В классе по-прежнему стоял шум, как и всегда. Лишь Маленький монстр со щупальцами и Гигантский глаз вели себя тише, смирно сидя на своих местах и не издавая ни звука.
Шэнь Цинтан стоял неподалеку и наблюдал: похоже, Призрак с разборным телом и Дух младенца снова затеяли драку. Если память его не подводила, именно они сцепились в первый же день его прихода.
Бах!
Раздался оглушительный грохот, и чья-то голова внезапно отлетела в сторону. Прокатившись по полу, она по иронии судьбы остановилась прямо у ног Шэнь Цинтана. Тот опустил взгляд, встретился с уставившимися на него глазами и слегка улыбнулся.
Голова замерла на секунду, а затем, словно увидев нечто ужасающее, подпрыгнула от испуга и помчалась обратно в глубь класса. Добравшись до своего тела, она — то ли от потрясения, то ли от страха — подложила голову под себя и замерла, смирно усевшись на месте.
Остальные призраки с недоумением уставились на неё. Дух младенца, не заметив перемены в настроении соседа, решил, что тот просто струсил, и принялся безжалостно издеваться. Его смех, подобающий младенцу, звучал пронзительно и неприятно. Однако спустя несколько секунд он заметил, что его жертва никак не реагирует, да и вокруг стало подозрительно тихо.
Дурное предчувствие охватило Духа младенца. Его голова с хрустом развернулась назад на сто восемьдесят градусов. Увидев фигуру в дверях и вспомнив, что он только что вытворял, призрак судорожно втянул воздух, а затем его голова с неестественной легкостью вернулась в исходное положение. После этого он, решив притвориться ветошью, распластался на полу и уставился в сторону кафедры. Хотя Дух младенца мог стоять, сейчас он, охваченный ужасом, уперся обеими руками в пол, подобно самому обычному ребенку.
В классе воцарилась мертвая тишина. Кровь на телах призраков почти исчезла, но Шэнь Цинтан прекрасно видел, что никто из них не умывался.
Спустя долгое время он тихо усмехнулся:
— Какое оживление.
Те двое, что только что дрались, заметно вздрогнули. Лишь в глазах Гигантского глаза и Маленького монстра со щупальцами промелькнуло некое подобие ожидания. Они смотрели на Шэнь Цинтана с такой тоской, что выглядели даже по-своему послушными.
Шэнь Цинтан приподнял бровь и неспешно поднялся на кафедру:
— Разве я не говорил вам, что детишкам нельзя драться?
— Нет, не говорили, — тихо отозвался Дух младенца.
В тишине класса его голос прозвучал отчетливо. Он не то чтобы не боялся смерти, просто надеялся, что если возразить, наказание будет не таким суровым. Однако стоило Шэнь Цинтану перевести на него взгляд, как он тут же опустил голову, не смея больше поднять глаз.
— Не говорил? — голос Шэнь Цинтана звучал спокойно и даже ласково. — Что ж, теперь говорю. Те двое, что дрались, ко мне.
Прекрасно. Значит, стоило ему уйти, как старшие призраки перестали слушаться, а эти малые вернулись к своим привычкам. Думали, раз он исчез, то больше не вернется?
Дух младенца и Призрак с разборным телом, шаркая, поплелись к кафедре. Короткий путь показался им часовой прогулкой. Шэнь Цинтан не подгонял их, лишь с улыбкой дожидался, пока они подойдут. Когда они наконец оказались перед ним, он слегка постучал указкой по столу:
— Руки на стол.
Лица призраков окаменели, а в глазах, устремленных на указку, читался нескрываемый ужас. Но бежать они не смели: некто в дверях, хоть и молчал, уходить явно не собирался. А если попытаться сбежать, то удар указкой будет куда больнее.
Призрак с разборным телом первым набрался смелости и дрожащей рукой протянул ладонь вверх. В следующее мгновение указка опустилась на его руку. Шэнь Цинтан не вкладывал силы — он не собирался калечить их, как в первый раз, лишь хотел, чтобы они запомнили урок. Но то ли от избытка нервного напряжения, то ли от испуга, у призрака при ударе отвалилась целая рука.
Он опустил взгляд на свою отсеченную конечность. В пустых глазницах мгновенно скопились слезы, но он не смел издать ни звука, лишь крупные капли падали на пол. Упавшая рука распухла, и боль от удара заставила призрак пожалеть о содеянном. Лучше бы он убежал сразу...
Шэнь Цинтан остался равнодушен к его жалкому виду:
— Подними и приставь обратно. За драку полагается получить по обеим ладоням.
Призраки привыкли охотиться на людей, и если их не уничтожали с помощью артефактов или удачного стечения обстоятельств, они никогда не сталкивались с подобным обращением. Хотя это были молодые призраки, по уровню интеллекта и сил они почти не отличались от остальных. И дело было не в боли от указки — она не была настолько невыносимой, чтобы плакать, — а в том, какое ощущение вызывал сам Шэнь Цинтан.
Глядя на слезы, капающие на пол, Шэнь Цинтан слегка приподнял бровь. Раз эти твари способны плакать, значит, они боятся, а значит, поддаются воспитанию.
Он наблюдал, как призрак прикрепил руку на место и снова протянул распухшую ладонь. Шэнь Цинтан безжалостно нанес второй удар. В этот раз рука осталась на месте, но слез в глазах прибавилось — казалось, еще немного, и из них сформируется еще один глаз, состоящий из одной лишь воды.
Затем он перевел взгляд на Духа младенца. Тот уже был до смерти напуган, и, встретившись с глазами Шэнь Цинтана, весь затрясся и дрожащей рукой потянулся вперед.
В итоге Шэнь Цинтан получил двух заплаканных призраков, которых в назидание отправил стоять в углу у задней стены. Этого времени как раз хватило, чтобы подошли старшие призраки, ставшие свидетелями расправы.
Учитель Бянь, которому в прошлый раз досталось сильнее всех, при виде взгляда Шэнь Цинтана поспешил спрятаться за спину Ши Юэ, делая вид, что его здесь нет. А Чжи Мо, встретившись с ним глазами, подавила желание отвести взгляд и решила нанести превентивный удар:
— Чего ты на нас смотришь?
Шэнь Цинтан бросил на нее мимолетный взгляд, а затем обратился к Ши Юэ:
— Учитель Ши, присядьте здесь.
Стоя там, он мешал ему наводить порядок. Ши Юэ проигнорировал молящие о помощи взгляды своих подчиненных и под их отчаянными взорами подошел и сел рядом с Шэнь Цинтаном.
Тот улыбнулся еще шире, слегка наклонив голову:
— Я ведь говорил, что будет, прежде чем уйти?
Без Ши Юэ, закрывавшего их собой, они чувствовали себя крайне неуютно. Учитель Бянь решил идти до конца:
— Ты... ты о чем?
Чжи Мо подхватила:
— Да, о чем ты? Мы не знаем.
Тактика отрицания всего. Сяо И стояла в стороне, по-прежнему храня молчание, но ее руки, сцепленные перед собой, выдавали, что она далеко не так спокойна, как кажется.
— Забыли? Ничего страшного, я помогу вам вспомнить, — сказал Шэнь Цинтан и, не спеша спустившись с кафедры, направился к ним.
http://bllate.org/book/22968/2450160
Готово:
