В этот самый момент один студент-агроном, тихо наблюдавший за экраном, словно рассыпался на части.
Тао Эр не ожидал, что череда неудачных экспериментов и без того выбьет его из колеи, но когда в ленте попалось видео, где каждая деталь словно насмехалась над ним, он не выдержал. Его прорвало:
— Семья, я сломлен! Малыш смог вырастить помидор, а у меня на опытном поле даже трава не растет!
В чате трансляции раздался дружный смех: одни завидовали таланту ребенка, другие подшучивали над тем, что растения просто не любят Тао Эра. Он выплеснул свое раздражение и лишь тогда осознал, что в лаборатории стало пугающе тихо.
Сокурсники бросали на него сочувственные взгляды. Тао Эр сглотнул, его шея с хрустом повернулась, когда он начал медленно оглядываться на своего куратора-практиканта.
Лин Сяо, не поднимая головы, внимательно анализировал рост группы растений:
— Может, мне оформить тебе отпуск? Сходишь к тому малышу и спросишь, как лечить нехватку мозгов в таком юном возрасте?
Тао Эр боялся даже пикнуть, съежившись под ехидными взглядами сокурсников.
Лин Сяо закончил работу и подошел к Тао Эру:
— Покажи-ка, что за помидор тебя так вывел из себя?
Тао Эр покраснел до корней волос и, медля, открыл трансляцию. Малыши столпились вокруг, разглядывая росток, который вырастил Вэнь Цзэ. Лин Сяо поправил очки, и на его лице промелькнуло удивление. Этот росток был ничуть не хуже тех, что выращивал он сам.
Лин Сяо не хвастался: как ведущий научный сотрудник Императорской академии, он выпускал только первоклассные растения, а сейчас как раз занимался проектом по поддержанию жизнеспособности семян. В лаборатории они просчитывали температуру, влажность, питательные вещества и множество других факторов, а в этом неприметном детском приюте кто-то смог вырастить первоклассный росток.
Серебристые ресницы Лин Сяо отбросили тень. Он смотрел очень внимательно, но, увидев знакомое лицо, невольно расширил зрачки, которые на мгновение превратились в вертикальные щелки. Он сжал пальцы и подумал про себя:
— Значит, вот ты где.
Тао Эр видел, что Лин Сяо долго молчал, и уже приготовился услышать порцию язвительных замечаний, но тот, не проронив ни слова, собрал свои данные и покинул лабораторию.
Один из практикантов протер глаза:
— Я, наверное, слишком резко встал, раз мне привиделось, что профессор Лин ушел раньше времени!
***
Под присмотром Вэнь Цзэ росток развивался прекрасно, а в соседних горшках, стоявших неподалеку, тоже начали проклевываться всходы. Остальные малыши, у которых семена еще не проросли, заупрямились и потребовали поменять горшки местами, чтобы их семена тоже пошли в рост. Хотя их растения были не такими крепкими, как у Вэнь Цзэ, этого было достаточно, чтобы привести энергичных малышей в восторг.
Сяо Лян размял запястья и злорадно усмехнулся: как раз подходящий момент, чтобы потренировать этих сорванцов.
Малыши стонали от усталости, но Мяо Ян вел себя иначе. С тех пор как семечко помидора проросло, все его внимание было приковано к нему. Оно пахло слишком маняще. Мяо Ян не мог перестать думать об этом, у него текли слюнки — даже привычные ароматные природные растения не могли сравниться с этим ростком, который обладал для него какой-то фатальной притягательностью. Но он сдерживался, зная, как важен этот росток для Вэнь Цзэ.
Помидорный кустик рос не по дням, а по часам, и вскоре превратился в небольшое растение. Самоконтроль Мяо Яна рухнул, и в один темный ветреный день он не удержался и прильнул к нему.
— Один кусочек, всего один.
Он лизнул листик, а потом не смог остановиться и съел его. Вкус был настолько хорош, что у него загорелись глаза. Второй кусочек, третий...
— Мяо Ян! — взревел Вэнь Цзэ, напугав Мяо Яна до смерти.
Вэнь Цзэ был в ярости, на глазах выступили слезы. Он смотрел на застывшего Мяо Яна, и гнев закипал в нем с новой силой: его драгоценный росток был обглодан и теперь жалко клонился к земле. Вэнь Цзэ бросился на Мяо Яна, желая задать ему трепку, но тот обмяк, как вареная лапша, словно потерял сознание. Вэнь Цзэ разжал руки, и Мяо Ян, как скользкий угорь, вырвался и прыгнул на шкаф.
Сердце Мяо Яна бешено колотилось, но, глядя на разъяренного Вэнь Цзэ, он даже успел мысленно посмаковать вкус съеденного ростка.
Вэнь Цзэ был вне себя от ярости. Он начал изо всех сил трясти шкаф. Двое других малышей проснулись от шума и увидели эту картину.
— А-Цзэ, что случилось? — Лэн Фань поспешно принял человеческий облик и взял его за руки, призывая успокоиться.
Вэнь Цзэ открыл рот, и слезы покатились градом:
— Мой помидор съели, у-у-у!
Малыши посмотрели на обглоданное растение и, лишившись дара речи, с осуждением уставились на Мяо Яна. Тот начал бессвязно оправдываться:
— Я... я не хотел, он такой ароматный... просто не сдержался.
Но в глазах Вэнь Цзэ это было не просто растение, а способ заработать денег. Его бизнес-план рухнул, не успев начаться, и такое не простит ни один зверь. Чем больше он думал об этом, тем сильнее злился, обнажив острые зубки. Мяо Ян отчего-то задрожал.
— Мяо Ян! Извинись! — спохватился Лэн Фань, видя, что дело принимает плохой оборот.
— Про-прости, — пробормотал Мяо Ян и обмяк, словно сдувшийся мяч.
Вэнь Цзэ бросил на него гневный взгляд и прижал к себе обглоданный горшок. У-у-у, хотелось плакать. Так он и просидел, всхлипывая, до самого рассвета.
На следующее утро Вэнь Ай посмотрел на виноватого Мяо Яна, заплаканного Вэнь Цзэ с темными кругами под глазами и на новое состояние растения. Он молчал. Вэнь Ай глубоко вздохнул и спросил голосом, который звучал строже, чем обычно:
— Мяо Ян, что произошло?
Мяо Ян осторожно взглянул на Вэнь Цзэ и ответил:
— Я вчера вечером... съел росток Вэнь Цзэ.
— Ты извинился?
— Да...
— А-Цзэ... — Вэнь Ай почувствовал, как начинает болеть голова. Он знал характер Вэнь Цзэ и понимал, что тот вряд ли так просто простит Мяо Яна. — Ян-Ян, иди завтракай.
Мяо Ян повиновался, но еда сегодня казалась ему совсем безвкусной. Вэнь Ай присел перед Вэнь Цзэ и погладил его по голове:
— Ничего страшного, росток вырастет снова.
Всеобщая любовь сделала Вэнь Цзэ менее осторожным, зато у него появился свой характер. Он надул губки, глядя на свое растение с нескрываемой жалостью.
— А-Цзэ, учитель еще раз извинится за Мяо Яна.
Ян-Ян был ребенком, вызывающим жалость: он родился раньше срока, и за ним было трудно ухаживать. Неизвестно, недоедала ли мать во время беременности, но после рождения у него был пугающий аппетит. Родители оказались жестокосердными и, не имея возможности его прокормить, подбросили ребенка к дверям приюта.
Вэнь Ай сам был потрясен, когда услышал это от Сяо Ляна, и, чтобы хоть немного утихомирить гнев Вэнь Цзэ, решил рассказать ему эту тайну. Узнав историю Мяо Яна, Вэнь Цзэ понял, почему тот такой маленький, хотя ест не меньше, чем Лэн Фань. Даже если ему самому приходилось нелегко, его хотя бы не бросала мама. Его гнев по отношению к Мяо Яну немного утих.
Вэнь Ай перевел тему на помидор:
— А-Цзэ обязательно вырастит вкуснейшие помидоры. Просто они еще не созрели, а Ян-Ян оказался слишком нетерпеливым.
Услышав это, Вэнь Цзэ смущенно улыбнулся, закусив губу.
http://bllate.org/book/23156/2479839
Готово:
