Шэнь Нянь с улыбкой кивнула:
— Благодарю за труд.
Цюй Юэ почтительно прикрыла за собой дверь и, бросив предупреждающий взгляд на двух стражей за порогом, приказала:
— Чуть что заметите — докладывайте немедленно.
В этом году день сошествия бессмертных совпал с народным Праздником единения сердец, когда небожители веселятся вместе с простым народом. Башня Тысячи Верец видела невиданное доселе торжество, и Старший Бессмертный лично отдал приказ тщательно охранять Лунного Бессмертного. Если бы не это, двум ничтожным людям не дозволено было бы даже ступить во Дворец Небесной Вершины.
Грязь, что таил в себе этот мужчина, была осквернением Дворца Небесной Вершины и самого Лунного Бессмертного.
По дороге обратно в обитель Лунный Бессмертный столкнулась со злоумышленниками, но, к счастью, верный конь указал путь, а покровительство небожителей позволило ей благополучно вернуться.
Старший Бессмертный придавал нынешнему Лунному Бессмертному исключительное значение, и её свадебные одежды разительно отличались от нарядов её предшественниц.
Сложив руки на груди и с благоговейным выражением лица, Цюй Юэ обратилась к луне, шепча молитву: «Молю небожителей даровать благополучие предстоящему празднеству и защитить Лунного Бессмертного».
Шэнь Нянь потрогала свои пылающие мочки ушей — кто же это её вспоминает?
Она раскинула руки, позволяя служанкам раздеть её. Слой за слоем одежды спадал, оставаясь лишь в виде тонкого нижнего белья. Следы от шпилек на коже отличались от ран, оставленных мечами, и, опасаясь разоблачения, она велела служанкам отвернуться.
Убедившись, что все они стоят спиной, она быстро сбросила оставшуюся одежду и вошла в купальню.
Купальня была окутана клубами пара, лепестки цветов покачивались на водной ряби, а в воздухе витал тонкий аромат.
Она погрузилась в воду с головой, оставив на поверхности лишь изгиб плеч. Спущенные вокруг шёлковые занавеси создавали полумножество теней, навевая ещё более смелые мысли.
Служанки нежными движениями массировали её тело, смывая с лица тяжёлый слой макияжа.
Под косметикой скрывалось ещё более чистое и прекрасное лицо. Поначалу казалось, что это заслуга макияжа, но никто не ожидал, что краски лишь обременяли её, насильственно урезая её истинную красоту с десяти до семи баллов.
Старшая служанка Фу Юэ принесла хрустальный кубок и, присев на корточки, пояснила:
— Бессмертная, перед тем как вознестись и стать служанкой небожителей, необходимо пройти омовение и переродиться. То, что я держу в руке, — это чистая роса, предназначенная для вас.
С этими словами она вылила густую белую жидкость из хрустального кубка прямо в купальню. Лицо Шэнь Нянь мгновенно изменилось, и её тело пронзила острая боль.
— Бессмертная, процесс будет немного болезненным, пожалуйста, потерпите. Через это испытание должна пройти каждая Лунный Бессмертный.
Закончив говорить, Фу Юэ тут же бросилась к остальным трём служанкам:
— Быстро, держите Бессмертную вместе со мной, не давайте ей встать.
Все в один голос произнесли:
— Простите за дерзость, Бессмертная.
Лоб Шэнь Нянь покрылся холодным потом. Когда боль стала стихать, Фу Юэ неожиданно достала другой хрустальный кубок, но уже меньшего размера.
Мозоли на её ладонях, оставшиеся от тренировок с бродячим даосом, и раны на теле внезапно зачесались и заныли так, будто их тысяча червей грызла.
— Потерпите, Бессмертная, роса смывает с тела скверну, а благовонная мазь ускоряет заживление ран. В будущем, став небесной служанкой, вы не должны иметь на теле ни единого шрама. У вас много ран, и госпожа Цюй Юэ особо наказывала применить сильнодействующее средство.
Запрокинув голову, Шэнь Нянь видела лишь шевелящиеся губы Фу Юэ — из всего сказанного она не расслышала ни слова.
Капли пота, смешавшись с водой, скатывались по щекам, текли по ключицам и исчезали в поверхности воды.
Примерно через час служанки наконец разжали руки, державвшие её в тисках, а она, прислонившись к краю купальни, тяжело и часто дышала.
Вода в бассейне постепенно остывала, и Фу Юэ, склонившись к её уху, мягко произнесла:
— Бессмертная, вода остыла, позвольте нам помочь вам одеться.
— Оставьте одежду рядом, отвернитесь, я сама справлюсь.
— Слушаемся.
Шэнь Нянь поднялась на ноги и почувствовала, что тело словно онемело и в нём совсем не осталось сил. Она взглянула на места прежних ранений: они уже не выглядели столь жутко, однако глубоко въевшийся в кости зуд в мозолях на ладонях всё ещё не отступал.
Она быстро облачилась в ночное одеяние и бросила служанкам:
— Проведите меня в спальню.
Услышав это, Фу Юэ отдала приказ двум служанкам по правую руку навести порядок в купальне, а сама вместе с оставшейся девушкой помогла Шэнь Нянь дойти до комнаты отдыха.
Оглядев внутреннее убранство, Шэнь Нянь заметила повсюду красные лотосовые мотивы — в резьбе, вышивке...
Она перевела взгляд на Фу Юэ. Раз уж эти служанки подчинялись её указаниям, они наверняка занимали не последнее положение.
— Как тебя зовут?
— Бессмертная, имя рабыни — Фу Юэ.
Она посмотрела на другую служанку, всё это время хранившую молчание:
— А тебя?
Фу Юэ шагнула вперед и ответила за неё:
— Бессмертная, её грубый голос не достоин осквернять ваш слух. Её зовут Чи Юэ, если что-то понадобится, можете звать её напрямую.
Шэнь Нянь опустила взгляд. Она и думала, что что-то здесь не так — во Дворце Небесной Вершины было слишком тихо.
— Выходит, она и те, кто сторожит меня снаружи, тоже не имеют права со мной разговаривать?
— Это... нет, мы отличаемся от гуй инь за дверью. Им вообще запрещено говорить.
Сердце её упало. Неужели главного героя отравили так, что он потерял голос? Как же немой сможет покорить юного маркиза и в конце концов взойти на престол?
«Система, кто из них главный герой?»
«Хозяин, для определения нужен физический контакт».
Эти служанки никоим образом не подпускали её к гуй инь, оставалось лишь дожидаться подходящего момента.
Пока Шэнь Нянь отвлеклась, Чи Юэ уже успела уйти и вернуться с коробочкой мази в руках.
Фу Юэ протянула руку, перехватывая её:
— Бессмертная, рабыня смажет вам раны. После этого зуд, проникающий до самых костей, наконец утихнет.
Шэнь Нянь пошевелила пальцами:
— Отдай мазь мне, я сама справлюсь. Вы все ступайте наружу, я хочу отдохнуть.
— Но...
— Разве у меня нет права отдавать вам приказы?
Обе тут же рухнули на колени:
— Бессмертная, не гневайтесь, мы сейчас же уйдем. Если понадобятся, просто назовите наши имена.
— Всё ещё здесь?
— Слушаемся.
Фу Юэ подняла Чи Юэ, отвесила поклон, и обе исчезли из поля зрения.
Убедившись, что они ушли, Шэнь Нянь приподняла подол и принялась сама накладывать мазь. Глядя на мозоли на ладонях, она понадеялась, что это лекарство окажется действенным и они быстро сойдут, иначе в любой момент возникнет риск быть разоблаченной.
Ей всё казалось, будто за ней кто-то наблюдает, но в комнате не было мест, где мог бы спрятаться человек.
Наверное, нервы просто на пределе, подумала Шэнь Нянь и направилась к незакрытому окну. Не успела она сделать и двух шагов, как в её спальню ворвались две фигуры. От неожиданности она испуганно отпрянула назад.
В тот же миг ей зажали рот. После горячей ванны она ещё не до конца обрела твердую опору под ногами и, пошатнувшись, стала заваливаться назад. Чья-то рука обхватила её за талию, и в нос ударил чистый, с легкой горчинкой аромат воды.
Парень бросил взгляд на Сяо Сы, и тот мгновенно понял его без слов, тут же отправившись сторожить служанок.
— Прошу прощения, госпожа, не хотел вас обижать. Стоит вам только перестать кричать, и я сразу отпущу.
Шэнь Нянь поспешно кивнула. На ней было легкое ночное одеяние, сквозь которое отчетливо ощущалось тепло его тела и мозоли на руках. Когда он отпустил её, она тут же оттолкнула юношу и гневно посмотрела на него.
На юноше был облачен узка рукав черной парчовой одежды, черные как смоль волосы были собраны на макушке. Густые брови, выразительные глаза, алые губы и белые зубы — лицу завидовали бы лучшие красавицы.
Тонкие черты лица, глубокие угольно-черные глаза, пара персиковых глаз, что казались одновременно насмешливыми и улыбчивыми, а длинные трепещущие ресницы взмахивали так легко, будто грозили поднять легкий ветерок.
В его осанке сквозило прирожденное высокомерие и беспечность — истинный благородный молодой господин.
В этот момент его лицо было напряжено, а покрасневшие мочки ушей выдавали бурю эмоций в душе:
— Одевайтесь.
Шэнь Нянь опустила взгляд: завязки на одежде в какой-то момент развязались, обнажая полоску ключиц.
Он отвел глаза, не смея смотреть на неё:
— Ты не Лунный Бессмертный. Кто ты такая?
http://bllate.org/book/22723/2407487
Готово:
