— Слышала, ты ранен? Значит, она наверняка водила тебя к Линь Лань.
Юнь Ши поднялась с места, подошла к Чу Цы, вытащила сигарету и протянула ему.
Чу Цы кивнул и протянул руку, чтобы взять её.
Юнь Ши медленно села рядом с Чу Цы, слегка подавшись вперёд. Её пышное, соблазнительное тело почти прижалось к нему, а в её руке с щелчком вспыхнул бледно-голубой огонёк зажигалки, поджигая сигарету в его губах.
— На самом деле у Май Вэня не было с ней какой-то глубокой вражды или имущественных споров.
Их тела находились невероятно близко — так близко, что Чу Цы даже смутно ощущал тепло её тела, а доносившиеся волны лёгких духов несли в себе будоражащий душу аромат.
Чу Цы невольно сглотнул слюну и несколько неестественно улыбнулся:
— Она мне об этом рассказывала.
— Но ты ведь ей не поверил, верно? — Голос Юнь Ши был мягким, с нотками чарующего соблазна, а её дыхание легко касалось уха Чу Цы.
Чу Цы не ответил, а перевёл тему:
— Сегодня вечером она выглядит очень счастливой.
Юнь Ши пристально посмотрела на него, а затем заливисто рассмеялась. Её пышное, соблазнительное тело слегка задрожало, от этого зрелища просто захватывало дух.
— Да уж, если бы это её не касалось, с чего бы ей так радоваться смерти Май Вэня?
Юнь Ши глубоко вздохнула, унимая смех, и её выражение лица резко изменилось:
— Младшая сестра Линь Лань погибла в клубе Май Вэня. Отец Линь Лань поехал добиваться справедливости для дочери, но по дороге к зданию федерального правительства попал в автокатастрофу и погиб от огнестрельного ранения в голову.
— Мать Линь Лань пыталась добиться справедливости для дочери и мужа, совершила самосожжение у здания легислатуры штата, а СМИ вовсю трубят, что она была душевнобольной.
— Как ты думаешь, если бы у неё не было определённого личного обаяния и она заботилась лишь о собственной выгоде, стал бы человек вроде Линь Лань, достигший высочайших успехов в медицине и биологии, работать личным семейным врачом у какой-то хозяйки бара?
Услышав это, Чу Цы наконец понял, что имела в виду Линь Лань, когда сказала: «Наверное, это я должна сказать тебе спасибо».
Юнь Ши продолжила:
— Она действительно очень рада сегодня вечером, но не за себя, а за Линь Лань. Рада за бесчисленных жертв, которые не смогли добиться справедливости.
— Она просто обожает совать нос в чужие дела. Могла бы, казалось, воспользоваться твоим ранением, прикончить тебя и замести следы, чтобы те самые чиновники легислатуры штата и федеральные конгрессмены, чьи интересы пострадали, не вышли на нас.
— Устранить все потенциальные угрозы — это лучшее решение, но она почему-то решила спасти тебя и при этом сдержать данное тебе обещание.
— Впрочем, если подумать, будь она действительно из тех, кто способен перекинуть мост и тут же разрушить его, убивая свидетелей, мы бы сегодня здесь не сидели и не сплотились вокруг неё.
— Все эти годы она молча несла на себе колоссальный психологический груз, ей тоже нужно было дать выход эмоциям.
Слушая рассказ Юнь Ши, Чу Цы стал ещё немного лучше понимать Цзян Янь.
Он глубоко затянулся, медленно выпустил дым и с улыбкой произвел:
— Мне кажется, что такой характер ей очень даже идёт. У неё сильное чувство справедливости, но при этом она не страдает слепым и безмозглым человеколюбием.
— Она не стала без всяких причин принимать меня в отряд — человека с неизвестным прошлым, — а использовала меня, чтобы отомстить за ваших товарищей и вырезать опухоль в этом месте.
— Убрать меня как свидетеля — и впрямь отличный выбор, к которому даже у меня самого не возникло бы претензий.
— Но её выбор тоже не обязательно оказался ошибочным.
— Как ты и сказала, будь у неё другой характер, стали бы вы все собираться вокруг неё?
— Каким бы ни был твой характер — эгоистичным или источающим приторную святость, — никто не знает, хорошим или плохим окажется твой выбор, пока не проявится результат.
— Словно когда ты встречаешь тяжелораненого человека: ты можешь выбрать — спасти его или пройти мимо.
— Он вполне может оказаться негодяем, который, очнувшись, позарится на твою красоту и принесёт погибель твоему дому.
— А может оказаться тем, кто отблагодарит за добро и с тех пор будет предан тебе всей душой, превратив тебя в могущественного гендиректора, принца или даже бессмертного небожителя, вознеся до самых небес.
— До того как появятся результаты, никто не знает, правилен твой выбор или нет.
— Поэтому, на мой взгляд, её выбор верен. И твой выбор — устранить свидетеля, чтобы избавиться от будущих неприятностей, — тоже верен.
Услышав это, Юнь Ши на мгновение замерла, а затем звонко рассмеялась, так что её плечи затряслись.
Она легко коснулась плеча Чу Цы своей изящной белой рукой и с кокетливой улыбкой произвела:
— Братец, ты не только силён, но ещё и мастак поговорить! Неудивительно, что последние два дня ты уводил из бара А Янь столько девчонок. Даже у меня, сестрички, начинает ёкать сердце.
Пока Юнь Ши говорила, одна её рука легко легла на грудь Чу Цы, а изящные белые пальцы нежно заскользили по ней. Она приблизила своё чарующее лицо к его уху, и её дыхание повеяло ароматом орхидей.
— А Янь говорила, что ты отлично драться умеешь, а язык у тебя подвешен просто прекрасно... Вот только интересно, какова твоя сила... в том самом деле?
От столь смелых слов и действий Юнь Ши Чу Цы слегка смутился — вовсе не потому, что был застенчив, просто рядом находились еще два человека.
Он только что присоединился к команде, поэтому перед новыми товарищами всё же стоило соблюдать хоть какое-то подобие приличия.
Впрочем, если речь шла просто о развлечении, то не всё ли равно.
Но когда он услышал, что Линь Лань — крупная фигура в медицинских и биологических кругах, у него сразу же зародилась мысль забрать её с собой.
А если удастся, то было бы неплохо прихватить с собой и всех этих женщин разом.
Он слегка кашлянул, пытаясь скрыть неловкость, и уже собирался придумать, как ответить, когда дверь отдельного кабинета внезапно распахнулась.
Цзян Янь вкатила небольшую тележку, доверху заставленную фруктовыми тарелками и закусками.
Следом за ней вошёл официант, кативший другую тележку, уставленную всевозможным алкоголем.
Она бросила взгляд на Чу Цы и Юнь Ши, словно заметив между ними тонкую атмосферу, чуть изогнула губы и бросила на Юнь Ши косой взгляд прекрасных глаз с ноткой насмешки:
— Я отошла всего на пару минут, а ты уже прильнула к парню. До того соскучилась?
Надзэна тут же подскочила на помощь и вместе с официантом принялась расставлять выпивку, фрукты и закуски на столе.
Юнь Ши же и не думала сдерживаться. Совершенно не обращая внимания на подколки Цзян Янь, она даже демонстративно выпятила пышную грудь:
— Что такое? Тебе можно к нему прижиматься, а мне нельзя?
— Можно-можно, можешь хоть сегодня вечером отправиться с ним в отель, никто слова не скажет.
Цзян Янь расставила на столе уже откупоренные бутылки и произвела:
— Давайте не будем маяться дурью со всякими бокалами, будем пить прямо из горла.
Судя по всему, все в комнате понимали настроение Цзян Янь в этот вечер, поэтому сегодня расслабились на полную катушку.
Даже Надзэна, которая в обычные дни пила от силы фруктовое вино, сегодня без разбору принимала любое спиртное и напилась до такой степени, что потеряла сознание и свалилась без чувств.
В комнате члены отряда вповалку валялись на диванах.
Цзян Янь обвила шею Чу Цы рукой, притянула к себе, намертво прижала его голову к груди, схватила бутылку и принялась заливать спиртное ему в рот.
— Пей! Пей давай! Сегодня я готова испить чашу до дна, лишь бы как следует ублажить такого ценного помощника!
Чу Цы, которого и без того по очереди поили несколько женщин, уже чувствовал себя как в тумане — перед глазами всё плыло и кружилось. А когда в него насильно влили ещё и бутылку крепкого алкоголя, мир перед глазами мгновенно померк, и смутно вращающаяся карусель картинок окончательно погрузилась во тьму.
Последней мыслью перед тем, как потерять сознание, было...
Черт побери, да эта безумная женщина...
Ты тут со мной до конца собралась сидеть или решила меня уморить?..
http://bllate.org/book/22841/2425867
Готово:
