В день фестиваля фейерверков Су Юй доделал домашнее задание и в отличном настроении переоделся. Поскольку у ИИ были очень слабые представления об эстетике, он специально попросил Цзян Вэя выбрать ему одежду. Цзян Вэй — признанный красавец школы, чей вкус все считали безупречным. Переодевшись, Су Юй покрутился перед зеркалом то в одну, то в другую сторону: хотя сам он не заметил в себе ничего особенно красивого, он целиком полагался на вкус Цзян Вэя.
Увидев его возбужденный вид, Цзян Вэй погладил его по макушке, взял кепку и надел её на голову Су Юя, а себе взял точно такую же. Они встали рядом: расцветка и крой их одежды были практически один в один.
Настоящий парный наряд.
Цзян Вэй прекрасно понимал, что Су Юй даже не догадывается о его скрытых намерениях, поэтому пользовался моментом по полной программе.
Су Юй наклонил голову перед зеркалом, пытаясь отыскать хоть намёк на хороший вкус, но так ничего и не почувствовал. Сзади к нему вплотную прижался Цзян Вэй и стал поправлять на нём одежду.
Высокий и ладный, стройный, но в плечах широкий — он выглядел точь-в-точь как те парни из историй, про которых говорят «ходячая вешалка». По сравнению с ним Су Юй казался сущим ребёнком.
Тонкий костяк, ростом на голову ниже, и даже черты лица были лишены той мужественной резкости. Глядя на Цзян Вэя в зеркале, Су Юй переполнился завистью:
— Если я сейчас буду пить молоко, я ещё смогу вырасти?
— Чего это? Ты считаешь себя низким? — Цзян Вэй посмотрел в зеркало на их прижавшиеся друг к другу фигуры и остался крайне доволен. — По-моему, всё отлично.
Их разница в росте была точь-в-точь как у мужа и жены: можно было запросто заключить супругу в объятия и полностью укрыть собой.
Даже взять на ручки, приподнять и целовать прямо на ходу — выходило абсолютно идеально.
— Говорят, парни ниже метра восьмидесяти — считай, инвалиды, — уныло покрутился Су Юй, поднялся на цыпочки и, задрав голову, произнёс: — Тебе-то не понять чувств таких инвалидов... У тебя же метр девяносто с лишним...
— Хочешь ощутить, каково это — быть ростом под два метра? — Цзян Вэй обхватил его за талию и с улыбкой посмотрел на него.
Су Юй растерянно моргнул, ничего не понимая.
— Вот так.
Цзян Вэй присел на корточки, подхватил Су Юя под бедра и легко взвалил на плечо. Су Юй мгновенно повис в воздухе и испуганно ухватился за него руками.
— Цзян Вэй, ты что делаешь?
Су Юй обратил внимание на эту позу: она точь-в-точь повторяла то, как тетки у входа в переулок в их родных краях носили детей! Одной рукой придерживал за задницу, а второй ладонью подпирал снизу.
— Посмотрю на мир с высоты двух метров, — сказал Цзян Вэй. — Опусти голову.
— Угу... — послушно опустив голову, Су Юй уткнулся носом в шею Цзян Вэя; его дыхание коснулось чужих ключиц. Он удивленно выпрямился, окинул взглядом окрестности и обнаружил, что с привычной высоты всё кажется непривычно крошечным, после чего звонко рассмеялся: — Два метра!
— Цзян Вэй... Серьёзно, — Су Юй помолчал, а затем добавил: — Цзян Вэй, ты и правда классный.
— Мм, — ответил Цзян Вэй, хотя внутренне был совсем не согласен.
Низкий? Утешает Су Юя.
Классный... А кто тогда хороший?
Хорошо ещё, что Су Юй кое-что соображал.
Когда они добрались до места проведения праздника, там уже яблоку было негде упасть. Толпа двигалась сплошным потоком, люди шли плечом к плечу, образуя целое море голов. Им пришлось отстоять довольно долгую очередь у входа, прежде чем они наконец попали на территорию парка развлечений.
Организаторы подошли к проведению фестиваля фейерверков с огромной душой: зонирование было продумано идеально. В самом центре располагалась площадка для запуска фейерверков, а зоны для развлечений расходились от неё лучами, распределяясь по различным тематическим секторам. Всё вокруг сияло огнями, переливалось яркими красками, а ночь превратилась в волшебный сон, расцвеченный самыми причудливыми оттенками. Там же пышно цвели искусственные цветы, создавая не поддающееся описанию визуальное зрелище.
Оказавшись на просторной территории парка, толпа хлынула в разные стороны. Цзян Вэй держал Су Юя за руку, и они неспешно прогуливались. Су Юй вел себя тихо и спокойно: ему совсем не хотелось испытывать щекочущие нервы аттракционы, он предпочитал просто совмещать прогулку с любованием пейзажами.
Цзян Вэй купил ему стаканчик горячего молочного чая, чтобы Су Юй мог одновременно греть руки и пить. Он крепко сжимал его ладонь, их пальцы переплелись. Цзян Вэй никуда не торопился и не пытался затеять возню — он просто молча сопровождал Су Юя на прогулке.
Большинство посетителей парка развлечений стремились оторваться по полной, повсюду бегали пары, держась за руки. И только они двое, не спеша никуда, медленно шагали навстречу зимней ночи.
Свежий прохладный ветер приносил ароматы уличной еды из окрестных лавочек. Горячий молочный чай в руке ещё хранил тепло, сладкий запах окутывал нос и губы. Цзян Вэй слегка сжал костяшки пальцев Су Юя, за что тут же получил лёгкий шлепок по тыльной стороне ладони и не смог сдержать улыбку.
Он всегда мечтал именно о такой жизни.
Пусть мир вокруг шумит и суетится, но можно идти рука об руку с Су Юем, шагать шаг за шагом и наслаждаться самой жизнью.
А потом, вот так же держась за руки, прожить с ним целую вечность.
Как настоящая семейная пара, состариться вместе.
У Цзян Вэя участилось дыхание. Эмоции бушевали внутри, неудержимо переполняя радостью и восторгом, но в то же время в нём проснулось редкое для него чувство лёгкого смущения.
Су Юй разделял с ним жизнь, совсем как муж с женой.
Эта мысль по-настоящему трогала за душу.
Когда они проходили мимо магазинчика сладостей и сувениров, ростовая кукла в виде медведя, стоявшая у входа с корзинкой и зазывавшая прохожих на акцию, заметила их. Она восторженно преградила им путь и указала на рекламный щит у входа.
Акция для влюбленных: сделай совместное фото и получи корочку шоколадных конфет в подарок.
Весьма дальновидный мишка.
Цзян Вэй приподнял бровь, тут же шагнул вперед и, продолжая держать Су Юя за руку, потащил его фотографироваться.
Су Юй даже не заметил, как его втянули в парную фотосессию: всё его внимание блуждало по парку развлечений в безуспешной попытке отыскать в бескрайнем море людей Суй Юя, чтобы потом благополучно скрыться.
Пока он рассеянно озирался по сторонам, полностью погруженный в свои мысли, Цзян Вэй крепко ухватил его за щеки, слегка сжав пухлые щечки, и тихо произнес:
— Смотри в объектив... Умничка.
Су Юй машинально поднял голову, и его взгляд тут же столкнулся со вспышкой камеры. Его глаза на миг ослепил яркий свет, и он совершенно не заметил, с каким нежным и исступленно-обожающим взглядом стоявший рядом юноша смотрит на него.
Высокий, ладный, стройный и хрупкий силуэт тесно прижимался к нему. Тонкие пальцы сжимали щеки Су Юя, глаза того были широко раскрыты в легком замешательстве, в то время как стоявший рядом парень смотрел на него с безграничной нежностью и глубокой преданностью, озаренный мягкой улыбкой. Их изысканные, невероятно красивыя лица идеально дополняли друг друга. Камера предельно четко и безошибочно запечатлела этот момент.
Су Юй даже не осознавал, насколько близко они находились друг к другу, и что за интимность сквозила в этой позе, когда его подбородок был зажат в чужой руке.
Неподалеку Шэнь Цзэ, прогуливаясь с друзьями и поглощая попкорн, сжимал в руке билеты на несколько аттракционов. Внезапно он перевел взгляд и увидел их — прижавшихся друг к другу и делающих парное фото. А за спиной ростового медведя на плакате ярко алело слово «Влюбленные», которое так и бросилось ему в глаза.
Заметив стоящую недалеко от медведя фигуру, их тесно прижатые друг к другу тела и безупречно сочетающиеся парные наряды, он в ту же секунду забил тревогу.
Спешно отделавшись от подгонявших его друзей, он тут же схватился за телефон и позвонил Сюй Цзину.
Сюй Цзин ответил не сразу. Потряхивая ногой, Шэнь Цзэ звонил снова и снова; с каждым новым гудком он нервничал всё сильнее. Наконец на последнем выдохе вызов приняли, и он тут же выпалил:
— Капитан, Су Юй и Цзян Вэй сейчас вместе?!
— С чего бы? Ты о чём вообще? — голос Сюй Цзина звучал безмятежно, на заднем плане даже слышен был шелест переворачиваемых страниц — судя по всему, он решал задачи.
— Да я сам видел, как они делают совместное фото для влюбленных! И они даже одеты в парные костюмы! Цзян Вэй вообще руку на Су Юя положил!
— Ты мать твою о чём сейчас?! — голос Сюй Цзина резко сорвался на крик и потонул в ярости.
Волна сильнейшего сомнения и шока заставила руку Шэнь Цзэ задрожать вместе с телефоном.
— Да они прямо сейчас вместе шоколад едят! — Шэнь Цзэ запрыгал на месте от нетерпения, наблюдая, как Цзян Вэй разворачивает конфету, кормит ею Су Юя, а оставшуюся часть доедает сам.
Какого чёрта это значит? Что это вообще за поведение?!
— Где вы? Скинь мне адрес, живо присмотри за ним! — сквозь зубы процедил Сюй Цзин, с трудом сдерживая ярость и ревность, а его голос звучал пугающе низко.
— Да, сейчас! — Шэнь Цзэ сбросил вызов.
На сердце было тревожно до скрежета в зубах, но действовать наобум он не смел. Ему оставалось лишь отказать друзьям и, забившись в уголок, в одиночку караулить Су Юя и Цзян Вэя.
Су Юй тем временем прожевал сладкий и шелковистый шоколад. Во рту медленно таяла нежная сладость, щеки слегка раздулись. К самим фотографиям он был равнодушен и, пока Цзян Вэй ждал снимки и смаковал во рту сливочную сладость, его собственный взгляд снова начал рассеянно блуждать по сторонам.
И вдруг в толпе мелькнула фигура Суй Юя. Су Юй тут же взбодрился.
Завершить миссию! Вот же он!
Цзян Вэй забрал у медведя полароидный снимок и пакетик с шоколадом. Глядя на их запечатленные на карточке парные позы, он не удерживался от того, чтобы снова и снова гладить снимок пальцами, рассматривая его и улыбаясь на ходу.
Су Юй послушно шел, ведомый за руку, но глазами неотрывно следил за Суй Юем. Заметив, как тот зашел в магазинчик с закусками, Су Юй страшно запаниковал: он боялся, что если они пройдут ещё чуть-чуть, то снова потеряют Суй Юя из виду.
Ему непременно нужно было затащить Цзян Вэя в этот магазинчик в одиночку.
— Цзян Вэй... Я проголодался. Так проголодался, что ног не чую, — медленно проговорил Су Юй, останавливаясь и легонько подергивая Цзян Вэя за руку. — Купишь мне что-нибудь перекусить, м?
— Меньше ешь всякой ерунды, давай лучше нормально поедим? — Цзян Вэй с мягкой улыбкой пощупал мягкие подушечки на пальцах Су Юя. — Нельзя столько вредной еды.
— Я есть хочу, — Су Юй снова качнул его руку, густые ресницы затрепетали.
Цзян Вэй совершенно не умел сопротивляться капризам Су Юя и в два счета потерял голову:
— Ладно, только в этот раз. Больше никаких поблажек.
Пусть он говорил так каждый раз, но «этот раз» повторялся снова и снова — стоило Су Юю только попросить, как для него неизменно делали исключение.
— Угу-угу! — кивнул Су Юй и послушно устроился на скамейке у дороги, выливая на себя весь образ послушного ребенка, подчинившегося приказу старших.
Цзян Вэй с нежностью погладил его по голове и отвернулся, направляясь в магазин.
Проводив его взглядом и убедившись, что Суй Юй никуда не делся, Су Юй мысленно пришел в восторг и мысленно поставил себе огромную жирную галочку.
Миссия выполнена!
[Система! Задание выполнено? Точно-точно? Скоро мы уже сможем вернуться домой, да?]
[Да, текущая миссия полностью завершена. Осталось только дождаться окончания экзамена Гаокао, и система засчитает успех.]
Судя по всему, Суй Юй и Цзян Вэй уже встретились и теперь наслаждаются обществом друг друга в каком-нибудь укромном уголке.
Ему определенно не стоит мешать их идиллии.
Су Юй дожевал остатки шоколада во рту, проглотил их, поднялся на ноги и отряхнул пыль с одежды. Словно заблудившийся в парке аттракционов котенок, он с детским любопытством зашагал куда глаза глядят.
Всюду в парке были развешены разноцветные гирлянды: яркие, сказочные, переливающиеся самыми разными красками. Каждый цветок и каждое дерево были украшены по специальному проекту. Су Юй то останавливался поглазеть, то пробовал какие-то развлечения, искренне наслаждаясь моментом в полном одиночестве. Потеряв ориентацию в пространстве, он бесцельно блуждал по аллеям, пока наконец не остановился у раскидистого цветочного дерева и надолго замер на месте.
Дерево было сплошь усеяно искусственными цветами, чьи пышные лепестки покрывали каждую ветвь. На буйной зелени ветвей покачивались на ветру небольшие деревянные таблички с загадками.
Су Юй изо всех сил пытался разгадать эти шарады, ушедшие далеко за рамки простых загадок на сообразительность, но простоял так довольно долго, так и не справившись ни с одной задачей.
Он настолько погрузился в раздумья, что даже не заметил шагов за спиной. Лишь когда чей-то широкий и сильный торс прижался к нему вплотную, а чей-то подбородок опустился ему на плечо, он моргнул и машинально попытался отстраниться.
— Чего тут делаешь? — у мужчины была огромная сила в руках, он крепко прижал Су Юя к себе, не давая двинуться с места, а горячее дыхание обжигало кожу за ухом.
Сюй Цзин.
Су Юй уже привык к такому. Он протянул руку, отпихнул Сюй Цзина и недовольно пробормотал:
— Разгадываю загадки.
— И как, разгадал? — Сюй Цзин склонил голову набок и с любопытством заглянул ему в лицо.
— Ни одной.
— Хочешь, научу? — Сюй Цзин понизил голос, завлекая доверчивого дурачка, жадного до знаний.
— Угу, — кивнул Су Юй, вскинул руку и указал на ту самую табличку, над которой ломал голову дольше всего и которую система упорно признавала неверной. Он уже искренне подозревал, что этот кусок дерева над ним издевается.
— Она сложная, если просто разбить фразу на части, сразу всё поймешь... — Сюй Цзин обнял Су Юя со спины и принялся разбирать табличку за табличкой.
Расстояние между ними сократилось до нуля, смешивая их дыхания и сливая их тела в единое целое.
На объяснении последней загадки Су Юй с запозданием сообразил: а с чего это вдруг Сюй Цзин оказался перед ним?
Честно говоря, Су Юй хотел спросить совсем другое — каким образом Сюй Цзин вообще очутился перед ним прямо перед лицом неминуемого побоища.
Но Сюй Цзин истолковал его вопрос по-своему, решив, что Су Юй интересуется, как он вообще попал на фестиваль фейерверков.
Конечно же, чтобы поймать парочку с поличным.
Подумал про себя Сюй Цзин, вслух же произнеся совсем другое:
— Шэнь Цзэ сказал, что здесь весело, вот я и пришел.
— Хм... — Су Юй нахмурился в недоумении. — А почему ты вернулся в спортивную команду? Ты же вроде не травмировал ногу.
— Ты бы видел, какой ты красивый, когда бегаешь, — с завистью протянул Су Юй. — Я так не умею.
— Чего? Тебе так нравится, как я бегаю? — польщенный похвалой Сюй Цзин расплылся в улыбке. — Хочешь, в следующий раз покатаю на спине?
— Угу-угу! — стоило Су Юю вспомнить, как Сюй Цзин выглядел на беговой дорожке словно какой-то непревзойденный король, как его захлестнул восторг. Он вырвался из чужих объятий, развернулся лицом к Сюй Цзиню, и его щеки порозовели: — Ты даже не представляешь! До чего же это круто! Как там говорится... Башку сносит от такой крутизни!
— Башку сносит? — переспросил Сюй Цзин. — Тебе так нравится спорт?
— Угу-угу! — Су Юй яростно закивал, а затем, немного подумав, поднял большой палец и принялся рассыпаться в комплиментах: — Цзин-гэ просто супер!
— Ха... — от такого потока лести у Сюй Цзина закружилась голова.
Он поднял глаза и посмотрел на ярко освещенную башню, где на самом большом экране уже шел обратный отсчет, сменяя цифры одну за другой.
Мир казался еще более оживленным и праздничным из-за всеобщего ожидания. Тысячи звуков растворялись в воздухе, разноцветные гирлянды менялись и переливались во мгле, в ушах звенел чистый перезвон раскачивающихся деревянных табличек, а в носу стоял тонкий аромат чужих духов. Невероятно красивый юноша стоял среди цветочных ветвей — с густыми ресницами, чистым и ясным взглядом.
И всё тем же лицом, в которое он влюбился с первого взгляда.
Голос из динамиков отсчитывал последние секунды фестиваля: десять, девять...
Сюй Цзин шагнул вперед, бережно обхватил лицо Су Юя ладонями, проводя большими пальцами по его мочкам ушей, сглотнул подступивший к горлу ком и хриплым, низким голосом спросил:
— Согласен ли ты...
Су Юй поднял голову, ошеломленно хлопая глазами: на что... согласен?
Однако, не дожидаясь, пока он ответит, нетерпеливый поцелуй сам оборвал фразу на полуслове, придав ей тот смысл, какой хотелось Сюй Цзиню.
Он хотел поцеловать его. Согласен ли он?
Су Юй ответил, что согласен.
Звуки доносились откуда-то издалека, всеобщий праздничный гам тонул в непрекращающихся взрывах. Сюй Цзин сбросил с головы Су Юя мешавшую кепку, та упала на землю, крепко прижал парня к себе и с благоговейным восторгом склонил голову. В этот самый момент цифры на гигантском экране сменились на ноль, небо озарили тысячи распустившихся огней, и весь мир погрузился в безудержное торжество.
А под тихими ветвями искусственных цветов он благоговейно склонил голову и поцеловал юношу, о котором так долго грезил.
Су Юй не успел и опомниться, как его накрыла волна горячего, мужественного аромата. Поцелуй углубился, инстинктивная попытка сопротивления была пресечена на корню, когда Сюй Цзин перехватил его за запястье и легко сжал мягкую кожу.
Сладкий аромат шоколада смешался между ними, переплетая их дыхания. Этот донельзя интимный жест окутал их целиком, заставив прекрасные глаза Су Юя под поволокой влаги покраснеть по краям. Растерянный и беспомощный, он пассивно сдавался под этим напором.
Всё было куда более близким, интимным, глубоким и ошеломляющим, чем любые прежние разы.
Сюй Цзин был полностью опьянен этим поцелуем. Он прижимал Су Юя к себе всё крепче, жадно и упоенно сплетаясь с ним языками.
Руки Су Юя бессильно повисли между ними, он больше не пытался сопротивляться.
И в этот момент откуда-то сбоку раздался глухой звук падения. Осколки стекла разлетелись по земле, разорвав тишину звонким треском, а следом глухо шурхнул упавший пластиковый пакет.
Стоявшая вдали высокая фигура утопала в кромешной тьме.
Интеллигентное и открытое лицо исказилось от дикой, пугающей злобы.
— Вы... что творите?
http://bllate.org/book/22683/2402553
Готово:
