Ещё через день, на рассвете, мы собрались у костра в гостинице.
Первым заговорил Сяо Кэ:
— Вам не кажется, что с хозяйкой что-то не так?
Я ответил:
— Ты только сейчас это понял?
Сюн Ци спросил:
— Что вы успели заметить?
Сяо Кэ пояснил:
— Помните того парня, который погиб на террасе в первый день? На самом деле той ночью я слышал плач. Пошел на звук и увидел, что Лао У уже поднялся туда, чтобы утешить хозяйку. Позже я заметил, как она, рыдая, прижалась к его груди и ловко подтолкнула к перилам. Видя, что она собирается спускаться, я спрятался за дверью. А когда вышел снова, увидел, что чудовище уже вцепилось в Лао У и пожирает его!
Лин Цзюши сделал вывод:
— Значит, Лао У поднялся на террасу, услышав плач, и невольно прислонился к перилам, нарушив запрет.
— Именно! — подтвердил Сяо Кэ.
Лин Цзюши продолжил:
— Один не заходит в храм, двое не смотрят в колодец, трое не обнимают дерево, а в одиночку не прислоняются к перилам. Лао У не знал о запрете. Неужели хозяйка специально выманила его туда, чтобы он оступился?
Сюн Ци покачал головой:
— Вряд ли она целилась именно в него. Скорее, во всех нас. Если бы Сяо Кэ оказался там раньше, погиб бы он. Вспомните, как мы ходили в горы рубить деревья: хозяйка что-то сказала той троице, и поход в горы сразу активировал запрет.
Сяо Кэ добавил:
— А во второй раз, когда мы шли в горы, она еще и напомнила нам, чтобы оставшиеся шестеро разбились на две группы.
Лин Цзюши кивнул:
— Точно! Ван Сяои еще согласилась. Мы тогда вместе тащили дерево, она хотела помочь, но Жуань Байцзе знала о правилах и остановила её.
Сяо Кэ продолжил:
— Раз уж заговорили о Ван Сяои, я вспомнил: в тот день, когда её преследовал Чэн Вэнь, именно хозяйка подсказала ей спрятаться в колодце, из-за чего они с Чэн Вэнем заглянули в него вместе.
Я добавил:
— А еще поход в храм к духу горы! Это ведь она настояла, чтобы мы заходили по одному.
Лин Цзюши подытожил:
— Выходит, хозяйка намеренно подталкивает нас к нарушению запретов.
Тут подал голос Жуань Ланьчжу:
— И не только подталкивает. Кажется, она проявляет особую заботу об этом чудовище.
Я поспешил вставить:
— Точно. Наверняка это хозяйка приносила одеяла в погреб. Только она там и обитает.
Сяо Кэ спросил:
— Но зачем ей это?
Жуань Ланьчжу ответил:
— Чтобы кормить зверя человеческими жертвами.
Сюн Ци удивился:
— В деревне столько людей, почему именно она так поступает?
Я предположил:
— Наверняка их связывают отношения, о которых мы не знаем.
Лин Цзюши вспомнил вчерашний разговор с хозяйкой и произнес:
— Если чудовище — дочь хозяйки, тогда всё встает на свои места, верно?
Сяо Кэ возразил:
— Звучит логично, но нужны доказательства.
— Я их видел, — сказал Жуань Ланьчжу.
Он повел нас к комнате хозяйки, взломал дверь и кивком указал на фотографию, стоявшую на столе.
— Похоже на рисунок на стене в погребе! — воскликнул я.
Мы взяли фото и спустились вниз, чтобы сравнить.
Жуань Ланьчжу констатировал:
— Стиль хоть и грубый, но, судя по композиции и фону, на стене изображен тот же человек, что и на снимке.
Сюн Ци посмотрел на фото и сказал:
— Оказывается, староста и хозяйка — муж и жена!
Жуань Ланьчжу хмыкнул:
— Вообще-то, они совсем не похожи на супругов.
Сяо Кэ озадаченно спросил:
— Как же дочь старосты и хозяйки могла превратиться в чудовище?
Лин Цзюши ответил:
— Как только найдем причину, сможем договориться с монстром.
Вспомнив слова хозяйки, он добавил:
— Возможно, это связано с нашествием волков.
Сюн Ци предложил:
— Раз мы знаем, кто они такие, нужно просто пойти и спросить.
— Пошли, — согласился Жуань Ланьчжу.
Мы вернулись в комнату хозяйки и положили фото на место.
Сюн Ци, не обнаружив в гостинице хозяйку, спросил:
— Куда она делась?
В этот момент Жуань Ланьчжу повернулся к Лин Цзюши:
— Если бы твоя дочь стала монстром, что бы ты выбрал?
Лин Цзюши промолчал.
Я вставил:
— Брат Жуань, чтобы ответить, сначала нужно завести дочь. Брат Лин явно холостяк, как он может знать? Ведь так, брат Лин?
Лин Цзюши смущенно ответил:
— Ну… пожалуй, да.
Жуань Ланьчжу бросил на меня взгляд и добавил:
— Должен быть еще один человек, который знает ответ.
Вскоре мы сидели во дворе дома того самого дядьки, у которого Лин Цзюши расспрашивал дорогу.
Дядька вздохнул и начал свой рассказ:
— Никто не знает, как так вышло. Раньше по ночам волки приходили лишь изредка. А в ту ночь пришла целая стая. Я не староста, но знаю, что тогда перед ним стоял самый трудный выбор: спасти одного человека — свою дочь — или весь род, с которым нет кровных уз.
В тот вечер, как раз во время ужина, дочка старосты не могла оторваться от новой игрушки — калейдоскопа. Она только отложила его, чтобы поесть, как снаружи раздался волчий вой и крики людей. Семья старосты вместе с остальными бросилась к колодцу, чтобы спрятаться. Сяо Цзю уже собиралась спускаться, но, проверив сумку, обнаружила, что калейдоскопа нет. Оглянувшись, она увидела его на снегу неподалеку. Только она подняла игрушку, как волк прыгнул и вцепился в неё. Родители бросились на помощь, но односельчане оттащили их назад. Так волки утащили Сяо Цзю.
Дядька закончил:
— С тех пор волки больше не приходили. Все в деревне говорят, что Сяо Цзю ценой своей жизни спасла весь род. Оно того стоило.
Лин Цзюши возразил:
— Конечно, тебе легко так рассуждать, ведь погибла не ты! Принести в жертву одного ради остальных — вы хоть спросили, что чувствовала та, кого принесли в жертву?
Я не выдержал:
— Как же страшно и одиноко ей было в тот момент!
Жуань Ланьчжу добавил:
— Но Сяо Цзю тоже погубила множество людей. Разве это справедливо?
Сюн Ци спросил:
— А какие сейчас отношения между хозяйкой и старостой?
Дядька ответил:
— Какие могут быть? Сяо Цзю стала чудовищем. Ни жива, ни мертва. Хозяйка больше не хочет видеть старосту, открыла гостиницу, чтобы принимать таких, как вы. Эх, старосте в эти годы пришлось несладко. Он часто говорит нам, что, как только уладит дела, покончит с собой… чтобы составить компанию дочери. Искупит вину смертью.
Жуань Ланьчжу заметил:
— Значит, тот гроб староста готовил для себя.
Сюн Ци упрекнул дядьку:
— Вы же знали, почему не остановили его?
— Я и так чувствую вину, зачем заставлять его жить в муках? — ответил тот и молча ушел в дом.
Сяо Кэ рассуждал:
— Значит, задание старосты сделать гроб было для него самого. Может, он уже покончил с собой. Но мы не можем на это повлиять. Хозяйка, чтобы кормить дочь-монстра, постоянно заманивала проходящих в ловушку. Но что нам толку от этого знания?
Сюн Ци предложил:
— Заставим монстра подчиниться!
Сяо Кэ покачал головой:
— У неё давно нет сознания. Да и даже если бы было — кровь не водица.
Пока они спорили, Лин Цзюши, вспомнив о землетрясении, хранил молчание.
Жуань Ланьчжу посмотрел на него и похлопал по плечу:
— Ты в порядке?
— Да, — ответил Лин Цзюши.
Сяо Кэ спросил:
— Что нам теперь делать?
Лин Цзюши ответил:
— Чтобы решить проблему, нужно собрать всю их семью вместе.
Сюн Ци кивнул в знак согласия.
— Как это возможно? — удивился Сяо Кэ.
Я ответил:
— Почему нет? Пусть волки придут снова!
— Откуда им взяться? — спросил Сяо Кэ.
