Оттолкнутое Жун Гуаном Хай Лань спиной наткнулась на стену в нише алтаря, издав глухой стук. Опустившись на пол, она не только не заплакала от боли, но и странно усмехнулась — «хе-хе» — глядя на стоявшего напротив Жун Гуана, который по-прежнему выглядел как маленький нищий. Кровавые уголки рта и жуткое выражение лица ясно давали понять Жун Гуану: дело, похоже, шло кхуду! Глядя на странное поведение Хай Лань, он мысленно собрал силы в левой руке на случай непредвиденных обстоятельств.
— Хе-хе, хи-хи, погляди на свою глупую физиономию, хе-хе… — Заметив напряженное и настороженное выражение лица Жун Гуана, Хай Лань вдруг указала на него пальцем, похлопала себя по маленькой грудке и легко хихикнула. Прежний испуг и беспомощность исчезли, уступив место радости и безмятежности.
— Ты… — Увидев, что Хай Лань в мгновение ока вернулась в состояние надоедливого банного листа, каким он ее и знал, Жун Гуан почувствовал, как напряжение в сердце немного отпустило, но тут же сменилось неудержимой яростью. — Хай Лань, что с тобой вообще не так? Время сейчас какое, а ты все дурачишься! — тихо отчитал он все еще весело смеющуюся девочку.
— Мм… — Заметив, что Жун Гуан, похоже, всерьез разозлился и даже привычное прозвище «банный лист» заменил на холодное «Хай Лань», девочка, только что заливисто смеявшаяся, внезапно умолкла. Ее большие глаза уставились в зрачки Жун Гуана, в них мгновенно набегла пелена туманной влаги, а белоснежные зубки закусили нежно-розовую нижнюю губу.
— Эй, ну ты чего, прекрати, — увидев жалобный вид Хай Лань, Жун Гуан больше чем наполовину растерял всю свою злость. — Банный лист, ты зачем меня только что укусила?
Заметив, что Жун Гуан вернулся к прозвищу «банный лист» и больше не сердится, Хай Лань лишь продолжала всхлипывать плечиками, опустив голову и непрестанно теребя пальчиками подол рубахи.
— Банный лист, моя дорогая бабулечка, да что с тобой в конце концов такое? Снаружи нас вообще-то целая толпа злых духов ждет, только и думает, как бы нас сожрать. — Жун Гуан от природы отличался мягким сердцем, особенно не вынося детских слез — точь-в-точь как его прежнее воплощение, Чжан Ву. Правда, пять веков бытия Чжан Ву давно стерли эту черту, но Жун Гуан, похоже, еще не до конца вернулся в состояние Чжан Ву.
— Ах Сюань, хочешь знать, почему я тебя укусила? — Хай Лань затуманенными от слез глазами посмотрела на Жун Гуана и произнесла слабым голосом.
— Вот еще новости, говори давай скорее, а то передумаю слушать. — Жун Гуан выглянул наружу через щель в загородке, тут же плотно загородил ее собственной спиной и, взглянув на Хай Лань, почувствовал непреодолимый позыв заплакать.
— Потому что я хотела поставить тебе метку и доказать, что отныне ты — мой. — В затуманенных слезами глазах Хай Лань светилась предельная решимость, а ее хорошенькая головка в такт словам покачивалась вверх-вниз.
— Эй, погоди… Я… Да что ты вообще несешь, с чего это я вдруг твой, с чего… — Жун Гуан, совершенно ошеломленный заявлением «ты мой» и не сообразивший, как на это реагировать, вдруг услышал треск. Чья-то мертвенно-бледная рука вломилась внутрь сквозь деревянную панель над головой Хай Лань, так что перепуганный Жун Гуан чуть было не завопил во весь голос; его правая рука молниеносной змеей выметнулась вперед, притягивая Хай Лань к себе…
Ни мысли маленькой девчонки, ни замыслы взрослеющей девушки не под силу понять такому эмоциональному чурбану, как Жун Гуан. Впрочем, сейчас было явно не время размышлять об этом: место их укрытия оказалось раскрыто, удастся ли им обоим вырваться живыми из этой ловушки? Желающие узнать, что было дальше, извольте прочесть двадцать третью главу.
[Глава двадцать третья] Прорыв Бушующего Потока
В прошлой главе сказывалось, что убежище Жун Гуана и Хай Лань обнаружили зомби, так смогут ли эти двое детей спастись? Добро пожаловать к чтению этой главы.
Сначала одна рука, следом вторая, третья… Снаружи в щель непрестанно тянулись лапы, и вскоре деревянная перегородка, служившая укрытием для Жун Гуана и Хай Лань, была изрешечена мертвецами вдоль и поперек.
— Бушующий Бурный Водопад! — Хай Лань, оправившаяся от состояния маленькой девочки, наконец продемонстрировала силу, подобающую любимой дочери главы Павильона Морского Бога. Позднее она рассказывала Жун Гуану, что Бушующий Бурный Водопад — одна из всего лишь двух священных техник боевых искусств Павильона Морского Бога, и лишь увидев ее разрушительную мощь воочию, можно было понять, что звание священной техники дано ей далеко не за красивые глаза.
Вслед за звонким окриком Хай Лань ледяно-белый водный баطрин окружил их со всех сторон, после чего градом брызнули ледяные стрелы, густые, как саранча. Они превратили и без того ветхую деревянную стену вместе с толпившимися за ней зомби в решето. Жун Гуан ошеломленно смотрел, как тела пораженных мертвецов в мгновение ока покрываются слоем белого инея, превращаясь в ряд застывших ледяных изваяний.
После серии звуков — Грох~ Трес~ Бух~ — добрая сотня зомби за пределами перегородки обратилась в груду ледяных осколков.
— Не думал я, что ты владеешь таким искусством, похоже, помирать сегодня нам не придется. — Это была первая мысль Жун Гуана, когда он пришел в себя от потрясения, вызванного силой Бушующего Бурного Водопада.
Но пока Жун Гуан радовался, лицо применившей технику Хай Лань внезапно побледнело, слабое тело качнуло, и в конце концов она, оступившись, рухнула прямо в объятия выглядывавшего наружу Жун Гуана.
— Банный лист, ты… — Жун Гуан впервые в жизни столь близко и интимно соприкоснулся с девушкой, отчего мгновенно растерялся, не зная, куда деть раскинутые руки. Глядя на ее смертельно бледное лицо, он даже испугался.
— Моя магия иссякла, уходим быстрее, остальное теперь зависит от тебя… — Не церемонясь, Хай Лань перевернулась и запрыгнула на спину Жун Гуану, обхватив его талию длинными круглыми ножками и положив головку ему на плечо. Во время разговора ее влажное горячее дыхание обжигало его шею, отчего Жун Гуан чувствовал себя крайне неуютно, а лицо его густо покраснело.
— Я… погоди… неужели ты способна применить ее только раз?! — В его голосе прозвучало разочарование, однако в глазах Хай Лань отражались лишь искреннее сожаление, пылающее багрянцем лицо и растерянный вид Жун Гуана, а также крепко сжимающие ее бедра руки.
— Ну и что с того, что только раз? Сам-то ты и вовсе не умеешь. — То ли нервы у Хай Лань были из стали, то ли она чувствовала себя в абсолютной безопасности рядом с Жун Гуаном, но только она ни капли не переживала, разорвут ли их сегодня зомби на части или удастся чудом ускользнуть. Напротив, всем своим видом выказывая беззаботность и озорство, она скривила губки и ущипнула Жун Гуана за руку, державшую ее ноги, после чего провернула пальцы на тридцать шестьдесят градусов. Услышав страдальческое шипение Жун Гуана, она лишь тогда удовлетворенно разжала пальцы.
— Спорим, я тебя сейчас сброшу! — пробормотал Жун Гуан, крадучись продвигаясь вперед и исподтишка пугая Хай Лань, которая все еще смела издеваться над ним.
— А вот и не сбросишь! — Хай Лань теперь висела на Жун Гуане точно крупный спрут, еще на треть сильнее обвив руками его шею, и видом своим показывала, что ни за что на свете не слезет.
Ррр! — глухой рык донесся совсем неподалеку от препиравшихся на ходу подростков.
На сей раз Жун Гуан и Хай Лань приняли редкое единогласное решение и немедленно привели его в исполнение: они попросту замолчали. Если у кого-то находилось настроение препираться в такой момент, то этот безумец определенно страдал тяжелой формой помешательства, ведь вокруг них крутилось по меньшей мере добрых полтора десятка зомби.
Жун Гуан поспешно укрылся за обломком храмовой каменной колонны, от которой осталась лишь половина. Что делать? Что делать? Что делать?! Банный лист выбилась из сил, а я, хоть и пробудился, но никто меня толком не учил, как этим пользоваться! Похоже, чтобы выжить, остается полагаться лишь на истинную Ци из Сутры Вэйян, да только моя база культивации, только-только пробившая вторую ступень Начальной ступени, по-прежнему не обладает сколь-нибудь серьезной убойной силой. Чем больше Жун Гуан размышлял, тем меньше обретал уверенности, пока в конце концов попросту махнул рукой. А, плевать! Прорвемся — выживем, а не прорвемся — ну, умру во второй раз. Обидно только, если не удастся вытащить эту девчонку, Хай Лань. В душе он принял окончательное решение.
— Эй, Банный лист, я собираюсь пробиваться с боем. Пойдешь со мной? — Жун Гуан понимал, что если отсиживаться здесь, зомби рано или поздно их обнаружат, но попытка прорыва могла оборвать их жизни еще быстрее. Сейчас он счел необходимым спросить Хай Лань о том, как ей поступить.
Мм… — хрупкое тельце на его спине судорожно вздрогнуло, после чего Жун Гуан почувствовал, как на его открытую шею одна за другой падают капли теплых слез.
— Банный лист! Банный лист! Что с тобой? Ответь же мне! — Ощущая шеей влажное тепло и смертельно боясь, что Хай Лань могла навредить себе, применив на пределе сил Бушующий Бурный Водопад, Жун Гуан допытывался снова и снова, но в ответ не слышал ни слова — лишь влажное пятно на его коже становилось всё шире.
— Банный лист! — Жун Гуан уже ослабил хватку, собираясь опустить Хай Лань со спины и взглянуть, что стряслось с этой девчонкой, как вдруг, стоило его пальцам разжаться, руки Хай Лань обвились вокруг его шеи с утроенной силой.
Опустив точеную головку, Хай Лань прижалась чистым лбом, на котором чернели прядки смоляных, мягких, как шелк, волос, к покрытой пылью смуглой шее Жун Гуана. Капли слез, роняя жемчужины, катились вниз, прокладывая ручейки по его коже.
— Разве ты не говорил, что мне не нужно бояться и ты защитишь меня? — Прерывающимся, невнятным шепотом сквозь тихие всхлипывания донеслись слова до ушей до смерти испуганного Жун Гуана.
Услышав плач Хай Лань, Жун Гуан окончательно растерялся:
— Ты только не плачь, я же говорил, что защищу тебя…
— Ты и сам сказал: только говорил… А теперь ты тоже собираешься бросить меня одну… — причитая, Хай Лань вновь зашлась в рыданиях, да так горько, что казалось, конца этому не будет.
Да что ж это за напасть такая! Похоже, в прошлой жизни я не понимал женщин, да и в этой, судя по всему, раскусить их не удастся. Жун Гуан мысленно взвыл от отчаяния, не смея при этом делать резких движений.
— Банный лист, да кто тебе сказал, что я собираюсь бросить тебя одну? Не бойся, я ни за что тебя не оставлю. — Жун Гуан вновь перехватил поудобнее ее тонкие ножки и пообещал наотмашь, слово за словом.
Сзади по-прежнему доносились тихие всхлипывания. Жун Гуан слегка нахмурил брови, собираясь сказать еще что-нибудь в утешение внезапно свихнувшейся Хай Лань, как вдруг та заговорила первой:
— Ты правда не бросишь меня одну и не сбежишь? — Казалось, утешения Жун Гуана возымели действие и она перестала плакать, но ее некогда звонкий голос звучал хрипло и срывался на каждом слове, отчего сердце невольно сжималось от жалости.
— Конечно… Ой, мать честная! — Не успев договорить и половины фразы, Жун Гуан с ужасом обнаружил, что они с Хай Лань окружены бесчисленными толпами зомби.
Пока он был занят утешением непонятно на что обидевшейся за спиной Хай Лань, он и не заметил, как бродившие по храму в полном беспорядке зомби каким-то непостижимым образом выстроились в аккуратные ряды и плотным кольцом обступили колонну, за которой они прятались.
Да как такое возможно?! — Жун Гуан высунул из-за колонны половину лица, глядя на беспокойно покачивающуюся по периметру толпу, которая, впрочем, не делала попыток приблизиться. — По идее, у этих зомби не должно быть ни разума, ни сознания, но почему все обстоит именно так? Это явно ненормально, к тому же моя нынешняя духовная сила не зафиксировала момент окружения. Кто-то явно дергает здесь за ниточки.
Острое чувство смертельной опасности наотмашь ударило по сердцу Жун Гуана.
— Банный лист.
— Мм?
— Крепко держись за меня, смотри не сорвись, слышишь? — Жун Гуан поплотнее перехватил ее на спине и предостерег со всей осторожностью.
— Мм. — Больше Хай Лань не проронила ни звука. Внезапно Жун Гуан почувствовал холод в теле и, опустив глаза, заметил, что руки Хай Лань, обхватившие его шею, и ноги, обвившие поясницу, покрылись толстой коркой синеватого льда, накрепко приковав ее к его спине…
Столкнувшись со столь опасной и напряженной обстановкой, какой путь выберут Жун Гуан и Хай Лань? Желающие узнать, что было дальше, извольте прочесть двадцать четвертую главу.
[Глава двадцать четвертая] Цзю Пэн
В прошлой главе сказывалось, что Жун Гуан и Хай Лань оказались в смертельной опасности, причем Хай Лань после вспышки силы практически лишилась боеспособности. Куда же теперь лежит их путь? Добро пожаловать к чтению этой главы.
— Крепче держись! — Правая рука Жун Гуана взметнулась, сверкнул золотистый свет, и в его прежде пустых руках внезапно материализовался причудливый длинный меч, совершенно несоразмерный с его ростом. Сделав мощный выпад и оттолкнувшись лезвием от колонны, он выпрыгнул из засады и, с двумя руками занеся клинок, врезался в скопление зомби.
Раскалывающий Ветер! — мысленно рявкнул Жун Гуан. Размахнувшись клинком, он полоснул по воздуху, и свирепый, несравненный по силе срез прошел сквозь пояса дюжины стоявших перед ним мертвецов, после чего их рваные торсы отделились от неподвижно стоявших ног.
Не останавливаясь после первого удара, Жун Гуан подал левую стопу вперед. Тело следовало за мечом, меч — за телом, и весь он, подобно закрученному в смертоносный вихрь клинку, ворвался в самую гущу толпы. Всюду, куда доходил свет стали, в воздух летели головы и обрубки конечностей, брызгала черная зловонная кровь. Однако зомби, не ведавшие ни страха смерти, ни боли, ничуть не смущались тем, что их товарищей рубят на куски, и продолжали плотной стеной напирать со всех сторон.
Пусть мертвецы выглядели пугающе и числом превосходили любые ожидания, в сердце Жун Гуана больше не было страха. Судя по тому, с какой легкостью он только что косил их, словно капусту, его нынешних сил, пожалуй, не хватило бы на полное истребление всей нежити, но вытащить Хай Лань из кольца не составляло большого труда.
— Расколись! — Набирающий обороты вихрь клинка наконец прорвал плотное кольцо окружения и вынес его к самым дверям храма. Заметив, что снаружи странным образом нет ни единого зомби, Жун Гуан невольно вздрогнул, ощутив неприятный укол тревоги. Однако времени на раздумья не оставалось: вложив в руки всю силу, он несколькими полосующими ударами рассек трех монстров, преграждавших путь у входа, на дюжину кусков разного размера, разлетевшихся по земле.
— Банный лист, мы в безопасности! — Выскочив за порог храма, Жун Гуан помчался к деревенскому выходу, на ходу хлопнув Хай Лань по скованным льдом рукам.
— Мм… — Однако вместо ожидаемого ликования и восторга последовал лишь слабый, еле слышный ответ.
— Мм?.. — Жун Гуан даже не успел сообразить, в чем дело, как новая волна жутких предчувствий заставила его сердце тревожно забиться.
Перед ним лежала заброшенная горная деревушка. Прямо у въезда, под сенью плакучей ивы, выстроился ряд человеческих фигур. Резкий зимний ветер раскачивал ветки дерева и трепал одежды незнакомцев, но сами фигуры стояли неподвижно, словно вкопанные.
— Мальчишка, признаться, я никак не ожидал, что ты сумеешь вырваться. Похоже, ты непрост. Поведай-ка о своем происхождении, быть может, ради твоих старших я, Цзю Пэн, сегодня подарю тебе жизнь. — Мягкий, вкрадчивый женственный голос долетел до слуха Жун Гуана и Хай Лань.
Этот тягучий шелковистый тон смешивался с тонкими нотками приторно-сладких благовоний, доносившихся издалека.
— Цзю Пэн? Цзю Пэн… — бормотала себе под нос Хай Лань, пытаясь припомнить имя говорившего, которое казалось ей смутно знакомым, но в памяти никак не всплывало.
— Банный лист, ты знаешь его? — Жун Гуан не сводил глаз с неподвижных человеческих силуэтов впереди, чувствуя, как нарастает волна непреодолимой угрозы.
— Должна бы знать, но сейчас не могу вспомнить. — Хай Лань продолжала лихорадочно соображать, где именно слышала это имя, ее изящные брови хмурились все сильнее.
Этот Цзю Пэн явно не по моим зубам. Если бы намерения у него были добрыми — другое дело, но от него за версту разит злым умыслом. К тому же я не один, за спиной висит Банный лист… Что же делать? — Жун Гуан вмиг перебрал в уме варианты и, не найдя надежного спасения, решил хранить молчание. Перехватив меч поудобнее, он заслонил собой Хай Лань.
— Ха-ха… Мелкий, я погляжу, ты предпочитаешь жесткий урок вежливости? Оглянись-ка назад, — с напускной издевкой протянул вкрадчивый голос Цзю Пэна.
Хм, — мысленно усмехнулся Жун Гуан, — думаешь, я и впрямь десятилетний пацан, которого можно запугать парашютистскими фразочками…
Но в этот самый момент сзади раздался глухой рассекающий воздух свист: — Уи-и!
— Ах ты ж твою мать! — Почуяв неладное от налетевшего сзади шквального ветра, Жун Гуан мысленно выругал далёкого Цзю Пэна. Рванувшись вперед изо всех сил, он прямо в воздухе развернулся и, толком не разобрав, что за темная тень набросилась на него, взмахнул мечом со свирепым свистом.
Хрясь! Лязг! — Во тьме промелькнула искра. От мощнейшего удара Жун Гуана отбросило назад на пять-шесть шагов, а в запястьях держащих клинок рук разлилась жгучая боль. Опустив глаза, он с изумлением обнаружил, что кожа на перепонках между большим и указательным пальцами на обоих руках лопнула от силы удара, и алые капли потекли вниз по рукояти.
Ррр! — знакомый до боли низкий рык вырвался из темноты, и перед глазами Жун Гуана предстало лицо, бросающее вызов человеческой психике.
Растрепанные рыже-зеленые волосы падали на плоскую широкую физиономию, словно раскатанную лопатой. Мертвенно-бледная кожа скрывала черты лица — нельзя было разобрать, где глаза, где нос; единственным узнаваемым предметом служила пасть, полная желтоватых зубов, торчавших, будто стальные гвозди. Ростом этот монстр возвышался по меньшей мере вчетверо выше нынешнего Жун Гуана. Его бугрящиеся, готовые лопнуть мускулы покрывали ржавые кандалы, а с пасти капала слюна, разъедавшая землю под ногами.
— Что за хрень?! — не удержавшись от восклицания, Жун Гуан уставился на живого монстра. Превозмогая боль в разорванных сухожилиях, он взмахнул мечом, выписав в воздухе сверкающую спираль, и вновь рванулся в сторону.
— Вовсе не хрень, а всего лишь чуточку более развитый зомби. — Холодный и спокойный голос прозвучал рядом.
— Твою мать, ты можешь перестать меня пугать?! То ты плачешь, то холодна как лед — что тебе вообще от меня надо? — Жун Гуан откровенно растерялся и почти потерял рассудок из-за переменчивого тона Хай Лань.
— Ты… да как ты… смеешь… — Не договорив, Хай Лань уткнулась лбом вперед и потеряла сознание.
— Эй! Эй, ты… — Жун Гуан крикнул пару раз, но тут же почувствовал, как в голове зашумело, конечности отяжелели, а ноги стали ватными, будто ступал он не по твердой земле, а по пуху. — Этот запах… в аромате была отрава…
Опознав причину слишком поздно, Жун Гуан мысленно проклял собственную беспечность. Однако показывать виду, что яд подействовал, было нельзя: стоило ему проявить слабость, как противник тут же бросился бы на добивание. Не оставалось ничего иного, кроме как заставить циркулировать крохи Истинной Ци Вэйян, силясь противостоять нарастающей волне головокружения.
— Ха-ха, а сопляк-то живуч… — Голос Цзю Пэна прозвучал неотступно от фигуры. Не успел Жун Гуан сфокусировать затуманенный взгляд, как черная тень мелькнула перед ним, и густой приторный аромат ударил в ноздри. — Тц-тц, какой славный ребенок, и зачем только ты испачкался в этой грязи?
http://bllate.org/book/23111/2473366
Готово:
