Готовый перевод Transmigrated as the Rejected Second Male Lead / Перерождение отвергнутым вторым героем: Глава 11

— Прогуляемся? — Гу Чан, видя, что Оуян Юаньци не намерен заводить разговор, сам нашел повод. — Слышал, Дерево брачных уз в храме Бодхи исполняет желания.

Оуян Юаньци был прекрасен, словно сошедший с небес небожитель. Куда бы он ни пошел, всюду приковывал взгляды, а уж сегодня, во время праздника любования цветами, у Дерева брачных уз наверняка собралось немало девиц.

Гу Чан ждал отказа. В конце концов, именно у храма Бодхи по сюжету должны были впервые встретиться главные герои. Если Оуян Юаньци туда не пойдет, это будет просто замечательно. Гу Чан уже приготовился предложить другое место для прогулки — в конце концов, столица велика.

— Что ж, пойдем, — ответил Оуян Юаньци. Его глаза были светлыми, цвета янтаря.

Под таким взглядом Гу Чан невольно отвел голову, словно надеясь скрыться от этого пристального внимания, и невнятно пробормотал:

— Угу...

Система в этот момент была готова ударить хозяина по голове крышкой от кастрюли:

— Хозяин, не поддавайтесь на провокацию красоты!

— Мне кажется, я где-то его видел, — ответил Гу Чан Системе.

Система лишь вздохнула: О, боже, хозяин все-таки попал под чары.

Они спустились вниз, вышли из ресторана Юэлай и направились к храму Бодхи. Стражники изо всех сил сдерживали толпу девиц, готовых в любую минуту наброситься на них, и проклинали все на свете. Эти знатные барышни, обычно такие чопорные, сегодня вели себя как волки, увидевшие ягнят. Стражники, вероятно, забыли, что когда двое столь ослепительных красавцев идут рядом, эффект увеличивается вдвое.

— Я редко выхожу из дома, — заметил Гу Чан. — Глядя на это оживление, мне даже не хочется уходить.

Оуян Юаньци повернул к нему голову, и в его янтарных глазах мелькнуло недоумение. По сюжету князь Юй всегда был тем, кому героиня доверяла свои печали. Стоило ей расстроиться, как она бежала к нему — не только из-за его бесконечного терпения, но и потому, что стоило этому несравненному человеку посмотреть на тебя своими чистыми глазами, как все тревоги тут же исчезали.

Система зачитала этот фрагмент закадрового текста и тяжело вздохнула. Гу Чан хотел было отвесить ей оплеуху, и все мысли в голове сразу спутались.

— Мое здоровье всегда было неважным, поэтому я стараюсь лишний раз не выходить, — небрежно бросил Гу Чан, словно речь шла о чем-то самом обыденном.

О состоянии здоровья Лу Чжиюаня знали почти все в столице. Потеряв мать в семь лет и не видя отца, который десятилетиями служил на границе, он перенес слишком сильное потрясение, и с тех пор его тело было слабым. Поэтому, как бы хорош собой ни был Лу Чжиюань, столичные девицы не рассматривали его как кандидата в мужья. А вдруг выйдешь замуж и сразу овдовеешь? В таких вещах нельзя быть уверенным. Богатые семьи, имеющие дочерей, всегда учитывали это: какой бы властью ни обладал род Лу, долго ли она продержится? В высшем свете это не было секретом.

Когда они дошли до храма Бодхи, Гу Чан замер, глядя на море людей перед воротами. Он впервые видел такое столпотворение — было очень шумно. Под Деревом брачных уз на ветру развевались красные ленты, а на деревянных табличках размером с ладонь люди начертали свои сокровенные желания.

Гу Чан нашел лавочку, где продавали эти таблички, и о чем-то заговорил с торговцем. Оуян Юаньци стоял неподалеку и наблюдал за ним. Его светлые янтарные глаза подернулись едва заметным холодком. Стоя в лучах солнца, он казался окутанным мягким золотистым сиянием, его кожа была нежной, как холодный белый нефрит, а изящные черты лица и опущенные веки лишь вызывали желание узнать, что же скрывается в его взгляде.

Гу Чан подошел к нему с двумя табличками, его одежды развевались, придавая ему вид благородного и свободного духом человека.

— Хочешь такую табличку для пожеланий? Говорят, они очень действенные.

Голос Оуян Юаньци прозвучал приятно, с легким оттенком сдержанности:

— Хорошо, как скажешь.

Гу Чан с энтузиазмом попросил у торговца кисть и, попросив Систему взять управление телом на себя, диктовал ей по фразе. Закончив, он увидел, что Оуян Юаньци все еще пишет, и пошел вешать свою табличку на дерево.

Когда он вернулся, то увидел Сюй Жовэй. Ее прекрасное лицо слегка порозовело, она стояла рядом с Оуян Юаньци, словно он сказал ей нечто, заставившее ее смутиться. Гу Чан, уже было шагнувший к ним, замер. Он отошел в сторону, к торговцу веерами, и, делая вид, что выбирает товар, стал следить за героями.

Сюй Жовэй не ожидала, что действительно встретит князя Юй в храме Бодхи. Внутри она была взволнована, но виду не подавала. Это случайное столкновение — сама судьба ей помогала. Если бы она смогла заставить князя Юй полюбить ее, было бы просто чудесно.

— Этот господин, вы кого-то ждете? — Сюй Жовэй сделала вид, что просто проявляет любопытство. Было бы идеально, если бы он был один.

Она была удивительно хороша: ясные глаза, белые зубы, тонкая талия. Каждое ее движение было исполнено девичьего очарования — она была очень привлекательной девушкой.

Оуян Юаньци опустил веки и ответил:

— Да.

Стоявшие рядом стражники напряглись: они даже не заметили, как эта девушка оказалась рядом с князем. Что, если она попытается похитить его средь бела дня?

Лицо Сюй Жовэй застыло. Она никак не ожидала, что Оуян Юаньци действительно кого-то ждет.

— Тогда... это ваш близкий человек? Слышала, Дерево брачных уз здесь очень помогает. Может, попробуете? — Одному небу известно, сколько усилий стоило Сюй Жовэй сдержать язвительные слова.

У них с князем Юй была помолвка, но она не была подкреплена даже официальным брачным контрактом. Если он решит все отрицать, она останется ни с чем.

Оуян Юаньци перевел на нее взгляд. Его глаза были холодными, в них читалась скрытая угроза! Сюй Жовэй вздрогнула. Она помнила, что в прошлой жизни князь Юй никогда не смотрел на нее так. Всякий раз, когда она видела его, он был воплощением мягкости, утонченности и благородства.

К счастью, этот взгляд исчез так же быстро, как появился. Когда Сюй Жовэй моргнула, он снова смотрел на нее своими равнодушными светло-карими глазами. Сюй Жовэй, решив, что ей просто показалось, с облегчением выдохнула.

— Нет, — отрезал Оуян Юаньци и, развернувшись, ушел.

Стражники поспешили следом, чтобы больше ни одна девица не смогла подобраться к князю. Увидев, что герои разошлись, Гу Чан выбрал веер с рисунком цветущей сливы, расплатился и тоже ушел. Времени было еще много, можно было погулять подольше.

Спустя полчаса Гу Чан понял, что заблудился. Храм Бодхи был построен на склоне горы, главный зал с буддийскими статуями был величественным, и поток верующих не иссякал. На заднем склоне горы располагались гостевые покои для знатных дам. Гу Чан сам не заметил, как забрел туда. Его охранники Лун Сань и Лун Ци были заняты другими делами — какая досада.

Гу Чан хотел спросить дорогу, но, видимо, забрел слишком далеко — вокруг не было ни души. И тут он почувствовал запах крови...

Гу Чан: У меня такое чувство, что я учуял запах заговора.

Он остановился, спрятал кинжал в рукаве и крепко сжал его правой рукой.

— Как думаешь, если я сейчас вмешаюсь, будет угроза для жизни? — спросил он Систему.

Система ударила себя в грудь:

— Не волнуйся, хозяин, никакой угрозы жизни нет.

Гу Чан, следуя указаниям Системы, пошел на запах крови. Вскоре он увидел высокого мужчину в черных одеждах, который полуживой прислонился к стволу дерева. Гу Чан подошел на три шага и спросил:

— Ты еще жив?

Мужчина, видимо, не ожидал, что кто-то осмелится подойти к нему с таким вопросом. Он приподнял голову, и, увидев лицо Гу Чана, его зрачки сузились.

— Проваливай, — прохрипел он.

Гу Чан: ...У него что, с головой не в порядке?

— Ладно, как хочешь, — холодно ответил Гу Чан и отступил на два шага назад.

Мужчина лишь почувствовал, как перед глазами потемнело, и рухнул на землю.

Гу Чан: Так стоило мне вмешиваться или нет?

— Господин Лу! — раздался внезапно чей-то взволнованный голос.

Гу Чан обернулся — это был стражник Оуян Юаньци. Увидев Гу Чана, он просиял: как хорошо, теперь князь наконец перестанет хмуриться! Но тут его взгляд упал на полуживого человека за спиной Гу Чана.

Стражник: !!! — от испуга он попятился на три шага.

Гу Чан: ...

В конце концов, стражник взвалил незнакомца на спину, и они вместе вывели Гу Чана с заднего склона горы. Оуян Юаньци сразу заметил человека на спине стражника и вопросительно взглянул на Гу Чана.

— Я случайно заблудился, а потом увидел этого человека. Вижу, он еще дышит, решил помочь, — без тени смущения соврал Гу Чан. Изначально он не хотел вмешиваться, но стражник появился слишком быстро, пришлось импровизировать.

— Ничего страшного, — Оуян Юаньци задержал взгляд на незнакомце лишь на секунду, а затем снова посмотрел на Гу Чана.

— Я видел, как ты разговаривал с девушкой, и не стал мешать. Ну как, все прошло удачно? — спросил Гу Чан, подходя к нему. Он положил руку на плечо Оуян Юаньци, но тут же отдернул ее, словно его ударило током.

Гу Чан в замешательстве: Откуда это бешеное сердцебиение?!

Оуян Юаньци, казалось, не заметил его реакции.

— Никак, — глухо ответил он.

Гу Чан почувствовал, будто у него внутри взорвался гром. Забыв про Оуян Юаньци, он набросился на Систему:

— Система! Объясни мне, что это значит?!

Система взвизгнула:

— Хозяин, спокойствие, только спокойствие!

Система быстро выложила все, что удалось узнать. Гу Чан нахмурился и посмотрел на Оуян Юаньци — тот как раз смотрел на него.

Гу Чан изогнул губы в улыбке.

Наконец-то я тебя нашел.

В конце концов, стражники князя Юй доставили Гу Чана обратно в поместье Лу вместе с тем самым мужчиной. Зачем он вообще притащил его с собой? Гу Чан так и не понял, что это была за выходка князя Юй. Но самое важное — он никак не мог поверить, что Оуян Юаньци — это реинкарнация его возлюбленного.

Нет, нужно успокоиться, слишком много эмоций.

Гу Чан остановился перед висящим на стене пейзажем и погрузился в раздумья. Его возлюбленный в этой жизни явно непрост, нужно тщательно продумать, как с ним общаться. Судя по всему, тот тоже неравнодушен к нему, так что ситуация намного проще.

Проблема заключалась в помолвке Сюй Жовэй и князя Юй. Нынешняя героиня, если не считать того, что она еще не прибрала к рукам такого влиятельного покровителя, по-прежнему сражалась с наложницами и своей второй сестрой. Она даже открыла собственную лавку. Гу Чан не мог поверить, что за ней никто не стоит.

Мать Сюй Жовэй, Цинь Чжаосюэ, была старшей дочерью из усадьбы семьи Цинь. Однажды, спустившись с гор, она встретила отца Сюй Жовэй, на которого напали разбойники. Неизвестно как, но они сблизились. Отец Цинь Чжаосюэ, человек из мира боевых искусств, не мог допустить, чтобы его дочь вышла замуж за чиновника, служащего императорскому двору. Но Цинь Чжаосюэ была предана возлюбленному и сбежала с ним, скрывшись от отца.

Разумеется, отец был в ярости и отрекся от нее. Выйдя замуж, Цинь Чжаосюэ обнаружила, что ее муж уже женат, и ей пришлось стать наложницей. Полная обиды, она родила Сюй Жовэй и, понимая, что не справится с законной женой мужа, решила обеспечить будущее дочери. Этим будущим стал князь Юй, Оуян Юаньци.

Кстати, Цинь Чжаосюэ была в хороших отношениях с покойной матерью Оуян Юаньци, и благодаря этому она без труда попала на пир в княжеском поместье. А когда Оуян Юаньци оказался в опасности, она закрыла его собой от смертельного удара. Перед смертью она взяла с него обещание жениться на ее дочери. Боясь, что он откажется, она уточнила, что это лишь устная договоренность, и вручила ему нефритовую подвеску: если ее дочь когда-нибудь придет к нему с этой подвеской, то обещание можно аннулировать. Оуян Юаньци согласился. Благодаря защите князя Юй, Сюй Жовэй смогла выжить в семье Сюй.

Гу Чан взглянул на шкалу прогресса сюжета — она по-прежнему замерла на отметке 20%.

Мужчину, которого он подобрал, дядя У устроил в гостевой комнате. Гу Чан позвал Лун Саня.

— Я здесь, — Лун Сань с пухлым лицом выглядел очень серьезным, но в глазах Гу Чана все равно казался немного наивным.

— Как успехи с тем, что я просил узнать?

— В семье Ли действительно был ребенок по имени Ли Гоудань, его продали работорговцам в пятилетнем возрасте, — ответил Лун Сань. Этот Ли Гоудань и был Лун И.

— Где сегодня был Лун И? — спросил Гу Чан.

— Был в карауле.

— Никуда не отлучался?

— Нет.

— Пусть придет ко мне, — Гу Чан прищурился, его голос был холодным.

— Слушаюсь.

Лун И вскоре появился в кабинете. Он стоял перед Гу Чаном, опустив голову.

— Зачем хозяин звал меня?

Гу Чан смотрел на него, не обращая внимания на то, что тот, кто обычно смотрел ему прямо в глаза, сегодня прячет взгляд.

— Я велел тебе выяснить личность человека, которого я привез сегодня.

Лун И уже собирался уйти, но Гу Чан окликнул его:

— Надеюсь, ты хорошенько подумаешь, на чьей стороне ты стоишь.

Лун И поджал губы и молча вышел.

http://bllate.org/book/22880/2433208