Я фыркнул:
— Просто научитесь выть как волки!
Лин Цзюши изложил всем свой план и распределил роли.
Наступила ночь.
Староста, держа в руках фотографию, приготовился лечь в гроб, прошептав:
— Всё кончено. Всё закончилось.
Снаружи внезапно раздался волчий вой и крики: Волки! Волки!
Все жители деревни собрались у колодца, хозяйка помогала им спускаться один за другим.
В этот момент подбежал староста и схватил плотника:
— Что происходит? Что случилось? Волки правда пришли?
Плотник ответил:
— Не знаю!
Вскоре все спустились на дно колодца.
Тогда мы — я, Лин Цзюши и Жуань Ланьчжу — вышли на свет.
— Добро пожаловать! — произнес Жуань Ланьчжу.
Староста спросил:
— Это ваших рук дело?
Жуань Ланьчжу ответил:
— Не стоит так говорить. Мы не собираемся пакостить, мы пришли за тем чудовищем.
Хозяйка вскрикнула:
— Посмейте только!
Лин Цзюши заговорил:
— Хозяйка, мы примерно понимаем, что произошло. И то, что случилось в деревне много лет назад, и ваши попытки заставить нас нарушить запреты. Это лишь наши догадки, у нас нет доказательств. Я не хочу мстить, я просто хочу изменить ситуацию.
Староста спросил:
— Ты… чего ты хочешь?
Жуань Ланьчжу обратился к нему:
— Наш ключ у того монстра, и мы хотим его вернуть. У тебя хватило духу бросить свою дочь, неужели не хватает мужества признать, что она стала чудовищем?
Староста возразил:
— Да как я не признаю! Но я не могу её контролировать! Никто не может!
Лин Цзюши сказал:
— Мы хотим попробовать. Запреты, которые вы заставляли нас нарушать, звучат так: один не заходит в храм, двое не смотрят в колодец, трое не обнимают дерево, в одиночку не прислоняются к перилам.
Затем он крикнул наверх:
— Сюн Ци! Сяо Кэ!
Сверху Сюн Ци и Сяо Кэ открыли крышку колодца, заглянули вниз и спрыгнули внутрь. Чудовище бросилось за ними следом.
Увидев родителей, Сяо Цзю замерла. Хозяйка попыталась броситься к ней, но староста удержал её. Она кричала:
— Сяо Цзю… Сяо Цзю… — и оттолкнула руку мужа.
Лин Цзюши обратился к ним:
— Вы, семья из трех человек, давно не виделись, верно? Сяо Цзю, я пришел помочь тебе, помочь избавиться от этого одиночества. Я знаю всё, что с тобой случилось. Я прекрасно понимаю это чувство. Ты еще не мертва, но и жизнью это не назовешь. Кажется, что жива, но душа давно мертва. Я такой же, как ты!
Жуань Ланьчжу бросил на него взгляд.
Лин Цзюши поправился:
— Я хотел сказать, что чувствую то же самое. Я понимаю твое одиночество!
Плотник вмешался:
— Эй, гость, хватит тут разводить сопли! Между жизнью всего рода и жизнью Сяо Цзю мы, конечно, выберем весь род.
Лин Цзюши вспылил:
— Тебе легко выбирать, потому что выбираешь не ты! А если бы выбрали тебя?
Плотник поспешно ответил:
— Я… я бы согласился.
Жуань Ланьчжу сказал:
— Правда? Тогда давай мы сейчас убьем тебя, чтобы спасти всех остальных. Согласен?
Плотник упрямо пробормотал:
— Я… я согласен!
Сюн Ци пригрозил:
— Сейчас я придушу тебя и скормлю Сяо Цзю!
Сюн Ци решительно двинулся вперед, и плотник попятился.
Я с презрением бросил:
— Только языком чесать горазд! Теперь испугался? А как же готовность умереть?
Лин Цзюши, охваченный эмоциями, продолжал:
— Вы все решили, что Сяо Цзю должна принести себя в жертву.
Он указал на старосту:
— Ты! Считаешь, что твоя дочь должна была погибнуть ради всех.
Староста не нашелся что ответить, его глаза покраснели.
Лин Цзюши перевел взгляд на плотника:
— И ты! Считаешь, что нужно выбирать большинство. Да кто сказал, что в этом мире всё должно быть именно так? Вы все сделали выбор! А расплачиваться пришлось ей. Почему? Только потому, что так должно было быть?
Я никогда не видел Лин Цзюши таким взволнованным. Беспокоясь, я взял его за руку. Он ободряюще посмотрел на меня и продолжил:
— Сяо Цзю живет в этом темном погребе, ни жива ни мертва! А её мать вынуждена заманивать людей, чтобы продлить это существование. Кто из вас хотел бы такой жизни? Кто?!
Хозяйка зарыдала.
Староста, плача, проговорил:
— Это всё моя вина!
Лин Цзюши продолжал:
— Она терпела столько лет, с чего ты взял, что можешь всё исправить одними словами!
Староста воскликнул:
— Но я сделал выбор! Я решил покончить с собой, чтобы быть с Сяо Цзю.
Лин Цзюши ответил:
— Твоей дочери не нужна твоя смерть, ей нужно, чтобы ты был рядом! Староста, разве ты не должен извиниться перед дочерью?
Затем Лин Цзюши посмотрел на хозяйку:
— А вы! Как мать, вы не должны были убивать людей ради дочери!
Он обвел взглядом всех присутствующих:
— Вы все решали за Сяо Цзю. Но кто-нибудь из вас хоть раз подумал о её чувствах и её одиночестве?
Дядька и старушка, которые помогали нам раньше, опустились на колени, кланяясь и благодаря Сяо Цзю:
— Прости нас, Сяо Цзю.
Остальные жители деревни один за другим последовали их примеру.
Супруги рыдали.
Чудовище Сяо Цзю на глазах у всех приняло свой прежний облик и со слезами прошептала:
— Папа! Мама! Я… я так скучала по вам.
Хозяйка бросилась к дочери:
— Сяо Цзю! Моя Сяо Цзю! Мама виновата перед тобой!
Староста, дрожа, подошел и обнял их:
— Папа виноват… Простите меня…
Глядя на эту сцену, я не смог сдержать слез. Будучи ребенком из неполной семьи, я даже немного завидовал им. Убедившись, что никто не видит, я украдкой вытер глаза.
Вскоре все они превратились в светящиеся частицы и исчезли…
На том месте, где стояла семья Сяо Цзю, остался ключ.
Жуань Ланьчжу поднял его, взвесил в руке и протянул Лин Цзюши:
— Это твой.
Лин Цзюши принял ключ:
— Спасибо!
В то же время на картине на стене лица людей озарились улыбками.
Лин Цзюши без лишних слов открыл дверь, ведущую наружу. Как только она распахнулась, выпала подсказка. Он подобрал её и посмотрел на меня и Жуань Ланьчжу.
Я сказал:
— Брат Лин, как выйду, сразу позвоню тебе!
— Хорошо, — ответил Лин Цзюши и вышел.
Затем я повернулся к Жуань Ланьчжу:
— Брат Жуань, увидимся в реальности, пока! — и тоже шагнул за порог.
Вслед за нами вышли и остальные.
Как только все покинули мир снежной деревни, люди и предметы исчезли.
Осталась лишь бескрайняя белая равнина и старая семейная фотография старосты, медленно опускающаяся на снег…
Снежная деревня: конец!
Вернувшись в реальный мир, я толкнул дверь и, едва сделав шаг, почувствовал пустоту под ногами. Вспомнил, что перед входом в игру наступил в открытый люк. Я застрял в нем, но, к счастью, успел ухватиться руками за края. Хоть сил почти не осталось, я смог выбраться по лестнице на поверхность. Отряхнулся и подобрал телефон.
Выбравшись, я мысленно позвал:
— Сяо Сы.
Системный голос отозвался в голове:
— Хозяин, вы вернулись! Как ощущения?
— Немного устал. Где мой дом в этом мире?
— Закройте глаза, я покажу маршрут.
— Хорошо.
Вскоре я был дома. Квартира небольшая, но уютная и чистая. Правда, одиночество чувствовалось остро.
Я переоделся, лег на диван и достал из кармана бумажку. Записал номера Лин Цзюши и Жуань Ланьчжу в телефон. Положил мобильный на столик, почувствовал от себя неприятный запах и пошел в ванную. Перед входом спросил:
— Сяо Сы, ты ведь не будешь подглядывать, как я моюсь?
— Как можно? Я чистая система! Автоматически блокируюсь.
Успокоившись, я принял душ и переоделся.
Выйдя, лег на диван, глядя в ночное окно.
— Сяо Сы, как мне полностью освоить бафф древних боевых искусств?
— Хозяин, приемы уже в вашем теле. Просто расслабьтесь и доверьтесь ощущениям. Практика поможет довести их до автоматизма.
Я встал посреди гостиной, сосредоточился и начал двигаться. Каждое движение само ложилось в связку. Запомнив всё после первого же раза, я спросил:
— Сяо Сы, ты можешь видеть, что сейчас делают Лин Цзюши и Жуань Ланьчжу?
— Могу. Хотите посмотреть?
— Да, выведи на экран Лин Цзюши.
Передо мной возник светящийся экран.
Лин Цзюши, похоже, тоже только что из душа, лежал на кровати с влажными волосами. Рядом за столом сидел симпатичный парень:
— Говорю тебе, эта игра очень странная.
Я подумал: Наверное, это У Ци, его сосед. Довольно милый.
Лин Цзюши открыл игру на компьютере, первая дверь появилась на секунду и исчезла.
— Не работает, раньше всё было нормально, — сказал он.
У Ци спросил:
— Откуда ты её вообще достал? В стране она не выходила!
— Кто-то прислал.
У Ци удивился:
— Кто-то? Неспроста это! Это же Черное воскресенье в мире игр! Знаешь, что такое Черное воскресенье? Смертельная мелодия! Все, кто слышал, либо сходили с ума, либо кончали с собой.
Лин Цзюши уточнил:
— Ты хочешь сказать, что от этой игры умирают?
— Да. Изначально она называлась Линцзин, но многие игроки лишились рассудка или покончили с собой. Теперь её зовут Смертельный Линцзин. За границей она давно запрещена, но кто-то постоянно выбрасывает новые версии. Кстати, прототип создал один дизайнер-китаец. Он хотел создать виртуальный мир с полным погружением — Линцзин!
Лин Цзюши ответил:
— Знаю. Но при чем тут эта игра?
У Ци продолжил:
— Да я отвлекся… В общем, капиталисты жадны до наживы. Американские компании добавили туда крови и насилия, вот и превратили в этот ужас!
Лин Цзюши хмыкнул:
— Раньше тебя было не заставить погоду посмотреть, а теперь ты вон какой осведомленный. Собака Ци, ты что, взялся за локализацию?
— Ой, всё! — отмахнулся У Ци. — Компания, где я подрабатываю, делает это. Ничего не поделаешь. Да и не думаю, что всё так серьезно. Контроль, невозможность выйти — всё это ерунда! Человек сильнее обстоятельств, верно? В общем, советую удалить этот пробник.
Лин Цзюши пропустил его слова мимо ушей.
У Ци добавил:
— Ладно, пойду, меня девушка ждет. Ночую у неё, отдыхай.
Лин Цзюши жестом показал:
— Твоя совесть… бац! — и хлопнул его по плечу. — Вали уже!
Когда У Ци ушел, Лин Цзюши долго смотрел на диск с игрой.
Я набрал его номер. После третьего гудка он ответил.
— Брат Лин! Это ты? Я Сяо Сюань!
Лин Цзюши улыбнулся:
— Да, это я.
— Брат Лин, запиши мой номер, хорошо?
— Конечно, — мягко ответил он.
— Я в городе S, а ты где? Может, мы рядом?
Лин Цзюши удивился:
— В городе S? Какое совпадение, я тоже. В каком районе?
— На улице Чжубо, комплекс GL!
— О, совсем близко, я в ЖК YH.
— Здорово! Можно я приду в гости? У меня почти нет друзей…
— Конечно, приходи.
— Договорились!
— Угу.
Я вспомнил, что Жуань Ланьчжу, скорее всего, ночью вломится к нему, и хотел предупредить, но передумал — не стоит портить сюрприз.
— Ничего, просто… Спокойной ночи, брат Лин!
— Спокойной ночи.
Я отключился. Видя, как Лин Цзюши улыбнулся и сохранил мой номер, я сказал:
— Сяо Сы, выключай экран.
— Слушаюсь, хозяин.
Подумав, что сегодняшняя ночь будет для Лин Цзюши полна сюрпризов, я с легким сердцем лег спать.
http://bllate.org/book/22986/2453854
Готово:
