Спустя два с половиной часа измотанный Гу Янь тяжелой походкой вернулся домой.
— Вернулся! — Му Сюань подал ему стакан воды.
— М-м, как же устал! Дома лежать — одно удовольствие, — с этими словами он взял стакан, осушил его до дна и рухнул на диван.
— А что тебе рассказывал старший брат Гу? Вы болтали так долго, наверняка пообщались от души?! — Му Сюань переполнялся предвкушением. Ему совсем не хотелось, чтобы отношения между Гу Янем и Гу Хэном были натянутыми. Один — брат, которым он восхищался с самого детства, другой — его нынешний возлюбленный.
— Да так, нормально. Он напился. Сначала я попросил Линь Кэ отвезти его в поместье Гу, а уже потом он довез меня обратно, иначе я бы вернулся гораздо раньше.
Гу Янь чувствовал себя уставшим. Сейчас ему отчаянно хотелось заключить человека перед собой в объятия и выбросить из головы все мысли.
— Я сначала приму душ, от меня пахнет алкоголем, это неприятно. Погоди меня немного, — сказав это, он нырнул в ванную. — Не забудь подать мне пижаму и трусы!
— Хорошо.
Му Сюань заметил коробку, которую тот принес с собой:
— А Янь, что ты купил? С виду вещь явно не из дешевых.
— А? То, что на столе? Это камера, которую подарил Гу Хэн!
Му Сюань осторожно распаковал коробку:
— Камера?! Разве ты раньше не хотел стать фотографом?
Му Сюань вытащил камеру и принялся внимательно ее рассматривать:
— Теперь тебе не нужно заниматься делами компании, а старший брат Гу подарил тебе фотоаппарат — как раз можешь в свободное время заняться тем, о чем всегда мечтал! Когда я закончу со всеми делами в этот период, давай поедем путешествовать? Я хочу наделать с тобой кучу красивых фотографий!
От одной этой мысли Му Сюань почувствовал себя счастливым.
— Хорошо, освободишься — и сразу поедем куда-нибудь. А пока я составлю план поездки.
Гу Янь вышел из ванной, завернутый в банное полотенце и в шлепанцах, на голове у него красовалось полотенце, а с непокрытых прядей еще капала вода. Капли падали на ключицы, скользили вниз, очерчивали линии мышц на груди, устремлялись к животу и исчезали под полотенцем.
— Иди сюда, я высушу тебе волосы.
Му Сюань убрал камеру и, захватив фен, подошел к нему.
Гу Янь тихо сидел на диване, наслаждаясь тем, как подушечки пальцев с идеальным нажимом массируют кожу головы. Тонкие пальцы слегка перебирали влажные пряди, теплый воздух пробивался сквозь них, блуждая в волосах. Вокруг стояла тишина, был слышен лишь ровный гул вентилятора фена. Они не произносили ни слова, но это молчание казалось красноречивее любых речей…
— Какой приятный аромат чайной розы…
Высушив волосы, Му Сюань наклонился и легонько вдохнул исходящий от них аромат, но ему показалось, что уловился еще какой-то запах.
— Готово! Пошли спать, уже поздно.
— Ладно! — ответил Гу Янь, поднялся, забрал из его рук фен и положил его на диван. Затем он протянул руки, обхватил Му Сюаня за талию, единым движением подхватил и закинул себе на плечо.
— Ой, ты меня напугал! — Му Сюань заколотил его по спине.
— Не боись, я тебя не уроню.
Гу Янь донес Му Сюаня до спальни, бережно опустил на кровать, выключил свет, забрался под одеяло и придвинулся к нему:
— Я и двух сотен цзиней могу поднять, так что тебе нечего бояться!
С этими словами он прижал его к себе.
Му Сюань провел рукой по мышцам Гу Яня — те были крепкими и упругими.
— Вроде худой, а силищи вон сколько. Я так завидую этим мышцам, научи меня тренироваться на досуге!
— Хорошо.
Руки Му Сюаня продолжали блуждать по телу Гу Яня, становясь все более дерзкими.
— Я без штанов, прекрати лапать… еще чуть-чуть, и полотенце упадет…
— Я просто трогаю, ничего такого не делаю, — Му Сюань придвинулся ближе. — Хотя, если хочешь, можно и кое-что другое.
— Я спать хочу, что-то сморило.
Гу Янь уже клевал носом.
— А знаешь, от тебя исходит какой-то странный запах…
Му Сюань подался вперед и поцеловал его, едва ли не утыкаясь лицом в грудь.
— Я уже замечал его пару раз раньше. Очень тонкий, классный запах, я никогда раньше такого не чувствовал. Раньше думал, что это парфюм. Но я чувствовал его дважды после душа, и это точно не гель для бритья или мыло.
— Какой запах? — Гу Янь приподнял руку и обнюхал себя. — Да нет вроде.
— Есть, точно есть. Такой приятный, от которого просто теряешь голову…
Му Сюань уткнулся лицом прямо ему в грудь и пробормотал глухим голосом:
— А Янь, давай займемся этим. От тебя так потрясно пахнет, я больше не могу сдерживаться, терпеть уже так тяжело, это настоящее мучение…
— …Правда так тяжело?
Когда Гу Янь достиг возраста, когда просыпаются физиологические потребности, он либо находился под воздействием лекарств, либо участвовал в спецоперациях и тренировках, так что возможности у него не было. А позже эта функция и вовсе постепенно угасла…
— Если тебе действительно так тяжело, я… я могу помочь тебе рукой.
— А?
Му Сюань откровенно растерялся, он не понимал, почему Гу Янь так сопротивляется:
— А Янь, ты хочешь быть сверху? Если хочешь, давай по очереди: раз ты, раз я, будем меняться…
Му Сюань чувствовал, что идет на огромную уступку.
— Дело не в этом…
— Тогда не отказывай мне!
С этими словами Му Сюань оседлал Гу Яня.
— А Янь, тебе просто нужно подыграть мне, тебе точно понравится… — низко шепнул Му Сюань, склоняясь над ним.
В тусклом свете фонарей, пробивавшемся сквозь шторы, Гу Янь всматривался в лицо Му Сюаня. Настойчивое и серьезное выражение придало его взгляду мрачноватый оттенок.
— Я боюсь, что ты пожалеешь… — отвел в сторону взгляд и тихо проговорил Гу Янь.
— Ни о чем не пожалею!
Не успел он договорить, как Му Сюань принялся стягивать с него полотенце.
— А что, если я окажусь не таким хорошим, как ты себе воображаешь?
Гу Янь перехватил его руки, останавливая.
— Я правда… я в прошлом столько всего натворил, жестокого, грязного… — Гу Янь поднял на него глаза. — Я не такой хороший, как ты думаешь, и мое тело, как видишь…
Под конец голос его совсем стих.
— Ничего страшного. Мой А Янь — самый лучший, я вижу это… и всегда будет лучшим…
Произнеся это, Му Сюань сорвал полотенце, опустился поверх него и принялся целовать его шрамы.
Гу Янь лежал на спине неподвижно, уставившись на звездное небо на потолке. В его взгляде читалась пустота.
— Ты ведь тоже, как и они, хочешь только моего тела?.. — его голос звучал безжизненно и хрипло. — Не знаю почему, но они вечно разглядывают меня таким взглядом, от которого мне жутко… А я-то думал, ты не такой, как остальные…
Гу Янь говорил очень тихо, то ли обращаясь к нему, то ли рассуждая вслух. Вдруг он резко приподнялся, прижал Му Сюаня к постели и мертвой хваткой вцепился руками ему в горло. В его свирепом взгляде мелькнула тень убийственного намерения.
—?!
Му Сюань от неожиданности испугался этого внезапного контрнаступления, но тут же мягко улыбнулся, протянул руку, нежно коснулся его лица и промолвил:
— Злишься? Ну ладно, на этот раз побудешь сверху ты!
С этими словами он изо всех сил подался вперед и коснулся его губ поцелуем.
Увидев его кроткое и наивное выражение лица, Гу Янь мгновенно пришел в себя и тут же отпустил его. Он взял руку Му Сюаня, ласкавшую его щеку, закрыл глаза и потерся о нее щекой.
— Ты ведь все-таки не такой, как они, правда? — наклонившись, тихо шепнул он ему на ухо.
Му Сюань ничего не ответил, лишь обхватил его лицо ладонями и снова впился в его губы поцелуем…
За тысячу ли отсюда, в южно-лунном Путэ…
Гарднер Эдриан погрузился в задумчивость, глядя на экран планшета. На дисплее стремительно росли все показатели, некоторые данные даже окрасились в красный цвет — абсолютный максимум за всю историю!
— Немедленно дайте мне координаты Бельведера, пусть ближайшая разведгруппа проверит, чем он черт побери занимается?! — Гарднер тут же схватил трубку и отдал приказ.
Положив трубку, он уставился на экран планшета, подперев подбородок рукой и о чем-то размышляя.
Что ты творишь? Впервые за столько лет я вижу такие колоссальные колебания… Бельведер… ты слишком засиделся на чужбине, пора возвращаться…
Дзынь — телефон внезапно завибрировал. Он тут же принял вызов.
— Шеф, он сейчас в квартире 2307 дома XXX. Окна и шторы плотно задернуты, что внутри — не видно. К тому же в помещении, похоже, стоит глушилка, подслушивающие устройства не работают.
— Проверьте с помощью тепловизора.
— Тепловизор ничего не показывает, судя по всему, он…
Собеседник не успел договорить, как вызов оборвался.
— Ах так, значит, умышленно глушите, да?
После этого он набрал еще несколько международных номеров Бельведера, но, как и ожидалось, никто не ответил.
— Эй, кто там!
— Здесь!
Услышав зов, мужчина тут же появился на пороге. Изнутри доносился звук швыряемых предметов, и было понятно, что шеф в ярости. Мужчина до смерти боялся: хотя Гарднер в целом был неплох, характер у него скверный — если тот злился, то непременно должна была пролиться кровь. Выжить под его началом могли лишь те, у кого были по-настоящему крепкие нервы; он представлял собой абсолютное, жуткое воплощение ужаса.
Гарднер бросил косой взгляд и заметил, что мужчина слегка съежился. Он немного умерил исходившую от него кровожадность.
— Ступай, веди пленного, которого захватили сегодня, я буду допрашивать его лично!
— Есть!
— Не бойся, как бы сильно я ни разозлился, я не стану поднимать руку на штатского сотрудника, — Гарднер ослабил галстук. — Свободен.
— Есть!
На следующий день, проснувшись ото сна, Му Сюань обнаружил, что рядом никого нет. Из-за задернутых штор в комнате царил полумрак. Он протер глаза, медленно приподнялся и заметил на своем животе несколько багровых следов-«слив», после чего внезапно вспомнил все, что произошло минувшей ночью.
Он тут же свесил ноги с кровати, намереваясь выскочить из комнаты, но едва коснулся пола, как ноги подкосились, и он рухнул на коленки. Только тогда он почувствовал, что сзади тоже немного саднит.
— Проснулся?
Услышав шум, Гу Янь толкнул дверь и вошел, поднимая с пола упавшего Му Сюаня.
— Прости, я вчера… я сделал тебе больно?!
Му Сюань помнил, что из-за своей спешки травмировал его.
— Очень болит? Сходить купить тебе лекарств?
Глядя на его лицо, полное вины и заботы, Гу Янь протянул руку и потрепал его по макушке:
— Пустяки, я быстро восстанавливаюсь, так, мелкий разрыв, высплюсь — и все пройдет.
— Правда? — Му Сюань поверил ему с трудом.
— Хочешь, сам проверь? — с этими словами Гу Янь сделал движение, будто собирается расстегнуть штаны.
— Дай-ка взглянуть, а вдруг начнется воспаление, если запустить?
С этими словами он сам полез к его штанам.
Спустя десять минут…
Му Сюань умылся и сидел за столом напротив Гу Яня, завтракая. Глядя на блюда перед собой, он снова вспомнил события прошлой ночи, и щеки его вспыхнули. Ведь вчера инициатором был он сам, но мало того что он умудрился травмировать человека, так еще и в дальнейшем всю инициативу полностью перехватил Гу Янь. И хотя сначала было немного больно, потом стало так хорошо, что в конце он бессовестно вырубился… А этот негодяй встал пораньше, приготовил обед, словно ничего и не было, в то время как у самого Му Сюаня до сих пор дрожали ноги!
— Что такое? Еда не по вкусу?
Заметив, что Му Сюань никак не притронется к палочкам, Гу Янь уже умял полпиалы риса — после вчерашних физических нагрузок требовалось подкрепиться.
— Нет-нет, все нормально, — Му Сюань тут же отмахнулся, а затем, покраснев, тихо спросил: — А Янь, чего это ты сегодня так рано встал?
— Проснулся в десять от голода, — ответил тот, закинул в рот кусочек мяса и зачерпнул еще пару ложек риса. — Смотрю, время позднее, вот и сходил вниз за продуктами.
— Только в десять встал? Значит, я встал на два часа позже тебя, ну, в общем-то, тоже нормально… — о чем-то размышляя, пробормотал Му Сюань.
— Ешьвай давай!
— Угу.
После обеда Гу Янь, повязав фартук с утиным хвостом, мыл посуду на кухне. Му Сюань сидел в гостиной и жаловался ему:
— У меня теперь корни бедер тако-ой ломотой идут, и ноют, и болят, — при этом он постукивал себя по ногам, пытаясь расслабить мышцы.
Перевод еще не закончен, пожалуйста, нажмите на следующую страницу для продолжения чтения!
— Помассировать?
Сняв фартук, Гу Янь подошел и устроился рядом с Му Сюанем на диване.
— Не надо, я щекотки боюсь, я сам.
— Ну ладно.
Тогда он протянул руки, усадил Му Сюаня к себе на колени и прижал к груди.
— С чего это тебе не умереть от усталости? Вроде вчера ты куда больше меня впахивал…
— Тоскуешь по прошлой ночи? — Гу Янь склонил голову набок и лукаво улыбнулся. — Если нравится, можем повторить сегодня.
Подумав секунду, он исправился:
— Можно и прямо сейчас.
— Да нет же, ничего подобного! — Му Сюань густо покраснел и поспешно открестился, уткнувшись носом ему в грудь.
Гу Янь больше не поддразнивал его, только прижал к себе и тихо спросил:
— Не жалеешь?
— Ни капельки! Настоящий мужик за свои поступки отвечает!
Услышав его наивное заявление, Гу Янь фыркнул. Он потрепал его по волосам и произнес:
— А если сейчас кто-нибудь выбьет дверь, направит на тебя ствол и пригрозит прикончить, тогда как?!
— …
Глядя на полуулыбку Гу Яня, Му Сюань вдруг почувствовал себя неуютно — тот показался ему чужим и жутковатым.
— Тук-тук-тук! — раздался за дверью яростный стук, едва не доведший сидевшего на коленях Му Сюаня до сердечного приступа.
— Какого черта?! Кто там ломится?! — взбеленился Гу Янь и тут же успокаивающе шепнул: — Не бойся, я просто пошутил, пойду открою, а ты ступай в комнату.
— Ладно.
Му Сюань немного недоумевал: он жил здесь уже несколько лет, и никто никогда к нему не заглядывал. Если бы это были друзья, они бы предупредили заранее, к тому же у них имелся дверной звонок, а колотить кулаками в дверь — верх бестактности! Тот стук и правда напугал его до полусмерти, в первую секунду ему действительно показалось, что это выстрелы.
Гу Янь с мрачным выражением лица распахнул дверь и процедил крайне недружелюбным тоном:
— Еще раз стукнешь в дверь — клянусь, оторву тебе руки!
Мужчина на мгновение опешил от ауры Гу Яня, но, сообразив что к чему, тут же воспрял духом:
— Я с поручением! Тебе начальство звонит, а ты трубку не берешь, да еще и слежку умудряешься сбивать, совсем страх потерял? Если жить надоело, живо убирай антишпионское оборудование и докладывай, где находишься!
С каждым словом он все больше распалялся. Говорили, что этот приказ исходит от самого босса штаб-квартиры, так что у него появился шанс отлично себя проявить — глядишь, если его заметят, удастся вырваться из этой глухомани.
Гу Янь нахмурился:
— Начальство? Какое еще начальство? Я сейчас на спецоперации, кто мне звонить станет?!
— Естественно, шеф нашей штаб-квартиры! — мужчина снова занес кулак и пару раз стукнул по косяку. — Босс в гневе, так что жди неприятностей, дружок! — задрал он нос.
Увидев это, Гу Янь мгновенно обездвижил его и одним резким движением вывернул тому правую руку, сломав ее. Мужчина завопил раненым зверем.
Шум привлек внимание вышедшего Му Сюаня:
— Что тут происходит?
— Пустяки, придурок пришел поскандалить.
С этими словами Гу Янь засунул сломанную кисть мужчины ему же в рот — движение было настолько быстрым, что тот даже сообразить ничего не успел.
— Жить хочешь — проваливай отсюда! — рявкнул он и захлопнул дверь.
— Ты ему только что руку…
Му Сюань заметил, что правая рука визитера как-то неестественно сгибалась: казалось, она сломана в нескольких местах, хотя самого момента удара он даже не разглядел.
— Сам напросился!
Обняв Му Сюаня, Гу Янь повел его вглубь квартиры:
— Не обращай внимания, не позволим всяким портящим настроение типам портить нам день.
Вернувшись в комнату, Гу Янь взял телефон и обнаружил несколько пропущенных из-за границы, причем все с одного номера. Обернувшись, он знаком попросил Му Сюаня соблюдать тишину и нажал кнопку перезвона.
— Вспомнил, кому звонить?
На том конце прозвучал чуть мягкий, но пожилой голос.
— Ты прислал людей ломиться в мою дверь, с чего бы мне не перезвонить? — Гу Янь плюхнулся на кровать. — Чего тебе надо?
— Что ты делал прошлой ночью? Мои датчики показывают, что прошлой ночью ты был чертовски взволнован! Все показатели достигли исторического максимума, — произнес Гарднер.
Гу Янь протянул руку и коснулся шрама на задней части шеи.
— Не ожидал, что ты будешь следить за мной даже на чужбине.
Му Сюань взглянул на шрам на его затылке, словно начиная о чем-то догадываться, и тихо присел рядом.
— Ты прекрасно знаешь установленные мной правила.
— Я в курсе, напоминать не нужно.
— Когда планируешь возвращаться?
— Разве до оговоренного срока не остался еще целый год?
— Разве с той паршивой компанией сейчас не покончено? Что ты там забыл, совсем один?
— Два года пахал на чужого дядю как собака, неужели нельзя дать себе отдохнуть хотя бы год? — Гу Янь в раздражении парировал выпад. — Если больше дел нет, я вешаю трубку.
— Что ты делал прошлой ночью? — понизив голос, повторил Гарднер. — Я жду ответа!
— Спал дома! Что еще я мог делать посреди ночи?
— Пульс 210 во сне?! Ты издеваешься надо мной?! — пригрозил Гарднер. — Советую говорить правду, потому что между тем, что говоришь ты, и тем, что накопал я, пропасть!
Гу Янь глянул на ошеломленного Му Сюаня, крепко прижал его к себе и выдал:
— Да я, блин, во сне призрака увидел, чуть со страху не окочурился, доволен?!
— Ха! Бельведер, ты все еще упрямишься…
— Мне правда приснился призрак!
Видя, что тот и впрямь разозлился, Гу Янь раздраженно повторил:
— По-твоему, мне есть смысл тебе врать?
— Ты боишься призраков? Скорее уж призраки должны бежать при виде тебя.
— Да разве это обычный призрак? Знаешь, как звали того призрака?
— И как же? — Гарднер с интересом прислушался к его выдумкам, понимая, что парень занервничал.
Му Сюань наблюдал за Гу Янем: он отчетливо слышал, что голос на том конце провода стал значительно мягче, приобрел бархатистые нотки и звучал даже приятно.
Поколебавшись секунду и бросив взгляд на Му Сюаня, Гу Янь тихо выпалил:
— Он сказал мне, что его зовут Гарднер…
— О? Правда?
— Преследовал меня во сне всю ночь, по-твоему, после этого у меня не должен был подскочить адреналин?! — продолжал гнуть свое Гу Янь. — Ночь не спал, проснулся с утра — слава богу, сон. А тут ты со своим звонком, ну точь-в-точь кошмар наяву… Как же вы задолбали.
— Занятно. Расскажи-ка, что я делал во сне?
Гу Янь откровенно растерялся: надо же, еще и расспрашивает… Он покосился на Му Сюаня и продолжил:
— Сам прекрасно знаешь, на что способен, чего меня спрашивать? Хватит уже названивать мне, я и так вернулся на родину, но ты все не отстаешь. Из-за тебя мне уже с десяток раз снились кошмары!
Хотя всё сказанное до этого было чистой воды ложью, последняя фраза оказалась правдой — Гу Яню действительно снилось множество кошмаров, связанных с ним… Злости и чувства безысходности, от которых перехватывало дыхание, было через край.
Гарднер взглянул на показатели на планшете: хотя они и не зашкаливали так безумно, как прошлой ночью, всплесков выше нормы действительно насчитывалось около десятка.
— Ладно, допустим, я тебе верю. Но ты и так загостился на чужбине, давай-ка завязывай с вольной жизнью, собирайся обратно…
— Угу.
— Бельведер…
— ?
— Мы не виделись года три-четыре, ты скучал по мне? Я…
Гарднер не успел договорить, как в трубке раздались короткие гудки — собеседник давно сбросил вызов.
— Тьфу, опять сбросил…
— Фух… — завершив разговор, Гу Янь почувствовал себя так, будто с плеч свалилась гора.
— Ты весь вспотел, — Му Сюань заметил, что пижама на нем наполовину промокла. — Кто этот мужчина? Кажется, он неравнодушен к тебе.
— Его зовут Гарднер Эдриан. Когда много лет назад со мной стряслась беда за границей, его люди спасли меня, потом привезли к себе, вылечили, и с тех пор я работал на него.
С этими словами он крепко расцеловал Му Сюаня:
— Он сущий психопат, одержимый жуткой манией собственности, непредсказуемый и нетерпимый к возражениям. Больше всего я боюсь, что в очередном приступе безумия он навредит тебе.
— Так вот почему ты спрашивал, не пожалею ли я? — глядя на него, тихо спросил Му Сюань.
— Да, но не только поэтому.
— Но почему ты просто не уйдешь? Неужели он может вот так запросто ограничивать чужую свободу?
Глядя на наивность Му Сюаня, Гу Янь усмехнулся:
— Я перепробовал кучу способов, пытался бежать, но меня всегда возвращали.
Он коснулся задней части шеи:
— Каждому, кто работает на него, вживляют чип-маячок. Куда ни сбежишь — везде найдут.
— Разве нельзя его извлечь? Сделать операцию и вырезать.
— В чипе есть датчик и функция экстренного самоуничтожения. Мы не знаем точного способа удаления: даже если просто срезать окружающую плоть, сработает механизм самоликвидации, чип мгновенно выделит нейротоксин, и человек умрет за десять секунд…
Он нежно погладил юное лицо парня:
— Я собственными глазами видел беглеца, которому успели срезать лишь половину мяса на руке — чип вдруг активировался, он рухнул передо мной, пару раз в конвульсиях дернулся и откинулся.
Му Сюань не знал, что и сказать. Тот говорил о смерти с такой пугающей легкостью. Впрочем, вспомнив шрамы на его теле, все остальное уже не казалось таким уж удивительным.
— Раз не достать — и не надо. Я хочу, чтобы ты жил, — Му Сюань крепко обнял его. — Только живой человек имеет бесконечные возможности!
— А ты боишься смерти? — спросил Гу Янь.
— Больше всего на свете я боюсь увидеть, как умирает любимый человек.
Он не хотел вновь переживать кошмар автокатастрофы: ни гибель родителей, ни потерю Гу Яня. Он бы просто не вынес этого, и если бы пришлось увидеть это снова, он бы не ручался за собственный рассудок…
— Если вдруг настанет такой день, я отправлюсь вслед за тобой.
Притянув его к себе, Гу Янь запечатлел на его губах поцелуй:
— Я не позволю тебе умирать в одиночестве…
— Если только не кремация, на остальное я согласен, — Му Сюань поднял голову, обхватил его лицо ладонями и улыбнулся. — А Янь, давай еще разок, м?
С этими словами он придвинулся, уселся к нему на колени, крепко обнял и припал к его губам.
— Хорошо!
http://bllate.org/book/22950/2447137
Готово:
