Банкетный зал был соединен с помещением, где проходил благотворительный аукцион. Как только гости заняли свои места, торги начались.
Все средства, вырученные сегодня вечером, планировалось направить на нужды детских домов Дичэна и в Красный Крест. Ло Синчэнь считал, что это благое дело.
Он сидел в секторе С рядом с госпожой Роберт, в то время как Гун Фэн и Ван Бинбин расположились в секторе А. Их разделял сектор В, но на самом деле расстояние между ними было не таким уж большим. Стоило Ло Синчэню лишь повернуть голову, как перед его глазами возникал профиль Гун Фэна.
Даже не глядя в ту сторону, он прекрасно знал, насколько красив этот профиль. Это была внешность, способная покорить весь мир; Гун Фэн просто сидел в зрительном зале, но от него исходил такой холод, что воздух вокруг словно застывал, а его присутствие было настолько властным, что игнорировать его не осмеливался никто.
Даже сидя, Гун Фэн не мог избавиться от руки Ван Бинбин, которая крепко обнимала его за локоть. Он терпеть не мог тяжелый, приторный аромат её духов, и складка между его суровыми бровями не разглаживалась ни на мгновение.
Этот аукцион не представлял для него никакого интереса, он пришел лишь из вежливости, следуя правилам светского этикета, но он никак не ожидал встретить здесь Ло Синчэня.
Гун Фэн невзначай повернул голову и увидел, как Ло Синчэнь о чем-то весело беседует с госпожой Роберт.
Это была искренняя, непринужденная улыбка, которой он сам никогда не видел. Рука Гун Фэна, лежавшая перед ним, непроизвольно сжалась в кулак.
— Господин Гун, что с вами? Вы кажетесь таким расстроенным, — прошептала Ван Бинбин, осторожно заглядывая ему в лицо. Хотя она была его спутницей, ей постоянно казалось, что сегодня вечером он рассеян и совсем не обращает на неё внимания.
— Нет, — отрезал Гун Фэн, — я рад, что ты рядом.
— Вот и хорошо, я знала, что вы меня цените, — Ван Бинбин сладко улыбнулась и положила голову ему на плечо.
Ло Синчэнь мельком взглянул на эту сцену и равнодушно пожал плечами.
Аукцион шел своим чередом. Несколько лотов — картины известных художников, коллекционные вина и роскошные особняки — ушли с молотка за внушительные суммы. Настал черед следующего лота: это была серьга.
Миниатюрное украшение было выполнено целиком из бриллиантов. В нем не было ни оправы из драгоценных металлов, ни других вставок — даже кольцо серьги было выточено из алмаза. Чтобы не нарушить структуру камня, всемирно известному ювелиру Дэвису потребовалось пять лет кропотливой работы. Серьга весом четырнадцать целых шестьдесят восемь сотых карата была единственной в мире, полностью состоящей из бриллиантов, и обладала огромной коллекционной ценностью.
Как только Гун Фэн увидел это украшение, в его сознании невольно возник образ Ло Синчэня.
Однажды Ло Синчэнь выступал в качестве модели для ювелирного бренда. Гун Фэн тайком приказал помощнику купить фотоальбом, чтобы взглянуть на снимки. На одной из фотографий Ло Синчэнь был запечатлен с единственной серьгой в ухе; он придерживал рукой затылок, слегка наклонив голову, словно лебедь, и смотрел в объектив своими озерно-голубыми глазами. В этом взгляде читалось негласное приглашение, и это было настолько сексуально, что устоять перед искушением было невозможно.
Тот снимок он хранил до сих пор.
— Ого! Какая потрясающая серьга!
Восклицание Ван Бинбин вырвало Гун Фэна из раздумий, и он недовольно нахмурился.
Ван Бинбин постоянно поглядывала на него, намекая, как сильно ей нравится это украшение, но Гун Фэн продолжал смотреть только вперед, даже не удостоив её взглядом.
— Синчэнь, тебе она нравится? — с улыбкой спросила госпожа Роберт, прищурившись и глядя на сидящего рядом юношу.
— Такая прекрасная серьга, госпожа Роберт наверняка тоже в восторге от неё? — Ло Синчэнь ловко перевел вопрос обратно.
Госпожа Роберт в ответ звонко рассмеялась.
Торги начались. Когда цена достигла тридцати миллионов долларов, Гун Фэн внезапно поднял руку.
— Сто миллионов долларов, — его низкий бархатный голос звучал совершенно спокойно, словно сто миллионов для него значили не больше, чем один доллар. Опустив табличку, он небрежно бросил взгляд на Ло Синчэня.
— Сто миллионов долларов!
Ведущий аукциона и все присутствующие в зале ахнули от изумления.
Ло Синчэнь тоже был ошеломлен. Он повернул голову и застыл, глядя на Гун Фэна, в то время как сидевшая рядом с тем Ван Бинбин расцвела в радостной улыбке и чуть ли не запрыгала от восторга.
http://bllate.org/book/22711/2405822
Готово:
