Готовый перевод Divine Song Heavenly Chronicles / Божественная песнь: Хроники Небес: Глава 12

Молчание затянулось. Наконец, он словно о чём-то вспомнил:

— А если он откажется? Что тогда?

— Он не откажется.

Ответ Бога прозвучал с необычайной уверенностью.

Мой Люцифир, разве он мог бы мне отказать?

Внезапное вмешательство Бога потрясло не только ангелов в Эдемском саду — в шок пришло всё Солнечное Небо.

Среди них были и два Серафима, которые как раз разыскивали Люциса.

— В чём дело? С чего вдруг нашему Богу вмешиваться без всякой видимой причины? — Азазель удивленно вытаращил глаза. — И вообще, этот Люцис что, и впрямь посмел пойти против Бога в открытую?

— Чего тут удивляться? — Белиал на мгновение изумился, но тут же принял всё как должное: — Ты же сам говорил, что он даже Бога Тьмы побить не побоялся.

Азазель цокнул языком, подумав про себя, что тогда было совсем другое время: теперь-то их Бог — верховный и всемогущий Господь этого мира, разве можно сравнивать его с тем прошлым?

Не успел Азазель подобрать слова, чтобы что-то ответить, как увидел, что Люцис уже вышел из Эдемского сада и направляется прямо к ним.

— О, а вот и вы. Как раз вовремя, отведите меня к вашему Владыке.

На лице Люциса играла легкая, довольная улыбка, а от прежней настороженности, проявившейся на Арене, не осталось и следа.

— С чего это ты вдруг передумал? — настороженно спросил Азазель.

— Разве не ваш Бог пригласил меня стать Соправителем? Как же я могу не пойти?

При этом Люцис не преминул поднять голову и подбородком указать на небо.

— Постой-ка, откуда ты вообще об этом узнал? — Азазель даже растерялся.

— Разумеется, сам ваш Бог мне об этом и сказал, — с совершенно невозмутимым видом ответил Люцис. — Он ведь был так уверен, что я приму это назначение.

Сидевший на своем престоле Бог, услышавший из самого истока Ока Бога эти слова Люциса, погрузился в глубочайшее молчание.

(Почему у меня такое чувство, будто я сам высек себя почем зря?) — мрачно подумал автор Книги Сотворения. — (Уж этого-то парня точно не назовешь покорным, нашему Богу придется немало натерпеться, пытаясь совладать с ним…)

— А если наш Бог передумает? — неожиданно задал этот праздный вопрос Белиал.

— Передумает так передумает, — беспечно отмахнулся Люцис. — Обойду, значит, Небесное Царство вдоль и поперёк, а потом отправлюсь развлекаться в Мир Чистилища.

— …Пойдём, — Белиал всё понял без лишних слов и, повинуясь воле Бога, повел его к престолу в Святом Храме.

Белиал усердно исполнял обязанности гида для Люциса. Даже заметив, что у гостя нет крыльев, он не подал и виду, продолжая с толком рассказывать о проплывавших мимо городах.

Что примечательно, он нарочно подбирал темы, которые должны были заинтересовать Люциса. Это не только подняло тому настроение, но и оставило о самом Белиале весьма благоприятное впечатление.

Привязавшийся к ним непрошенным Азазель мысленно дивился: Белиал, всегда казавшийся равнодушным к делам Небесного Царства и изъяснявшийся сплошными намеками, вдруг проявил такую деловую хватку. Это породило в его голове еще одну мысль: раз уж у Белиала есть столь выдающиеся способности, почему Бог до сих пор не приблизил его к себе?

Вспыхнув ослепительным сиянием, троица с помощью телепортационной формации переместилась на Звездное Небо.

— Господин, совсем скоро начнется церемония в честь Дня Сотворения, мы отправляемся прямиком в Великий Собор, — сменив прежнее непринужденно-веселое выражение лица на серьезное, произнес Белиал.

— Великий Собор? — Люцис огляделся по сторонам: из пространственных врат действительно вываливались целые толпы ангелов, единодушно устремлявшихся в одну сторону. На самом краю поля зрения возвышалось здание, источавшее золотое сияние, но свет этот резал глаза, и Люцису пришлось прищуриться.

— Да, Великий Собор обычно закрыт для посторонних, это место, где Серафимы отчитываются Богу о своей работе, — пояснил Белиал. — Исключение составляет лишь праздник Сотворения мира, к тому же на этот раз Бог снизойдет лично.

— Вот как… — неужели Сам снизойдет исключительно ради того, чтобы назначить Соправителя? Люцису казалось, что его персона вряд ли столь грандиозна. — Ну что ж, пошли.

Ему тоже было любопытно взглянуть, что произойдет дальше.

По прибытии к Великому Собору Азазель под предлогом служебных обязанностей поспешил откланяться. Вокруг уже яблоку негде было упасть: неисчислимые ангельские крылья сливались в единое целое, напоминая сияющее море облаков.

— У подданных Небесного Царства у всех есть крылья? — Люцис, впервые наблюдавший столь грандиозное зрелище, не удержался от восхищенного цыканья. — Если я обойдусь без крыльев, не будет ли это выглядеть слишком неестественно?

— С чего бы? — Белиал сложил свои золотые крылья и буднично произнес: — У Матушки Божией тоже нет крыльев.

— Матушка Божия?

— Матушка Божия — это нареченная нашим Богом Мать Небесного Царства. Она обладает высочайшим статусом, обычно стоит по левую руку от Бога, донося до всех Его волю и вознося молитвы о благополучии всех существ Небесного Царства, — пояснил Белиал. — А Его Высочество Соправитель стоит по правую руку от Бога, составляя вместе с Ним Троицу Небесного Царства.

Херувимы, несшие стражу у входа в Великий Собор, при виде Белиала почтительно склонили головы и тут же пропустили его внутрь.

— Троица, значит… — Люцис был прекрасно знаком с этим понятием. — Я слыхал, у вас, Серафимов, есть боевой строй под названием Троица, это правда?

— Он существует лишь в теории, на практике его никто и никогда не применял, — на лице Белиала не дрогнул ни один мускул. — В конце концов, Небесному Царству еще не доводилось встречать врагов, против которых потребовалось бы задействовать столь разрушительный строй.

— А если всё-таки применить, этот мир ведь развалится на куски, верно? — небрежно бросил Люцис.

— Кто знает, — Белиал по-прежнему сохранял безмятежное выражение лица, несмотря на столь зловещую тему.

Пока они так переговаривались, навстречу им из глубины залы вышла женщина с распущенными золотистыми волосами в белой тунике. Ее длинные пряди сияли, подобно солнечному свету, васильковые глаза напоминали омытое небесное сводом пространство, а на чистом лице застыла вечная, неземная святость. И хотя на ней было самое простое одеяние, оно не могло скрыть ее изящную, гибкую фигуру.

Ее по праву можно было считать эталоном совершенной женщины Небесного Царства.

— Приветствую Вашу Светлость Матушку Божию, — заметив приближающуюся, Белиал тут же отвесил низкий поклон.

Матушка Божия с улыбкой кивнула, принимая приветствие Серафима, а затем обратилась к Люцису:

— Я ждала вас уже довольно давно, исполняя волю нашего Бога, чтобы приветствовать вас и оказать вам почести.

— … — Люцис невольно опустил взгляд на собственные одежды: они и впрямь выглядели так, будто выбивались из общего окружения.

— Здесь я оставлю вас, прощайте, — Белиал остановился, еще раз поклонился Матушке Божией и повернулся назад.

— Господин, прошу за мной, — с величественной грацией произнесла Матушка Божия. Исходившее от нее мягкое сияние согревало сердца, а благожелательный и теплый тон немало удивил Люциса.

(Надо же, Бог способен сотворить столь нежную и приветливую женщину…)

— Что мне теперь делать? — следуя за Матушкой Божией, небрежно спросил Люцис.

— Я провожу вас в Малый Собор, чтобы перед началом церемонии облачения вы могли омыться и сменить одежды, — мягко проговорила она.

— Омыться и сменить одежды? Мне? — Люцис на мгновение замер и снова окинул взглядом свой наряд, который считал более чем подходящим.

— Да, я уже приготовила парадные одежды, которые вы наденете во время церемонии возведения в сан, — Матушка Божия, заметив нежелание Люциса, постаралась объяснить как можно мягче: — Наш Бог не терпит тьму, и ваш нынешний облик может прийтись Ему не по душе. К тому же вы впервые предстанете перед всеми в качестве Соправителя, неподобающий вид подорвет ваше положение в глазах остальных.

Ее слова звучали разумно и обоснованно, заставив Люциса задуматься: в конце концов, он вовсе не собирался, подобно обитателям Хаоса, ревностно печься о делах Небесного Царства.

— Раз уж Матушка Божия проявила такую заботу и приготовила одежды, то если я откажусь их надеть, это станет черной неблагодарностью за ваши труды.

Более не сопротивляясь, Люцис продолжил следовать за Матушкой Божией.

***

Наконец-то добрались до этого момента.

В следующей главе Люци официально вступает в должность, и на сцене появляется Люцифир~ (ура-ура).

Разумеется, рассчитывать на то, что он будет усердно трудиться, не приходится…

Запасы глав исчерпаны, теперь мне предстоит упорно корпеть над продолжением!! (Правда, не знаю, удастся ли выдерживать ежедневный график, но в худшем случае буду выкладывать через день!).

XVII

На Звездном Небе, на Площади Яхве перед Великим Собором собрались бесчисленные подданные Небесного Царства. Обычно в этих местах дозволено свободно перемещаться лишь Херувимам и ангелам более высоких чинов, но в день праздника Сотворения Бог смягчал давление Звездного Неба, позволяя ангелам всех рангов собраться здесь для общего веселья.

Площадь была битком набита ангелами, стоял оглушительный голдень и гам, царило всеобщее ликование.

— Говорят, на этот раз Сам Бог лично снизойдет на праздник, чтобы наградить воинов, особо отличившихся в сражениях…

При упоминании о личной явке Бога ангелы не могли скрыть восторга.

— Кстати, по воле Божьей сегодня объявят Соправителя? Какого же Серафима Бог выберет на эту роль?

Поскольку об этом было объявлено заранее, все жители Небесного Царства гадали, кто же займет этот пост.

— Наверняка Первоверховный Серафим! Его Высочество Рагуил всегда был самым доверенным ангелом Бога, кому же еще выпадать эта честь?

— А мне кажется, Бог не назначит Рагуила, возможно, выбор падет на Его Высочество Михаила или Его Высочество Метатрона…

Все высшие Серафимы стали объектом бурных споров, некоторые низкоранговые ангелы даже тайком затеяли тотализатор, пытаясь угадать имя будущего Соправителя.

Впрочем, ходили и другие толки:

— А вы видели место происшествия в Городе Иерусалим?

— Видел, просто жуть. Если бы не своевременное вмешательство лорда Серафима, всё могло закончиться куда хуже.

— Кстати, то, что парило над Эдемским садом… неужто Сам Бог?

— Он самый, сомнений нет.

— С чего вдруг нашему Богу понадобилось… — разговор коснулся Самого Создателя, и ангелы были вынуждены понизить голоса до шепота.

Они и не подозревали, что от слуха Бога ничто не укроется, хотя Он вовсе не собирался гневаться из-за столь пустяковых сплетен.

В отличие от бесконечных домыслей низших ангелов, посвященные в тайну Серафимы держались куда сдержаннее.

— Я тут заглянул в те списки тотализатора, на Рагуила ставят больше всего, — тихо произнес Белиал.

— Да неважно, на кого ставили, эту ставку в любом случае ждет крах, — пренебрежительно хмыкнул Азазель.

— Подумаешь, детские забавы от скуки, — усмехнулся в ответ Белиал. — Хотя Рагуил в последнее время что-то совсем помрачнел.

— С каких пор тебя заботят чужие дела? — Азазель, отлично знавший, что с Белиалом нельзя откровенничать до конца, лишь скептически изогнул брови.

— А с чего мне огорчаться? — Белиал дернул плечом. — Всё равно этот пост не мне светит.

— Прямо так уж и мне, — Азазель бросил на Белиала косой взгляд.

— Да я так, к слову пришлось, — парировал тот.

— … — неизвестно почему, но Азазелю показалось, что тон Белиала звучит подозрительно радостно.

(Этот парень явно в хорошем настроении? С чего бы вдруг? Ах да, в последнее время он и правда стал гораздо болтливее, неужто всё из-за назначения Соправителя?) Азазель вдруг отчетливо вспомнил, сколько всего он наговорил этому молчуну за последнее время. (Погодите-ка, а с какой стати тот вообще заговорил со мной?)

Пока Азазель ломал голову над внезапной переменой в поведении спутника, с небес снизошел Бог, и Его ослепительный свет залил всё вокруг.

Ближайшие к трону Серафимы мгновенно распустили крылья и взмыли к подножию Божьего Престола, занимая строго отведенные им почетные места. Движения тысяч золотых крыльев напоминали сплетение сияющих нитей, подчеркивавших величие Божественного Света и вызывавших благоговейный трепет у младших ангелов.

— О, Боже наш… — при виде этого зрелища все присутствующие в едином порыве умолкли и склонились в поклоне согласно своему рангу перед лицом верховного Творца.

— Встаньте.

Бог восседал на главном престоле, Его облик был скрыт за ослепительным сиянием, и смертным не дано было разглядеть истинное лицо Создателя.

— Сегодня день праздника Сотворения мира, и в этот памятный день Я хочу объявить всем верующим во Меня о своей воле…

Голос Бога звучал ровно и бесстрастно, но в сердцах стоявших внизу ангелов уже бушевали бури.

— Моя правая рука, Соправитель Небесного Царства, что восседает по правую руку от Моего Трона, прибыл в Небесное Царство.

Речь Создателя была лаконична, но исполнена неоспоримого величия. Едва слова утихли, как взорам всех присутствующих явилось еще одно ослепительное сияние:

Первое, что бросалось в глаза — шесть огромных, сияющих крыльев. Потоки света, струившиеся с них, ни в чем не уступали сиянию вокруг самого Бога, а тончайшие лучи отовсюду устремлялись к перьям, приковывая к себе восхищенные взгляды толпы.

Люцис и Матушка Божия появились вместе: он шел, держа правой рукой ее правую руку, спускаясь из боковой залы. Будучи правой и левой руками Бога, Матушка Божия мгновенно оказалась затщена сиянием Люциса, и даже она сама была очарована красотой исходившего от его крыльев света.

Ради своего первого публичного появления в Небесном Царстве Люцис облачился в роскошное парадное одеяние в местном стиле: белоснежная парча искрилась святым светом, воротник и манжеты были искусно расшиты золотыми облачными узорами, а бело-золотой пояс украшали девять чистейших бриллиантов.

Этот наряд ослеплял настолько, что даже волосы Люциса, перекрашенные в темно-золотой оттенок, казалось, стали еще светлее. Когда он глянул в зеркало перед выходом, то даже сам ослеп от собственного великолепия.

Серафимы, находившиеся ближе всех к престолу, воочию разглядели новоприбывшего и замерли в изумлении:

— Ого, это еще кто? — Сариил вытаращил глаза.

— … — лицо Самаэля сделалось страшнее тучи.

— И правда, с крыльями, — Белиал мельком взглянул на сияющие шестикрылые крылья и не удержался от похвалы: — Таких крыльев в Небесном Царстве больше ни у кого нет.

— Твою мать, а в этом наряде он выглядит почти как приличный человек… — Азазель закатил глаза.

— У него есть крылья… так почему же он не летит? — недоуменно протянул Рафаил. — Иметь такие роскошные крылья и не использовать их для полета — просто преступление.

— Наверное, в землях Хаоса и Ада не принято летать, вот он и отвык, — пришел на помощь брату Уриил.

— Выходит, он на самом деле летать не умеет? — слова Уриила заставили Гавриила кое о чем догадаться.

— Да ладно? — изумился Михаил.

— … — Метатрон вовсе не слушал толки о неожиданном Соправителе, его взгляд, исполненный глубокой тоски, был прикован к шествовавшей рядом с ним Матушке Божией…

Люцису же было совершенно некогда разбираться с эмоциями окружающих ангелов. Он думал лишь о том, как бы не оплошать при приземлении! Если бы не поддержка шедшей рядом Матушки Божией, то зрелище вышло бы весьма курьезным.

— Ваша Высочество? — ощутив внезапный нажим на руку, Матушка Божия повернулась к нему. — Вы в порядке?

— Пустяки, просто еще не привык пользоваться крыльями, — с невозмутимым видом ответил Люцис, мысленно от всей души предавая анафеме всю эту напускную небесную показуху…

Признаться честно, собственные шесть крыльев он пустил в ход впервые в жизни, и толком не рассчитал ни частоту взмахов, ни приложенное усилие. К счастью, все ангелы были ослеплены его сверкающим нарядом и не заметили его чудом предотвращенного позорного падения…

— Ничего страшного, — тепло улыбнулась Матушка Божия, не выказав и тени осуждения. — Привыкнете жить на Небесах — и научитесь летать сами собой.

— … — Люцис сохранил непроницаемое выражение лица, пропустив эти слова мимо ушей.

Бог в облаке света слегка поднял руку, и гул голосов вокруг постепенно стих.

— Имя тебе — Люци, и нарекаю Я тебя именем «Фир». Отныне тебе надлежит именоваться «Люцифир» и вершить обязанности Соправителя Небесного Царства, пользуясь равными со Мною почестями. В то же время дарую тебе высший титул «Светозарная Утренняя Звезда».

— Люцифир благодарит за милость Божью.

Люцис — теперь уже официально Люцифир — склонил голову в знак верности и почтительно отдал должное церемониалу.

Светозарная Утренняя Звезда! Так вот о ком шла речь?

Услышав Божью волю, Разиэль попытался сделать шаг вперед, чтобы остановить это назначение, но сидевший рядом Первоверховный Серафим грубо дернул его за рукав.

— Ваша Высочество Рагуил! — с досадой выдохнул Разиэль.

— Не подобает устраивать непотребства перед Престолом, — холодно бросил тот.

— Но… — Разиэль попытался возразить, но был прерван:

— Что бы ты ни хотел сказать, сегодня не время для этого. Нельзя идти против воли нашего Бога.

— … — Разиэль сдержал свой порыв и с болью в сердце закрыл глаза.

Впрочем, этот инцидент между двумя Серафимами не ускользнул от внимания Люцифира. Памятуя о том, какое неизгладимое впечатление произвел на него Разиэль в Бездне Тьмы, он счел за благо держать его в поле зрения.

— Люцифир, — продолжил Бог. — Я дарую тебе Святой Меч Сияния, Священные Руны и «Семь Добродетелей». Владей этими реликвиями от Моего лица. Сим повелеваю передать тебе всю полноту власти над управлением Небесного Царства.

С этими словами три сияющих сгустка вылетели из света и замерли перед Люцифиром.

— Благодарю за дар, о Боже мой.

Люцифир протянул руку и аккуратно спрятал их в рукав.

[Скажи пару слов,] — раздался в его голове голос Бога.

[Я?]

[Да.]

[Как пожелаете.]

Люцифир повернулся лицом к толпе подданных и, немного подумав, произнес:

— Я, Люцифир, принимаю милость Божью. Во имя Соправителя Небесного Царства я клянусь принести нашему Богу и нашему миру непреходящую славу!

По правде говоря, Люцифир никогда не умел произносить громких речей, но для первого раза получилось весьма неплохо.

Едва его слова затихли, как площадь огласили бурные, восторженные крики, приветствовавшего нового Соправителя.

— Да здравствует Его Высочество Соправитель!

— Да здравствует наш Бог!

— Да здравствует Небесное Царство!

В этот миг всё Небесное Царство погрузилось в атмосферу ликования.

Когда Бог удалился, начался пир. Люцифир пообщался с ключевыми высшими ангелами, принял положенные здравицы, а затем под предлогом слабости к спиртному поспешил откланяться.

Раньше ему почти не доводилось пить, и он понятия не имел, каков его предел прочности и что означает это самое «слаб к алкоголю». Впрочем, для отговорки сгодилось и это, а остальное его мало волновало.

— Что Ваша Высочество пожелает делать дальше? — Белиал невесть откуда материализовался рядом с ним.

— Ознакомиться с новым местом обитания на Небесах? Кстати, для меня ведь подготовлены покои?

— Разумеется, — Белиал, казалось, только этого и ждал. — Матушка Божия уже распорядилась привести в порядок Звездный дворец, не желаете ли взглянуть?

— С удовольствием, — согласился Люцифир.

***

Первый день упорного ежедневного выхода глав. Его Высочество официально заступил на пост..

http://bllate.org/book/23048/2462948