Гу Янь не то чтобы никогда не видел, как Шэнь Мэйцзяо применяет силу, но в те моменты её взгляд был ясным, совсем не похожим на нынешнее ожесточение, пропитавшее её с ног до головы.
Он тут же подумал, что дело скверно: неужели она теряет контроль?
— Шэнь Мэйцзяо, успокойся.
Гу Янь не мог позволить этой так называемой сестрице продолжать её провоцировать.
Угрожающее донельзя феромоновое давление мгновенно лишило Шэнь Мэйянь возможности двигаться и даже произнести хоть слово. Мало того что какой-то бета держал её за воротник и приподнимал над полом, так её ещё и подавил незнакомый альфа, загнав в столь жалкое положение.
Она наконец поняла, что Гу Янь действительно проявил снисхождение пару минут назад, а вот теперь он взялся за дело всерьёз.
Ах так, Шэнь Мэйцзяо, неудивительно, что твой нрав испортился, оказывается, ты нашла такую влиятельную опору.
Видя, как лицо зажатого в её руке щенка становится всё более бледным, Шэнь Мэйцзяо и сама сообразила, в чём дело.
— Брат, я спокойна, только не сломай её.
Будучи попаданкой, она совершенно не понимала принципа действия этой атаки феромонами, а лишь чувствовала, что младшая сестра оригинала, кажется, даже забыла, как дышать, — как бы та не задохнулась ненароком.
Гу Янь нахмурился: хоть он и воздействовал исключительно на Шэнь Мэйянь, концентрация феромонов была слишком высока, и Шэнь Мэйцзяо, боюсь, тоже придется несладко.
— Мм. Если только она перестанет болтать лишнее.
Давящая атмосфера внезапно рассеялась. Женщину-альфу в жалком виде швырнули на диван, железы на загривке невыносимо болели, а сама она тяжело и прерывисто дышала. Она с издешливой усмешкой посмотрела на обоих и только открыла рот, чтобы что-то сказать, как это ужасающее ощущение вновь обрушилось на неё.
Он и впрямь запретил ей говорить, противный альфа.
— Если будут дела, можешь связаться со мной по телефону. Если ещё раз посмеешь явиться сюда и устраивать дебош... можешь попробовать.
Ради приличия перед захваченным телом оригинала Шэнь Мэйцзяо уже проявила к этой сестрице максимум уважения.
— ...
— Мм? Чего это ты притихла? — Шэнь Мэйцзяо заметила её непокорный вид и застывшее на лице выражение, словно та хотела что-то сказать, но сдержалась.
— Наверное, ей просто нечего сказать, — отозвался стоявший рядом Гу Янь.
Издеваться над несовершеннолетним альфой? Чёртов напыщенный элитный парень!
— И вдруг такая послушная? — Шэнь Мэйцзяо всё никак не покидало ощущение, что что-то здесь не так. Нахмурившись, она предупредила в последний раз: — Даже если не согласна — терви, а сможешь встать — убирайся отсюда немедленно.
— ...
Шэнь Мэйянь с равнодушным видом усмехнулась и кивком указала Шэнь Мэйцзяо: мол, это не я не говорю, это он мне не разрешает.
— Брат? — она повернулась к Гу Яню и увидела, что тот изящно прислонился к стене, и по нему совершенно нельзя было сказать, что он только что творил недоброе. — Позволь ей говорить, я не настолько хрупкая.
— ... — на его лице играла мягкая улыбка, но взгляд был невыразимо жутком. — С сестрой нужно разговаривать вежливо, понимаешь?
На этом лице, на восемьдесят процентов похожем на лицо Шэнь Мэйцзяо, читалась лишь злобная враждебность, и даже оказавшись в абсолютном проигрыше, она не выказывала ни малейшего страха. Уж не знаешь, храбрость это или глупость.
— Хм, — Шэнь Мэйянь с презрением фыркнула. — Меня совершенно не интересует твоя съёмная конура, мне нужны только деньги.
— Гляжу на тебя и вижу ходячий мешок с бабками.
— Сестра, не забывай. Твои миллион двести тысяч за обучение в университете — это компенсация за производственную травму мамы пятой степени, ты пожизненно обязана семье.
Разве оригинал учился не в ведущем национальном вузе страны? С чего бы обучение стоило так дорого? Шэнь Мэйцзяо внезапно всё поняла: это же не её прежний мир, здесь учебные заведения носят коммерческий характер... и плата за учебу, разумеется, высока!
— Я должна семье, но не тебе, перед кем ты тут выпендриваешься?
— Хотя бы тем, что я альфа в этой семье. Разве этого мало?
Шэнь Мэйцзяо от её бесстыдства даже рассмеялась от злости:
— От твоих слов меня уже тошнит, роскошный обед, который я только что съела, — ты мне его возместишь?
— Ха, мама говорила, что тебя перевели на другую работу? — Шэнь Мэйянь со злорадством посмотрела на неё. — После травмы ты скатилась в такую ничтожность, что зарабатываешь меньше двадцати тысяч в месяц.
— И всё равно лучше тебя, я не принимаю критику от того, кто ничтожнее меня.
— Какая-то жалкая бета, и ещё смеешь со мной сравнивать?
— Смени имя, хватит зваться Шэнь Мэйянь, зовись Шэнь Яоцзу. Что такое? Кроме пола, тебе больше и сказать-то нечего?
Гу Янь молча наблюдал за их словесной перепалкой, и сомнения в его сердце становились всё глубже. Хоть её сестра и поистине отвратительна, она ещё слишком зелена... у неё просто нет способности довести Шэнь Мэйцзяо до такого состояния.
Он мог почти с уверенностью утверждать: виновница вовсе не она.
— Твой язык стал намного острее, чем раньше, видно, в вашей сфере деятельности без болтовни никуда.
— Это ты слишком слаба.
— И ещё гордишься этим? — Шэнь Мэйянь помрачнела и недобро посмотрела на неё. — Мне плевать, развлекаешься ли ты с омегами или прислуживаешь альфам, мои карманные деньги... Ах!
Гу Янь холодно повторил:
— Нужно соблюдать вежливость.
— Да сколько можно! Наши семейные дела — какое тебе до них дело?
Он никак не отреагировал на её слова и, даже узнав, что не она угрожала Шэнь Мэйцзяо, перестал относиться к ней с прежней настороженностью.
Шэнь Мэйянь с трудом приподнялась, ухватила Шэнь Мэйцзяо за воротник, прижалась к самому её уху и прошептала так, чтобы слышали только они двое:
— Твой братец-альфа так защищает тебя... он же не знает, что ты водишь в дом других, да?
— Что?
Шэнь Мэйянь капризно пнула валявшуюся под ногами пивную банку — ту самую, в которую Шэнь Мэйцзяо стряхивала окурки.
— Он не курит такие дешёвые сигареты, у тебя тут бурная личная жизнь, я погляжу.
— Ты глухая или слепая? Не чуешь запах табака от меня? — Шэнь Мэйцзяо резко вцепилась женщине-альфе в горло. — Бог любит троицу, но это лишь во второй раз. Ещё одна выходка — и я убью тебя.
Её горло намертво перехватило, накатила мгновенная волна удушья.
На этот раз альфа никак не давил на неё, но она почему-то не могла вырваться! С каких пор у её сестры стала такая силища?
Шэнь Мэйцзяо разжала пальцы на её горле, ухватила за воротник спереди и одной рукой подняла с дивана, волоча к выходу.
— Пусти меня!
Шэнь Мэйянь отчаянно пыталась разжать её пальцы, но те не сдвинулись ни на миллиметр.
Этого не может быть! Она же альфа, а Шэнь Мэйцзяо — всего лишь бета!
Вышвырнув девицу за дверь, Шэнь Мэйцзяо с раздражением пнула её напоследок:
— Скатертью дорожка!
Грохот!
Дверь грубо захлопнулась, правда, ручку она при этом согнула, и теперь та выглядела довольно комично.
Наконец воцарилась тишина, нарушаемая лишь царившим вокруг беспорядком.
Неизвестно почему, возможно, просто из-за того, что наступила темнота, Шэнь Мэйцзяо внезапно охватило глубокое уныние, и это чувство беспомощности едва позволяло ей держаться на ногах...
http://bllate.org/book/22993/2455343
Готово:
