Ужин закончился, и Янь Чэнъюнь принялся за уборку. Дом был запущен: за долгое время без жильцов внутри скопился толстый слой пыли. Если бы пришлось оттирать всё вручную, это стало бы грандиозной задачей, но для Янь Чэнъюня, способного управлять духовной энергией, всё оказалось до смешного просто.
Цянь Тин наблюдала, как пыль послушно собирается в углу, и искренне восхитилась:
— Поразительно.
Дин Уцзе самодовольно усмехнулся, словно хвалили его самого:
— Завидуешь?
— А то! Еще как завидую!
Когда в доме стало чисто и постельное белье, принесенное Цянь Тин, было расстелено, Дин Уцзе принялся расставлять по периметру двора защитный массив. Он мельком взглянул на браслет у себя на запястье, но в итоге решил использовать обычные камни из сада.
В прошлый раз, когда он ограждал Линьлинь, пришлось пустить в ход бусины с браслета. Но здесь, в отличие от его собственного дома, где была припасена целая коробка сменных камней, ничего подобного не нашлось, а искать их он поленился, поэтому просто нанизал на нить несколько подходящих по размеру камешков.
Дело было вовсе не в жадности — по его мнению, грош цена этим безделушкам, — просто если под рукой есть готовые материалы, нет нужды портить браслет. Потом придется искать замену, а это лишняя возня.
Смеркалось. Чтобы не привлекать лишнего внимания, они зажгли масляную лампу — разумеется, из запасов Цянь Тин.
— Слушай, а почему ты притащила с собой столько снаряжения? — Дин Уцзе не знал, смеяться или плакать.
Цянь Тин ответила с легким смущением:
— Мне показалось, что это может пригодиться... Больше я не буду брать столько вещей.
Дин Уцзе даже опешил:
— С чего бы это? Наоборот, отлично, что взяла.
Грех не воспользоваться тем, что под рукой. Цянь Тин растерялась:
— Разве ты только что не намекал, что я набрала кучу бесполезного хлама?
Дин Уцзе удивился еще больше:
— Где же он бесполезный?
— Он просто искренне любопытствует, — Янь Чэнъюнь понял, что разговор зашел в тупик, и поспешил объяснить поведение друга.
— Но я правда больше не буду таскать с собой столько всего, — добавила Цянь Тин, выслушав пояснение.
Дин Уцзе на мгновение задумался:
— Тогда, может, я буду носить? — он не то чтобы не хотел, просто не обладал такой дотошностью. — Хотя нет, не выйдет, мне это не под силу. Придется все-таки полагаться на тебя, — он с твердой уверенностью посмотрел на Цянь Тин.
Несмотря на привилегии, которыми обладали он и Янь Чэнъюнь, в конечном счете они оставались игроками, и все системные ограничения продолжали на них действовать.
— Нет-нет, — Цянь Тин поспешно замахала руками. — Я имела в виду, что только после того, как купила и принесла всё это сюда, поняла... В игре я ведь тоже могу покупать вещи через магазин. — Она захлопала ресницами, чувствуя себя неловко. Когда до нее это дошло, она сама себе показалась сумасшедшей со своим маниакальным накопительством.
— Ну так это же прекрасно! Прямо читерство какое-то, здорово же!
Янь Чэнъюнь перевел взгляд с Цянь Тин на Цэнь Линя и согласно кивнул: мало того что читерство, так еще и двойное.
Разговоры ни о чем наконец стихли. Все были настолько измотаны, что, едва перекинувшись парой фраз, разошлись по комнатам спать. Главной причиной было то, что они ждали решения от Цэнь Линя — человека, который дольше всех участвовал в игре. А тот велел ждать до утра, так что обсуждать сегодня было уже нечего.
Глубокой ночью Янь Чэнъюнь внезапно открыл глаза, сел и слегка потряс Дин Уцзе за плечо.
— Что случилось? — пробормотал тот, даже не открывая глаз.
— Что-то не так. Во дворе появилось кое-что еще.
Дин Уцзе мгновенно проснулся:
— Массив прорвали?
— Нет.
— Ты не заметил этого, когда убирался? — продолжал допытываться он.
— Нет. Возможно, оно слишком хорошо спряталось. — Янь Чэнъюнь при уборке был предельно внимателен и мог поклясться, что тогда такой ауры не было. Впрочем, нельзя исключать, что та тварь просто затаилась.
Появиться во дворе, не разрушив массив? Дин Уцзе нахмурился: неужели это какой-то артефакт?
Сегодня утром они как раз слышали о подобном предмете, а его владелица жила по соседству. Когда та девушка утром рассыпалась в угрозах, она стояла совсем рядом. Если она не стала устраивать сцену сразу, значит, решила напасть исподтишка.
Если смотреть на результат, то всё кажется чередой совпадений, но если проследить цепочку событий, то происходящее выглядит закономерным.
Янь Чэнъюнь осторожно приоткрыл окно и увидел, что стол и стулья посреди двора исчезли. На их месте выросло дерево, чьи листья шелестели, хотя ветра не было.
— Это дерево из соседнего двора, — хоть ясности это не прибавило, осознание причины немного успокоило.
— Это не дерево, — Янь Чэнъюнь опроверг догадку друга и, встретив его удивленный взгляд, быстро добавил: — Это женщина. Вернее, получеловек-полудерево.
— Черт! Она материальна или это призрак?
— Может быть и тем, и другим.
Дин Уцзе зажмурился. Мало того что в этой проклятой игре полно монстров, так еще и попался самый ненавистный тип — способный менять форму.
— Амулетов у меня нет, вся надежда на тебя. Справишься?
— Попробую.
Они тайком выскользнули наружу. Янь Чэнъюнь отвлекал монстра, а Дин Уцзе украдкой выстраивал новый массив. Надо признать, твари, способные менять облик, невероятно раздражали: корни яростно бурили землю, то и дело вырываясь наружу, чтобы нанести удар, а душа металась повсюду, и поймать её было почти невозможно. В этом хаосе Дин Уцзе краем глаза заметил выходящую Цянь Тин:
— Не выходи! Закрой дверь и окна!
— Черт, голова кругом, — Дин Уцзе вдруг что-то вспомнил и крикнул: — Янь Чэнъюнь! Сожги её истинное тело!
Выкрикнув это, он увернулся от вырвавшегося корня и продолжил колдовать — массив был нужен, чтобы запереть монстра во дворе и не дать ему сбежать и натворить бед.
Прошло всего несколько секунд, и Янь Чэнъюнь, уворачиваясь от корней и пытаясь удержать призрачную сущность, нашел в себе силы начертать в воздухе огненную печать.
Раздался гул, и дерево вспыхнуло. Корни, выбившиеся на поверхность, бешено забились, словно в предсмертной агонии. Призрак женщины пронзительно закричал и бросился к дереву, пытаясь всеми силами потушить пламя, но всё было тщетно.
— Покончил с ней? — спросил Дин Уцзе, не видя самого призрака.
— Да, — спокойно ответил Янь Чэнъюнь, глядя на корчащегося в огне духа.
Цянь Тин и Юй Сяо вышли из дома. Первая обхватила себя руками, словно ей было очень холодно, а вторая с беспокойством посмотрела на парней:
— Вы в порядке?
— Всё хорошо, — ответили они в один голос.
— Что с тобой, А-Тин? Трясет так сильно, заболела? — Дин Уцзе повернулся к девушке.
Цянь Тин вздрогнула:
— Ужасный холод.
— А?
— Я очень чувствительна к таким вещам. Ничего страшного, скоро пройдет.
Янь Чэнъюнь посмотрел на неё:
— Иди накинь что-нибудь.
Хотя Цянь Тин понимала, что одежда не поможет, она не хотела отвергать заботу и достала из инвентаря плед.
— А теперь, — Дин Уцзе с хрустом размял пальцы, собираясь с кем-то рассчитаться, — пришло время поговорить с нашим телохранителем.
Он с ноги распахнул дверь в комнату Цэнь Линя, но Янь Чэнъюнь лишь лениво добавил:
— Его там нет. Он ушел.
http://bllate.org/book/22956/2448127
Готово:
