Кинг Конг терпеливо дождался, пока он закончит, и наконец заговорил.
— Кэсон, — нахмурившись, сказал он. — Я же говорил тебе раньше: читай побольше профессиональной литературы и учебных пособий, старайся поскорее поступить в высшее учебное заведение, стать образованным человеком, умеющим зарабатывать деньги. И поменьше читай эти нудные стихи и эссе. Их пишут ногами кучки бездельников, фантазёров и тех, кто намеренно разжигает межрасовые конфликты, — так называемые «публичные интеллектуалы». Кроме уныния, в них нет никакой ценности.
Выражение лица старшего помощника оставалось невозмутимым, но при словах «профессиональная литература и учебные пособия» его зрачки внезапно сузились, словно он вспомнил что-то ужасное.Вот исправленный текст с заменой всех китайских иероглифов на русский перевод:
— И кстати, — продолжил капитан, — хоть это и звучит несколько пафосно и не соответствует нынешней упадочной и расточительной**главной** эстетике, но быть погребённым в море звёзд — величайшая честь в моей жизни.
— Правда? — На лице старшего помощника всё ещё играла лёгкая улыбка, но взгляд его стал тяжёлым. Внезапно он пригнулся, и в такт словам капитана, оттолкнувшись ногой от боковой стенки каменного постамента, перекатился по земле. В то же мгновение он молниеносно выхватил лазерный пистолет, спрятанный за поясом, и, не глядя, сделал три выстрела в капитана.
Ослепительные лучи платинового света скользнули по кончику крыла Кинг Конга. Пользуясь тем, что тот на мгновение потерял ориентацию в перекрестии лучей, Кэсон схватил с постамента «Жёлтую курочку» и, получив лазерный заряд в плечо, широкими шагами бросился к дикой местности за пределами пещеры.
20. Многогранный талант
Кэсон явно был подготовлен. Капитан-попугай преследовал его какое-то время, но лазерный выстрел попал точно в крыло. Кинг Конг потерял равновесие, а летать он умел ещё не очень хорошо, поэтому в воздухе его начало бросать из стороны в сторону, выписывая зигзаги. В итоге ему пришлось ни с чем вернуться на свою роскошную подставку.
— Попугай, — связался капитан с оставленным на корабле искусственным интеллектом. — Ты взломал личный компьютер Кэсона?
Попугай в это время ел жареную курицу, оставив лишь небольшую часть памяти для ответов на допрос капитана.
— Что?.. Шипит, горячо, как вкусно... А, пароль? Взломал, теперь могу отследить его местоположение. Кстати, ты выяснил, что наложница... то есть старший помощник Кэсон, задумал?
«Любимчик, который не любит перебирать таблички»: Выяснил. Он хочет разрушить ту «Стену».
— ...
Капитан-попугай отложил куриную ножку и, нарушив все традиции, замолчал на целых три секунды. Затем он ответил капитану:
— Есть у него цель. Вообще-то, это тоже ваша... нет, наша общая цель. Жаль, что она уже устарела.
— Эх, — вздохнул Попугай. — Знал бы я раньше, что старший помощник так легко впадает в крайности, не стал бы заставлять его усердно учиться и загружать на его личный компьютер десятки терабайт «Трёхсотлетних вступительных и столетних пробных». Разве не легче быть невежественным? Вместе пить, есть мясо, смотреть эротические фильмы, болтаться по космосу, исследовать и искать сокровища — вот настоящее счастье.
— Да, если бы я знал раньше...
Капитан, следуя за словами интеллектуальной системы, погрузился в меланхолию, но затем, словно что-то осознав, быстро отправил обратно полное чувств письмо-крик:
— Попугай!!! А ну-ка! Свои! Эротические! Фильмы! Все! Удали!!!! На корабле! Запрещено! Распространять! Вредную! Информацию!!!!!
— Хм.
Юань Линцзюнь услышал, как стоящий рядом капитан презрительно фыркнул.
Капитан-попугай взглянул на последнее сообщение, полученное на личный компьютер: «Мне кажется, с Кэсоном что-то не так. Похоже, его кто-то промыл мозги».
Он закрыл входящие, заблокировал капитана и затем спросил Юань Линцзюня:
— Не знаю, чувствуете ли вы нашу искренность?
Юань Линцзюнь посмотрел на стоящих перед ним в ряд сорок с лишним здоровяков и замолчал.
Юаньюань тихо сказал ему:
— Не бойся, у нас тоже есть свои!
С этими словами, по его знаку, стоящие рядом Большой Рог, Второй Рог и Третий Рог, чеканя шаг, сомкнули кольцо окружения. Они демонстрировали развитые мускулы и, словно железные башни, встали по бокам от Юань Линцзюня. Затем они, задрав головы, издали громкий рёв, подобный раскату грома, — очень внушительно.
— Давайте!
Капитан отдал команду.
Здоровяки с улыбками схватили рогатых за рога и, напрягшись, потянули их к себе. Бицепсы вздулись, раздался дружный крик:
— Хей! Ха!
...
А затем здоровяки принялись делать рогатым массаж.
Большой Рог, Второй Рог, Третий Рог: ...
Прекратите! Вы, нахальные продукты, мы не сдадимся так просто...
Аааа~ как приятно~ ещё чуть-чуть~ левее, левее~ и на животик тоже~
Большой Рог, Второй Рог и Третий Рог уже превратились в бесполезные рога. Они лежали на земле, подставив животы, и даже на мордах было написано блаженство.
Юань Линцзюнь: ...
Бесполезные.
Капитан с гордостью представил ему главного здоровяка:
— Это Джейсон, наложница Цзе. Раньше, на родине, занимался животноводством! Мясо, которое производила его семья, было высшего сорта. Продавали в центральные миры — одну тушу за несколько десятков тысяч федеральных кредитов!
Джейсон радостно рассмеялся, засучил рукава и продолжил массировать находящегося в полном восторге Большого Рога:
— Это моё семейное ремесло массажа. Мясо после такого массажа получается просто объедение. Хорошее настроение — хорошее мясо. Это главный секрет скотоводства!
Юань Линцзюнь: ...
Большой Рог всё ещё блаженно «бэээээкал». Юань Линцзюнь, выслушав перевод Юаньюаня, мысленно выразил ему соболезнования.
Чанъю робко выглянул из-за коров и овец, показав пол-лица. Его сердечкообразная мордочка раскраснелась, на ней читалась смесь нетерпения и робости.
Один из членов экипажа увидел это и, улыбнувшись, поманил его рукой.
Чанъю испуганно отдёрнул голову, но заметил, как член экипажа сунул руку за пояс и вытащил горсть орехов.
⊙v⊙
Орехи!
Не в силах устоять перед искушением, Чанъю подпрыгивая подбежал, своими длинными руками схватил орехи и хотел было убежать, но член экипажа внезапно протянул руку и почесал его под подбородком.
Чанъю: ...
Член экипажа почесал его под мышками.
Чанъю: ⊙o⊙!
Член экипажа почесал его живот.
Чанъю: ⊙u⊙~~~
Кто я? Где я? Что я делаю?
Юань Линцзюнь с досадой посмотрел туда. На земле лежала распластанная бесполезная обезьяна.
Наслаждаясь VIP-услугой почесушек, она без умолку причитала: «Ой-ой-ой~ ой-ой-ой~ ой-ой-ой-ой-ой~». Выражение её морды было таким сладострастным, а голос таким томным, что, не зная правды, можно было подумать, будто она занимается чем-то неприличным в непотребном заведении.
Юань Линцзюнь: ...
Член экипажа с золотистыми волосами и голубыми глазами, стройный и высокий, надвинул фуражку на глаза, почесал Чанъю ухо и посмотрел на него. На его красивом лице появилась дружелюбная улыбка:
— Наш народ когда-то жил в лесах, целыми днями общаясь с животными. Потом леса вырубили, мы перешли к городской жизни и открыли сеть цирков.
Юань Линцзюнь, глядя на его мастерство обращения с обезьяной, признал своё бессилие.
Следом за этим другие члены экипажа принялись мыть панцирь спиральной черепахе, чистить щетину данкану, — они ухаживали за всеми диковинными зверями из «Шань хай цзин», доставляя им удовольствие.
На земле валялись бесполезная свинья, бесполезная черепаха, бесполезная обезьяна и множество бесполезных рогатых. Все они лежали вместе, блаженно подставив животы солнцу, чувствуя, что их звериная жизнь достигла нирваны.
Цзинвэй: — Хм!
Юань Линцзюнь понял: она не презирала духовных зверей за потерю достоинства, а завидовала, что у них есть ухажёры, а у неё нет. Это «хм» означало «я тоже хочу!».
— Почесать тебе пёрышки? — попытался утешить её Юань Линцзюнь.
В этот момент подошёл сам капитан-попугай. Небрежно вытащив из вазы розу, он галантно преподнёс её Цзинвэй и сказал:
— Уважаемая прекрасная и умелая птица-барышня, не могли бы мы познакомиться поближе, с прицелом на откладывание множества-множества яиц?
Цзинвэй: ...
— Хулиган!
Юань Линцзюнь понял, что дело плохо, и крикнул:
— Голову вниз!
И точно, в следующее мгновение Цзинвэй взлетела в воздух, дёрнула за верёвку своего мешочка, и оттуда градом посыпались бесчисленные камешки, забарабанив по капитану-попугаю со звоном.
Чанъю: — Ой-ой-ой~~
Он покачал головой, вспомнив, как его самого однажды оглушили этими камешками, и посочувствовал.
·
Капитан-попугай в итоге не пострадал. Он с сожалением заметил, что, раз барышня-птица не желает близкого знакомства, они могут постепенно развивать чувства.
Цзинвэй: ... Иди к чёрту!
По вопросу, принимать ли корабль, Юань Линцзюнь провёл демократическое и справедливое голосование.
Хотя Цзинвэй, в гневе распушив перья, заявила, что уничтожит этих хулиганов, её единственный голос «против» в итоге потонул в море поднятых рук (лап) и копыт (копыт) обезьяны, черепахи, свиньи и бесчисленных рогатых.
Юаньюань, следуя принципу «что не нравится маленькому сокровищу, то я, его сердечко, буду любить», твёрдо проголосовал «за».
В итоге лишь один Юань Линцзюнь, под убийственным взглядом Цзинвэй, убрал поднятую руку и воздержался.
— Ничего не поделаешь, — сказал Юань Линцзюнь, прижимая к себе своё маленькое сокровище и утешая её. — Капитан сказал, что если мы позволим кораблю временно приземлиться, он отдаст мне по одной порции каждой из сотен приправ, собранных в корабельной столовой, а также семена сельскохозяйственных культур.
— Тебя подкупила порция приправ?! — гневно воскликнула Цзинвэй.
— Там же перец чили и сычуаньский перец, — ответил Юань Линцзюнь. — Не говори мне, что ты не хочешь хого.
Цзинвэй: ...
Очень хочет.
Поэтому она лишь фыркнула и замолчала.
Вопрос о временной стоянке «Попугая» на планете был решён полюбовно. Юань Линцзюнь пожал руку капитану-попугаю, выделил им для деятельности половину планеты и одновременно передал капитану часть семян риса, проса, чумизы, пшеницы и бобов, наказав им вместе с рогатыми возделывать поля рядом с Восточным морем.
Что касается того, как возделывать, капитан заверил, что беспокоиться не о чем: среди членов экипажа есть те, кто раньше занимался земледелием.
— Три поколения моих предков были крестьянами, да~ — улыбнулся один из членов экипажа, с тёмной кожей и заострёнными ушами, сверкнув белыми зубами. Зубы у него были немного острыми, как у маленького демона из западных легенд.
— А ты знаешь, как изготавливать сельскохозяйственные инструменты? — заинтересовался Юань Линцзюнь, обсуждая с ним технические вопросы. — Например, плуг, жернова, водяное колесо.
Юаньюань не смог перевести последние несколько слов, поэтому Юань Линцзюнь нарисовал палкой на земле схематичные рисунки, чтобы показать члену экипажа.
— Конечно, — член экипажа, взглянув на рисунки, рассмеялся. — Хотя в центральных мирах сейчас популярно использовать крупную сельскохозяйственную технику и создавать масштабные полностью автоматизированные фермы, у меня на родине все по-прежнему предпочитают работать в поле своими руками. В конце концов, урожай, выращенный с потом, — самый вкусный!
Он внёс исправления и дополнения в наброски Юань Линцзюня и подробно объяснил назначение каждой детали, заодно нарисовав ещё несколько новых орудий.
— Треножная сеялка, каток, веялка — это очень полезные вещи!
Юань Линцзюнь закивал, запоминая чертежи, обдумывая этапы изготовления, а затем ласково посмотрел на лежащих на земле рогатых и, улыбнувшись, сказал:
— Нравится — полежите ещё, послушные. Завтра я сделаю вам изогнутый плуг и каменные жернова. Тогда вы сможете за день делать работу, на которую раньше уходило три дня. Рады?
Рогатые:
— Бээээ~~~
— Мууу~~~
— Гагага~~~
Наслаждаясь массажем, они вздрогнули, почему-то почувствовав, как по спине пробежал холодок.
21. Огромный статус
Попрощавшись с разнообразно талантливыми членами экипажа, Юань Линцзюнь вместе со своим шаром, своей птицей, своей обезьяной и своими рогатыми собрался домой спать.
Капитан-попугай с командой махали им вслед пёстрыми флажками.
Юань Линцзюнь старался не думать о том, из какой ткани сделаны эти флажки.
Но Цзинвэй была слишком глазаста. Уставившись на нечёткие кружева на флажках, она прошептала Юань Линцзюню на ухо:
— Эти флажки тоже сшиты из трусов. Странно, почему они любят делать флаги из трусов?
Юань Линцзюнь: ...
— Ты разве не видела, что их капитан ходит в рваной одежде? — солгал он во благо.
Цзинвэй, удовлетворившись объяснением, понимающе кивнула:
— Ай, у них даже на заплатки денег нет. Такие они бедные.
Юань Линцзюнь вытер пот со лба, чувствуя, что ему удалось избежать объяснений.
— Скажи, они же все такие умелые, и жили раньше неплохо, зачем им идти в космические пираты... то есть в члены экипажа исследовательского корабля? — задумавшись, спросил Юаньюань у Юань Линцзюня.
Юань Линцзюнь подумал и осторожно ответил:
— Я тоже не знаю. Может, у них есть какая-то причина? Если у человека есть выбор, кто же захочет покидать родные края?
Юаньюань замолчал, погрузившись в раздумья.
Тем временем они обогнули гряду холмов и вышли за западную гору. Убедившись, что команда корабля больше не может их видеть, Юань Линцзюнь дал знак Второму Рогу остановиться.
— Юаньюань, сходи, посмотри, что сегодня делает Ахуа.
Оставлять попугая Кинг Конга одного в пещере было тревожно. Юань Линцзюнь чувствовал, что может произойти что-то неожиданное.
— Хорошо, — ответил Юаньюань.
Они договаривались, что Юань Юань будет следить за попугаем в пещере, но, поскольку Юань Линцзюню всё время требовался переводчик для общения с экипажем, Юаньюань подсознательно сосредоточил всё внимание на нём, ослабив контроль над пещерой.
Теперь, напомненный Юань Линцзюнем, он направил своё сознание в центр пещеры и тщательно всё осмотрел, только тогда заметив неладное.
В пещере, похоже, произошла ожесточённая схватка. Несколько длинных ярких перьев на крыле Кинг Конга были переломаны, обнажив обугленные трубки. Он, перепачканный, сидел на большом круглом качелях и, тоскливо поклёвывая птичью игрушку, выглядел особенно жалко, словно только что вернулся с угольной шахты.
— Похоже, Ахуа кто-то обидел, — сказал Юаньюань.
— Да, и ещё... — потратив некоторое время на считывание оставленного в пещере сознания, обычно спокойный тон Юаньюаня внезапно изменился.
Он отвёл взгляд от Кинг Конга и тщательно проверил всё имущество в пещере.
— Одной вещи не хватает.
Юаньюань: ...
Возмущённо сказал он:
— Моего... нет, твоего рассказчика-робота украли! Это первый подарок, который я тебе сделал!
— Что? — Юань Линцзюнь всё ещё думал, как отомстить за Ахуа, как вдруг услышал это и не успел среагировать, когда Юаньюань взорвался:
— Это уже слишком! Я поймаю этого мерзкого вора!!! — сказал он.
Юань Линцзюнь: ...
Очень кстати в сознании Юань Линцзюня выскочил надувающийся шар, который, как рыба-фугу, становился всё больше и больше, вот-вот готовый лопнуть!
— Подожди, — окликнул он свой шар, желая всё обдумать.
Но Юаньюань не согласился. Он оставил на ухо Юань Линцзюню последнее слово и тут же исчез.
Юаньюань: — Хм!
Юань Линцзюнь: ...
Даже устное выражение Цзинвэй вырвалось, видно, он был страшно зол.
Мимо пронёсся порыв ветра, яростно устремившийся вдаль, больно хлестнув Юань Линцзюня по лицу.
— Юаньюань? — снова позвал он свой шар, но ответа не получил.
— Не зови, — захлопала крыльями Цзинвэй, приземляясь на плечо Юань Линцзюня со злорадством. — Сердечко давно ушло. Я же говорила, что этот шар ненадёжный.
Она по-маленькому наябедничала, а затем спросила:
— Как нам теперь возвращаться домой?
Поскольку у них был экспресс Юаньюань, Второй Рог довёз их только до половины пути и вернулся к своему стаду. Теперь, когда Юаньюань пропал, если Юань Линцзюнь и Цзинвэй не хотят возвращаться той же дорогой, им придётся идти пешком до пещеры.
... Приблизительная оценка — идти несколько дней.
Юань Линцзюнь: ...
— Что теперь делать? — спросил он, глядя на Цзинвэй. — Ты можешь стать побольше и подбросить меня?
— Хм! — сказала Цзинвэй.
— Ладно, не можешь, — вздохнул Юань Линцзюнь.
И то верно, Цзинвэй, похоже, не была птицей, предназначенной для перевозки людей.
По пути он утешал и Цзинвэй:
— Вообще-то Юаньюаня нельзя винить. Ты же знаешь, как он любит этого робота. Поставь себя на его место. Что, если бы кто-то, пока ты засыпала море, тайком выгреб все твои камешки с горы?
— Я бы его заклевала! — взвизгнула Цзинвэй.
— Вот видишь, — развёл руками Юань Линцзюнь.
Цзинвэй успокоилась.
— Ладно, я полечу обратно и позову Второго Рога, чтобы он тебя отвёз, — сказала она.
Юань Линцзюнь подумал: — Ладно. Будь осторожна, чтобы тебя не заметили члены экипажа. Будет трудно объяснить.
Его слова пробудили в Цзинвэй воспоминания. Она вспомнила неподобающее требование капитана «хочу с тобой много яиц», пошевелила крыльями и неохотно ответила:
— Не могу, боюсь, что не удержусь и выщиплю его догола. А потом он привяжется ко мне и потребует, чтобы я за него отвечала. Что тогда делать?
Юань Линцзюнь: ...
— Ты смотришь далеко вперёд, — сказал он.
Действительно, женская (птичья) душа — потёмки.
Цзинвэй хмыкнула, принимая комплимент.
— Давай так, — предложила она новый план. — «Шань хай цзин» ведь всё ещё при тебе? Давай найдём какого-нибудь быстрого внешнего помощника. Сначала заглянем домой, потом сделаем пару кругов по планете, может, ещё догоним Юаньюаня и поможем ему поймать вора. Как думаешь?
...
Через полминуты Юань Линцзюнь раскрыл «Шань хай цзин», положил на него руку и, волнуясь, спросил у Цзинвэй:
— Этот... мм, он действительно согласится нас подвезти? Что-то у меня на душе неспокойно.
— Не волнуйся! — Цзинвэй хлопнула крылом по своей груди, беря всё на себя. — Это мой родственник, всё будет в порядке!
— Ну ладно.
Тогда Юань Линцзюнь закрыл глаза, сосредоточился и начал призывать:
— Куа Фу... Куа Фу... Куа Фу... Куа Фу...
...
Внезапно из страниц книги вспыхнул жаркий, как солнце, красный свет, мягко отбросивший Юань Линцзюня на десяток шагов назад.
В следующее мгновение великан ростом в сто чжанов открыл глаза и, шагая, вышел из книги.
— Я Куа Фу. Кто зовёт меня по имени?
Великолепное золото вечерней зари, пробиваясь сквозь слоистые фиолетовые туманности на краю неба, озаряло фигуру великана, окаймляя её ослепительной золотой каймой. Юань Линцзюнь поднял голову. Стоящий перед ним Куа Фу, ростом в сто чжанов, был величествен и грозен, как божество, лишив его дара речи.
— ...
— Я, это я! Я Цзинвэй! — захлопала крыльями Цзинвэй, несколько раз облетев вокруг великана, прежде чем он наконец заметил её.
Куа Фу протянул руку, выставив палец, подобный небесной колонне, чтобы на его кончике могла примоститься крошечная, как кунжутное зёрнышко, птичка.
Он приблизил к ней глаз и долго-долго всматривался, а затем простодушно улыбнулся:
— А я думал, кто это? Оказывается, прапрапрабабушка Цзинвэй.
http://bllate.org/book/23148/2479222
Готово:
