Линь Фэн почувствовал легкое раздражение и внутренне злился на самого себя за то, что даже не попытался изменить текущее положение дел. Ведь до свадьбы они обо всем договорились: он дает Хокасу успокоение, а тот помогает ему разобраться с пробуждением и поисками главного супруга-самки. В итоге не прошло и суток, как тот передумал, да еще и все выставили так, будто виноват он сам.
— Тогда… будьте осторожны. Что вы хотите на ужин? Я приготовлю заранее, — в голосе Хокаса звучали глубокая растерянность и крайняя осторожность.
Линь Фэна немного заболела голова, и он бросил на ходу:
— Мне все равно, приготовь что-нибудь сам.
Выражение лица Хокаса сперва стало подавленным, но тут же сменилось радостным:
— Хороший мой господин-самец, я приготовлю еду и буду ждать вашего возвращения.
Линь Фэн повесил трубку, и на душе у него стало немного легче. Он мысленно решил, что по возвращении обязательно нормально поговорит с Хокасом, чтобы прояснить чувства друг друга.
— Господин-самец, вы вернулись, — забожливо произнес Хокас.
— Угу, — Линь Фэн опустил голову и сделал вид, что собирается сам снять обувь.
— Господин-самец, давайте я, — Хокас поспешно принял у Линь Фэна снятое пальто, повесил его на вешалку, достал из обувного шкафа тапочки и опустился на колени у ног Линь Фэна, помогая ему обуться.
— Спасибо, в следующий раз я сам, — Линь Фэн почувствовал себя крайне неуютно. Ему очень хотелось сказать, что впредь можно не вставать на колени, но при мысли о законах Расы Жуков он вспомнил, что к главному супругу-самке все же подобает относиться хорошо, в то время как наложники-самки и эми-рабы — это целиком и полностью личная собственность самцовых особей.
— Вы мой господин-самец, я обязан это делать, — с улыбкой ответил Хокас, и в его тоне сквозило глубочайшее почтение.
Линь Фэну очень хотелось предложить относиться к нему как к самцовой особи и общаться на равных — от постоянных опусканий на колени ему самому становилось неловко, будто он недодавал каких-то чаевых. Но вслух он этого произнести не смел: здесь самцовые особи стояли неизмеримо выше и свысока смотрели на самцовых особей женского типа, так что подобные речи сочли бы вопиющей вольностью.
Линь Фэн прошел в гостиную.
— Господин-самец, обед уже готов, вы будете трапезничать? — Хокас почтительно застыл в стороне, ожидая указаний Линь Фэна.
Хокас развернулся и ушел на кухню, откуда доносился манящий аромат еды. Он умело нарезал мясо Зверя Дуду — каждый его удар ножом был точным и ровным, превращая мясо в ломтики идеальной толщины. Затем он тщательно промыл зелень и нарезал ее небольшими кусочками, отложив в сторону. Зажегши плиту, он позволил синему пламени заплясать над конфоркой, плеснул в сковороду масла и, дождавшись нужной температуры, мгновенно бросил туда мясные ломтики. Раздалось резкое шкворчание, мясо весело заворочалось в масле, Хокас быстро обжарил его, добавил специи, и по кухне поплыл насыщенный запах. Сразу после этого он забросил в сковороду нарезанную зелень, легко пару раз перемешал — и изысканное блюдо было готово.
Хокас проводил Линь Фэна в столовую, усадил за обеденный стол и подал приготовленную еду:
— Господин-самец, я приготовил мяса Зверя Дуду и зелень, попробуйте, придется ли вам по вкусу.
Линь Фэн окинул взглядом несколько блюд на столе; знакомым ему показалось только мясо. Он опустил взгляд на стоявшего на коленях Хокаса:
— Садись, поедим вместе!
— Слушаюсь, господин-самец, — услышав это, Хокас поднялся, отодвинул стул и сел напротив Линь Фэна, исподлобья боязливо вглядываясь в его выражение лица.
Заметив напряжение Хокаса, Линь Фэн сделал кусочек — на вкус блюдо оказалось самым обычным, но на его лице не дрогнул ни один мускул:
— Вкусно, очень неплохо.
— Благодарю за похвалу, господин-самец, — услышав одобрение Линь Фэна, Хокас мысленно выдохнул, и на его лице промелькнула улыбка облегчения.
Молча доев обед, Линь Фэн собрался подняться наверх отдохнуть — после сегодняшней прогулки он действительно немного устал.
— Господин-самец, вы… — заметив, что Линь Фэн уже направляется к лестнице, Хокас с легкой тревогой окликнул его. — Вы остались довольны сегодняшним обедом?
Линь Фэн обернулся и посмотрел на него сверху вниз:
— Вполне.
Получив утвердительный ответ, Хокас снова перевел дыхание, и его суровое лицо словно немного смягчилось:
— Спасибо, господин-самец, главное, что вам понравилось. Я испек десерт, не желаете отведать?
Линь Фэн кивнул:
— Давай.
Хокас поспешно вернулся на кухню и через мгновение вышел оттуда с тарелкой изящных пирожных.
— Господин-самец, попробуйте это. Я только что научился их готовить, не знаю, понравится ли вам, — с надеждой во взгляде произнес Хокас.
Линь Фэн взял одно пирожное и надкусил. Выпечка оказалась на редкость вкусной, и он кивнул:
— Очень вкусно.
На этот раз Линь Фэн говорил абсолютно искренне.
— Благодарю за похвалу, господин-самец, — услышав похвалу, Хокас почувствовал, как в груди зародилась радость. — Господин-самец, вы… — заметив усталость между бровей Линь Фэна, он немного поколебался, прежде чем спросить: — Вы устали?
Линь Фэн кивнул:
— Есть немного. У тебя еще есть дела?
— Нет, никаких. Господин-самец… отдохните как следует, — Хокас покачал головой, слегка опустив взгляд. На секунду в нем промелькнуло разочарование, но тут же сменилось глубоким беспокойством, когда он снова поднял глаза на Линь Фэна.
— Тогда я пойду к себе, — Линь Фэн развернулся и поднялся в свою комнату.
— Слушаюсь, — Хокас провожал взглядом поднимающегося по лестнице Линь Фэна, пока тот не скрылся из виду за поворотом, и только после этого принялся убирать со стола.
Оставшись в кухне один, Хокас мыл посуду, но то и дело бросал взгляды наверх, в сторону комнаты Линь Фэна.
Он знал, что сегодня Линь Фэн долго ходил и наверняка сильно устал, но ему так хотелось побыть рядом с Линь Фэном подольше, пусть даже просто посидеть в тишине поблизости.
Тем не менее, он понимал, что Линь Фэну нужен отдых, поэтому мог лишь молча домыть посуду. Его пальцы сами собой коснулись шрама на лице, и он с самоуничижением опустил голову.
Пальцы слегка дрожали: он прекрасно понимал, что это симптомы долгого отсутствия успокоения. Он с силой постучал себя по голове, пытаясь унять пульсирующую боль. Он ощущал острую жажду — жажду приблизиться к самцовой особи, жажду продолжения рода. Но он также знал, что это неправильно: самцовая особь его не любит, нельзя вызывать у нее отвращение. Простояв так с опущенной головой добрых полминуты, он открыл оптический компьютер, чтобы продолжить изучение сложных рецептов выпечки.
Эти сладости были куда сложнее тех, что ему доводилось учить в военном училище, но выглядели невероятно красиво, и, как говорили, самцовые особи от них просто в восторге. При мысли о том, что его господину-самцу это тоже наверняка понравится, он вчитывался в материал с удвоенным усердием.
Внезапно раздался звонок в дверь. Хокас поднял голову и испуганно посмотрел наверх, боясь потревожить покой Линь Фэна. Нахмурившись, он вытер руки и быстрыми шагами направился к выходу, распахивая дверь.
На пороге стояли три красивых самца. Увидев Хокаса, они осведомились:
— Здесь живет господин-самец Линь Фэн?
Хокас бросил взгляд на их форму сотрудников исполнительного отряда, и невольно выплеснул наружу присущую высшим чинам давящую ауру:
— Да, входите! Мой господин-самец отдыхает, что вам нужно, можете сказать мне.
Стоявшие за дверью на мгновение опешили, а тот, что стоял впереди, предъявил удостоверение исполнительного отряда:
— Здравствуйте, поступила жалоба на то, что господин Линь Фэн избил самцовую особую в Ассоциации защиты самцовых особей. Наше расследование подтвердило этот факт. К тому же, вы тоже там присутствовали.
http://bllate.org/book/22903/2437711
Готово: