Получив звонок от Ао Жуйцзэ, Цзинь Боши, который в тот момент развлекал дочку, поспешно вышел из палаты.
Благодаря Ао Жуйцзэ он не только перевез семью из трущоб, но и перевел дочь в лучшую клинику. Теперь оставалось лишь дождаться подходящего донора костного мозга, и девочка наконец смогла бы победить недуг. Из-за этих перемен даже отношение его жены стало мягче. Его семья была спасена — по крайней мере, на время. Поэтому Цзинь Боши испытывал к Ао Жуйцзэ искреннюю, глубокую благодарность.
Нетрудно представить, как сильно он паниковал, когда, едва успев закупить для Ао Жуйцзэ биткоинов на двести с лишним миллионов, увидел, что курс моментально рухнул. Он до смерти боялся, что Ао Жуйцзэ потеряет всё до последнего гроша. К счастью, затем биткоин начал расти как на дрожжах, принеся Ао Жуйцзэ более тридцати миллиардов прибыли, и сердце Цзинь Боши наконец вернулось на место.
Именно тогда он понял, что Ао Жуйцзэ вовсе не тот бестолковый мажор, каким его считали в светских сплетнях. Он был солидарен с Чжоу Шэном: ни один дурак не смог бы сохранять ледяное спокойствие, когда основной капитал просел на семьдесят процентов. Цзинь Боши невольно заподозрил, что Ао Жуйцзэ вовсе не угадал с биткоином благодаря удаче — он просчитал этот взрывной рост заранее.
Поэтому, получив приказ немедленно набрать команду и начать игру на понижение на фондовом рынке страны Y, он без колебаний ответил:
— Хорошо, я сейчас же всё организую.
В тот же день Цзинь Боши через кадровое агентство заключил договор аренды с одной финансовой компанией сроком на месяц. Уже на следующее утро, под их чутким руководством, первая партия в десять миллиардов влилась в рынок страны Y, открывая короткие позиции по десяти крупнейшим высокотехнологичным компаниям.
В отличие от Китая, в стране Y не было системы ограничения дневного роста или падения акций. Это означало, что цена компании могла за день взлететь в сотни раз или обвалиться до нуля. На фондовом рынке страны Y при покупке обычных акций стандартным было кредитное плечо в шесть или даже десять раз. Разумеется, при огромных объемах капитала плечо было меньше.
Вскоре десять миллиардов превратились в тридцать. В тот же день акции десяти технологических гигантов страны Y дружно просели примерно на два процента, а десятая по величине компания — Y-Telecom — рухнула на семь процентов. Национальный индекс обвалился на 2,6 процента.
— Первый день, убыток полтора миллиарда, — доложил Цзинь Боши.
На второй день в рынок вошла вторая партия капитала в десять миллиардов, продолжая давление на те же компании. К закрытию торгов акции десяти гигантов просели в среднем на четыре процента, утянув за собой национальный индекс на 2,1 процента.
— Второй день, общий убыток два и шесть десятых миллиарда.
Однако розничные инвесторы страны Y не испугались, а, наоборот, воодушевились. Они знали, что рынок падает с начала месяца из-за проблем с урожаем, но прошла уже неделя, и этот фактор должен был исчерпать себя. Они решили, что нынешнее обвальное падение — не что иное, как манипуляция крупных игроков, пытающихся вытряхнуть мелких спекулянтов. Стоило только слабым рукам выйти из игры, как начнется бурный рост.
Пора покупать, пока дешево! Они вывели средства из других активов и вложили их в акции этих десяти компаний.
На третье утро Цзинь Боши влил третью партию — десять миллиардов, но на этот раз, следуя за настроениями рынка, начал играть на повышение. Как только торги открылись, акции десяти компаний устремились вверх. Y-Telecom за полчаса взлетела на одиннадцать процентов. По приказу Ао Жуйцзэ, как только рост превысил шесть процентов, Цзинь Боши немедленно сбросил все активы. Национальный индекс мгновенно откатился с плюс трех и трех десятых процента до плюс нуля и девяти десятых.
Цзинь Боши тут же пустил в ход четвертую партию в десять миллиардов, снова открыв короткие позиции. Другие местные игроки, увидев это, мгновенно поняли замысел и присоединились к игре на понижение. К одиннадцати часам акции десяти компаний устремились вниз. Инвесторы в панике начали распродавать свои пакеты.
В два часа дня Цзинь Боши и другие спекулянты вложили весь имеющийся капитал, начав играть на повышение. К моменту закрытия торгов акции десяти гигантов закрепились на отметке плюс пять процентов.
— Третий день, общая прибыль шесть и девять десятых миллиарда.
На четвертый день сценарий повторился.
— Четвертый день, общая прибыль тринадцать и семь десятых миллиарда.
К пятому дню почти все трейдеры страны Y знали о крупном игроке, манипулирующем рынком. Они возомнили, что раскусили стратегию «кукловода», и, когда акции упали до минимума, начали скупать их, не жалея кредитных плеч. Но в тот день Цзинь Боши вложил менее трех миллиардов, а местные игроки, действуя заодно, начали массированную игру на понижение. К закрытию торгов акции Y-Telecom обвалились на двенадцать процентов. Фондовый рынок страны Y утонул в стонах.
— Пятый день, общая прибыль тринадцать миллиардов.
На шестой день, в субботу, торги были закрыты.
В Цяньши Гао Сюн и его окружение, решив, что в таких делах чем больше капитал, тем лучше, и желая помочь друзьям и близким заработать, начали повсюду трубить об этом. Слухи расползлись, и вскоре добрая половина высшего общества Китая узнала, что человек, устроивший кровавую баню на фондовом рынке страны Y — это Сяо Жуйцзэ.
— Сяо Жуйцзэ? Он что, с ума сошел?
В Китае все знали, что Сяо Жуйцзэ — законченный бездельник. То, что он однажды заработал тридцать миллиардов, было чистой случайностью. И теперь этот павлин поверил в свою удачу и полез на рынок страны Y. Разве он умеет торговать акциями?
— Слышал, он даже заложил свою долю в Корпорации Сяо и взял кредит на двадцать миллиардов.
— Не знаю, сошел он с ума или нет, но Гао Сюн и его компания точно спятили. Они поверили Сяо Жуйцзэ настолько, что заложили свои дома и машины, собрав ему еще тридцать с лишним миллиардов. Они абсолютно ненормальные. Семья Сяо скоро пойдет ко дну. И не только они — если Сяо Жуйцзэ потеряет всё, Корпорацию Сяо ждет крах, и на этот раз их уже никто не спасет.
— Но... кажется, они действительно заработали. На прошлой неделе они подняли тринадцать и четыре десятых миллиарда.
Ли Гаолан услышал это, и насмешливая улыбка застыла на его лице. Неужели Сяо Жуйцзэ снова угадал? Нет, он не может позволить этому случиться. Внезапно его осенило, он усмехнулся и достал телефон, чтобы позвонить семье Линь в стране Y.
Страна Y и так враждебно относилась к Китаю. Если они узнают, что за всем этим стоят китайцы, они поднимут бунт. И тогда Сяо Жуйцзэ — этот никчемный бездельник — точно не сможет противостоять целой стране.
Ли Гаолан не знал, что в этот самый момент Ао Жуйцзэ сидел в приемной Хуанмин. Напротив него расположились директора и управляющие финансового квартала Цяньши. Под роскошными люстрами Ао Жуйцзэ закинул ногу на ногу и поднял бокал:
— Тогда, господа, я доверяю вам вопрос связи с другими финансовыми компаниями!
Остальные подняли бокалы:
— Без проблем.
Ао Жуйцзэ улыбнулся:
— Тогда желаю нам успеха!
— За успех!
Как и ожидалось, финансовые круги страны Y пришли в ярость, узнав, что хаос в их экономике навели китайцы. А когда выяснилось, что противник — не профессиональный трейдер, а обычный мажор, который раньше никогда не занимался акциями, их злость сменилась презрительным хохотом.
— Наша страна — первая экономика Азии, а какой-то китайский бездельник возомнил, что может прийти сюда и диктовать свои правила? Они что, думают, мы всё еще та слабая страна, которую можно безнаказанно унижать? Или думают, что наши финансисты повывелись? Китайцы, как всегда, глупы и самонадеянны. Он хочет поживиться нашими деньгами? Хорошо, мы сделаем так, чтобы он не ушел живым.
Местные спекулянты были в ярости. Они думали, что новый игрок — щедрый богач, готовый поделиться прибылью, а оказалось, что он просто использовал их, чтобы ограбить их же народ.
— Верно, нельзя его отпускать.
В мгновение ока десятки финансовых компаний страны Y взяли Цзинь Боши на прицел. Разумеется, чтобы информация не просочилась, они ничего не сказали розничным инвесторам.
В понедельник акции десяти компаний, как и ожидалось, пошли вверх. Цзинь Боши, решив проверить почву, выбросил пять миллиардов на короткие позиции, и местные игроки послушно последовали за ним. Увидев это, Цзинь Боши, не подозревая подвоха, за пять минут до закрытия выбросил двести миллиардов, обрушив акции. Инвесторы в панике бросились распродавать активы.
И тут Цзинь Боши решительно сбросил восемьдесят процентов своих средств, в последнюю минуту скупая огромный объем акций.
— Отлично, — прошептал он, — он попался.
В ту же последнюю минуту в дело вступили финансовые компании страны Y. Вложив сто миллиардов, они обрушили акции десяти компаний еще на десять процентов. За один этот день Цзинь Боши не только потерял всю прибыль прошлой недели, но и ушел в минус на семь с лишним миллиардов.
Но на этом всё не закончилось. На второй день акции рухнули еще на двенадцать процентов. Только тогда Цзинь Боши понял, что происходит. Он попытался продать активы, чтобы остановить убытки, но покупателей не было — розничные инвесторы были напуганы до смерти. На третий день акции упали на десять процентов, на четвертый — еще на девять.
К этому моменту Ао Жуйцзэ потерял почти шестьсот миллиардов. Финансовые компании страны Y поняли, что цель достигнута. К тому же у них самих заканчивались средства, и они не могли рисковать, опасаясь действий игроков из других стран.
На пятый день банки, давшие деньги в долг Цзинь Боши, потребовали немедленного возврата кредитов и процентов, пригрозив заморозкой счетов. У него не было выхода, кроме как продать всё по бросовой цене. К этому моменту убытки Ао Жуйцзэ превысили семьсот миллиардов.
— Ха-ха-ха! — Ли Гаолан и его окружение ликовали. — Я же говорил, что его прошлые успехи были лишь случайностью. Сяо Жуйцзэ — никчемный отброс, который может только всё портить. Посмотрим, как теперь выкрутится семья Сяо.
В тот же день все, кто вложил деньги в проект Ао Жуйцзэ, осадили дом семьи Сяо. Вслед за ними на пороге появились представители трех крупнейших банков Шанхая с требованием вернуть долги. Новости разошлись мгновенно, и акции Корпорации Сяо рухнули до предела. Поползли слухи.
— Какой позор. Теперь вся страна Y знает, что китайский мажор приехал к ним играть на понижение и в итоге потерял семьсот с лишним миллиардов.
— И не только страна Y, новости дошли до Кореи и Японии! Сегодня какой-то идиот тыкал мне в лицо этой статьей, чтобы высмеять меня.
— Жаль старика Сяо, под семьдесят лет, а вынужден разгребать дерьмо за сыном. Похоже, их торжественный банкет отменяется!
Однако они никак не ожидали, что пройдет один день, два, три... Акции Сяо упали на двадцать два процента, но семья Сяо не спешила возвращать деньги, а обманутые инвесторы не спешили переходить к решительным действиям. Банки, после пары угроз в первый день, тоже притихли.
В сердце Ли Гаолана начало зарождаться смутное, но очень сильное беспокойство.
http://bllate.org/book/22652/2398103
Готово:
