Двое лежали в траве, глядя вниз. Из-за удачного раθрса они могли без труда рассмотреть всё происходило внизу, в то время как патрульные никак не могли заметить их от подножия холма.
Е Чэнь и Цзоу Ху пролежали в зарослях около палочки благовоний времени, как вдруг с противоположного склона сорвались двое мужчин и напрямик бросились к самому большому шатру в центре лощины. Спустя мгновение оттуда выбежали четыре или пять крепких на вид громил. Один из них, средних лет, с густой бородой на лице, принялся вовсю орать на всю округу, и в мгновение ока из других палаток повалила толпа — почти триста или четыреста человек. Ведомые бородачом, все они, с мечами модао наперевес, побежали в ту сторону, откуда недавно пришли Е Чэнь с товарищем.
Увидев это, Е Чэнь взглянул на Цзоу Ху и с улыбкой произнес:
— Момент настал. Сейчас я тихонько сбегаю вниз и посмотрю, что скрывается под черной тканью, а ты прикрывай меня.
Цзоу Ху встревоженно запротестовал:
— Давай послушай меня на этот раз: спущусь я. У тебя глаз острый, тебе лучше наблюдать сверху.
Е Чэнь не стал спорить и молча проводил взглядом медленно спускающегося Цзоу Ху. Стоило тому оказаться у края черного полотна, как до него донесся едва слышный шершащий звук — так трется о ткань какая-то одежда. Цзоу Ху поднял голову и увидел, что Е Чэнь отчаянно машет ему рукой, указывая на крупное дерево справа, где можно укрыться.
Проводив глазами прошедший патруль, Цзоу Ху вынырнул из-за ствола и показал оставшемуся наверху Е Чэню большой палец. Осторожно приподняв краешек черной ткани, он обнаружил аккуратно сложенные ряды больших деревянных ящиков желтовато-бурого цвета. Поскольку ящики были сложены высоко, добраться до крышек нижних рядов не представлялось возможным — оставалось лишь самому залезть под полотно и вскрыть самый верхний ящик. Наблюдавший за ним с холма Е Чэнь вдруг едва не усмехнулся.
Именно в тот момент, когда забравшийся под ткань Цзоу Ху поддевал крышку ящика, к месту стоянки неторопливой походкой приблизился адепт Секты Кровавого Клинка с мечом модао в руке. Накренив голову, он с недоверием уставился на шевелящееся черное полотно. Парень сглотнул слюну, покрепче перехватил оружие и медленно двинулся в сторону Цзоу Ху.
Заметив это, Е Чэнь мысленно выругался: дело дрянь, если так продолжаться будет, их непременно обнаружат, а предупредить Цзоу Ху вовремя он никак не мог. В нерешительности Е Чэнь нащупал левой рукой свой четырехзарядный арбалет и мысленно возликовал. Он тут же снял его с пояса, прицелился в адепта Секты Кровавого Клинка и, сдвинув предохранитель, дважды нажал на спуск. С характерным свистом сорвались стрелы.
На беду, один из болтов ушел в сторону, а второй со звоном врезался прямо в меч противника. Услышав шум снаружи, Цзоу Ху мысленно похолодел: их наверняка обнаружили! Вот только сам он еще не понимал, что произошло.
Е Чэню хоть сквозь землю провались от стыда хотелось: первый болт пролетел мимо, и он, торопливо прицелившись, сразу же выпустил второй. Этот оказался еще хуже — он угодил прямо в клинок врага.
Мужчина с мечом модао стоял в полном замешательстве: обе стрелы он видел отлично, но уклониться не успел — те уже упали на землю. Теперь он и сам не знал, радоваться ему или огорчатья. Опомнившись, он резко обернулся и завопил во всю мочь:
— На лагерь напали!
В мгновение ока из соседних палаток выскочили еще несколько молодчиков с точно такими же мечами модао — судя по всему, тоже бойцы Секты Кровавого Клинка. Цзоу Ху уже собирался броситься на них в бой, но Е Чэнь заорал ему вслед:
— Беги! Их слишком много!
Услышав это, Цзоу Ху оглянулся на Е Чэня, на ходу выхватил из ящика какую-то вещь и дал драпать.
Они мчались сломя голову, а по пятам следовали преследователи из Секты Кровавого Клинка. Время от времени приходилось уворачиваться от летящих сзади арбалетных болтов. Цзоу Ху прокричал:
— Е Чэнь, давай разделимся, иначе живыми не уйдем!
Е Чэнь откликнулся:
— Позади шестеро, давай зададим им жару вместе!
Зараженный этим лихим порывом, Цзоу Ху тоже взревел:
— Зададим!
Не успел он договорить, как прямо навстречу им выскочила толпа человек в сорок-пятьдесят, все как один с нацеленными арбалетами. Их предводитель зычно крикнул:
— Смелости на двоих хватает? Ну-ка, попробуй задай кому-нибудь!
Е Чэнь и Цзоу Ху замерли на месте, глядя на открывшуюся картину, и невольно подумали: сегодня им точно крышка.
Спереди — полсотни человек с арбалетами, сзади — еще шестеро с ними же. Какими бы высокими ни были их боевые навыки, уйти невредимыми в таких условиях было невозможно.
Цзоу Ху бросил взгляд на Е Чэня и сказал:
— Братуха, в один день нам не родиться, но умереть довелось вместе — я, Цзоу Ху, ни о чем не жалею.
С этими словами он принял боевую стойку, готовясь дорого продать свою жизнь.
А Е Чэнь лишь скривился:
— Брось ты это, братец, помирать мне вовсе не хочется.
При этом глаза его непрерывно шарили по сторонам, но вокруг, не считая пары крупных деревьев, не было ни единого укрытия.
Тогда Е Чэнь громко крикнул первому встречному амбалу:
— Мы с братом сдаемся, не убивайте!
Не успело затихнуть эхо, как он швырнул на землю арбалет и личный меч.
Цзоу Ху, глядя на это, едва не задохнулся от ярости. Для воинов Армии Драконьих Доспехов лишиться оружия и арбалета — все равно что потерять полжизни. К тому же Е Чэнь сдался добровольно, выбросив клинок собственными руками, а это было плевком в самое звание солдата.
Цзоу Ху взревел на него:
— Е Чэнь! Да чтоб я ослеп, дурень, считавший тебя братом! Как ты мог опуститься до такого!
Е Чэнь с усмешкой ответил:
— Не будь глупцом, Цзоу Ху, разве ты не видишь, сколько их? Умирать мне охоты нет.
С этими словами он повернулся к главарю и расплылся в улыбке:
— Командир, не серчай, дружок мой нравом вот в такого уродился.
Главарь покосился на него и процедил:
— А откуда мне знать, что твоя сдача не липовая? Давай так: сам прикончишь вон того парня рядом с собой — тогда поверю.
Е Чэнь не говоря ни слова подобрал с земли длинный меч и бросился на Цзоу Ху. Но тот никак не ожидал, что товарищ, с которым они только что плечом к плечу отражали врагов, вдруг пойдет на него на смерть. По привычке он поднял над головой собственный меч, чтобы принять удар, однако Е Чэнь полоснул с такой яростью, что Цзоу Ху не удержал заслон — его правое колено с треском рухнуло на землю. Перекосив от гнева лицо, он прорычал:
— Е Чэнь, ты ухватил белены с дуба? Сдурел?! И вправду решил зарубить?!
Е Чэнь не обращал на него ни малейшего внимания, продолжая сыпать удары: вертикальный взмах, горизонтальный рассекающий, разворот в прыжке и снова рубящий выпад. Рассвирепевший Цзоу Ху ринулся в ответный бой. Под искрами от сталкивающихся клинков схватка становилась все яростнее, а противники неумолимо отдалялись. Вдруг Цзоу Ху сдернул с пояса свой арбалет и прицелился в Е Чэня. Тот выругался:
— Твою мать! — иприпустил что есть мочи прочь. Цзоу Ху не растерялся и бросился следом, а в дерево, где только что стоял Е Чэнь, со стуком вонзились несколько стрел: пх-пх-пх!
Преследователи покатывались со смеху: бывшие боевые товарищи теперь вынуждены рубить друг друга ради спасения шкур. Однако главарь, приглядевшись, почувствовал неладное: чего это они удаляются все дальше и дальше? Он заорал:
— Плотно дело! Они удрать вздумали, за мной!
Завидев погоню, Е Чэнь и Цзоу Ху припустили во всю прыть. Цзоу Ху, тяжело дыша за спиной товарища, выдавил:
— Если бы ты не крикнул мне подыграть тогда, когда я упал на колено, я бы и вправду решил, что ты решил меня пришить ради собственной шкуры.
Е Чэнь на ходу рассмеялся:
— Не сыграй мы убедительно, разве вырвались бы из их кольца? К тому же ты разве не видел их арбалеты? Попадись мы под эту дрянь — десятка жизней не хватило бы.
Цзоу Ху зауважал его до беспамятства:
— Только ты и мог додуматься до такого, признаю, твоя взяла!
Е Чэнь бросил:
— Знаешь Цинь Сяоциня, тысячник из Департамента Цензората Области Аньнань?
Цзоу Ху на ходу ответил:
— Да кто в нашей Области Аньнань не слыхал о Цинь Сяоцине! Великий человек!
— Я здесь именно потому, что на него совершили покушение, — бросил Е Чэнь. — Этот трюк я как раз у него и подсмотрел. Выберемся — расскажу все подробнее.
Тем временем сзади то и дело раздавался свист рассекающих воздух арбалетных болтов, то и дело чиркавших у самых ушей и вонзавшихся в стволы деревьев. Не оглядываясь, оба неслись вперед изо всех сил. Преследователи висели на хвосте, расстояние неумолимо сокращалось, но сделать Е Чэнь и Цзоу Ху ничего не могли.
И когда они уже отчаялись найти выход, сбоку внезапно выскочил отряд людей с арбалетами наперевес и открыл по адептам Секты Кровавого Клинка точечный огонь, успешно сбив им темп преследования.
Услышав шум, Е Чэнь и Цзоу Ху на бегу оглянулись. К их удивлению, это были те самые братья из отряда личной охраны: они не ушли, а вернулись! У Цзоу Ху на глаза навернулись слезы. Тогда, отправляя их назад, он преследовал две цели: во-первых, передать весть, во-вторых — сохранить им жизнь. Но теперь все братья явились сюда, значительно облегчив им ношу. Е Чэнь тоже оценил их пренебрежение к собственной смерти: он с размаху перебросил меч поперек груди, острием вперед, и без лишних слов бросился обратно. Увидев это, Цзоу Ху улыбнулся и тоже ринулся в бой.
Пятьдесят-шестьдесят человек из Секты Кровавого Клинка — и к тому же со всех сторон постоянно подтягивались новые подкрепления — делали обстановку критической. Гэ Сы, возглавлявший вернувшийся отряд охраны, заорал:
— Уходите скорее, не растрачивайте зря жертву братьев!
Цзоу Ху выругался:
— Мели Емеля! Чего вы сразу назад не ушли докладывать, вернемся в лагерь — шкуру спущу!
Гэ Сы, увернувшись от чужого удара и отступая бок о бок с Цзоу Ху, выкрикнул:
— Я отрядил Сяо Люцзы с донесением! Он у нас самый молодой, еще не женат — помри он так хоть после свадьбы и брачной ночи!
Цзоу Ху глянул на него исподлобья, ничего не ответил и вновь взмахнул клинком. А шедший рядом Е Чэнь проникся до глубины души: вот что такое настоящие братья.
Возле подножия гор Цишань Линь Чжицзян и Хуанфу Лэн, получив весть от Сяо Люцзы, немедленно двинули вперед Армию Драконьих Доспехов, оставив в городе Армию Драконьей Мощи и Управление провинциальной управы держать совместное оцепление, дабы предотвратить новые беспорядки и панику среди горожан.
Впереди шел Сяо Люцзы, а за ним широким строем двигалась Армия Драконьих Доспехов. Ин Ци с ними не пошел, оставив за собой зачистку подозрительных мест в самом городе. Хуанфу Лэн, прибыв к горам Цишань, не стал присоединяться к главным силам, а с двумя десятками людей из Департамента Цензората ушел прочесывать другой сектор.
Тем временем Е Чэнь и Цзоу Ху с четырьмя оставшимися людьми отступали с боями. У каждого из них имелись те или иные ранения, а несколько других братьев сложили головы, прикрывая их отход. К счастью, усилия не пропали даром: горстке выживших удалось вырваться из кольца, и теперь оставалось лишь сообразить, как добраться до главных сил. Но бежали они в таком спешном порядке, что никто не разбирал дороги, и теперь они понятия не имели, где находятся, ориентируясь лишь по солнцу, чтобы хотя бы примерно держать курс на внутренние районы Области Аньнань.
На ходу Е Чэнь и Цзоу Ху тщательно заметали следы, стараясь избежать новых прямых столкновений — силы у всех, включая Гэ Сы и прочих, были на исходе, да к тому же все кровоточили ранами.
Е Чэнь заговорил первым:
— Если ничего не сорвется, наши войска уже должны прочесывать горы, нам нужно как можно скорее отыскать их.
Понурив голову, Цзоу Ху спросил:
— И куда теперь?
Сами того не замечая, и личные охранники, и сам Цзоу Ху полностью переложили бразды правления на Е Чэня.
Е Чэнь ответил:
— Раз армия вошла в горы, они движутся тем же курсом, что и мы, а учитывая следы нашей битвы, отыскать лагерь Секты Кровавого Клинка им будет не так уж сложно.
Гэ Сы вставил сбоку:
— А эти... как их там... не уйдут до того, как облава начнется?
Е Чэнь резко повернулся к нему, так что Гэ Сы аж подпрыгнул от испуга, решив, что сморозил глупость. Он тут же захлопнул рот, мысленно недоумевая: чего это он взъелся, только что ведь насмерть стояли бок о бок!
С легкой улыбкой Е Чэнь пояснил:
— Спасибо Гэ Сы за подсказку, враги обязательно уйдут. Судя по тому, как они действовали в городе, за ними стоит толковый стратег. Раз нас раскрыли, они наверняка ожидали подмоги и сообразили, что мы связаны с властями или Лагерем воинов. Будь я на месте их главаря, я бы незамедлительно отдал приказ забрать припасы и отступать.
Цзоу Ху кивнул:
— И что делать? Нельзя же дать им просто так уйти, они сгубили столько наших братьев.
Оглянувшись на пройденный путь, Е Чэнь бросил:
— Я возвращаюсь, а вы бегите искать генерала Линь и Армию Драконьих Доспехов.
Цзоу Ху льстиво усмехнулся:
— Вообще-то приказы здесь отдаю я, я здесь командир отряда, а ты пока еще никто. Назад пойду я, а ты веди Гэ Сы и остальных к генералу Линь.
С твердым выражением лица Е Чэнь возразил:
— Братец, я умею скрываться в лесу так, как никто из вас, в этом я уверен на все сто.
Бросив взгляд на остальных, он добавил:
— Думаю, по сегодняшней заварухе все поняли мои способности. Не скажу, что лесные тропы для меня дом родной, но передвигаюсь я куда быстрее вас. Так что лучше меня кандидатуры нет, да и для общего дела безопаснее.
Тут встрял Гэ Сы:
— Командир, он только что сказал: «как... плоская земля»? Это к чему?
Цзоу Ху напустил на себя важный вид:
— Говорил я тебе учиться, пока я учу, а ты уши развешивал. Теперь спрашиваешь?
Гэ Сы виновато ухмыльнулся:
— Так что это значит-то?
Цзоу Ху хихикнул:
— Значит, что бегает он чертовски быстро.
Гэ Сы снова перевел взгляд на Е Чэня, надеясь получить подтверждение, но тот вовсю глазел по сторонам, делая вид, что ничего не замечает.
Полчаса спустя Линь Чжицзян во главе Армии Драконьих Доспехов стремительно продвигался вперед, не упуская из виду ни одного подозрения уголка. Однако всего в сорока-пятидесяти чжанах от них замер на стволе дерева одинокий силуэт, неподвижно следивший за войсками. Спустя мгновение тень бесшумно соскользнула вниз и помчалась к лагерю Секты Кровавого Клинка.
Линь Чжицзян шел в авангарде, то и дело сверяясь с картой и местностью. Остановившись, он подозвал двух пятисотенных капитанов и приказал им выдвинуть фланговые отряды, чтобы в случае неприятностей у Е Чэня и остальных подоспеть вовремя.
Хуанфу Лэн на другом участке пока не встретил группу Е Чэня, не подозревая, что тот находится совсем рядом. Чтобы не спугнуть врагов, его люди продвигались предельно тихо.
Е Чэнь же, отделившись от Цзоу Ху, в одиночку проник в самое логово зверя. Хотя на душе у него скребли кошки, делать было нечего — кто надоумил этих негодяев тронуть Цинь Сяоциня? За брата нужно мстить лично!
Оказавшись у знакомой лощины, Е Чэнь обнаружил, что палатки на месте, но всё имущество и вещи подчистую исчезли. Суметь за столь короткий срок опомниться и эвакуировать припасы — банда Секты Кровавого Клинка оказалась куда серьезнее, чем казалось. Снова взяв след, Е Чэнь пошел по следам отступающих. Продвижение крупного отряда все же уступает одиночке, поэтому, преодолев лин-другой, Е Чэнь вновь настиг их.
Проследовав за ними еще немного, он обратил внимание на странность: ящиков стало заметно меньше, чем он видел в первый раз. Приглядевшись внимательнее, Е Чэнь насчитал едва ли сотню человек. Но ведь пару часов назад их было три-четыре сотни! Из этого напрашивался вывод: они разделились. Группа, за которой шел он, составляла лишь треть от общего числа, а большая часть людей и, судя по всему, львиная доля припасов ушли другим путем.
Пройдя еще с пол-лики, Е Чэнь заметил, как один из замыкающих шествие бандитов с мечом наголо отделился от колонны и свернул в его сторону. Скрыться или отступить времени уже не оставалось, и Е Чэнь прижался к земле прямо в кустах за деревом. Спустя мгновение раздался журчащий звук струи, сопровождаемый беззаботным свистом. Е Чэнь мысленно взвыл от отчаяния: брызги от отскочивших листьев хлестали его по лицу, а сдвинуться с места он не смел, боясь выдать себя. Справившись с нуждой, тот малый еще и встряхнулся на прощание так, что Е Чэню нестерпимо захотелось отвесить ему пинка. Как только мужик скрылся, Е Чэнь принялся яростно тереть рукавом лицо, шепотом проклиная:
— Попадись ты мне еще раз, я тебе устрою дегустацию!
Не успел он закончить, как почувствовал чужое присутствие за спиной. Не глядя, Е Чэнь выдернул клинок и полоснул назад — но рассек лишь воздух. Он попытался вскочить, но кто-то тяжелой рукой придавил его к земле, зажав рот ладонью. Узнав того, кто навис над ним, Е Чэнь с облегчением выдохнул: это был Хуанфу Лэн.
Незадолго до этого Хуанфу Лэн обнаружил следы на земле и приказал людям из Департамента Цензората продолжать поиск, а сам рванул вперед. На стволах и земле он нашел множество арбалетных болтов без маркировки имперских войск Государства Хуа, что позволило ему сделать вывод: противник — вовсе не рядовая банда наемных убийц, как значилось в донесениях. Если его догадки верны, Е Чэню и личной охране Линь Чжицзяна грозила смертельная опасность. Именно поэтому Бессердечный Судья бросился на выручку в одиночку.
Прижав Е Чэня к земле, Хуанфу Лэн с похвалой произнес:
— Парень, а реакция у тебя что надо, шустрый.
Е Чэнь замычал сквозь чужую ладонь, требуя освободить рот. Хуанфу Лэн чуть ослабил хватку, принюхался и поморщился:
— Чем это от тебя разит?
Крайне смущенный Е Чэнь ткнул пальцем в капающий влагой листок перед собой, а затем — на удаляющуюся колонну врагов. Посмотрев на него с брезгливостью, Хуанфу Лэн отпрянул и подозрительно осведомился:
— А на лице... нет ли?..
Е Чэнь отвернулся к сектантам, не удостоив его ответом. Тут Хуанфу Лэна словно осенило: он поднес собственную ладонь к носу, понюхал и едва не задохнулся от тошноты. Е Чэня затрясло от беззвучного смеха, лицо его покраснело от сдерживаемого хохота.
В этот момент где-то поодаль раздалось условное щебетание птицы — так подавали сигнал агенты Департамента Цензората. Хуанфу Лэн в ответ свистнул точно так же, и вскоре из-за деревьев с согнутой спиной вынырнул человек в черном шелковом костюме. Лицо Хуанфу Лэна озарилось одобрением, и та самая рука, которой он только что зажимал рот Е Чэню, легла на плечо новоприбывшему со словами:
— Молодчина, парень, вовремя поспел!
При этом ладонь принялась энергично тереть и гладить одежду подчиненного.
Этого цензората звали Хайцзы, он был одним из людей Цинь Сяоциня. После ранения последнего Хуанфу Лэн временно привлек его к собственному расследованию. Получив такую похвалу от самого Хуанфу Лэна — любимца государя и главы Департамента Цензората, перед которым даже слово вымолвить считалось за счастье, не говоря уж о столь близком поощрении, — Хайцзы расплылся в счастливой улыбке. Ему захотелось тотчас бежать домой и повесить этот черный костюм в рамочку на стену. Вот только он не знал, что этот господин Хуанфу был еще тем пакостником.
Стоявший рядом Е Чэнь не удержался и бросил:
— Господин Хуанфу, перестаньте тереть, так и до дыр протрете!
Лишь после этого Хуанфу Лэн с недовольным видом отдернул руку и, приняв невозмутимый вид, уставился на врагов.
http://bllate.org/book/22740/2409476
Готово:
