Большинство людей задерживали взгляд на этой шумной компании с искренним любопытством и легким недоумением. Поскольку это были люди из индустрии развлечений, они подсознательно оценивали их наряды. Видя, как эта группа людей, одетых в роскошные вещи, вальяжно проходит мимо, нарушая тишину, которую все остальные старательно поддерживали в очереди на пробы, многие смутно догадывались, что статус этих особ весьма высок.
Су Ли отвела взгляд, разглядывая увядающий затылок стоящего перед ней агента. Она смотрела так внимательно, что в ней проснулось озорное желание пересчитать те немногие волоски, что еще остались у него на голове.
Однако кто-то окликнул её по имени. С ноткой недоброй усмешки этот голос выделил Су Ли из толпы, которая, как и все остальные, послушно стояла в очереди. Взоры окружающих тут же устремились к ней, словно она совершила предательство. Су Ли, не меняясь в лице, встретила этот взгляд и мягко улыбнулась:
— Господин Хэ-младший, давно не виделись.
Мужчина, которого назвали Хэ-младшим, был тем самым, кто подал голос первым. Он был совсем молод, лет двадцати трех, чистокровный альфа. Из-за юного возраста в его чертах еще сквозила детская мягкость, в отличие от окружавших его людей, чья агрессивность была видна невооруженным глазом. Впрочем, именно из-за молодости он не умел скрывать свои эмоции. Он не мог ни сдерживать амбиции, подобно Лян Юаньчэну, ни притворяться матерым волком, как его брат Хэ Наньфан.
Хотя Хэ Бэйфан вечно язвил и любил задирать Су Ли, она не испытывала к нему особой неприязни — уж слишком он был инфантилен. Когда-то, из-за белого света очей Лян Юаньчэна, он питал необъяснимую злобу к Су Ли, которая тогда была девушкой Лян Юаньчэна, и то и дело отпускал колкости. Слухи о том, что Су Ли ведет легкомысленный образ жизни и любит заигрывать с мужчинами, пошли именно от него.
Но Су Ли смотрела на него, как на школьника, и не испытывала желания вступать в перепалку. Раньше — потому что ей было плевать на всех, кроме Лян Юаньчэна. Сейчас — потому что она больше не заботилась ни о ком из того круга, к которому принадлежал Лян Юаньчэн. Включая самого Лян Юаньчэна.
На людей, которые ей безразличны, Су Ли не хотела тратить лишних сил.
Хэ Бэйфану, похоже, показалась забавной её реакция. Он подошел к Су Ли, остановился и, глядя на её короткие волосы, не обращая внимания на взгляды окружающих, которые, словно свет фонарей, сходились на них двоих, не удержался от смешка:
— Слышал, ты рассталась с братом Юаньчэном. Правда, что ли?
Дурак.
Су Ли кротко улыбнулась, не отвечая.
Хэ Бэйфан удовлетворенно хмыкнул:
— Я же говорил: как бы ты, бета, ни пыталась угодить брату Юаньчэну, ты никогда ему не пара. Он альфа, как он мог быть с такой, как ты?
Иногда Су Ли сомневалась, что мозг Хэ Бэйфана развивался нормально, как у всех остальных. Возможно, его брат забрал себе лишние извилины еще до рождения? Но ведь они не близнецы, так что эта теория не работает. Оставалось лишь предположить, что мозг Хэ Наньфана в свое время похитили инопланетяне.
При этой мысли её глаза слегка сощурились, выражая искреннюю жалость:
— Господин Хэ-младший, спустя столько месяцев вы ничуть не изменились.
Такие же глупые.
Хэ Бэйфана, похоже, польстили её слова, улыбка на его лице стала шире. Скрестив руки на груди, он свысока оглядел Су Ли и, внезапно что-то вспомнив, приподнял бровь. В его голосе прозвучала снисходительность:
— Долго тебе тут еще ждать?
Су Ли с легкой улыбкой покачала головой:
— Пока не знаю.
Он скосил взгляд вперед, затем снова посмотрел на неё:
— Разве ты не знаешь, что инвестор этого фильма — наша семья Хэ? Ты ведь так мастерски умеешь ублажать людей? Вместо того чтобы торчать здесь, лучше бы угодила мне. Любая роль, которую я тебе дам, будет лучше той, за которую ты здесь борешься.
Су Ли не дрогнула, даже изгиб её губ не изменился. Во всем её облике сквозила такая покорность, что Хэ Бэйфан обманулся, решив, что может распоряжаться ею так же легко, как Лян Юаньчэн.
Сидевший рядом Лу Цинчжоу, услышав это, не выдержал. Он встал и шагнул к Су Ли. Из-за физиологических особенностей омеги он подсознательно опасался альф и, ища поддержки, непроизвольно ухватил Су Ли за запястье.
Хэ Бэйфан перевел взгляд на него. Его забава прервалась, словно он играл с игрушкой, а тут вдруг кто-то посторонний вырвал её из рук. В нем взыграл барский нрав, брови нахмурились. Он уже готов был выпалить: Ты вообще кто такой?, но вовремя распознал в нем омегу.
Согласно общенациональной идеологии, каждый гражданин обязан защищать омег, а с точки зрения личной выгоды — если не хочешь попасть в черный список брачного агентства, лучше не обижать ни одного омегу, даже с низким коэффициентом совместимости.
Он сдержал гнев. Глядя на то, как этот робкий незнакомый омега пытается заслонить собой Су Ли, Хэ Бэйфан в душе лишь насмешливо хмыкнул.
Это же Су Ли.
Су Ли, которая никогда не боялась открытой неприязни. Даже когда на вечеринках в их компании в лицо отпускали шуточки про Золушку, она лишь смеялась в ответ. Нужна ли ей защита такого омеги?
Лу Цинчжоу слегка дернул Су Ли за рукав:
— Сяо Ли, пойдем отсюда. Я не хочу пробоваться.
Су Ли не ответила сразу. Она посмотрела на Хэ Бэйфана и спросила:
— Как именно ты хочешь, чтобы я тебе угодила?
Услышав из уст Лу Цинчжоу обращение Сяо Ли, Хэ Бэйфан поморщился от досады. Сколько прошло времени? Су Ли снова нашла себе объект для обольщения. Воистину, легкомысленная натура беты.
Он приподнял веки, и в его глазах, лишенных терпения, блеснула чернота. Они были темными и влажными, напоминая Су Ли ту собаку, что жила в поместье Лян Юаньчэна. Первый месяц работы там она не могла подойти к псу, хотя кормить его входило в её обязанности. Это был огромный черный пес, любимец хозяина, с грозным лаем и готовностью вцепиться в любого чужака. Он подпускал к себе только старых работников. Весь первый месяц Су Ли пододвигала палкой миску с едой к его вольеру. А потом она приручила его и перестала бояться укусов.
Су Ли посмотрела на Хэ Бэйфана и повторила:
— Так как ты хочешь, чтобы я тебе угодила?
Её голос стал еще мягче, словно облако, беззвучно коснувшееся слуха и оставившее ощущение нежной, сладкой истомы.
Люди в очереди невольно уставились на Су Ли. Они не смели выражать недовольство тем, кто стоял выше них, поэтому весь негатив выплескивали на ту, кто казался им ровней. А компания Хэ Бэйфана, поначалу проявившая интерес к этой детской игре, быстро его утратила, узнав, что Су Ли всего лишь бета.
Хэ Бэйфан усмехнулся. В памяти всплыла сцена с вечеринки, когда Лян Юаньчэн вскользь обронил, что хочет кофе, и Су Ли поехала в кофейню на другом конце города. Кофе на месте был, но у Лян Юаньчэна были высокие запросы — он признавал только определенный сорт зерен. И Су Ли отправилась в путь через весь город ради одной чашки.
Он почувствовал азарт:
— Хочу кофе. Через двадцать минут чтобы был здесь.
Хэ Бэйфан впился в неё взглядом, видя свое отражение в её глазах, которые под светом ламп казались светлее:
— Ты должна знать, какой именно кофе мне нужен.
Су Ли слегка улыбнулась:
— Хорошо. Но мне не нужна эта роль.
Хэ Бэйфану было плевать, чего она хочет, ему доставляло удовольствие видеть её в неловком положении:
— Говори.
— Мне нужны два билета на благотворительный вечер, который устраивает господин Хэ.
Хэ Бэйфан замер, а затем расхохотался:
— Су Ли, ты всегда такая жадная.
Вскоре он перестал смеяться, бросил на неё косой взгляд и процедил:
— Ладно. Если через двадцать минут у меня не будет кофе — выметайся из Цзинчжоу.
— Договорились, — ответила Су Ли.
Когда компания ушла, Лу Цинчжоу прошептал:
— Пойдем, не надо было этого делать.
Су Ли, уткнувшись в телефон, успокоила его:
— Все в порядке.
Закончив дела, она спрятала телефон и заметила, что глаза Лу Цинчжоу покраснели, вот-вот брызнут слезы. Она достала бутылку воды из сумки, открыла и протянула ему:
— Не волнуйся, он просто напускает на себя важность, на самом деле он ничего из себя не представляет.
— Что? — Лу Цинчжоу, сделав глоток, опешил.
Су Ли достала салфетку, аккуратно промокнула жемчужные слезинки в уголках его глаз, приподняла его подбородок, проверяя, нет ли на лице следов волнения, и, убедившись, что все в порядке, поправила ему одежду:
— Тот парень просто громко лает. Не бойся его.
Лу Цинчжоу все еще переживал:
— Но что делать с кофе? Ты ведь пообещала, успеешь ли ты?
— Успею, — Су Ли закусила губу и улыбнулась. — Ты ведь подождешь меня здесь?
Лу Цинчжоу кивнул, чувствуя себя виноватым, что стал обузой. Он хотел что-то сказать, но, открыв рот, лишь понуро опустил плечи.
Су Ли ушла. Она вызвала такси, отъехала на пару сотен метров от отеля, вышла у торгового центра и направилась в зону для курения.
Закурив, она открыла игру в телефоне. Пока она играла, курьер уже прибыл на место. Как раз докурив, она помахала рукой парню, который озирался по сторонам:
— Здесь!
— Здравствуйте, госпожа Су. Пять американо и пять латте, вот чек. Пожалуйста, поставьте оценку, — курьер был весь в поту. Су Ли тут же подтвердила получение заказа и, помимо пяти тысяч кредитов за доставку, добавила пять тысяч на чай. — Спасибо вам большое.
Курьер, увидев сумму чаевых, просиял:
— Что вы, что вы! Если будут еще такие заказы, обязательно обращайтесь!
Су Ли улыбнулась:
— Обязательно.
С кофе она вернулась в отель как раз вовремя и неспешным шагом направилась к Хэ Бэйфану. Увидев выражение его лица, которое читалось как: Ты правда вернулась?, она поставила стаканы на стол:
— Я взяла десять штук, не знала предпочтений каждого, поэтому взяла американо и латте.
Остальные в комнате, которые прислушивались к разговору, не ожидали, что им тоже достанется, но подойти не решались.
Су Ли посмотрела на Хэ Бэйфана:
— А насчет того, о чем мы договаривались?
Хэ Бэйфан осекся и фыркнул:
— Пришлю уведомление, когда забрать.
Су Ли кивнула:
— Тогда я пойду.
Хэ Бэйфан промолчал, и Су Ли, решив, что он удовлетворен, вышла из комнаты. Она достала телефон и разблокировала Хэ Бэйфана в своем личном аккаунте.
Вернувшись к Лу Цинчжоу, она услышала его осторожный вопрос:
— Ты уходишь?
Он сжал кулаки:
— Может, нам стоит попросить босса о помощи?
Его робкое выражение лица было таким милым, что Су Ли едва сдержала улыбку, прикрыв рот рукой. Она не стала ничего объяснять:
— Скоро твоя очередь, соберись, ты обязан пройти прослушивание.
Лу Цинчжоу кивнул:
— Я постараюсь.
После прослушивания результаты были известны не сразу. Су Ли везла Лу Цинчжоу обратно, готовясь ко второй встрече в другой съемочной группе. Заметив, что он колеблется, она улыбнулась:
— Сяо Лу, не переживай, кофе был доставлен.
— Тебе пришлось так потрудиться из-за меня, — Лу Цинчжоу все еще чувствовал вину.
Су Ли, глядя в зеркало заднего вида, решила разрядить обстановку:
— Это курьер купил.
Лу Цинчжоу поднял на неё глаза.
— Пять тысяч за доставку, парень рвал жилы, чтобы успеть за десять минут. Я накинула еще пять тысяч чаевых. Профессиональную работу должны делать профессионалы.
Су Ли хмыкнула. Прибыв на место, она проводила его взглядом и сказала:
— В три часа дня я за тобой заеду.
Лу Цинчжоу послушно помахал ей рукой.
Поставив машину в подземный гараж, Су Ли отправилась в офис, чтобы оформить отчет о расходах и заодно повидаться с парнем. В бухгалтерии, увидев чек на десять тысяч четыреста кредитов, бухгалтер ошарашенно спросила:
— Это вы всю съемочную группу кофе напоили?
Присмотревшись, она увидела десять тысяч за услуги курьера. Бухгалтер ахнула, но так как все было оформлено по правилам, а деньги были не её, она все подписала.
Уладив дела, Су Ли поднялась на тридцать шестой этаж. Там было тихо — это было личное пространство Чжоу Юйцы. Едва двери лифта открылись, она почувствовала тонкий аромат сладкого апельсина.
Она улыбнулась и направилась в комнату отдыха.
— Бэйфан, кто это была? — не выдержал один из присутствующих.
Хэ Бэйфан сделал глоток американо. Горечь обожгла корень языка, он хотел выплюнуть, но под взглядами друзей проглотил. Американо с кислинкой забурлил в желудке. Он не понимал, как его брат и Лян Юаньчэн могут любить эту гадость, но невозмутимо ответил:
— Бывшая девушка брата Юаньчэна.
Собеседник удивленно вскинул брови:
— Брось шутить, как Юаньчэн мог быть с бетой? Он ведь вроде собирается жениться?
— Именно она, — Хэ Бэйфан поджал губы, явно имея в запасе сплетни. Остальные приготовились слушать, но он лишь хмыкнул и продолжил пить свой американо, как лекарство. Черт возьми, Су Ли купила огромный стакан, он никак не кончался!
Когда до него донесся характерный звук пустой трубочки, Хэ Бэйфан швырнул стакан на стол:
— Не смотрите, что она бета. Ради брата Юаньчэна она на все пойдет.
В его словах сквозила насмешка, в которой, однако, чувствовалась примесь зависти. Он отрезал:
— Да что вы понимаете!
Кто-то начал расспрашивать подробности про Лян Юаньчэна, как вдруг кто-то сказал:
— Эй, слышал, брат Юаньчэн в больнице.
Хэ Бэйфан нахмурился:
— Быть того не может.
Он достал телефон, хотел написать брату, но вспомнил спокойное лицо Су Ли — если бы она знала, что Лян Юаньчэн в больнице, разве была бы такой невозмутимой?
— Мне друзья сказали, кажется, период гона начался.
Хэ Бэйфан, набирая сообщение брату, рассеянно ответил:
— Ну и что? У него есть невеста, пусть его омега и идет, зачем в больницу?
Его голос стих, когда от Хэ Наньфана пришло подтверждение: Лян Юаньчэн действительно в больнице из-за гона.
Хэ Бэйфан хотел было рассказать брату о встрече с Су Ли, но передумал. Он лишь попросил два билета на благотворительный вечер.
Хэ Наньфан был занят, велел не навлекать неприятностей и завершил разговор.
Хэ Бэйфан подсознательно хотел написать Су Ли, что билеты у него, но вовремя одернул себя: с какой стати он должен её слушать? Он ей не собака.
Странно, но он решил потянуть время, чтобы она сама у него попросила.
Он ждал.
Но сообщений от Су Ли не было.
***
Чжоу Юйцы сделал глоток ледяного американо из рук Су Ли, поморщился:
— Горько.
Су Ли улыбнулась, потрепала его по щеке и протянула горячий латте:
— Пей это.
Чжоу Юйцы не взял стакан, а отпил прямо из её рук, прильнув к ней, словно прячась в её объятиях. Су Ли вдохнула аромат сладких апельсинов и, сощурив глаза, почувствовала, как Чжоу Юйцы поднял голову и блестящими глазами спросил:
— Хочешь попробовать?
Что?
Затем на неё пахнуло апельсиновым ветром, и она невольно закрыла глаза, почувствовав легкий поцелуй. Она ощутила вкус латте — да, американо был ужасен.
***
Су Ли прикрыла глаза, чувствуя его поцелуй.
Чжоу Юйцы всегда был сдержан, он лишь слегка коснулся её губ, словно упавшее перышко. Горечь кофе в этот миг растворилась в аромате сладкого апельсина. Рука Су Ли легла на руку Чжоу Юйцы. Они не открывали глаз, но, казалось, были связаны невидимыми нитями, их ладони прижались друг к другу, и в этот сезон между ними выступил горячий липкий пот.
Сердце Су Ли было наполнено, она чувствовала себя бабочкой, собравшей нектар. Удовольствие разливалось по всему телу, согревая, словно солнечный свет.
В этот миг Су Ли достигла пика своего блаженства.
На её лице отразилась безмятежность, а щеки окрасились легким румянцем.
http://bllate.org/book/22834/2424639
Готово:
