— Ваше Высочество... — Юй Лан взмахнул орлиными крыльями и вылетел вперед, за ним следовал посиневший от злости Янь Си.
Распорядитель бойцовской арены тоже подбежал к ним. Всё произошло в мгновение ока, никто не успел опомниться.
Черные клинки и золотые зрачки — это был символ императорской семьи империи Лоцзя. Человек перед ними выглядел очень молодым, но от него исходила ужасающая аура, способная подавить всё вокруг. Несомненно, этот человек и был тем самым наследником, которого император всегда лелеял на ладони и который станет будущим правителем столицы!
Но Его Высочество наследный принц, чье происхождение возвышало его над всеми остальными, сейчас прижался к какому-то юноше и облизывал его шею. Спасшиеся от гибели зрители на трибунах тут же принялись перешептываться:
— Это же Его Высочество Линь Цзыжуй, вершина среди зверолюдей...
— Но разве Линь Цзыжуй не помолвлен с третьим молодым господином из семьи Янь? Почему он бросился спажать другого мужчину?..
— И то верно, а ведь этот парень чертовски хорош собой, и способность у него такая странная...
Лицо Янь Си от этих разговоров позеленело, став похожим на покрытый плесенью пампушок. Он сжал кулаки, в его глазах и на лице читались такая свирепость, яд и ненависть, что ему хотелось перебить всех этих людей.
— Чего застыли? Уведите их отсюда, — бросил Янь Си стоявшим позади стражникам. Эти люди были свитой Линь Цзыжуя и подчинялись приказам только наследного принца и Юй Лана. Однако Янь Си приходился женихом их господину, поэтому стражники на мгновение растерялись, не зная, как поступить.
Юй Лан кивнул главному среди них, и стража принялась выводить студентов.
Сюэ Сюй прекратил нападение в тот самый момент, когда Линь Цзыжуй нанес удар. Подхватив Цянь Цяня, он спрыгнул на арену и с довольно странным выражением лица уставился на Янь Цина, которого терзал Линь Цзыжуй, и на искаженное от боли и бреда лицо пострадавшего.
Вскоре под конвоем преподавателей и стражников все студенты покинули арену, и в центре зала остались лишь несколько человек.
Янь Цин с большим трудом справился с головокружением в голове и попытался повернуть голову, но Линь Цзыжуй придавил его намертво. Уникальный холодный аромат Линь Цзыжуя вперемешку с запахом свежей крови проник в его ноздри, заставляя сердце учащенно биться.
— Ты, блядь, собака сутулая? А ну отпусти пасть!
Нити паука-демона обладали невероятной прочностью, и Янь Цин, как ни старался, не мог вырваться. Напротив, на его белых запястьях остались тонкие красные следы, придающие происходящему оттенок извращенной жестокости.
Увидев, что столько людей пялится на него, этот ублюдок Линь Цзыжуй всё еще прижимался к нему и кусался. Янь Цин резко задрал голову и впился зубами прямо в щеку Линь Цзыжуя!
— Ссс... — вокруг разнеслось дружное втягивание воздуха. Юй Лан даже вздрогнул от неожиданности и невольно отступил на шаг.
У Линь Цзыжуя был просто разрушительный нрав. Хотя сейчас он и пришел в себя, Его Высочество не терпел никаких возражений, а методы его были жестоки и безжалостны — еще никто не смел разозлить его и остаться целым и невредимым.
Этот юноша посмел вцепиться зубами прямо в лицо принцу! Он что, жить надоело?..
Янь Цин приложил огромные усилия, словно собирался отхватить кусок мяса от щеки Линь Цзыжуя. Почувствовав жгучую боль, Линь Цзыжуй удивленно уставился на него своими черными глазами.
Он разжал руки, сковывавшие Янь Цина, и, глядя на свирепое выражение лица парня, озадаченно приподнял бровь.
Его самого... укусил этот мужчина?
Хотя секунду назад он был полностью опьянен сладостью этой крови и теплом этого тела, его инстинктивная защита не отключилась. В тот момент, когда мужчина попытался укусить, его кожа на лице должна была мгновенно покрыться чешуей, защищая тело от повреждений.
Такая реакция была чистым инстинктом, неподвластным даже ему самому. Но почему же рядом с этим мужчиной он чувствовал себя настолько спокойно, что даже позволил себе отключить инстинкт самосохранения?
Линь Цзыжуй провел пальцем по следу от зубов на правой щеке. Наследный принц, который отроду не знал, что такое ранения, впервые испытал странное чувство: одновременно жгучее желание убить и нежелание причинять вред.
— Смеешь меня кусать? — Линь Цзыжуй слегка прищурил глаза, излучая леденящий холод. Он сжал подбородок Янь Цина, и в его голосе прозвучала жажда крови.
— Да я не только тебя укусить смею, я еще и забить тебя до смерти могу, извращенец чертов! — Янь Цин взъерошился от злости и свободной ногой со всего маху двинул прямо в красивую физиономию Линь Цзыжуя.
Однако на этот раз Линь Цзыжуй не позволил ему добиться своего: он перехватил его лодыжку одной рукой, а лицо его стало еще мрачнее.
Этот парень что, и впрямь бессмертный?
Эм... вообще-то подобное движение выглядело бы очень круто и эффектно, но... в сочетании с невозможно не заметить следом от зубов на лице это придавало сцене какой-то комичный и даже милый оттенок.
— Ваше Высочество! — раздался сверху низкий голос. Все подняли головы и увидели парящего в воздухе Нормана, который оглядывал превращенную в руины арену. Его мощная аура медленно распространялась вокруг.
— Глава Норман.
За исключением Линь Цзыжуя, все остальные почтительно поклонились Норману, который спустился вниз.
Линь Цзыжуй бросил на него короткий взгляд и снова перевел внимание на Янь Цина.
Главный распорядитель арены Сунь Тао был довольно простодушным мужчиной средних лет. Внезапное появление Линь Цзыжуя уже напугало его до полусмерти, а теперь здесь появился еще и декан факультета способностей — от страха лоб Сунь Тао покрылся холодным потом.
Он отродясь не видел такого на матчах в своей бойцовской арене — сплошь великие шишки! Неужели этот юноша связан тесными узами с обеими влиятельными сторонами?
— Глава, на самом деле тут... — Сунь Тао попытался оправдаться, но Норман остановил его взмахом руки. Он холодно посмотрел на Сюэ Сюя, и тот виновато опустил голову, понимая, что натворил дел.
Сейчас было не время воспитывать Сюэ Сюя. Норман тяжело вздохнул, повернулся к Линь Цзыжую и произнес:
— Ваше Высочество, он мой студент. Пожалуйста, проявите милосердие.
Янь Цин тоже поспешно вставил:
— Цзыжуй, опусти сначала брата, его же за лицо укусили.
Слова Янь Цина напомнили Линь Цзыжую... вовсе не о комичном следе от зубов на его собственной щеке, а о ранах Янь Цина.
Хотя жизненно важные органы задеты не были, зияющая дыра в плече выглядела пугающе. Лицо Янь Цина совсем потеряло краски, губы побелели, но он по-прежнему свирепо таращился на него.
Линь Цзыжуй тихонько рассмеялся. Ему казалось забавным то, как Янь Цин выпускает когти: явно уже попав в лапы к хищнику, этот упрямец продолжал бессмысленно сопротивляться.
От этого смеха у Янь Цина мурашки побежали по коже. Он решил, что Линь Цзыжуй собирается сотворить еще какую-то извращенность, но вместо этого тот разорвал паутину руками и подхватил его на руки.
Оказавшись на руках у Линь Цзыжуя под пристальными взглядами всех присутствующих, Янь Цин был готов сквозь землю провалиться от стыда.
Едва коснувшись ногами земли, Янь Цин резко отпрыгнул — его движения были настолько проворными, что впору было усомниться в наличии у него ранений. Словно испуганный зверек, он бросился прямиком к Норману.
Преподаватель, тут извращенец, спасите!
И в тот момент, когда Янь Цин уже уверовал, что избежал издевательств со стороны этого больного на голову ухажера, сзади чья-то рука обвила его за талию и рывком потянула назад.
Янь Цин спиной врезался в грудь Линь Цзыжуя, а оба его запястья были снова закованы в тиски. Он посмотрел на Нормана так, будто готов был разрыдаться.
Учитель, спасите меня!
Норман слегка нахмурился: с чего это Линь Цзыжуй вдруг так привязался к Янь Цinu?
Янь Цин был его студентом, и декану было крайне неприятно узнать, что парня тяжело ранили за его спиной. Тем не менее, Норман сохранил беспристрастный вид и произнес:
— Ваше Высочество, если он чем-то оскорбил вас, я готов принести извинения за него. Он ранен, поэтому позвольте мне сначала заняться его лечением.
Судя по внешнему виду, рана не угрожала жизни, но была довольно глубокой. К тому же Янь Цин потерял немало крови, так что на восстановление явно уйдет немало времени.
Линь Цзыжуй опустил взгляд на обнаженное плечо Янь Цина и прямо приказал Юй Лану:
— Позови имперского лекаря Гун Линя, я немедленно везу его во дворец.
http://bllate.org/book/22805/2419916
Готово:
