя вообще была вражда с Бессмертной Сектой?
Потерпев еще немного, он все же решился задать этот вопрос.
Цзун Синь сунул пиалу прямо в руки Лу Ли и, наблюдая, как тот, морща нос, пьет лекарство и одновременно задумчиво хмурит брови, с усмешкой протянул:
— Что, неужели те старые хрычи из Бессмертной Секты не удосужились рассказать тебе о моих подвигах?
Заметив, как мальчик замер с пиалой в руках и уставился на него полными любопытства глазами, он лукаво усмехнулся:
— Например, о том, как я убил старшего брата Вэньжэня Цзюэ?
— Кхе-кхе-кхе… Ты ведь шутишь, да? — с неверием переспросил Лу Ли.
— Шучу, конечно. Жаль только, что никто мне не верит.
Цзун Синь забавно уставился на Лу Ли, а его золотые глаза переливались ярким блеском.
— … — Лу Ли окончательно растерялся.
— Да как же так…
— Ай, как скучно, не хочу больше говорить об этом.
Цзун Синь закатил глаза, лениво рухнув прямо в объятия Лу Ли, и скосил взгляд на сидевшего перед ним ошеломленного юношу.
— Не хочешь — не говори. Наверное, за этим скрывается очень грустная история.
Лу Ли проникся сочувствием к этому Повелителю демонов — в конце концов, его-то никто не жалел, и даже сейчас в груди все еще неприятно ныло.
В течении трех лет в секте наставница была к нему так добра, но потом так сильно возненаславила его — от этой мысли в сердце вновь защипало.
— Пф-ха-ха-ха! — Цзун Синь, поймавший этот бесценный, полный сочувствия взгляд юноши, вдруг ощутил какое-то озарение и громогласно рассмеялся, да так, что на глазах выступили слезы.
[Дзынь! Показатель благосклонности +5, текущая благосклонность: 65.]
— Ну точно глупыш.
Обхватив юношу за плечи, Цзун Синь смеялся от души, а вдоволь насмеявшись, вдруг протянул большую руку, обхватил его за подбородок и впился в губы поцелуем.
«Сам еле на ногах держится, а еще пытается меня жалеть. Если бы в прошлом рядом со мной нашелся кто-то, кто вот так защищал бы меня вопреки всему…»
Подумав об этом, Цзун Синь покрепче прижал голову юноши к себе, углубляя поцелуй.
Он отпустил его лишь тогда, когда лицо Лу Ли залилось густой краской.
Цзун Синь тяжело вздохнул, положил подбородок на макушку Лу Ли и долго молчал.
Лишь спустя какое-то время снаружи дворца послышались шаги — подчиненные пришли искать его, и тогда Цзун Синь с неохотой поднялся из постели. Уходя, он напоследок снова страстно расцеловал Лу Ли и только после этого оставил его в покое.
«Ли Гуан, ты можешь отыскать прошлое Повелителя демонов?»
Лу Ли дрожащими пальцами стер с губ влажные следы и тяжело дышал.
[Могу.]
[Дзынь! Повелитель демонов Цзун Синь до падения в Мир Демонов был старшим учеником Вэньжэня Фэна, Главы секты Бессмертных, а после убил своего учителя и пал во Тьму.]
— Наверняка это ложь, боюсь, за этим скрывается совсем другая правда, — сжав пальцы в кулаки, тихо проговорил Лу Ли.
Ли Гуан ничего не ответил.
Проведя во Дворце Демонов несколько дней в уединении и восстанавливая силы, Лу Ли наконец услышал взволнованные голоса слуг, переговаривавшихся в коридоре:
— Все эти твари, что прут из Мира Людей, уже начали пожирать Мир Демонов, и мы понятия не имеем, что с этим делать.
— Неужели тот человек из Мира Бессмертных, которого Его Величество притащил с собой, и впрямь ключевая фигура?
— Слыхал, будто его кровь способна очищать этих чудовищ. Это правда?
— Разумеется! В таком случае будет лучше всего убить этого людишку и забрать его кровь для очищения скверны.
— Мудрость Его Величества не знает границ!
…
Услышав это, Лу Ли ощутил себя так, будто провалился в ледяной погреб. Он сам не понял, как добрался обратно до своих покоев, и теперь просто сидел на краю кровати, невидящим взглядом уставившись в пустоту.
Повелитель демонов капризен и обожает своего питомца (Глава 13)
Цзун Синь, войдя внутрь, застал именно эту картину, и на сердце у него скребнуло какое-то странное предчувствие.
— Чего это у тебя такое лицо?
Лу Ли машинально коснулся собственных щек — он не мог видеть свое выражение, но догадывался, что оно наверняка выдает глубочайшее разочарование.
«Оказывается, все те, кто казался добрым ко мне, просто обманывали меня. Ли Гуан, мне вдруг стало так больно…»
[……]
Лу Ли моргнул, чувствуя, как в груди защипало от горечи.
Взгляд Цзун Синя потемнел. Ему было невыносимо смотреть на эту поникшую физиономию маленького глупыша, поэтому он привычным движением притянул его к себе, зарывшись пальцами в его гладкие шелковистые волосы, и, ущипнув за тонкую талию, оставил поцелуй на губах.
— О чем ты думаешь?
Лу Ли тихо охнул, судорожно вцепившись в воротник Цзун Синя, и отвернулся, упрямо молча.
[Дзынь! Показатель благосклонности -5, текущая благосклонность: 60.]
Цзун Синь резко развернул его к себе лицом, и под натиском обрушившейся на него удушливой страсти прекрасное лицо юноши мгновенно залилось густой краской.
Подлый и бесстыдный!
Спустя несколько часов Лу Ли с трудом разогнул затекшую поясницу, с гримасой боли пытаясь подняться, при этом закусив до крови нижнюю губу, а в глазах блестели непрошеные слезы.
Услышав доносившийся из купальни плеск воды, Лу Ли сжал изящные кулаки и со злости изо всех сил ударил по подушке.
Однако прежде чем он успел приложить хоть какое-то усилие, его снова затянули в объятия.
— Тебе все еще плохо?
Не успел Лу Ли собрать мысли в кучу, как из-за этого вопроса смог лишь подавленно покачать головой.
Цзун Синь внимательно окинул его взглядом, запустил в его меридианы очищенную и разбавленную демоническую ци и, не обнаружив серьезных повреждений, наконец отпустил.
Повелитель демонов, судя по всему, еще не закончил омовение — от его разгоряченного тела поднимался густой пар.
Капля воды соскользнула с растрепанных прядей у него на лбу и упала прямо на лицо Лу Ли.
Губы юноши приоткрылись, а капелька, скатившись по алебастрово-белой щеке и нежной шее, скрылась в вырезе легкой сорочки.
Лу Ли отчетливо почувствовал, как чужое дыхание стало заметно тяжелее.
Приняв решение в ту же секунду, он попытался вырваться и бежать:
— Куда собрался?
http://bllate.org/book/22639/2395820
Готово:
